Понятие модели в литературоведении

Общеизвестно и общепризнанно, что одна из первейших задач и целей каждой науки заключается в создании и совершенствовании теории определенного предмета изучения или его частей. Этот процесс обычно носит ступенчатый характер, реализуется через выдвижение гипотез и частных теорий, подвергающихся в ходе формирования теории многократным преобразованиям; общность таких подтверждающих друг друга гипотез и частных теорий и создает в конце концов собственно теорию какой-либо области знания. Неоспоримо также, что область действия теории зависит от степени ее научности; а эта степень, в свою очередь, прямо связана с уровнем методологической рефлексии в соответствующей научной дисциплине. Тем самым основополагающее значение для теории имеют те аспекты, которые непосредственно входят в предмет методологии; речь идет о принятии решений об основополагающих допущениях, образующих предпосылки любых исследовательских концепций той или иной науки; существенны, кроме того,

• рациональное определение (ограничение) предмета изучения,

• отрефлектированное применение при анализе систематически построенного исследовательского инструментария,

• форма представления результатов исследования, а также

57

• эксплицитно выраженные цели исследования.

Следует особо отметить роль дискуссии по методологии науки в 60-е годы, которая вновь обратила внимание на необходимость учета подобных аспектов, однако ощутимого влияния на литературоведение это до сих пор не оказало. Тем не менее критические указания на отсутствие методологической дискуссии в литературоведении, раздававшиеся из собственных рядов¹, и попытка так называемых точных наук (математики, логики, лингвистики) более определенно сформулировать понятие литературоведения как науки привели в течение 60-х и 70-х годов к постепенному изменению характера литературоведческих работ. Так, в Германии результатами были:

• отчасти целенаправленная политизация, ориентированная на решение общесоциальных задач, причем, как правило, с ориентацией на определенную философскую концепцию истории,

• расширение эмпирической базы (в том числе за счет тривиальной и пролетарской литературы и материалов, необходимых для разработки теории восприятия и социальной психологии) и - в связи с этим -

• учет результатов исследований в этих областях, остававшихся до того без внимания,

• попытка сознательного построения теории с учетом того, что было внесено в изучение литературы теорией русского фор-

58

мализма, чешского и французского структурализма, а также марксизма.

Кроме того, представители разных дисциплин - математики (главным образом работающие в области статистики), логики, сторонники структурной лингвистики (опиравшиеся на определенные грамматические теории), а также - в Советском Союзе - основатели структурной семиотики (находившиеся под влиянием таких лингвистических течений, как глоссематика, пражский функционализм, американский трансформационализм, а также под влиянием теории информации) предпринимали и предпринимают попытки повысить степень научности литературоведческого дискурса и его содержательных характеристик за счет переноса понятийных систем именно этих научных дисциплин на любую науку, занимающуюся текстом².

При этом для вдохновленных точными науками исследований на литературоведческом материале характерно не сопровождаемое предварительным анализом оснований прямое заимствование критериев, свойственных естественнонаучному или лингвистическому понятию науки.

Конструктивная критика научного языка литературоведения не вышла за пределы начальной фазы (в частности, это было проделано Фрике и Штрубе); вместо этого наблюдается лишь негативная критика и нередко слабо отрефлектированный перенос понятийных систем или так называемых методов тех дисциплин, от которых исходила инициатива совершенствования науки и которые продолжают эту работу.

59

Одна из основных задач литературоведения, создание литературоведческого метаязыка, хотя и выдвигается с 60-х годов как безотлагательная, однако лишь изредка становится предметом

рассмотрения.

Однако пока эти коренные общеметодологические проблемы литературоведения не станут предметом постоянного внимания, пока не возникнет по крайней мере методологическое осознание этих проблем и не пройдет соответствующая дискуссия, мы будем обречены лишь на видимость достижений в изучении чрезвычайно многослойных структур высшей степени сложности, каковыми являются литературные тексты; на совершенствование литературоведческого дискурса также рассчитывать не приходится; ведь одного только расширения эмпирической базы, нахождения и постановки упущенных наукой проблем или же некритичного заимствования понятий и понятийных систем других наук, как показывает развитие литературоведения 60-х годов, недостаточно.

В ситуации, которую переживает литературоведение, а также учитывая состояние дискуссии по методологическим проблемам и многие конкретные задачи, стоящие перед литературоведением, особенно большое значение приобретают понятия "структура" и "модель", находящие, например, чрезвычайно успешное применение в современной лингвистике, хотя до сих пор границы и возможности их применения в литературоведении не были в полной мере определены. '

60

Но поскольку они и сегодня уже широко распространены в литературоведении, при том, что сопровождающие их обязательства, однако, обычно не осознаются или игнорируются, и поскольку именно они применяются скорее в статусе желанных метафор, представляется необходимым кратко рассмотреть общие преимущества и недостатки, общие принципиальные предпосылки, лежащие в основе понятия модели, а также характер, функцию и целевые установки, связанные с этим понятием в литературоведении.

По причине своего универсального характера (см. об этом далее) научные модели оказываются особенно эффективными для определения (ограничения) предмета исследования и создают возможность анализирующей сегментации сложных объектов.

При этом, однако, следует учитывать, что любое ограничение и в особенности любое разделение сложного предмета изучения на соответствующие фрагменты, а также дифференциация задач и целей исследования с необходимостью оказывают непосредственное влияние также и на характер и область значимости соответствующих высказываний. Это значит, что обычно - и это создает особо негативный эффект при изучении сложных ситуаций - более высокая степень точности констатаций достигается за счет сужения области их приложения.

Несмотря на эти побочные негативные явления более дифференцированного исследовательского подхода, представляется все же несомненным тот факт, что достижение в литературоведе-

61

нии более точных результатов - в сравнении с результатами, полученными традиционными методами и на основе традиционных понятийных систем - возможно только через промежуточную фазу детальных, систематических и эксплицитных аналитических исследований и создания соответствующих концепций.

С учетом указанных достоинств и недостатков научных моделей теория моделей исходит из того, что любая модель служит вспомогательным средством в процессе коммуникации для накопления, передачи и - в познавательном процессе - получения информации. Определенную роль играет при этом постулат, согласно которому модель в качестве конструкта способна заменить определенный предмет исследования с заданной целевой установкой (изоморфно или в качестве аналогии, полностью или частично) и собранная или выданная с ее помощью информация позволяет сделать заключения относительно реального предмета, который она замещает.

С этими постулатами, а также с созданием подобных конструктов связаны определенные необходимые процедуры. В число этих процедур входят проводимые в соответствии с целью исследования трансформации, делающие возможными замену объекта моделью и подчиняющиеся (чаще всего в разной степени закрепленным практикой) закономерностям. Подобные трансформации могут обладать различными качественными характеристиками и опираются - будь то в искусстве или науке - на доминирующие принципиальные положения (интуитивные, ин-

62

туитивно-рациональные, рациональные). Общий смысл моделирования заключается, как правило, не в репродуцировании, а в упрощении (абстракции, идеализации в философском смысле), при этом наряду с потерей части информации создаются возможности для формулирования и в особенности получения информации (получения познавательных результатов). Подобное упрощение (или идеализирующая схематизация) предполагает сознательное отбрасывание некоторых, не существенных для преследуемых моделированием целей, признаков, свойств или связей, и уже только по причине данной селекции особо подчеркивает позитивно представленные в модели признаки (= структурное акцентирование).

Следствием подобных различий между отображаемым, или предметом исследования и моделью является актуализация в процессе восприятия дифференциальных признаков, которые в числе прочего выполняют - или могут выполнять - функции, обеспечивающие получение нового знания.

Далее, моделирование предполагает на основе не произвольных, а определяемых целью отображения и интересами исследования трансформаций, что его результату - т. е. моделям - присущи наряду с закономерностями, свойственными моделируемому объекту, также и закономерные свойства трансформационных процессов и что они - после завершения - образуют конечные системные отношения и обладают, независимо от степени абстракции, наглядностью.

63

В связи с этим модели обладают в пространстве между действительностью, на которую они ориентированы (исключение составляют чисто формальные модели), и теориями, на которые они работают, очень различными количественными, качественными и функциональными характеристиками. Поэтому для создания одной теории обычно недостаточно одной модели.

Опирающийся на семиотику литературоведческий структурализм создает и использует три различные модели; их специфика зависит, с одной стороны, от предметной области, которую они действительно замещают или образ которой они создают в фантазии, и, с другой стороны, от выполняемой функции. Учитывая эти два момента, можно выделить следующие структуралистские модели в литературоведении:

1. Литературные модели действительности либо ее фрагментов/аспектов. Подобные модели, по определению русского структурализма, являются "вторичными моделирующими знаковыми системами"; "вторичными" они называются потому, что материалом для них служит так называемый естественный язык, специфика же их проявляется в ряде "вторичных", искусственных и художественных структур, отличающихся от собственно языковых, или же они построены по образу и подобию естественного языка в так называемой экстралингвистической области.

2. Литературоведческие модели литературных моделей. Такие модели обладают в литературоведении статусом специального метаязыка.

64

3. Модели, служащие конструированию:

a) теории литературных, а также литературоведческих моделей и

b) теории, позволяющие создавать на основе анализа структур сознания теорию сознания (форм, пределов возможностей и функций человеческого сознания).

Причем этот анализ идет через промежуточную ступень литературоведческих моделей - полученных на основе литературных моделей действительности. В качестве базы при исследовании, направленном на столь отдаленную цель, дополнительно привлекаются все прочие формы моделей сознания, как, например, религиозные, философские или такие модели, которые были созданы человеком в рамках невербальных знаковых систем (изобразительное искусство, музыка, обычаи и т. д.) для различных форм коммуникации и которые регулируют (моделируют) образ человеческого сосуществования. В качестве материала исследования служат тексты в узком и широком смысле, извлекаемые из различных исторических периодов и культур и сравниваемые друг с другом и проецируемые друг на друга на основе систематической и исторической типологии, т. е. специфического вида моделирования.

Таким образом, структурное, опирающееся на семиотику литературоведение, ориентируясь на свою конечную цель, создание теории сознания, занимается трансформациями (моделями) любого рода, располагающимися между дейст-

65

вительностью и сознанием, а также всеми знаковыми моделями, находящимися или возможными в этой области, и их характерными свойствами. Схематически основные аспекты изучения могут быть наглядно представлены в следующей системе координат.