Керам К. - Боги, гробницы, учёные. Роман археологии - 1963

в этих гробницах происходили чудовищные побоища. В одной ИЗ них

Вуллей нашел несколько стражников: рядом с их трупами так и оста­

лись лежать выпавшие из рук копья и скатившиеся с голов шлемы.

В углу другой лежали останки девяти придворных дам в головных

уборах, которые они, вероятно, надели, идя на похороны. У входа в гробницу стояли две тяжелые кареты, а в них - скелеты возничих;

впереди рядом со скелетами волов, впряженных в кареты, лежали

скелеты слуг.

В гробнице царицы Шуб-ат убитые придворные дамы лежали в два ряда. Там же лежал музыкант - арфист. Кисти его рук еще находи­

лись на инструменте, покрытом драгоценной инкрустацией, на котором он, очевидно, играл в тот момент, когда его настиг смертельный удар.

Идаже на носилках, где был установлен гроб царицы, лежали

скелеты двух людей в той позе, в какой их застала смерть.

Что означали все эти находки?

Объяснение могло быть только одно: здесь в честь мертвых была

принесена самая большая жертва, на какую только вообще способны

люди, - человеческая жизнь. Здесь имели место человеческие жертво­

приношения, и, вероятнее всего, их совершали фанатики жрецы. Поло­

~ения скелетов, а также ряд других обстоятельств позволяли прийти

квыводу, что все эти придворные, солдаты и слуги последовали за

своими повелителями отнюдь не добровольно, как, скажем, индий­

ские вдовы, сами входившие в костры, на которых сжигали останки

их мужей. Здесь речь шла 06 убийстве, о. настоящей резне. Это была

кровавая тризна в честь мертвых правителей!

Какие выводы сделала из этих находок наука?

«У нас нет никаких письменных упоминаний о подобного рода жертвоприношениях. И если не считать данного случая, то археологи

тоже никогда не сталкивались с этим обычаем или с его пережитками

в позднейшие времена. Если эти жертвы... находят свое объясне'ние

в обожествлении первых царей, то следует отметить, что в истори­

ческие времена ни одному даже самому значительному божеству подобных жертвоприношений не совершали - это лишнее докатель­

ство чрезвычайной древности гробниц Ура».

Вуллею было суждено сделать еще один шаг на пути изучения этой

древнейшей цивилизации. Перейдя к систематическим раскопкам, он

наткнулся на глубине двадцати метров под слоем, в котором нахо­

дились остатки гробниц, на слой глины примерно в два с половиной

метра толщины. Этот слой был совершенно чистый - в нем не было ни

черепков, ни мусора, ни каких-либо иных следов деятельности человека.

Присутствию здесь этого явно наносного, аллювиального слоя

288

можно было дать только одно объяснение, причем геологи могли здесь помочь больше, чем археологи. Некогда в стране шумеров произоше.\

настоящий потоп, ибо наносный слой глины толщиной в два с полови­

ной метра мог возникнуть только в том случае, если в древнем Шумере

некогда разверзлись «хляби земные и небесные». Невиданный

поток, сметаЮIJjИЙ все на своем пути, хлынул на землю; по словам

Библии, «разверзлись все источники великой бездны, и окна небесные

отворились, и лился на землю дождь сорок дней и сорок ночей... вода

же усиливалась на земле сто пятьдесят дней».

Вуллей пришел к поразительному выводу. Он вспоминал об уди­

вительном совпадении библейского рассказа о потопе с рассказом о

потопе в гораздо более древнем, чем Библия, сказании о Гильгамеше;

он вспоминал о том, что в так называемых шумерских царских спис­

ках было сказано: «Потом был потоп, а после потопа цари вновь

спустились с небес»; вспоминал он и о том, что многие древние ле­

генды и содержащиеся в Священном писании сведения нашли свое подтверждение во время раскопок в Двуречье. Не свидетельствова.\О

ли все это о том, что потоп, следы которого обнаружил Вуллей, был

именно тем потопом, о котором говорится в Библии?

Разумеется, этот исторически достоверный потоп, послуживший

основанием для рассказов о мифическом потопе, не уничтожил весь

людской род, за исключением Утнапиштима - Ноя. По всей вероят,

ности, это было чрезвычайно большое наводнение, хотя и не столь уж

редкое в дельте Евфрата и Тигра. Те сведения, которыми мы распола·

гаем о древнейших шумерских царях, живших «до И после потопа»,

позволяют предполагать, что после потопа шумерские поселенцы оста·

лись живы потому, что они в отличие от местных жителей ЖИ.\И

вокруженных крепостными стенами городах, возведенных на искус­

ственных насыпях. Весьма вероятно, что Утнапиштим, шумерский Ной, - реально СУlцествовавшее лицо, какой-либо поселенец, коло­

нист, который жил ранее в аккадской земле, а потому раньше других

узнал, что вода прибывает, и заблаговременно предприннл соответ­

СТВУЮlцие меры.

Что касается обращенных к Утнапиштиму слов бога - «плоди­

тесь и размножайтесь и наполняйте землю», - то шумерские поселенцы

точно выполнили эту заповедь. С энергией, которая и по сей день вы­

зывает восхищение археологов, они превратили разрушенную потопом

страну в цветущую и высокоразвитую державу.

Свои находки в царских гробницах Ура Вуллей датировал четвер­ тым тысячелетием до н. э. 14 До него все наши сведения об этой эпохе мы черпали из мифов и легенд. Вуллей же сделал ее достоянием исто­

рии. Ему удалось документально доказать существование одного из

царей того времени, одного.. из древнейших царей человечества.

В свое время существование шумеров было открыто на основании

косвенных данных. Ныне никто не сомневается в реальном существо­

вании этого народа: достаточно вспомнить хотя бы о произведениях

шумерского искусства и ремесла, находящихся в наших музеях. Но

о происхождении народа, который изготовлял все эти вещи, мы, по су­

ществу, и сейчас еще ничего не знаем. В этом вопросе мы вынжденыы по-прежнему опираться лишь на косвенные свидетельства. Бесспорным

является лишь одно: шумеры, темноволосый, не принадлеЖaIЦИЙ к се­

митической ветви народ, «черноголовые», как их называют в надписях.

пришли в район дельты Евфрата и Тигра последними. До них страна

была уже заселена, по всей вероятности, двумя различными семитиче­

скими племенами. Шумеры принесли с собой более высокую, в

основном вполне Сформировавшуюся культуру, которую они

навязали семитам. НО где сформировалась их культура? Этот вопрос

затрагивает одну из больших, до конца еще неясных проблем

археологии.

Язык шумеров похож на древнетурецкий (общетюркский). Судя по

внешнему облику, они должны принадлежать к индоевропейцам 15. Это

все, что мы о них знаем; дальше начинается область чистых гипотез.

Люди, которые поклонялись богам, живущим на вершинах гор, и соо­

ружали для них искусственные горы - зиккураты, не мог ли

быть родом с равнинных мест. Весьма возможно,-ЧТО они пришли из высокогорных районов Ирана, а может быть, и из более отдаленных мест - из гористых районов Азии. В пользу подобного предположе­

ния говорит то обстоятельство, что ранняя шумерская архитектура,

образцы которой были обнаружены археологами во время раскопок

в Двуречье, совершенно явно выдержана в традиционном стиле дере­

вянных сооружений, который мог выработаться только у народа,

живущего в лесистых районах. Однако сказать что-либо точно

довольно трудно, поскольку этой теории противоречат некоторые

.а;ревние шумерские легенды, в которых рассказывается о народе, при­

шедшем в Двуречье со стороны моря. Некоторые косвенные данные

подтверждают и эту гипотезу.

Наконец, в один прекрасный день англичанин Артур Кейт высказал

мысль о том, что «черты, характерные для древних шуме ров, можно

и поныне проследить на Востоке у жителей Афганистана, Белуджиста­

на и еше более дальних мест - вплоть до долины Инда».

Не-успел он высказать эту мысль, как при раскопках в долине

Инда, где У4алось обнаружить следы высокоразвитой древней куль­

туры, были найдены прямоугольные печати, чрезвычайно напоминав­ шие своей формой и выгравированными на них надписями печати,

найденные вШумере.

И все же вопрос о тем, откуда прибыл этот таинственный народ,

290

остается открытым до сих пор. Но наберемся терпения. Вспомним, в

какую даль веков уводят нас находки, сделанные в стране «черноголо­

вых», И удовольствуемся пока тем, что «царские списки» открывают

нам еще более далекие перспективы.

В древнем Вавилоне счет велся по наиболее примечательному собы­

тию прошлого года, однако уже во времена первой династии Исина

(примерно 20 век до н. э.) была предпринята попытка составить хро­

нологию прошедших веков. От этих времен и ведут свое начало изве­

стные нам копии «царских списков» - схематических, но тем не менее

очень ценных для нас таблиц; мы также располагаем составленной,

правда, значительно позднее (4-3 века до н. э.) И весьма приукра­ шенной историей Вавилона, принадлежащей перу вавилонского жреца

Бероса, который писал на греческом языке.

Согласно «спискам», история шумеров начинается со времен сотво­ рения человека. В Библии идет речь о десяти праотцах, если считать от Адама; у ШУМ.:J>ОВ они называются «древнейшими царями» и их тоже десять. Израильтянские праотцы отличались необыкновенным долголетием. Адам, которому было сто тридцать лет, когда родился

его первенец, прожил после этого еще восемьсот лет. «Мафусаилов век»

стал нарицательным для обозначения долголетия. Шумерские вла­

дыки отличались еще большим, поистине фантастическим долголетием.

Потом был потоп. После потопа вновь возродился человеческий

род - он повел свое начало от Утнапиштима, и вавилоНские ученые, составляя свои хроники примерно около 2000 года до н. Э., внесли в

них своих древних царей, которые были для них реально существоваз­

шими людьми. Поскольку В число этих правителей попали и такие, о

которых легенды тех времен говорят как о богах и полубогах, а вдоба­ вок в самих хрониках утверждалось, что тридцать три царя первой

после потопа династии процарствовали в общей сложности 24510 лет

три месяца и три с половиной дня, нет ничего удивительного в том, что первые западноевропеиские иссле~ователи отнеслись к «царским спис­

кам» с полнейшим недоверием. К тому же до нынешнего столетия ар­

хеологам не удавалось найти ни одного документа, где бы содержалось упоминание хотя бы об одном царе, принадлежавшем к первым семи

династиям после потопа.

Однако по мере того, как перед Вуллеем обнажался в процессе рас­

копок один древний слой за другим, его доверие к древним спискам

росло. В этом смысле он очутился в том же положении, в каком неког-

да находился Шлиман, веривший в r омера и Павсания. И так же как в свое время великий дилетант Шлиман, крупнейший специалист­

археолог Вуллей смог найти подтверждение своему предположению

благодаря одной счастливой находке.

На холме аль-Убай]!., возле Ура, в Халдее, Леонард Вуллей нашел храм богини-матери Нин-Хурсаг с его лестницами, террасами, вести­

бюлем, деревянными, обитыми медью колоннами, богатой мозаикой,

скульптурами львов и оленей. Это был древнейший в мире храм, в ко­

тором огромные размеры соединялись с тонкой художественной отде.:о.­

кой деталей. В этом храме наряду со многими драгоценными и бес­

ценными предметами он нашел золотое украшение, а в надписи, вы­

гравированной на нем, Вуллей нашел первое упоминание о чело­

веке, построившем храм. Имя этого человека было А-анни-падда!

Он нашел также известняковую плиту, которая дала ему еще более важные сведения. На ней клинописью было высечено, что этот храм был построен А-анни-паддой, царем Ура, сыном Мес-анни-падды, царя Ура. В «царских списках» Мес-анни-падда числился основателем тре­

тьей династии после потопа, так называем~ первой династии Ура: он

был одним из царей, реальное историческое СУIцествование которых до

сих пор подвергалось сомнению.

Эта глава, в которой рассказывается о том, как архео;\оги нашли

целый народ - древних шумеров, - началась с вопросов о черной

кошке, платках, которые продают на дюжины, и о ЦИферблате. Этим

же мы хотим ее и закончить.

Мы связаны с культурой шумеров одной нитью, до нас она

прошла сквозь те цивилизации, которые родились и умерли в разде­

ляющий нас промежуток времени. Влияние шумерской культуры рас­

пространилось на все страны без исключения - все, что впоследствии

достигло своего расцвета в Вавилоне и Ниневии, выросло на шумер­ (кой почве. Приведем лишь несколько примеров, показывающих, на­

сколько вся вавилонская культура в целом обязана шумерской и какое

значение имели ее достижения для последующих цивилизаций.

Кодекс Хаммурапи, высеченный на стеле, найденной в Сузе, по

своему содержанию представляет собой по сути дела компиляцию ста­

рошумерских законов и обычаев. Наиболее удивительно в этом доку­

),lенте, с нашей точки зрения, толкование понятия вины - оно звучит чрезвычайно «современно» - И подчеркивание чисто юридических

моментов (при ограничении религиозных заповедей). Кровная месть,

например, сохранившаяся во времена всех последующих цивилизаций,

а в некоторых районах Европы вплоть до нынешнего столетия, была

292

в кодексе Хаммурапи почти упразднена. Вместо индивидуальной мести

за несправедливость СУlцествовала месть государственная - это самое

«современное» В законах, начертанных на стеле, наиденной в Сузе.

Законы были жестокими, а обилие суровых телесных наказаний носило

отпечаток восточного деспотизма, но влияние кодекса Хаммурапи чув­ ствуется и в Юстиниановом кодексе и во многих других, даже в кодек­ се Наполеона.

Искусство врачевания у вавилонян, тесно связаНное с магией (для

римлян слово «вавилонянин» или «халдей» было сИнонимом колдуна,

мага, волшебника), возникло в Шумере. У вавилонян были медицин­

ские школы, находившиеся под покровительством государства; во мно­

гих случаях врач руковбдствовался в своем искусстве религиозными

предписаниями, в других случаях он нес ответственность перед госу­

дарством, очень часто юридическую. Так, например, согласно пара­

графу 218 закона Хаммурапи, «если врач сделает человеку тяжелый

надрез бронзовым ножом и при чинит смерть этому человеку или, сни­

мая бронзовым ножом бельмо у человека, повредит глаз, ему следует

отрубить руку».

Божества шумеров, поклонявшихся небесным светилам, мы нахо­ дим под другими именами, нередко лишь слегка измененными, в ВаВJI­ лонии и Ассирии, в Афинах и даже в Риме. В прямом влиянии шумер­ ской истории и шумерских легенд на Библию мы уже имели слу­ чай убедиться. Изучение шумерами небесного свода и движения

планет превратилось у них в точную науку, оно послужило им основой

для создания карты звездного неба, создания календаря и определения

времени. Башни-зиккураты были одновременно обсерваториями. Вави­ лонские жрецы вычислили движение Меркурия более точно, чем Гип­ парх и Птолемей; им даже удалось вычислить время обращения Луны вокруг Земли, причем они определили его всего лишь на 0,4 секунды

менее точно, чем современные астрономы, вооруженные новейшими

приборами.

Вся математика в Вавилоне основывалась на шумерской шести­

десятиричной системе, которую аккадцы скрестили с десятиричноЙ.

Возникшие из-за этого затруднения устранялись с помощью счетных таблиц - своего рода счетных линеек древности. С помощью такой

системы счета вавилоняне сумели достигнуть удивительных резу льта­

тов. Достаточно вспомнить, что для древних греков, которые были в

какой-то степени нашими учителями и в области математики и в об­

ласти астрономии, понятие 10000 связывалось с понятием «тьмы

народа», понятие миллиона возникло на Западе лишь в XI"X веке, а

клинописный текст, найденный на холме Куюнджик, приводит ма­

тематический ряд, конечный итог которого выражается ЦИфрой

195955200000000, то есть такими числами, которыми не могли

293

оперировать даже во времена Декарта и Лейбница. Однако надо

сказать, что вся математическая наука вавилонян пагубным образом

переплеталась с астрологией и пророчествованием, которые тоже на­

шли путь в Западную Европу - через поздний Рим в мавританскую Аравию.

Леонард Вуллей, которому мы обязаны большинством наших све­

дений о таинственном народе «черноголовыю>, приводит пример из uбласти архитектуры, свидетельствующий о том, что однЬ из шумер­ ских изобретений продолжает жить и поныне:

«Арка распространилась в Европе лишь со времен Александра Ма­ кедонского. Греческие архитекторы жадно ухватились за нее, видя в

ней новое слово в строительной технике, и... ввели ее в западный мир...

Затем то же сделали римляне. Однако арочные конструкции были

широко распространены еще в Вавилоне. Навуходоносор использовал их при восстановлении Вавилона еще за 600 лет до н. Э.; В Уре и поныне можно увидеть арочную конструкцию в храме Кури-Гальзу - вавилон­ ского царя, который правил Пl)имерно в 1400 году до н. э. Арочные

перекрытия ворот, весьма близкие к современной арочной архитектуре,

встречались в домах шумеров еще 2000 лет назад. Сооружение сводча­ того стока воды в Ниппуре следует отнести к третьему тысячелетию до н. Э., а сводчатые потолки в царских гробницах Ура свидетельствуют

о том, что этот вид сооружений возник по меньшей мере еще на 400500 лет раньше. Таким об.разом, здесь четко прослеживается единая

.\иния от зари шумерской культуры вплоть до нашего времени».

Подводя итог, Вуллей пишет: «Если судить о заслугах людей только

по достигнутым ими результатам, то шумерам должно здесь по праву

принадлежать почетное, а может быть, и выдающееся место. Если

же учитывать и воздействие, которое они оказали на последующее раз­

витие истории, то этот народ вполне заслуживает еще более высокой

оценки. Их цивилизации, которая, словно факел в ночи, осветила еще

погруженный в варварство мир, выпала высокая честь стать ОДНОй из

первых движущих сил истории человечества. Мы выросли в такое вре­ мя, когда началом всех начал в искусстве считалась Греция, когда

думали, что сама Греция, словно Паллада, появилась из головы Зевса­

олимпийца. Но нам удалось убедиться в том, что свои жизненные силы

она черпала в культуре лидийцев, хеттов, финикийцев, жителей Крита,

Вавилона, Египта - им всем она в немалой степени обязана своим рас­

цветом, корни ее уходят еще дальше в глубь веков: за всеми этими

народами стоят шумеры».

Проделав шаг за шагом вместе с археологами путешествие в Дву­ речье, страну потопа и древнейших царей, прослеживая истоки нашей

истории, мы почувствовали дыхание прошедших тысячелетий. Многое

из того, что окружает нас сегодня - и доброе и злое, существовало

294

еще пять тысячелетий назад; когда мы вспоминаем об этом, нам кажет­

ся, что эти столетия пронеслись, как один день.

До сих пор мы, прослеживая успехи археологов, ограничивались территорией, не выходящей в основном за рамки Средиземноморья. Настало время совершить прыжок в другой мир, весьма отдаленный,

культура и цивилизация которого относится примерно к той же эпохе.

Вместе с археологами мы совершим путешествие в малоизвестный нам

мир; он исчез всего лишь несколько столетий назад, но по сравнению

стем миром, с которым мы познакомились в предыдущих главах, он

покажется нам более чуждым, варварским, во многом более жестоким

и непонятным. Итак, мы отправляемся в джунгли Мексики и Юкатана.

КНИГА

,

СТУПЕНЕИ

«Разрушенный lOPO;!. лежал перед на..,и, с.10ВНО потерпев­

ший крушение корабль: 1./ачты ezo потеряны, название не­

известно, экипаж поzиб, и никто не знает, откуда он шел,

кому при надлежал, как до.НО длилось еlО путешествие,

что послужило причиной ezo lибе.ш; лишь по едва за­

метно."у, скорее даже предполаlае.мО.I/У сходству с извесг­

HbI.IlU нам типа.I/И кораблей ..,ожно с трудо." доzaдаться

О том, из каких краев бы.1 elO экипаж; впрочем, ничеlО

достовеРНО10 О не." ..,Ы, вероятно, так ниК01да и не

узнае.W».

д ж о н Л. с т е Ф е н с

r лава 27

СОКРОВИlJJА МОНТЕСУМЫ

С первыми лучами солнца испанский военачальник был уже на

«ногах и принялся собирать своиu отряд. Тревожныиu звук трубы

прокатился по водам и лесам и замер где-то в горах, отозвавшись да­

леким эхо. Люди становились под знамена; сердца их бились от волне­ ния. Расположение города угадывалось лишь по священным огням на

алтарях бесчисленных ступенчатых храмов теокалли, едва видных в

предутренней дымке. Но вот наконец первые лучи солнца, подняв­

шегося на востоке над горной грядой, пробили туман и осветили хра­

мы; башни и дворцы стали видны во всем своем великолепии. Было 8 ноября 1519 года - знаменательный день в истории: в этот день ев­

ропейцы впервые вступили в столицу западного мира».

Так один из историков прошлого века, В. х. Прескотт, о котором

мы еще будем говорить, описывает тот момент всемирно-исторического

значения, когда испанский авантюрист Эрнандо Кортес '3месте с че­

тырьмя сотнями воинов получил наконец возможность бросить первый

взгляд на Мехико - столицу царства астеков. Армия К ортеса прошла

дамбу, соединявшую с сушей столицу астеков, расположенную на

острове посреди озера, и миновала большой деревянный подъемный

мост; испанцев сопровождал шеститысячный отряд союзных племен.

главным образом тлашкаланцев - заклятых врагов астеков. Каждому

из испанцев было ясно, что им предстоит иметь дело с весьма могу­ щественным правителем; об этом свидетельствовали не только бесчис­

ленные отряды войск, которые окружали их со всех сторон, не только

колоссальные строения, возвышавшиеся перед ними, но и рассказы

местных жителей. Однако все это не поколебало их решения, и они

продолжали свой пу.ть.

Вступив на главную улицу города, они увидели большую группу

людей в пестрых, ярких одеждах; она медленно двигалась им навстречу.

Впереди шли три важных сановника с золотыми жезлами в руках, за ними медленно плыл сверкающий золотом паланкин, его несли на своих

плечах астекские вельможи. Над паланкином возвышался украшенный

драгоценными камнями и серебром балдахин из разноцветных перьев.

Придворные были босы; они двигались размеренным шагом, опустив

глаза. На определенном расстоянии процессия остановилась. Паланкин

опустили на землю, и из него вышел высокий худощавый мужчина лет

299