Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Психологическое благополучие свойства личности и самосохранительное поведение. Монография.pdf
11
интерес для нее представлял позитивный функционал человека, его сильные
стороны и ресурсы созидания [20]. Теоретическая база для понимания
феномена психологического благополучия была заложена в работах
Н. Брэдберна и М. Селигмана.
Собственно само понятие «психологическое благополучие» было
введено в науку Н. Брэдберном (N. Bradburn) [28]. Он отграничивал его
от понятия «психологическое здоровье», отождествляя психологическое
благополучие с общей удовлетворенностью жизнью и субъективным
ощущением счастья. Проблематика психологического благополучия,
по Н. Брэдберну, не укладывается в дихотомию «здоровье – болезнь»: для его
описания необходимы характеристики состояния счастья или
несчастливости, внутреннего ощущения общей удовлетворенности или
неудовлетворенности жизнью.
М. Селигман (M. Seligman) [19] также был в числе первых, кто сместил
вектор психологических исследований с концепции болезни на концепцию
здоровья и процветания. В своих работах М. Селигман отмечал, что
современная психология по своей сути больше похожа на виктимологию.
Личность в ней рассматривается как зависимая от внешних факторов,
лишенная активности и ответственности. Человек при данном подходе –
всего лишь жертва, зависимая от обстоятельств и других людей.
Соответственно, благополучие личности не является результатом
деятельности личности, а может быть предопределено воздействием
на личность внешнего мира. Другими словами, каждый человек обречен либо
на счастье, либо на неблагополучие. В своих научных трудах М. Селигман,
так же как и Н. Брэдберн, использовал термины «счастье»
и «психологическое благополучие» как синонимы.
Согласно М. Селигману, у психологии есть новая цель – благополучие
человека, или процветание. Благополучие он разложил на «осуществимые
условия»: смысл жизни, вовлеченность в нее и позитивные эмоции,
12
а в качестве основной человеческой потребности провозгласил счастье.
Исходя из этого, человек сам может выбирать: совершать активные действия
для достижения благополучия или отказаться от них. Кроме того, каждый
человек, по М. Селигману, ответственен за свое счастье.
Поменяв представления о человеке, его потребностях и возможностях,
М. Селигман совершил настоящий прорыв в психологии. Вслед за ним
многие психологи стали развивать эту область исследований. Среди них
Э. Динер (E. Diener) [33], который ввел понятие «субъективное
благополучие».
Субъективное благополучие – это отражение внутренней оценки
человеком своей жизни и эмоционального отношения к ней. По сути, данный
термин наиболее близок к феномену счастья, но не является его аналогом.
Субъективное благополучие, по Э. Динеру, служит индикатором
выраженности депрессии и тревоги, кроме того, помогает ранжировать
людей по уровню счастья.
Э. Динер также разводит понятия «психологическое благополучие»
и «субъективное благополучие», рассматривая последнее как компонент
первого. Для описания психологического благополучия, по мнению автора,
необходимо вводить дополнительные характеристики.
Работы Н. Брэдберна, М. Селигмана и Э. Динера вызвали огромный
интерес исследователей к феномену психологического благополучия.
Появилось большое количество теорий, в каждой из которых
предпринималась собственная попытка объяснить суть данного феномена.
Все существующие на сегодняшний день исследования благополучия
принято условно делить на три группы. К первой относят теории
гедонистического и эвдемонистического направления. Во второй группе
психологическое благополучие рассматривается через призму позитивного
психологического функционирования личности. Представители третьей
группы в основе психологического благополучия видят
13
психофизиологическую сохранность функций. Некоторые авторы [4; 7]
выделяют и четвертую группу – изучение благополучия в рамках
российской/советской психологии, рассматривая ее как самостоятельное
направление в исследовании этого феномена. В одних исследованиях данные
подходы выступают как дополняющие друг друга, в других – как
взаимоисключающие.
1.2. Гедонистическое и эвдемонистическое направления исследования благополучия личности
Идея классификации концепций психологического благополучия
на гедонистические и эвдемонистические принадлежит Р.М. Райану
и Е.Л. Деси (R.M. Ryan & E.L. Deci) [44].
Теории гедонистического направления (от греч. hedone – удовольствие,
наслаждение) рассматривают благополучие через термины
удовлетворенности и неудовлетворенности, позитивного и негативного
аффектов. Так, предложенная Н. Брэдберном (N. Bradburn) модель
благополучия представляет собой баланс, достигаемый постоянным
взаимодействием позитивных и негативных эмоций (в дословном переводе –
аффектов). События повседневной жизни несут в себе радость или
разочарование и, отражаясь в сознании, накапливаются в виде
соответственно окрашиваемого аффекта. Преобладающий комплекс эмоций
и является показателем благополучия. События, которые заставляют нас
переживать, расстраиваться, огорчаться, способствуют накоплению
негативных эмоций. События, которые привносят в нашу жизнь счастье
и радость, суммируются в виде позитивных эмоций. Разницу этих аффектов
Н. Брэдберн и предлагает рассматривать в качестве показателя
психологического благополучия [28].
14
Аналогичной точки зрения придерживается и Э. Динер (Diener),
добавляя в структуру субъективного благополучия третий компонент –
когнитивный. Таким образом, предложенная им модель субъективного
благополучия включает три составляющих компонента: когнитивный
компонент – удовлетворение и два эмоциональных – приятные и неприятные
эмоции (unpleasant affect). Эта структура позволяет обозначить роль
когнитивной (интеллектуальная оценка жизни) и эмоциональной (хорошее
или плохое настроение) сторон самопринятия: эмоциональная оценка лежит
в основе оценки когнитивной и окрашивает ее. Таким образом, высокий
уровень субъективного благополучия будет соответствовать состоянию, при
котором человек в большинстве ситуаций испытывает удовлетворение
от жизни, минимизируя собственные негативные чувства. По Э. Динеру [33],
субъективное благополучие не только позволяет выявить то, насколько
человек погружен в негативные эмоции, но и должно демонстрировать,
насколько один человек счастливее другого. Таким образом автор уравнивает
субъективное благополучие с переживанием счастья.
Другими словами, человек, в большинстве случаев испытывающий
удовлетворение от жизни и переживающий неприятные эмоции лишь
в отдельных ситуациях, обладает высоким уровнем субъективного
благополучия. И наоборот, если человек чаще всего испытывает неприятные
эмоции, а переживание удовлетворенности жизнью для него достаточно
редко, мы можем говорить о его низком уровне субъективного благополучия.
Заслуга гедонистического подхода заключается в том, что он указывает
на значимость аффективно-потребностной сферы в формировании
психологического благополучия. Тем не менее, следует признать, что данный
подход не позволяет охватить специфику благополучия личности во всей
ее полноте. Попытка устранить этот пробел была предпринята
представителями эвдемонистического направления.
15
Эвдемонистической подход (от гpeч. eudaimonia – процветание,
счастье, блаженство) опирается на идеи Аристотеля о реализации
человеческого потенциала. Теории данного направления основываются
на представлении о личностном росте как необходимом аспекте
благополучия. Становление человека здесь рассматривается как постоянное
развитие и самосовершенствование личности. Психологическое
благополучие, в свою очередь, понимается как полнота самореализации
в конкретных обстоятельствах и жизненных условиях, поиск и нахождение
«творческого синтеза», соответствия между личностным ростом и запросами
социального окружения. Самореализация с точки зрения эвдемонистического
подхода непосредственно связана с системой ценностей и приоритетов
личности. Самосовершенствование, работа над развитием своих
способностей и умений ведет к большей удовлетворенности жизнью.
Гуманистическая направленность эвдемонистического подхода
выдвигала перед его последователями один вопрос: каким образом человек
может повысить уровень своего благополучия и сохранить его
на протяжении долгого времени.
Отвечая на этот вопрос, М. Селигман (M. Seligman) [18], используя
термины «психологическое благополучие» и «счастье» как синонимичные,
предложил собственную формулу: С = И + О + В, где С – счастье, И –
индивидуальный диапазон, предопределенный генетически,
обусловливающий примерно 50 % счастья, О – обстоятельства,
определяющие 10 % счастья, В – поддающиеся волевому контролю факторы,
то есть сознательные, намеренные действия, которые человек может выбрать
для себя, они предопределяют примерно 40 % счастья.
Предложенная М. Селигманом формула нашла свое подтверждение
в исследованиях С. Любомирски и Х. Лэппер (S. Lyubomirski & H. Lepper) [40].
Вслед за Э. Динером изучая субъективное благополучие, они эмпирически
доказали, что в большей степени на благополучие воздействуют
16
наследственность и особенности личности. Внешние обстоятельства также
способны повысить уровень благополучия, но лишь на короткое время.
Еще один яркий последователь эвдемонистического направления
в исследовании благополучия – отечественный психолог А.А. Кроник [12].
Он утверждал, что человек обладает различными способами обретения
счастья, а их выбор и отношение к этим способам формируют установки:
гедонистические, аскетические, деятельные, созерцательные. Эти установки
предопределяют и то, в какой области деятельности личность стремится
самоосуществиться, и то, каким образом она пытается это сделать.
Счастье здесь понимается как форма переживания полноты бытия,
которая связана с самоосуществлением, возникающим в тот момент, когда
мотивация человека к миру становится бесконечно большой величиной.
Психологические способы обретения счастья — это и есть способы
саморегуляции человеком своей мотивации к миру. По А.А. Кронику,
существует две формы такой саморегуляции: усиление человеком
значимости мира и усиление значимости своих возможностей. На основе
этих двух форм саморегуляции образуется четыре относительно
независимых принципа саморегуляции человеком своей мотивации к миру:
максимизация полезности, минимизация потребностей, минимизация
сложности, максимизация способностей.
Принцип максимизации полезности мира (стиль жизни – гедонизм)
заключается в стремлении человека к максимально полезным, полностью
удовлетворяющим его потребности объектам. Субъективно эта полезность
выражается в эмоциональном состоянии приятного, поэтому по своей сути
максимизация полезности – это стремление к поиску положительно
окрашенных эмоциональных переживаний разной интенсивности.
Принцип минимизации потребностей (стиль жизни – аскетизм)
заключается в стремлении человека к уменьшению интенсивности (степени
17
напряжения) движущих им потребностей. Такое стремление имеет место,
когда собственно удовлетворение потребностей невозможно.
Принцип минимизации сложности (созерцательный стиль жизни)
заключается в стеснении человека к упрощению своего мира в целом
и к упрощению конкретных объектов – целей его различной деятельности.
Это стремление может проявляться в тех случаях, когда сложность цели
превышает уровень способностей человека или когда цель труднодостижима
по причине отсутствия у человека необходимого для ее осуществления
времени.
Принцип максимизации способностей заключается в стремлении
человека к всестороннему развитию и самосовершенствованию в физическом
и духовном отношении. Стиль жизни в этом случае носит деятельный
характер самосовершенствования.
Таким образом, эвдемонистический подход выделил такие важные
составляющие характеристики благополучия, как самореализация
и личностный рост, однако упустил другие факторы, также влияющие
на благополучие. В результате картина благополучия личности,
представленная последователями этого направления, не является достаточно
целостной.
Однако необходимо отметить несомненную заслугу
эвдемонистического направления: он дает человеку ответ на вопрос, как
обрести счастье, предлагает ему варианты регуляции своей мотивации
к миру. Это делает человека независимым от окружающей среды, позволяет
ему принять активную позицию и влиять на уровень своего счастья
и благополучия.
18
1.3. Интегративные модели психологического благополучия.
Психологическое благополучие как результат позитивного
психологического функционирования личности
Критики описанных выше подходов – гедонистического
и эвдемонистического – указывают на недостаточную теоретическую
разработанность гедонистического подхода и трудность эмпирической
оценки психологического благополучия в эвдемонистическом подходе [26].
Попытки преодоления этих недостатков привели к сближению точек зрения,
построению интегративных моделей психологического благополучия,
основой для которых послужили теоретические концепции,
ориентированные на исследование позитивного функционирования
личности.
Этот подход также называют объективным, поскольку
психологическое благополучие здесь связывают не с субъективным
показателем самоощущения, а с объективным показателем – степенью
реализации человеком своего потенциала. Объективность здесь
обеспечивается обязательным наличием внешнего фактора, внешней его
оценки со стороны [25]. Впервые это было представлено в работах К. Рифф
(C.D. Ryff) [46], и до сих пор ее многомерная модель психологического
благополучия считается наиболее полной и точной. Кроме того,
объективность оценки благополучия личности дает возможность получения
количественных показателей, что сделало концепцию К. Руфф самой
распространенной в эмпирических исследованиях.
При разработке концепции К. Рифф интегрировала различные теории,
в которых рассматривались проблемы позитивного психологического
функционирования личности (А. Маслоу, К. Роджерс Г. Олпорт, Э. Эриксон,
К.-Г. Юнг, Ш. Бюлер, М. Яхода, Б. Ньюгартен, Д. Биррен), что так или иначе
связано с категорией психологического благополучия.
19
Не соглашаясь с позицией Н. Брэдберна, согласно которой
психологическое благополучие необходимо рассматривать как баланс между
комплексами позитивных и негативных аффектов, К. Рифф предложила
собственную структуру психологического благополучия.
Структура психологического благополучия К. Рифф, в отличие
от предыдущих подходов, более многогранна и включает шесть
компонентов: самопринятие, позитивные отношения с окружающими,
автономия, управление окружающей средой, цель в жизни, личностный рост.
При характеристике каждого из компонентов К. Рифф использует шкалу
«положительный локус – отрицательный локус», описывая с ее помощью
высокий и низкий уровни выраженности данного компонента. Причем
высокое значение отдельного показателя свидетельствует об успешности
и компетентности личности по данным факторам.
Самопринятие (Self-Acceptance) отражает позитивную оценку себя
и своей жизни в целом, осознание и принятие не только своих
положительных качеств, но и недостатков. Отрицательный локус
самопринятия – чувство неудовлетворенности собой, которое
характеризуется неприятием определенных качеств своей личности,
неудовлетворенности своим прошлым.
Позитивные отношения с окружающими (Positive Relations with Others)
подразумевают как умение сопереживать, так и способность быть открытым
для общения, а также наличие навыков, помогающих устанавливать
и поддерживать контакты с другими людьми, кроме этого, данная
характеристика включает в себя желание быть гибким во взаимодействии
с окружающими, умение прийти к компромиссу. Отсутствие этого качества
свидетельствует об одиночестве, замкнутости, неспособности устанавливать
и поддерживать доверительные отношения, нежелании искать компромиссы.
Автономия (Autonomy) понимается здесь как способность следовать
своим убеждениям. Человек, обладающий высокой автономией, способен
20
быть независимым, он не боится противопоставить свое мнение мнению
большинства, может позволить себе нестандартное мышление и поведение,
оценивает себя исходя из собственных предпочтений. Отсутствие
достаточного уровня автономии ведет к конформизму, излишней
зависимости от мнения окружающих.
Управление окружающей средой (Environmental Mastery) также
понимается как компетентность в выполнении требований повседневной
жизни. Это подразумевает наличие качеств, которые обусловливают
успешное овладение различными видами деятельности, способность
добиваться желаемого, преодолевать трудности на пути реализации
собственных целей. В случае недостатка этой характеристики наблюдается
ощущение собственного бессилия, некомпетентности, присутствует
неспособность что-то изменить или улучшить для того, чтобы добиться
желаемого.
Жизненные цели (Purpose in Life) придают жизни смысл. Их наличие
порождает чувство осмысленности существования, ценности того, что было
в прошлом, происходит в настоящем и будет происходить в будущем.
Отсутствие целей в жизни влечет ощущение бессмысленности, тоски, скуки.
Личностный рост (Personal Growth) соответствует чувству
непрекращающегося развития и самореализации. Он характеризуется
стремлением учиться, развиваться, воспринимать новое, а также наличием
ощущения собственного прогресса. Если по каким-то причинам личностный
рост невозможен, то следствием этого становится чувство скуки, стагнации,
отсутствие веры в свои способности к переменам, овладению новыми
умениями и навыками. Интерес к жизни уменьшается.
Каждый из компонентов может достигать разной степени
выраженности, тем самым определяя его уникальную структуру
и интегральный показатель. При неблагоприятных жизненных
обстоятельствах недостаточная выраженность одного из компонентов