Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Страна гранита и озер

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

08.09.2026

Размер:

2 Мб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 12 / 142 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 > Следующая >>>

СТРАНА ГРАНИТА И ОЗЕР

Но постепенно протоки становятся шире, острова делаются меньше, на них уже мало лесов и болот, больше скалы, а потом у самого моря развертывается архипелаг, полный гладких, голых, как бы обмытых и облизанных морокою волною скал. Темные хребты их, выступающие во множестве над серой водой Балтийского моря под низким северным небом, производят на видящего их впервые путешественника такое впечатление, точно пред ним целое стадо китов, дельфинов или даже других каких-то неведомых морских чудищ, которые всплыли на поверхность моря, выставив над водой только свои гладкие спины, и заснули, предоставив баюкать себя ласково журчащим волнам. На некоторых скалах видны маяки или сигнальные мачты, возле виднеются крохотные домики. Не эти ли шеры, мимо которых плавали некогда в варяжскую землю новгородские корабельщики и гости, создали в народной фантазии представление о «чудо-юде рыбе-ките», на хребте которого стоят целые селения, разбиты пашни и луга, растут леса?..

Полоса этих голых скал называется внешними шерами. Тут люди не живут. День и ночь о голый камень плещет вода, а когда встает буря, кипящие волны хлещут через скалы и превращают шеры в целый ад пенящих брызг и крутящихся водоворотов. Но во внутренних шерах там и сям среди рощ и полей раскиданы поселки; буро-красные стены домов — любимый цвет финнов — необыкновенно гармонируют с темной зеленью хвои, изумрудом лугов и серовато-темным камнем. Пароходы, иностранные парусные суда, финские «лайбы» с дрова-

Н . И . БЕРЕЗИН

ми, лесом и камнем, лодки рыбаков оживляют своим присутствием протоки шер.

Эти извилистые каменные берега, заливы, заливчики, шеры рано превратили прибрежных финнов в смелых, опытных рыбаков и мореходов. Прежде они вместе с варягами даже разбойничали на морях.

Случается, что волны моря и теперь багрятся кровью, но это кровь мирных тружеников, которые гибнут на рыбной ловле, на судах, застигнутых бурей у финских каменных берегов.

Вся Внутренняя Финляндия представляет каменистую страну с слабо волнистой поверхностью, средина которой несколько вдавлена; а к востоку и особенно к северу она становится все выше и выше, но настоящие горы, с вершинами более одной версты, подымаются только на далеком севере, у норвежской границы. Там в хребте Пелен известна вершина Хальдичоко, высотой в 1254 м над уровнем моря. Отсюда пологие каменные хребты и отдельные массивные глыбы, усеянные угловатыми обломками, распространяются далеко на восток и на юг, переходя в Северной Финляндии в однородное плато до 200 м высотой, с плоскими долинами, занятыми обширными лесами и болотами. Там и сям на плато подымаются каменные пологие бугры; те из них, которые поросли до вершин лесом, местные финны или лапландцы называют «ваара», а голые, усеянные обломками, высоты они называют «тунтури» — слово, от которого произошло наше «тундра», употребляемое, впрочем, совсем в другом смысле. «Тунтури» —

СТРАНА ГРАНИТА И ОЗЕР

это высокие и сухие пространства, покрытые ягелем, т. е. серым оленьим мхом. Вся эта страна есть финская Лапландия. Несмотря на то что большая часть ее лежит за полярным кругом, в Лапландии много лесов, притом глухих и почти непроходимых. Лес заполняет своим темно-зеленым ковром все низины. Озер здесь меньше, но вид их поражает своею суровой живописностью, потому что они лежат высоко, обыкновенно окружены утесистыми скалами и усеяны голыми островками. Зато болот и текучей воды в виде порожистых рек и речек огромное множество. Большую часть года Лапландия одета снегом. Лютые метели, долгие ночи, едва прерываемые короткой зарей, мороз и заунывный волчий вой превращают ее тогда в ту сказочную Пойолу, страну холода и мрака, где, по финским сказаниям, царит злая ведьма Лоухи, которая похищает с неба золотое солнце и серебряный месяц, чтобы заключить их в глубокую пещеру.

Много снега на Пойоле, Много льду в округе хладной, Снега реки, льда озера. Там блестит застывший воздух, Зайцы снежные там скачут, Ледяные там медведи По горам из снега бродят. Там и лебеди из снега, Ледяных там много уток, В снеговом живут потоке, В ледяной плывут пучине...

Н . И . БЕРЕЗИН

Так описывает финские былины Пойолу — Лапландию.

Весной снега начинают таять. Груды его тают медленно, но талые воды несутся быстро к морю. Они скачут и гремят по водоскатам, собираясь по бесчисленным притокам в большую реку Кеми, которая изливается в Ботнический залив возле устья другой большой реки, пограничной Торнео.

Южнее природа смягчает свои угловатые черты... Горы становятся ниже, леса разнообразнее, климат мягче, и вскоре пред нами развертывается то громадное озерное плато, которое и есть настоящая Финляндия. Вся его основа гнейсо-гранитная и кристаллически-сланцевая. Но уже много тысяч лет тому назад текучие воды успели завалить низины наносами, по ним раскинулись болота, залегли озера, деревья, кустарники и травы накрыли все тонким слоем скудной почвы, и теперь голый камень выступает наружу далеко не везде. Местами, особенно в Южной Финляндии, каменные кряжи и гряды рассыпающихся в прах скал сменяются длинными, слабо извивающимися на много верст насыпями, которые шведы называют «озами», а финны «сельгами» и которые производят такое впечатление, точно они не насыпаны природой, а сооружены руками человека для того, чтобы проложить по гребню их дорогу, железную и шоссейную. Заблуждение еще усиливается тем, что и простые и железные дороги действительно часто вьются по гребням озов, потому что озы представляют самые удобные пути для странствия в этой стране болот и озер.

СТРАНА ГРАНИТА И ОЗЕР

Бесчисленные озера Финляндии не представляют отдельных больших бассейнов, как наши озера — Ладога, Онега, Ильмень. Это какое-то до крайности запутанное кружево, в котором длинные извилистые полуострова, узкие заливы, бесчисленные протоки, острова, скалистые мысы и пересыпи переплетаются так сильно, что временами затрудняешься сказать, что такое видишь перед собою: землю, покрытую озерами, или озеро, усеянное клочками суши. У нас тоже много озер в губерниях Псковской, Новгородской, Тверской, но финские озера чрезвычайно извилисты, очень длинны, часто окружены скалистыми, сглаженными берегами, они глубоки и усыпаны бесчисленными скалами и островками. Большая часть их соединяется одно с другим, с третьим и четвертым широкими или узкими проливами, в которых пенятся пороги или скачут величественные водопады. И опять не знаешь, что сказать: озера ли это, соединенные проливами, или это реки, которые встретили на пути своего течения широкие, извилистые впадины, заполнили их до краев и потекли дальше, переливаясь с пеной и грохотом через каменные преграды. Есть немало озер, которые лежат рядом, разделенные лишь узкой невысокой косой, но которая достаточна, чтобы вода в обоих бассейнах стояла на разных уровнях. Стоит прокопать перешеек, и вода, размывая преграду, заструится из одного озера в другое, превратив проток в короткое время в бурный поток. Иногда это делается само собой, от переполнения озера дождевой водой, но чаще природе помогает человек. Так как дно осушенного озера представ-

Н . И . БЕРЕЗИН

ляет превосходную землю под пашню, то финны в погоне за удобной землей, которой в Финляндии очень мало, издавна прибегали к этому способу, а потом озера стали соединять каналами, благодаря которым даже морские пароходы, правда небольшие и короткие, могут забираться в самую глубь страны.

Еще вначале этого столетия к югу от реки Вуоксы существовало глубокое, продолговатое озеро Суванто, спускавшее свои воды в ту же реку. Зима 1848 г. была очень обильна снегом, весной озера и реки разлились широко, так что Суванто затопило все окрестные поля. Прибрежные жители сильно приуныли. Но вода озера придвинулась так близко к Ладоге, что их разделял лишь песчаный перешеек, шириной всего в 6 саженей. Вода Суванто стояла тогда саженей на семь выше, чем в Ладоге. «Эй, братцы! теперь бы можно поспустить в Ладогу воды из нашего Суванто, чтобы оно не так жадно заливало наши земли» — сказал своим односельчанам один из крестьян деревни Тайпала. «Так что ж? сходим домой за лопатами» — ответили другие. Пришли и давай копать канавку между Суванто и Ладогой. Прокопали небольшой ров. Вода из Суванто журча заструилась по новой дорожке — прямо в Ладогу. Наступила ночь; крестьяне ушли домой отдыхать, а утром, в самый Юрьев день, пошли посмотреть на вчерашнюю работу. Но тут уже за ночь само Суванто поработало: на месте их канавки ревел стремительно поток, ворочая большие камни, вырывая с корнем и унося в Ладогу старые сосны. Дело вскоре кончилось тем, что на месте прежнего

СТРАНА ГРАНИТА И ОЗЕР

перешейка образовалась река шириною в 75 футов, а озеро Суванто отдало тайпальцам все земли, отнятые у них разливом, да еще с большею придачею и со всем, что было прежде поглощено озером и лежало на его дне. А в том протоке, по которому Суванто раньше посылало свои воды в Вуоксу, течение повернуло и направилось из Вуоксы в Суванто. Шло оно вяло, мелководным протоком, который разливался в обширное болото. Но в 1857 г. финские инженеры прокопали так называемый каменный мыс, «Кивиньеми», на протяжении 107 саженей. По этой новой дороге вода из Вуоксы через Суванто устремилась в Ладогу, так что вместо одного устья Вуокса впадает теперь в Ладогу двумя рукавами.

У финского писателя Аренберга есть рассказ, связанный с осушением озера. На берегу озера, которое соединялось с соседним бассейном мелким протоком, в числе других крестьян жили богатый старик с красивой дочерью и бедняк парень. Парень и девушка любили друг друга. У старика был сенокосный участок на островке посреди озера. Однажды там косили сено. Бедный парень был в числе нанятых рабочих. Во время полуденного отдыха старик нечаянно подслушал беседу молодых людей и таким образом проник в тайну их намерений. «Слушай ты, — сказал он сердито парню, — когда ты придешь сюда за ней посуху, тогда получишь ее в жены!» Все было кончено, потому что, как известно, финны упрямы и цепко держатся предрассудков. Зимою в округе появился инженер-капиталист. Он скупил окрестные леса, срубил их, а весною начал сплавлять бревна. Чтобы

Н . И . БЕРЕЗИН

ускорить дело, ему вздумалось углубить и расширить проток из озера, взорвав каменистое ложе его динамитом. Тогда вода хлынула из озера. Старик с дочерью были в это мгновение на островке. К их ужасу, вода кругом них внезапно начала убывать, и скоро в том месте, где на ближнем мысу стояла хижина бедного парня, дно бассейна обнажилось вплоть до островка; в густой и вонючей грязи там и сям серебрилась бившаяся рыба, ползали угри... На крик, несшийся с островка, вышел из своей избушки бедняк и с изумлением увидел, что вода отступила, прибавив к его болотистому лужку большой кусок плодородной земли. Вдали на берегу островка он увидел две машущие руками фигуры. Тогда он схватил лыжи и с помощью их добрался до островка. Упрямый старик должен был сдержать свое слово, так как парень пришел на островок посуху.

Озера Внутренней Финляндии распадаются в общем на три группы или системы. Самая большая — восточная — представляет обширный бассейн Саймы, расположенный на высоте 76–83 м над уровнем моря. Это чудное озеро изобилует живописными видами, а река Вуокса, выносящая его воду в Ладогу, известна по своему грандиозному водоскату Иматре. Западнее лежит не менее живописная, не менее извилистая система Пеяне, а еще ближе к Ботническому заливу — система озера Несси. От моря их отделяют расположившиеся полукольцевидно высоты — каменные кряжи и озы, но, должно быть, прежде воды в этих озерах было больше, она изливалась через ложбины в гребне высот в море, так что

СТРАНА ГРАНИТА И ОЗЕР

и теперь избыток озерной воды имеет сток в море через реку Кумо для Пеяне, через Кюмень для Несси.

Человек уже давно понял, что эти внутренние моря — настоящее богатство для страны. Но для этого их надо соединить с морем судоходными каналами. Однако средства к тому явились только недавно. В 1853 г., после долгих размышлений, наконец приступили к работам по закладке Сайменского канала, который должен был соединить Сайму с морским заливом, при котором стоит Выборг. Дело было нешуточное: хотя по пути лежало несколько больших и малых озер, так что из 59 верст протяжения процитированного канала 27 верст являлись как бы даром природы, но зато остальные 32 версты местами приходилось вырубать в матерой скале. Работа казалась такой колоссальной, что инженеры не решились сохранить в тех местах намеченную для канала ширину, и у самого выхода из Саймы канал имеет всего 11,8 м ширины.

Очень любопытно наблюдать, как по такой узкой щели, меж черных скал, и крутыми, зеленеющими над ними откосами, с осторожной медленностью пробирается пароход. Кажется, точно судно пролагает себе дорогу через недра суши, словно роющая или бурящая землю машина.

Так как уровень воды в озере на 76 м выше, чем в заливе, то канал превратился бы в клокочущий поток, если бы несколько групп шлюзов — всех шлюзов двадцать восемь — не превращали его в положенных местах в оригинальную гигантскую лестницу. Когда пароход мед-

Н . И . БЕРЕЗИН

ленно спускается с большой высоты вниз по этим водяным ступеням, невольно удивляешься величественному зрелищу, невольно отдаешь дань восхищения гению и упорному труду человека. В добавление ко всему канал обошелся очень дешево — он стоил всего немногим больше 3 миллионов рублей.

Сооружение его оживило всю Восточную Финляндию. Прежде там была глушь, лесная пустыня, жители часто голодали на тощей земле, а шумевший кругом великолепный лес рос, падал, снова рос и гнил без пользы. С проведением канала на время все изменилось. Морские суда, баржи и небольшие пароходы получили теперь возможность входить в Сайму и двигаться по озеру на много сот верст к северу в самое сердце страны.

Едва открылась эта дорога, как капиталисты кинулись покупать земли, леса, понастроили лесопилок, баржей, завели пароходы, и из глубины Финляндии к Выборгу потянулись вереницы нагруженных лесными материалами судов. А навстречу этому потоку товаров жидким, но ценным ручейком потекло в кошельки предпринимателей золото, некоторая часть которого попадала и в тощие карманы крестьян и рабочих. Денег появилось столько, что жители расчистили порубленные леса, улучшили пашни и поля, провели дороги и оживили города. Увы, золотое время уже за горами. Леса сильно вырублены, а новые еще не выросли, но все же пустынную прежде Сайму, глухие города и местечки по берегам ее теперь не узнать — всюду благоустройство и культура.

<<< < Предыдущая 12 / 142 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]