Дальнейшие методологические принципы

Понятий "знак", "текст" и "модель мира", так же как и уже упомянутых предпосылок, недостаточно, чтобы исследовать и тем более объяснять тексты или, используя их в качестве исходного материала, анализировать столь сложные феномены, как "сознание" или "культура". Перед лицом засвидетельствованной, к тому же чрезвычайно многообразной и изменчивой в своем историческом развитии человеческой культуры можно утверждать, что чрезвычайно редукционистские понятия "знак", "текст", "модель мира", а также перечисленные исходные положения хотя и подходят для описания явлений, относящихся к области текстов и моделей мира,

312

однако полученные с их помощью выводы носят очень общий характер. Для успешного проведения углубленных, более детальных исследований, в том числе и в сильно ограниченных, легко обозримых предметных областях, необходимы дополнительные понятия и параметры.

Анализ понятийного аппарата и структурирующих категорий в русских семиотических исследованиях показывает, что подобные дополнительные понятия заимствуются либо из более традиционных и часто критикуемых за их методологическую слабость гуманитарных исследований, либо из современных естественных наук, а также смежных научных дисциплин и трансформируются соответственно новой функции (о получении дополнительных параметров см. далее).

Если оставить в стороне сложный вопрос о возможности подобного переноса понятий из одной научной отрасли в другую и адекватности их применения в новом контексте, можно сказать, что для русской семиотики культуры чрезвычайно важным оказалось принятие трех принципиальных постулатов:

1. Некоторая культурная эпоха, определенный тип культуры или культура в ее полном объеме могут рассматриваться и изучаться как изолированные единицы, подобные "текстам".

2. Свойства, выделенные при наблюдении текстов, и прежде всего художественных (моделирующее отношение к действительности и прочим "текстам", структурированность информации, аналитическая или интерпретирующая

313

функция, наличие сохраняющих либо нарушающих целостность принципов и т. д.), применимы и ко всем видам культурных образований.

3. Понимание того, что "знаки" и "тексты", "знаковые системы" и "модели" являются основой коммуникации, сознания и культуры, а также полученные в результате первых систематических исследований наблюдения о наличии в языковых и иных "текстах" закономерностей, которые могут быть описаны как правила, - все это может рассматриваться как гипотеза, согласно которой и в области культуры существуют сходные универсальные первичные элементы (структуры и механизмы их образования и трансформации), которые должны стать предметом научного изучения. С учетом предполагаемой эквивалентности или изоморфизма процедуры выявления инвариантов, обычно используемые при работе с языковым или текстовым материалом, могут быть использованы и при сравнении культурных формаций, рассматриваемых как взаимодействие различных знаковых систем.

Таким образом, культура понимается как носитель информации, состоящий из знаков и знаковых систем, а также правил их использования. Она нуждается - раз она понимается как (потенциально) несущий и создающий смысл "текст", подобно любому тексту, - в интерпретации. Если же исследуются лишь отдельные ее части, то они являются - также подобно частям текста - лишь основой для специальных типологических построений в плане содержания и пла-

314

не выражения (например, если речь идет об отдельных идеологемах или формальных свойствах определенных знаковых систем). По аналогии с исследованиями в области культуры может строиться и изучение структуры и функционирования человеческого сознания⁸.