Postsovetskoe_prostranstvo_20_let_peremen_Smolensk_2013

Глава 3. Современный геополитический статус государств постсоветского пространства

Под «геополитическим статусом государства» понимают его принадлежность к определённому типу геополитической цивилизации или (в самом упрощённом виде) место, занимаемое им в мировой политике. При этом определение геополитического статуса не актуально для стран, которые принято называть в научной литературе «мировыми» или «великими» державами. Их внешняя политика априори остаётся неизменной. В условиях биполярного мира к ним принято относить страны с двумя типами внешней политики. Во-первых, с морским типом (талассократии, атлантическая цивилизация, страны внешнего полумесяца и др.) – США, Великобритания, ЕС. Вовторых, с континентальным типом (теллурократии, хартленд и др.) – Россия, Китай. Принято считать, что мировая политика является результатом борьбы этих типов государств за доминирование. Все остальные страны способны менять свою внешнюю политику, идя в фарватере внешней политики того или иного мирового лидера. Именно для них определение геополитического статуса актуально всегда.

После распада СССР на постсоветском пространстве образовалось 15 стран. Из них, бесспорно, Россия относится к категории «великих держав», в то время как геополитический статус остальных стран не столь очевиден. Самый простой способ его определить – это выявить союзников каждого из 14 государств, другими словами, установить их интеграционную стратегию.

Стоит отметить, что новые независимые государства очень активно использовали интеграционные связи при формировании своей государственности. Многие из них видели путь к собственному успеху в сотрудничестве с другими, зачастую более сильными, государствами и рассматривали интеграционные процессы в качестве необходимого условия своего существования и дальнейшего развития.

В результате, весь рассматриваемый период (1991–2013 гг.) по типам интеграционных стратегий изучаемых стран и, как следствие, типам их внешней политики можно разделить на два этапа: первичный (1991–1995 гг.) и современный (1996–2013 гг.). Во многом, первичный этап можно считать инерционным, так как политические элиты рассматриваемых стран, пытались реализовать уже сложившийся у них взгляд на региональные интеграционные процессы. В соответствии с ними сформировались союзы государств, способные решить проблемы вошедших в них стран. Условно эти субсоюзные образования можно сгруппировать следующим образом. Во-первых, это объединения стран, возникшие в рамках Содружества Независимых Государств (СНГ), такие как: Таможенный союз (ТС) и Договор о коллективной безопасности (ДКБ). Во-вторых, это субрегиональные объединения на постсоветском пространстве: Совет государств Балтийского моря (СГБМ) (Совет..., 2013) и Организация Черноморского экономического сотрудничества (ОЧЭС) (Организация..., 2013). В-третьих, это союзы стран, деятельность которых вступила в противоречие с геополитическими интересами России. К ним можно отнести Балтийскую Ассамблею (БА).

Геополитический статус государств постсоветского пространства, 1995 г.

(СНГ – Содружество Независимых Государств, ТС – Таможенный союз, ДКБ – Договор о коллективной безопасности, ОЧЭС – Организация Черноморского экономического

сотрудничества, СГБМ – Союз государств Балтийского моря, БА – Балтийская ассамблея)

Это привело к образованию двух видов первичных интеграционных стратегий государств постсоветского пространства.

Первый вид – это «Инерционная пророссийская интеграционная стратегия», связанная с ориентацией внешней политики на Россию как правопреемницу

СССР. Это 11 из 15 новых независимых государств, вышедших из состава СССР. Все они практически одновременно вошли в состав СНГ (Исполнительный..., 2013). Их вовлеченность в деятельность этой организации во многом определялась инерцией исторического опыта существования в одном политическом и социально-эконо- мическом пространстве с Россией. Однако стоит отметить, что характер и степень интеграции данных государств в рамках СНГ значительно отличались:

во-первых, это активная интеграция с Россией в рамках СНГ в военнополитической (ДКБ) и экономической сферах (ТС) – Беларусь и Казахстан;

во-вторых, это интеграция с Россией в военно-политической сфере – Киргизия, Таджикистан, Узбекистан (в рамках ДКБ);

в-третьих, это интеграция с Россией в рамках СНГ в сочетании с активной региональной интеграцией в рамках ОЧЭС – Украина, Молдавия (Молдова);

в-четвёртых, это интеграция с Россией в военно-политической сфере в рамках ДКБ в сочетании с активной региональной интеграцией в рамках ОЧЭС – Армения, Азербайджан, Грузия;

Геополитический статус государств постсоветского пространства, 2013 г.

(СНГ – Содружество Независимых Государств, ТС – Таможенный союз, ОДКБ – Организация Договора о коллективной безопасности, ОЧЭС – Организация Черноморского экономического сотрудничества, СГБМ – Союз государств Балтийского моря, БА – Балтийская ассамблея, ЗСТ – Зона свободной торговли, ЕврАзЭС – Евразийское экономическое сообщество, ШОС – Шанхайская организация сотрудничества, ГУАМ – Организация за демократию и экономическое развитие, СДВ – Содружество демократического

выбора, ЕС – Европейский союз, НАТО – Евроатлантический альянс)

в-пятых, это декларативная интеграция с Россией в рамках СНГ – Туркме-

ния (статус наблюдателя).

Второй вид – это «Альтернативная России интеграционная стратегия», характерная для Эстонии, Латвии и Литвы. Дистанцируясь от России, они стремились развиваться вне её зоны политического и социально-экономического влияния. Однако ориентация на европейские страны, с которыми данные государства объединяла общая история и культура, по объективным причинам не могла реализоваться быстро через интеграционные стратегии. Национальные экономики прибалтийских государств не обладали необходимым потенциалом для вступления в Европейский союз (ЕС) или Евроатлантический альянс (НАТО). Поэтому они решили объединить свои усилия на пути к европейской интеграции, создав региональную организацию БА (Balti..., 2013). Несмотря на декларирование координационной политики в разных сферах деятельности (экономике, социальных вопросах, праве), основные усилия страны сосредоточили всё же в сфере международной безопасности. Более того, они рассматривали её в контексте борьбы с Россией: требование признания советской оккупации тер-

Юбилейный саммит СНГ (2011 г.) // Президент России (http://www.kremlin.ru/)

ритории прибалтийских государств в период 1940–1991 гг. и напрямую связанные с ними территориальные претензии к России, и генерирование проблемы гражданства русскоязычного населения; требование вывода российских войск; формирование коалиционных вооружённых сил: военно-морская эскадра – Baltic Naval Squadron (БАЛТРОН), система наблюдения за воздушным пространством Балтии – The Baltic Air Surveillance Network (БАЛТНЕТ) и др.

Дальнейшее развитие интеграционных стратегий государств постсоветского пространства привело к диверсификации и усложнению этих стратегий. Таким образом, возникла чёткая регионализация ранее единого политического, экономического и социального пространства. Как следствие - формирование современных типов интеграционных стратегий государств рассматриваемого региона.

Наряду с существовавшими ранее интеграционными образованиями, такими как Европейский союз (ЕС) и Евроатлантический альянс (НАТО), ставшими притягательными для ряда стран рассматриваемого региона, продолжали формироваться новые союзы в определённых ранее направлениях. Первая категория объединений – это интеграции стран, возникающие в рамках СНГ. Наиболее активно шли процессы экономического объединения стран с целью улучшения таможенной политики. Таможенный союз плавно перерос в Евразийское экономическое сообщество (ЕврАзЭС), затем в обновлённый ТС (с учё-

Совместная пресс-конференция по итогам саммита Россия – Европейский союз (2013 г.) // Президент России (http://www.kremlin.ru/)

образование Союзного государства России и Беларуси (СГРБ) с формированием надправительственных органов власти, что свидетельствует о высшей ступени эволюции интеграционных процессов – создание политического союза. В разные годы о своём желании войти в него заявляли Молдова, Киргизия, Абхазия, Южная Осетия, Приднестровье, Югославия, а впоследствии Сербия. В отличие от экономических интеграционных процессов, военно-политические процессы в рамках СНГ не только замедлились, но и во многом ослабли. Из 9 стран, первоначально подписавших договор о коллективной безопасности, в состав Организации договора о коллективной безопасности (ОДКБ) вошло только 6 стран, что показало наличие политических разногласий в составе СНГ.

Вторая категория объединений – это субрегиональные интеграции на постсоветском пространстве. К уже существующим СГБМ и ОЧЭС добавились: Центральноазиатское сотрудничество (ЦАС) (впоследствии объединилось с ЕврАзЭС) (Центральноазиатское..., 2013) и Шанхайская Организация Сотрудничества (ШОС).

Третья категория объединений – это союзы стран, деятельность которых вступала в противоречие с геополитическими интересами России. Наряду с БА, стали действовать: Организация за демократию и экономическое развитие (ГУАМ) (GUAM..., 2013) и Содружество демократического выбора (СДВ) (Геополитика..., 2013).

Таким образом, интеграционные процессы в рассматриваемом регионе сформировали разные типы внешней политики государств. На этой основе можно выделить четыре основных типа интеграционных стратегий (табл.1).

Митинг в поддержку внеблокового статуса Украины

и отмены вступления в НАТО (2010 г.) // (http://rus.newsru.ua/)

последствий чрезвычайных ситуаций. Именно на территории этих стран размещаются военные объекты ОДКБ (Организация..., 2013).

Кгруппе стран с «Проевропейской интеграционной стратегией» относятся Эстония, Латвия, Литва. Это единственная категория стран постсоветского пространства, которая никогда не декларировала своё вступление в СНГ ни в одной из существующих форм (постоянный член, ассоциированный член, наблюдатель). Рассматривая Россию как угрозу своей суверенности, они первоначально создали собственную интеграцию – Балтийская ассамблея (1991 г.) для согласования и координации своих действий в области внешней политики.

Азатем, отталкиваясь от собственного исторического опыта развития (тесное взаимодействие Эстонии с Финляндией, Латвии со Швецией, Литвы с Германией), выбрали в качестве основного внешнеэкономического и внешнеполитического партнёра страны Европы, одновременно вступив сначала в НАТО, а затем в ЕС. Оставляя за рамками данной статьи дискуссии по поводу заинтересованности европейских стран в этом объединении, отметим только очевидную приоритетность политических причин над экономической целесообразностью. Более того, впоследствии страны рассматриваемой группы стали усиленно поддерживать деятельность союзов стран, ущемляющих геополитические интересы России, в частности Содружество демократического выбора.

Кгруппе стран с «Пророссийской альтернативной интеграционной стратегией» относятся Украина, Молдова, Грузия, Азербайджан. Особенности

Премьер-министры стран Балтии подписали декларацию о сотрудничестве в энергетической сфере (2013 г.) // Экспресс неделя (http://www.nedelia.lt)

геополитического положения формируют у них объективную заинтересованность в тесном политическом и социально-экономическом сотрудничестве с Россией, что нашло отражение в членстве в СНГ (Грузия вышла из его состава). Тем не менее, они предприняли ряд усилий, с целью снижения уровня своей зависимости от России. В результате возникли такие альтернативные СНГ интеграции, как ГУАМ и СДВ. ГУАМ ослаблял, в первую очередь, энергетическую зависимость входящих в него стран от России, предоставляя свою территорию для транспортировки энергоносителей в обход России. Кроме того, стимулировал вывод российских войск из зон конфликтов в пределах рассматриваемых стран, снижая, таким образом, политическую зависимость. В свою очередь, СДВ стремясь поддерживать оппозиционные режимы, возникающие в государствах постсоветского пространства, стимулировал «народные революции», дестабилизируя официальные политические режимы и задерживая тем самым экономическое развитие стран.

К группе стран с «Неопределённой интеграционной стратегией» можно отнести Туркмению и Узбекистан. Это государства, не имеющие сложившегося собственного видения своей интеграционной стратегии. Их вовлеченность в деятельность СНГ во многом определяется инерцией исторического опыта существования в одном политическом и социально-экономическом пространстве с Россией. Поэтому все они являются членами СНГ (с разным статусом). Вместе с тем, каждое из государств демонстрирует разное отношение к интеграционным процессам в целом. Туркмения стремится к нейтральности, дистанцируясь от любого проявления союзничества и не вступая ни в какие группировки. Даже в состав СНГ она входит на правах ассоциированного члена. В то же время