Философия. Биология. Культура (работы разных лет)

Однако при этом они признают и то, что сводимость макро­филогенеза к микрофилогенезу не означает, что на макроуровне нельзя встретить какие-то иные, специфические закономерности. Такие закономерности есть, хотя в противоположность ненаучным способам их объяснения в прошлом (теории сальтации, ортогенеза и др.), на современном этапе они находят свое достаточное объяс­нение именно через микроэволюционные процессы.

Вместе с тем нельзя обойти вниманием противоположную тенденцию в интерпретации новейших данных, которая фактиче­ски направлена на отрицание общеэволюционного значения от­бора, а тем самым и его важнейшего методологического значения при исследовании эволюции. Остановимся в связи с этим под­робнее на концепции так называемой «недарвинской» эволюции, возникшей при изучении молекулярно-биологических основ эво­люции. Классические работы по эволюции белков гемоглобина, (Л.Полинг, Э.Цукеркандль и др.) за последние два–три года до­полнены многими данными о характере аминокислотных заме­щений в мутантах гемоглобина, в иммуноглобине, фибринопеп­тиде А, цитохроме С и т. д. Устанавливается корреляция между этими замещениями и изменениями в кодонах гена, ответствен­ных за эти замещения. Принципиально важна при этом биоло­гическая оценка происходящих замещений. Вслед за Кимурой (1968) ряд исследователей приняли понятие «нейтральная мута­ция» в качестве одного из важнейших для интерпретации данных молекулярной эволюции.

уровне. Для того, чтобы понять характер и динамику молекуляр­ной эволюции, необходимы новые постулаты» (J.L.King, Т.Н.Jukes, 1969, р. 789). Действительно «старые» постулаты подвергаются существенному пересмотру. И это относится не только к понятию отбора. Поскольку нейтральным мутациям и частоте их возникно­вения придается важное эволюционное значение, постольку ста­новится несущественным и такой общепризнанный фактор эво­люции, как численность популяции: «Вклад нейтральных аллелей в эволюцию вида (происходящую не по Дарвину), зависит только от частоты их возникновения, но не от численности популяции. Частота нейтральных аллелей флуктуирует от поколения к поколе­нию случайным образом.

Исходя из выдвинутого понятия генетической среды, С.С.Четвериков считал, что, отбирая один признак, один ген, есте­ственный отбор на деле косвенно отбирает всю генотипическую среду, генотип, и в целом выступает наряду со свободным скрещи­ванием, той закономерностью, которая, даже будучи представлена в идеально чистом виде, тем не менее, важна для понимания «всех тех неправильностей, которые мы фактически встречаем в приро­де: (там же, с. 71).

ским аспектам разбираемого вопроса. Сомнение в универсально­сти понятия естественного отбора подрывает, как было показано выше, фактически все исходные принципы эволюционной теории. Какова в этом случае может быть методологическая оценка раз­бираемой концепции, если апеллировать не просто к авторитету Дарвина и даже не к истории биологического знания, доказавшего его правоту, а к логике новых фактов и новых интерпретаций этих фактов? Чтобы дать подобную оценку, необходимо учитывать не только биологическое, но и гносеологическое содержание понятия отбора, т. е. его понимание как средства познания. Это означает, что при изучении механизмов отбора на различных уровнях ор­ганизации живого необходимо признание самой идеи отбора как необходимого условия познания эволюции. Не только данные со­временной биологии, биохимии, но и собственно химии и даже ки­бернетики, настоятельно требуют представленности отбора в каче­стве необходимого принципа познания любого процесса развития.

Интересный опыт доказательства универсальности отбора со­держится в теории систем, созданной А.А.Богдановым. Исследуя общие принципы организации систем, автор рассматривал отбор как первую и важнейшую схему универсального регулирующего механизма: «Ни один вопрос структурного развития, от общеми­рового до атомного, не может быть сколько-нибудь точно решен помимо этого универсального, проходящего по всем ступеням бы­тия применения идеи отбора» (А.А.Богданов, 1929, с. 190). Отбор как принцип дифференциального сохранения устойчивых форм выступает тем общим «фоном» исследования систем, без которого невозможно изучение разнообразных принципов их организации. Анализ консервативного и прогрессивного отбора, положитель­ного и отрицательного, обоснование понятия «цепного отбора» и т. д. – все это служит доказательством того, что разнообразие, присущее всем уровням существования материи, неизбежно вы­зывает деятельность отбора. Чем гетерогеннее система, тем интен­сивнее отбор, поэтому изучение сложных биологических систем, обладающих внутренним разнообразием и богатством внешних связей, обусловило появление прежде всего биологической формы понятия отбора, исследованного Дарвином и названного им «есте­ственным отбором». Это не значит, как до сих пор считают многие биологи-эволюционисты, что понятие отбора сугубо биологиче-

Между тем и в этом прежде всего заслуга дарвинизма, пред­ставившего убедительное доказательство роли отбора в процессе эволюции, – отбор есть направляющий фактор изменения. В этом смысле не нужно отбрасывать «биологическую специфику» тео­рии естественного отбора, ибо это – наиболее устоявшаяся науч­ная теория, раскрывающая развитие как спонтанный естествен­ноисторический процесс, как самодвижение. Неформализованное, диалектическое описание универсальности отбора должно быть связано с подведением его под такое более общее понятие, которое поможет объяснить не сам факт существования отбора, а причину его существования. Таким более общим понятием является про­тиворечие. Отбор представляет собой фиксацию и, вместе с тем, способ разрешения противоречия многообразного и единого, это­го существенного и универсального противоречия всех мыслимых процессов развития. Понимание отбора как ограничения многооб­разия фактически основано на этом противоречии. По мере того, как растет внутренняя дифференциация систем, увеличивается степень их гетерогенности возрастает и роль отбора как важней­шего фактора реализации внутренних и внешних отношений си­стем. При механических взаимодействиях отбор действительно выглядит достаточно тривиально, например, при отложении круп­ной или мелкой гальки в зависимости от силы морского прибоя, в геологических процессах – осадконакопления и т. д. Но уже про­стейшие химические реакции, как это следует из принципа Ле­Шателье, имеют определенную направленность на самосохране­ние, т. е. изменяются в сторону устранения внешнего возмущения. Степень и характер этих изменений различны, что зависит от при­роды реагентов, от природы катализатора и т. д. Но именно разноо­бразие изменений порождает работу отбора, как бы стремящегося нивелировать это разнообразие в соответствии с той «нормой», которая в данных условиях оптимальна для «выживания» систем.