Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Zima_uch_met_pos_11

.pdf
Скачиваний:
31
Добавлен:
14.03.2016
Размер:
1.1 Mб
Скачать

над этим фактом. О чем он нам говорит? О том, что человек так устроен, что для него знания, источником которого является чувственный опыт, и которое лежит на поверхности, часто вполне достаточно. Человек даже не задумывается, что на самом деле все может обстоять совершенно иначе, чем ему кажется на первый взгляд. Таким образом выясняется, что проникновение в сущность вещей, то есть в сокрытое от первого чувственного впечатления, требует определенного, часто очень напряженного, умственного труда.

Знание, таким образом, в готовом виде не дается. Философ — это тот, кто стремится к познанию нового, все более сокрытого от поверхностного взгляда на вещи.

Таким образом, специфика философии, как, впрочем, и религии, и науки, в качестве форм освоения действительности, преимущественно выявляется в когнитивной (познавательной) сфере. Но в этом случае возникает неизбежный вопрос: в чем разница между философией, наукой и религией. Ответ на него поможет нам лучше понять специфику философии как формы знания и мировоззрения, но вы должны учитывать, что исторически взгляды на эту проблему как и способы ее решения менялись.

Проблема соотношения философии и науки. Чтобы ответить на этот вопрос, для начала давайте внесем ясность в термин «наука». Бывают такие термины, в которые мы привыкли вкладывать разные значения, сами себе в том не отдавая отчет. В том, что значения одного и того же термина могут различаться — это не страшно. Самое главное, если перед нами именно такой термин, и мы прибегаем к его использованию, то предварительно мы просто обязаны внести здесь ясность, то есть объяснить, в каком именно значении мы его используем. Таковы общие законы научного творчества, которые вы должны обязательно знать. Для философии это тем более важно, поскольку философское творчество, как мы увидим ниже, имеет ярко выраженный авторский характер. При этом так бывало, что различные философы вкладывали в определенный термин различное понимание. Это надо учитывать. Кроме того, существует проблема демаркации различных видов знания — в естественных и гуманитарных науках, в философии, религии, равно как и проблема

11

сциентизма, требующая ответа на вопрос о том, что представляет собой критерий научности как таковой и почему он так притягателен. Так, если мы обратимся к статье «Наука» в Энциклопедии эпистемологии и философии науки, то обнаружим, что наукой называется особый вид познавательной деятельности, нацеленный на выработку знаний о мире, основными признаками которых являются их системная организация, обоснованность и доказанность. В то же время наука не исчерпывает собой всей человеческой культуры, а составляет лишь одну из ее сфер, наряду с моралью, религией, философией, искусством4. А если мы посмотрим классификацию ВАКа (высшей аттестационной комиссии), на основе которой присваиваются ученые степени в Российской Федерации, то мы увидим там не только физико-математические, химические, биологические науки, но и технические науки, а также философские науки, экономические науки, юридические науки, социологические науки, исторические науки, психологические науки, педагогические науки. Возникает естественный вопрос, как совместить эти утверждения между собой? Попробуем дать на него ответ. Поскольку мы собираемся внести ясность в понятие наука, то обратим внимание, что сделать это возможно только с учетом различных контекстов, имплицитно (неявно) связанных с понятием науки, и связанных с ними вопросов.

Вопрос первый: существует ли наука как таковая? Определе-

ние науки, которое мы привели выше, очевидно относится к некоторому способу познания действительности, который отвечает критериям системной организации, обоснованности и доказанности. Следовательно, нельзя сказать, что существует наука вообще, наука как таковая, но можно говорить о том, является ли определенная область знания наукой в этом смысле. Очевидно, что в этом случае мы можем сказать: да, согласно критерию науки как способа познавательной деятельности философия является наукой.

Вопрос второй: в каком тогда виде существует наука? Наука не существует как таковая, поскольку наука это не просто способ познавательной деятельности, но именно способ получения знаний

4 Энциклопедия эпистемологии и философии науки. — М. : Канон+, 2009. — С. 560–561.

12

о мире, что подразумевает наличие объектов научного исследования. В этом смысле можно говорить о том, что существуют неко-

торые частные науки, которые различаются между собой объектами своего исследования.

Вопрос третий: существует ли качественное различие между частными науками? Этот вопрос возникает, во-первых, в связи с указанным выше противопоставлением науки и философии, а, во-

вторых, в связи с проблемой демаркации научного и иного видов знания, которая широко обсуждалась на протяжении двадцатого столетия. Ведь сам сциентизм обычно апеллирует к математизированному естествознанию в качестве некоторого идеала научности. В контексте дискуссии по проблеме демаркации были высказаны разные точки зрения, в том числе и такие, в которых указывалось на необходимость различать естественные и гуманитарные науки, были попытки выработать такие критерии научности знания, с точки зрения которых философия бы перестала рассматриваться как научное знание. Однако в настоящее время принято считать, что проблема демаркации скорее является псевдопроблемой, и философии в статусе научности, несмотря на ее специфику, никто не собирается отказывать.

Однако вопрос о качественном различии наук все-таки остается. Действительно, характер объектов науки различен. Если для естественных наук критерием истинности знания во многом остается эксперимент, возможность опытной проверки (хотя бы косвенной) высказанных теоретических предположений, то для наук, имеющих своим объектом человека, или язык (филология), или общество, или историю такой критерий часто не применим, а если и применим, то с существенными оговорками. А для математики, имеющей дело с идеальными объектами, вопрос о соотношении идеального объекта и опыта вообще чрезвычайно сложен. И тем не менее есть то, что роднит все эти области знания. Это — их рациональный характер. Все науки — это формы рациональности. Их объекты всегда являются в той или иной степени теоретическими конструкциями, но такими, которые требуют согласования с тем миром, который они претендуют адекватно описывать. И конечно, объекты науки требуют различных методов их познания с

13

учетом их специфики. Поэтому различные науки могут качественно отличаться друг от друга и в плане объектов, и в плане методов.

Вопрос четвертый: в чем различие философии и других наук?

А. Отдельные науки изучают отдельные стороны природной и социальной реальности, тогда как философия изучает реальность как целое, выявляя присущие ей характеристики.

Б. Философские проблемы имеют предельный и смысложизненный характер и при этом такой, что представление об этих предельных объектах, которые философия не заимствует из других областей знания, а создает сама, таких как Бог, мир, душа, смысл жизни, добро, зло, не вытекает непосредственно из опыта, но скорее обобщает этот опыт в его человеческом измерении. В этом смысле способом их постижения является разум, мышление по преимуществу, а способ познания — логико-теоретическим, а не эмпирическим. Очевидно, что методами естественных или гуманитарных наук нельзя изучать Бога или решить вопрос о его существовании. Равно как и нельзя судить о существовании души и ее бессмертии.

В. Философия единственная из наук делает своим предметом сам процесс познания. В этом аспекте предельный характер философского знания выражается в ряде понятий, имеющий предельный теоретический характер. Результатом ее теоретической рефлексии и ее объектами являются такие понятия, как: сущность, познание, реальность, рациональное и иррациональное, знание, вера, истина, доказательство и т. п. В этом смысле она выступает в качестве науки о познании, методологии познания, являясь своего рода метанаукой.

Г. Философские суждения, в качестве смысложизненных, часто имеют оценочный характер, в том числе и потому, что именно философия интегрально осмысливает данные других наук; причем в качестве мировоззренческих эти суждения могут и не становиться объектом рефлексии и критического рассмотрения. Например, идеи прогресса в качестве оценки характера развития общества или истории, представления человека в качестве «царя природы», многие социальные идеи могут явно показаться человеку, который с ними знакомится, более привлекательными, чем идеи, в которых

14

место и деятельность человека оцениваются негативно и поэтому приниматься некритически. Таким образом именно философия участвует в создании духовных ценностей, руководствуясь которыми общество осознает себя как целое и проектирует свое будущее в виде выбора определенных стратегий и институтов. В этом смысле задача философии в том, чтобы на логико-теоретическом уровне уметь противостоять недостаточно философски обоснованным суждениям, которые, будучи принятыми в качестве мировоззренческих ориентиров, могут представлять угрозу для будущего человечества.

Д. Говоря о предельном характере философских проблем, необходимо обратить внимание, что объекты философской рефлексии относятся скорее к миру умопостигаемому (идеальному), то есть непосредственно не данному нам в чувственной опыте, тогда как объекты естественных наук, и даже гуманитарных, принадлежат к миру материальному, поскольку так или иначе коррелируют с чувственным опытом в качестве источника их познания в независимости от идеального характера самих объектов, в виде которых эта реальность представляется.

Поэтому для нас будет очень важно уточнить, какое именно содержание мы вкладываем в понятие идеального (умопостигаемого). Или, если говорить строгим философским языком, каков онтологический статус данного объекта познания, то есть каково отношение предметов, относящихся к материальному и идеальному мирам, к самой реальности? Если провести поверхностную аналогию с предметом научного знания, то, скорее всего, первое, что приходит вам в голову, если вы попытаетесь дать ответ, будет следующее: если предметы науки существуют как объекты внешнего мира, то, видимо, и объекты мира идеального имеют аналогичный статус. Но здесь нас и подстерегает основная трудность, которая состоит в том, что на самом деле, ни философия, ни иные науки не могут дать нам однозначного ответа на вопрос об онтологическом статусе как материального мира, так и мира умопостигаемого (идеального)!!! Действительно, о невозможности различения первичных и вторичных качеств и, следовательно, онтологического статуса объективного и субъективного, мы уже

15

говорили. Можно привести, конечно, следующий аргумент, суть которого в том, что существование предмета наподобие стола явно отличается от существования предметов наподобие цвета, вкуса и т. п., поскольку мы, очевидно, можем допустить, что существует стол сам по себе, но едва ли, что существует цвет и вкус без субъекта этих ощущений. Однако не все так просто. Дело в том, что понятия цвета, вкуса и т. п. вовсе не то же самое, что ощущения цвета, вкуса. Это различие проявляется в том, что если ощущение мы и приписываем субъекту, то дать описание объекта (стола) мы в принципе не можем помимо использования понятий цвета, вкуса, формы и т. п. Попробуйте описать, например, что представляет собой стол. Вы можете попытаться сделать это либо посредством описания набора некоторых отношений, которые в совокупности составят нечто уникальное, что мы и назовем столом, либо посредством перечисления качеств. Например: стол — это предмет мебели, за которым можно сидеть, рисовать, писать, есть, на который можно что-то положить. Стоп! А где здесь сам стол?! Мы описали отношения, но не сам по себе предмет! Точно также и в отношении качеств. Описывая стол, мы будем говорить о его цвете, форме, массе и т. п., но ничего не сможем о нем сказать помимо этих качеств. Но ведь эти качества являются ничем иным, как чистыми понятиями, присущими субъекту, понятиями, которым мы несколькими строчками выше отказали в самостоятельном существовании помимо субъекта. Получается, что любой объект для нас не существует иначе, чем в виде совокупности субъективных качеств. Поэтому различие таких предметов, как стол, с одной стороны, и цвет, вкус, форма и т. п., с другой, оказалось лишь видимым.

Конечно, здесь я предлагаю вам аргументацию, которая давно известна в философии, и которая призвана продемонстрировать принципиальную невозможность выйти за пределы человекоразмерного взгляда на вещи (равно, как и требующая уточнения самого понятия «реальность»). Что же тогда остается и как правильно ответить на вопрос об онтологическом статусе предметов научного и философского познания? Учитывая принципиальные проблемы, связанные с выявлением онтологического статуса предметов

16

нашего познания, правильный ответ будет следующий. Когда мы говорим об объектах материального и идеального (умопостигаемого) миров и о самих этих мирах, мы имеем в виду не отношение этих миров к объективной или же субъективной реальности (сам характер которых философы, принадлежащие к различным направлениям вправе понимать и понимают по-разному), а некоторое очевидное различие между свойствами этих объектов по отношению к нашему познанию. Действительно, одни объекты мы познаем при помощи чувственного опыта. Другие — только при помощи мышления. Например, если перед нами поставить сосуд с водой и попросить указать ее температуру, то помимо чувственного опыта (то есть, не прикасаясь к сосуду и не погружая в него термометр или же использования некоторых косвенных признаков, которые могут быть нам известны и также воспринимаются только чувствами) никакое чистое мышление нам в ответе на этот вопрос не поможет. В то же время очевидно, что есть такие объекты, в получении знаний о свойствах которых нам не помогут ни чувства,

ни приборы. О свойствах сущности, единого, многого, бытия,

смысла жизни мы узнаем не измеряя и не наблюдая их, а осмысливая их.

Таким образом, понятие идеального (умопостигаемого) мира мы в данном случае используем не в онтологическом, а в гносеологическом смысле. Равно как и понятие материального мира. Это уточнение в дальнейшем поможет нам понять некоторые особенности современной науки в контексте вопроса о соотношении в ней эмпирического (связанного с чувственным опытом) и теоретического знания, а также различие между классическими и неклассическими онтологиями. А теперь нам предстоит сделать еще одно уточнение, которое позволит провести более четкую демаркационную линию между философией и иными науками.

Мы указали, что «инструментом» философского познания преимущественно является мышление. Поясним сказанное. Хорошо известно, что наряду с чувственным опытом, источником знаний человека о мире является мышление. Мышление оперирует понятиями, которые, во-первых, являются именами вещей (вещью в философии принято называть не только материальные предметы,

17

но и любой самостоятельно выделяемый предмет нашего познания), а, во-вторых, позволяют выразить своеобразие вещи, путем выявления ее сходства и отличия от других вещей. Для нас принципиально отметить, что понятия, вне зависимости от того, какие гносеологические объекты они обозначают, по своей природе принадлежат к сфере умопостигаемого или идеального. Все понятия можно условно разделить на две группы: 1) понятия, которые обозначают вещи, принадлежащие к материальному миру или являющиеся референтами процессов, в нем протекающих; 2) понятия, которые либо обозначают категории, то есть универсальные формы опыта человеческого восприятия мира (причина, следствие, закономерность, случайность, количество, строение и т. п.) и осмысления мира (познание, мышление, сущность, реальность, бытие, добро, зло, свобода, душа, Бог), либо выражают некоторые про-

блемы, имеющие предельный и объективный характер, но не имеющие однозначного ответа (вопросы о смысле жизни, о происхождении вселенной, о месте человека в мире и т. п.). Своеобразие понятий, принадлежащих ко второй группе в том, что они, хотя и представляются человеку вполне реальными и определяющими его восприятие мира, не даны человеку в непосредственном чувственном опыте, а «усматриваются» только умом. Эти понятия и составляют тот умопостигаемый мир, который является собственно предметом философского познания.

«Основной вопрос философии». Наличие двух миров — ма-

териального и идеального, — приводит к проблеме их взаимного соотношения. Гносеологический аспект ее мы выявили выше. Однако возможен и иной подход. Рассмотренная преимущественно в онтологическом плане, данная проблема получила название «ос-

новного вопроса философии».

С некоторыми оговорками, всех философов в зависимости от того, как они решали «основной вопрос философии», можно разделить на две группы. Первых принято называть материалистами, вторых идеалистами. Материалисты считают, что материальная реальность является единственной объективной (то есть существующей независимо от человека) реальностью, а идеальная реальность существует только в сознании и мышлении человека,

18

являясь не более, чем образом объективной реальности. Напротив, идеалисты считают, что идеальное существует также объективно, как и материальное, просто «увидеть» его можно только умом, а не чувствами.

Следует обратить внимание, что данная проблема получила название «основного вопроса философии» далеко не случайно. Дело в том, что выбор между материализмом или идеализмом приводит к неодинаковым следствиям по отношению к решению смысложизненных и нравственных проблем. Действительно, если принять точку зрения материализма, то выясняется, что в любом случае понятия добра, зла, справедливости, души, Бога существуют только в уме человека, и следовательно, связанные с ними вопросы (преимущественно нравственного характера и наиболее важные для человека), имеют условный характер. Если же данные понятия указывают на реально существующие объекты, то, очевидно, что в этом случае ответы на смысложизненные вопросы имеют безусловный характер. Иными словами, понятно, что для человека образ мира, в котором нет места Богу и бессмертной душе, принципиально отличается от образа мира, в котором они есть. Кроме того, структурирование реальности в гносеологическом аспекте, очевидно, способно выполнять познавательную функцию, но не функцию мировоззренческую. Поэтому философия, являясь не только знанием, но и формой мировоззрения по преимуществу, требует создания онтологических систем; и отдавая предпочтение одной из них, человек часто руководствуется личным вкусом, который может в глубине иметь скорее ценностную, чем однозначно логически обоснованную природу.

Проблема соотношения материализма и идеализма, с учетом выявленного выше гносеологического ее аспекта, позволяет выявить одну существенную особенность философского знания, ярко демонстрирующую его своеобразие сравнительно с тем, что присущ иным наукам. Особенность эта состоит в фундаментальной плюралистичности философских воззрений, то есть в возможности сосуществования различных подходов к одной и той же проблеме, причем отдать решительное преимущество одному из них, как это происходит в науке, просто не представляется возможным. Поэто-

19

му и философские проблемы принято называть «вечными вопросами», а мысли даже древних авторов нельзя считать утратившими актуальности и по сей день. В этом смысле философия всегда, в отличие от естествознания, имеет авторский характер. Поэтому часто говорят, что история философии является способом существования самой философии.

Соотношение философии и религии. Есть ли еще что-то, при помощи чего человек познает мир, кроме чувственного опыта и мышления? На этот вопрос мы можем ответить вполне положительно. Таким источником познания является вера. Обратите внимание, что вера бывает двух видов: религиозная и нерелигиозная. В первом случае речь идет в широком смысле о вере человека в Бога; причем правильно будет добавить, что это не просто некоторая абстрактная вера, но скорее источник, из которого человек черпает свои ответы на смысложизненные и нравственные вопросы. Однако феномен веры находит свое выражение не только в религиозном аспекте. В широком смысле вера представляет собой одну из фундаментальных характеристик познавательной способности человека. Суть ее в следующем. Далеко не все, что мы склонны считать само собой разумеющимся, мы на самом деле можем доказать эмпирически или обосновать рационально. Мы в это просто верим, хотя в разных случаях соотношение рациональной и иррациональной составляющей в предмете веры будет различным. Так, мы верим, что наступит завтрашний день и поэтому сегодня живем заботами завтрашнего дня. Верим учебникам и учителям, верим родителям, не сомневаемся в существовании самого мира. Ученый верит, что все в мире познаваемо. Человечество верит в прогресс. Кто-то верит в то, что Бог существует, а кто-то верит (именно верит, поскольку атеизм — мировоззрение, отрицающее существование Бога — ни данными науки, ни аргументами философии не может быть абсолютно обосновано), что Его нет, равно как кто-то верит, что у человека есть бессмертная душа, а кто-то нет.

Но что представляет собой феномен веры? Если мы задумаемся, то окажется, что вера — это всегда некоторый выбор между определенными (осознаваемыми или нет) альтернативами. Существенной стороной этого выбора является та оценка, которую мы

20

Тут вы можете оставить комментарий к выбранному абзацу или сообщить об ошибке.

Оставленные комментарии видны всем.