Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Земляки поневоле пленные «12-го года» в Саратовском крае.pdf
«На сих днях привели в Саратов пленных»
Петровска в сопровождении двух нижних чинов 15 мая 1813 г.,
хотя в Журнале Казенной палаты упоминание об отправке саксонского врача встречается лишь в записи от 13 июня
147
. Такое
разночтение можно объяснить тем, что 13 июня Казенная палата
рассматривала предложение губернатора о возмещении средств,
уже истраченных ранее на препровождение военнопленных, а не
о выделении денег на их отправку.
Кроме указанных пленных, в рассматриваемый период времени, по данным Журнала, из Саратовской губернии согласно
предписанию были отправлены 9 французов и итальянцев, пожелавших по
итальянский доктор
Петербург на основе специально касавшихся их предписаний
ступить на российскую службу, а также 2 лица (один
148
и один французский обер-офицер
149
) в
150
Таким образом, в это время Саратовскую губернию покинули около 1307 военнопленных (88 офицеров, 1218 нижних чинов и одна
женщина).
Заключительным актом пребывания военнопленных в России
стала их полная репатриация. 13 мая 1814 г. главнокомандующий
в Петербурге на основании Высочайшего повеления направил губернаторам предписание, в котором требовалось всех пленных
отправить на родину. Вместе с этим пре
дписанием рассылалось
«Распоряжение об отправлении в отечество военнопленных всех
наций, в России находящихся», разъяснявшее порядок препровождения пленных
151
.
В «Распоряжении...» указывалось направлять из Саратовской
губернии итальянцев в Радзивилов, а остальных военнопленных – в Белосток. При отправлении требовалось, чтобы численность партий не превышала 200 человек, на каждые 100 человек
.
147
Ср.: Пешке С. Б. Ука з. соч. С. 149; Участие Саратовской губернии… С. 235.
148
Страмбо (Иван Страмбио) (см.: ГАС О . Ф. 1. Оп. 1. Д. 18. Л., 54, 151).
1-го карабинерского полка, «который был весьма тяжело ранен в голову» и взят в
плен в Бородинском сражении (ГАС О . Ф. 1. Оп. 1. Д. 19. Л. 76).
Это был доктор итальянской королевской гвардии, хирург, майор Жан
149
Речь идет об Огюсте де Ларошжаклене ( Деларош Жакелене), су-лейтенанте
150
См.: Участие Саратовской губернии… С. 235, 237.
151
См.: Бессонов В. А. Содержание военнопленных… С. 20.
41
В. П. Тотфалушин. Земляки поневоле: пленные «12-го года»
полагалось иметь не менее 3 штаб- и обер-офицеров. Обеспечение их транспортировки за пределы России было таким же, как и
внутрь страны. Капитан 11-го гусарского плока 3-го армейского
корпуса К.-А. Гайзвайт ван дер Неттен, дважды транзитом проследовавший через Саратовскую губернию, писал о своем возвращении на родину так: «Наше путеше
ствие приятное и неутоми-
тельное ˂...˃ дорога только по 13–15 часов ежедневно, мы едем по
152
два офицера в карете, запряженной 2 лошадьми»
.
Генералы и офицеры, имевшие достаточно денег, могли возвратиться на родину за свой счет. Они приобретали сани или ка-
153
реты и ехали «с почтовыми лошадьми»
, но группой в сопрово-
ждении чиновника, который должен был сдать их на границе.
Репатриация военнопленных в Саратовской губернии началась в начале июня и продолжалась до августа 1814 г. Согласно
Журналу Казенной палаты в этот период через Воронежскую губернию в Белосток были отправлены 4 «офицерских» и 12 «солдатских» партий (6 из Саратова, 4 из А
ткарска, 2 из Балашова),
а в Радзивилов – 2 партии итальянцев. Последней в первой половине августа в Белосток была самостоятельно отправлена жена
обер-офицера. Общая численность пленных, отправленных в период репатриации из Саратовской губернии, составляет 2846 человек (15 штаб- и 293 обер-офицеров, 2527 нижних чинов и
154
11 женщин)
. Помимо рассмотренных партий, из губернии были
препровождены еще 12 групп, отправившихся к границе на свои
средства. Среди этих военнопленных, вероятно, были 2 генерала, но общее количество пленных, покинувших таким способом
152
ского плена // Отечественная война 1812 года и российская провинция в событиях, человеческих судьбах и музейных коллекциях : материалы XXII всерос. науч.
конф. Малоярославец, 2015. С. 170.
в 1812 году, в русском плену в 1813–1814 годах, в походе против Наполеона в 1815
году : воспоминания // Тотфалушин В. П. Волжские пленники. С. 44 ; [Кудрё А.]
Письма майора Кудрё своему брату, 1804–1815 // Тотфалушин В. П. Волжские плен-
ники. С. 64; Пепплер Ф. Описание моего плена в Р
Тотфалушин В. П. Волжские пленники. С. 131.
Хомченко С. Н. Письма капитана К.-А. Гайзвайт ван дер Неттена из рус-
153
См.: Ведель К. А. В., фон. История одного офицера в войне против России
оссии с 1812 по 1814 годы //
154
См.: Участие Саратовской губернии… С. 239–242.
42
«На сих днях привели в Саратов пленных»
губернию, остается неизвестным. В числе военнопленных офицеров, самостоятельно следовавших в отечество, был и лекарь
Мерсье, выехавший 19 июня 1814 г. со своим секретарем в Крым,
чтобы через Одессу вернуться во Францию
155
.
Последняя партия, отбывшая из Саратовской губернии 17 июля
1814 г., состояла из 119 нижних чинов, 8 обер-офицеров и одной
обер-офицерской жены
156
. В основном это были люди, только что
окончившие курс лечения, поэтому солдат 9-го французского линейного полка Д. ван Додеваард так характеризовал ее состав:
«Если я скажу, что при этом на 80 рук или ног было меньше положенного, я не преувеличу. В этом смысле у меня была очень несчастная к
омпания»
157
.
Кроме военнопленных, отправленных на родину, в начале
июля 1814 г. Саратовскую губернию покинули 2 обер-офицера,
желание которых поступить на российскую службу получило высочайше одобрение
158
.
Самыми последними, по данным Журнала Казенной палаты,
оставили губернию в начале декабря 1814 г. 12 военнопленных,
присягнувших ранее на подданство России
159
. Они воспользова-
лись разрешением вернуться на родину, которое предоставлялось
этой категории пленных циркулярным предписанием Вязмитинова от 18 августа 1814 г.
Однако не всем пленным было суждено вернуться домой. В
1813–1814 гг. они продолжали умирать в медицинских учреждениях Саратовской губернии или в отведенных им квартирах.
В ответ на предписание Вязмитинова от 7 мая 1814 г. представить в Министерство полиции сведения о количестве пленных,
находившихся в регионах на излечении, саратовский губернатор
155
См.: Руа И. Ука з. соч. С. 200.
156
См.: Участие Саратовской губернии... С. 239–242.
157
1812, 1813 и 1814 гг., написанные Д. ван Додеваардом, бывшим солдатом Великой
армии, а в настоящее время лавочником в Офесдене / обработано и дополнено сведениями о власти, численности населения, богатстве и положении в современной
России Дж. Де Флеттером // Тотфалушин В. П. Волжские пленники. С. 56.
[Додеваард Д. ван]. Воспоминания одного военнопленного в России о
158
См.: Участие Саратовской губернии… С. 241.
159
Там же. С. 242.
43
В. П. Тотфалушин. Земляки поневоле: пленные «12-го года»
12 сентября 1814 г., после того как закончилась репатриация, на-
правил главнокомандующему в Петербурге требуемые данные
160
Согласно им всего в Саратовской губернии умерли 9 оберофицеров (в Саратове 6, Петровске один, Вольске один, Балашове
один). Кроме того, «Жозеф-Пиерр Андри – подлекарь при французской Главной квартире» утонул 18 июня 1814 г. при возвращении на родину в слободе Засецкой Балашовского уезда. Из нижних чинов в Саратове, Петровске, Кузнецке, Сердобске, Вольске,
алынске, Аткарске, Балашове и Царицыне были 2039 больных
Хв
военнопленных, из них выздоровели 1237 человек, умерли 779 и
23 пленных продолжали оставаться на излечении. Учитывая сведения, предоставленные саратовским губернатором императору
17 февраля 1813 г., получается, что в период с середины февраля 1813 г. до начала сентября 1814 г. в губернии погиб один чиновник обер-офицерского зв
ания, умерли 5 обер-офицеров
161
и
156 нижних чинов.
Таким образом, в феврале 1813 г. – сентябре 1814 г. из Саратовской губернии, без учета следовавших самостоятельно офицеров, в разное время отправились 4159 военнопленных (2 генерала,
399 офицеров, 3746 нижних чинов, 12 женщин). Из них 11 человек
(2 обер-офицера и 9 нижних чинов) изъявили желание поступить
на российскую службу. Кроме того, через саратовские земли в со-
едние губернии проследовали 167 пленных (2 штаб- и 22 обер-
с
офицера, 142 нижних чина, одна женщина). В рассматриваемый
период умер 161 человек (5 обер-офицеров и 156 нижних чинов)
и один погиб при возвращении на родину. К сентябрю 1814 г. в
медицинских учреждениях оставались 23 рядовых и жили в губернии около 300 пленных (в том числе 2 офицера), принявших
присягу на по
дданство. Следовательно, общая численность во-
еннопленных, находившихся с середины февраля 1813 г. по сен-
.
160
См.: Бессонов В. А., Тотфалушин В. П. Указ . соч. С. 174.
161
раля 1813 г. в Саратове в Александровской больнице умерли 4 офицера. Вместе с
тем согласно сведениям, направленным императору 17 февраля 1813 г., в губернии
к этому времени умерли 5 обер-офицеров. Документально установить причины
этого расхождения пока не представляется возможным.
По отчету саратовского губернатора от 12 сентября 1814 г. к середине фев-
44
«На сих днях привели в Саратов пленных»
тябрь 1814 г. в Саратовской губернии, составляла приблизительно
4537 человек (2 генерала, 406 офицеров, 4117 нижних чинов и
12 женщин). Вычитая из этой цифры количество пленных, остав-
шихся на жительство к 15 февраля 1813 г., получаем, что за рассматриваемый период в Саратовскую губернию могли поступить
около 800 пленных, при этом численность офицеров увеличилась
как минимум на 220 человек. Полученные данные позв
оляют
предположить, что после возобновления весной 1813 г. движения
военнопленных в Саратовскую губернию на жительство препровождались в основном плененные офицеры.
Можно сделать вывод, что в 1812–1814 гг. в Саратовской губернии оказалось приблизительно 6300 военнопленных, из которых умерли 1080 человек, а остальные были отправлены из губернии к местам назначения или, приняв по
дданство, остались
на жительство. При этом следует отметить, что представленные
данные о численности пленных не могут являться абсолютно точными. Это обусловлено следующим обстоятельством. В используемых документах, особенно касающихся нижних и нестроевых
чинов, возможны разного рода ошибки, которые могли возникать
при подсчете пленных, составлении ведомостей и списков, публикации ист
очников и т. д. Поэтому полученные результаты показывают лишь примерное количество военнопленных, позволяющее,
в первую очередь, оценить численность находившихся в Саратовской губернии представителей Великой армии в 1812–1814 гг.
45
В. П. Тотфалушин. Земляки поневоле: пленные «12-го года»
«С НАМИ ОБХОДЯТСЯ
В ВЫСШЕЙ СТЕПЕНИ ГУМАННО...»
Прибытие в Саратовскую губернию большой массы пленных
поставило перед местными властями сложную задачу по снабжению их всем необходимым в соответствии с существующей нормативно-правовой базой. Для размещения пленных отводились
либо общественные здания, либо «обывательские квартиры» на
основании квартирной (постойной) повинности. Причем офицеры обычно распре
делялись в дома зажиточных купцов и мещан,
а нижние чины – в крестьянские избы и мещанские квартиры.
Например, лекарь Ф. Мерсье вспоминал, что по прибытии в Сердобск «нас, офицеров, пригласили остановиться в лучших домах
города», а «остальная же часть наших солдат была размещена среди жителей»
162
.
В Саратове, напротив, в «облегчение жителей» для помещения пленных отводились отдельные здания. Под них освободили
двухэтажный деревянный дом «на горах» Саратовского военносиротского отделения
163
. Очевидно, именно его описывает все тот
же Мерсье: «По прибытии в Саратов в наше распоряжение была
предоставлена какая-то старая казарма. Но она оказалась совер-
162
Руа И. Указ. соч. С. 95.
163
отделение, 1764–1826 гг. // Новый век : история глазами молодых : сб. науч. тр.
аспирантов и студентов ист. фак. СГУ. Саратов, 2008. Вып. 6. С. 213.
См.: Плешаков И. Н. Саратовская гарнизонная школа и военно-сиротское
46
«С нами обходятся в высшей степени гуманно...»
шенно неприготовленной к нашему прибытию; не позаботились
даже протопить печи. Но посреди двора ее нашелся значительный
запас дров, и мы тотчас же поспешили воспользоваться ими, чтобы затопить печи тех комнат, где нам предстояло разместиться.
Казалось, никто здесь не заботился о нас...»
164
Однако последнее заявление не вполне соответствует действительности. 25 сентября 1812 г. командир Саратовского гарнизонного батальона майор И. Г. Сыробоярский попросил городскую
думу заготовить необходимое количество соломы на подстилку
для пленных этой партии и «в каждую комнату по столу». 18 октября он же предписал думе доставлять сюда воду, дрова и свечи,
«а равно и вс
е потребное к удобному их (пленных. – В. Т.) там со-
держанию на счет городских доходов; для состоящего же при них
165
караула сделать сошки»
.
Исполнение этого предписания было поручено гласному
думы Кокушкину с тем, чтобы он ежемесячно подавал подробный
отчет. Согласно ему для пленных были закуплены лопаты, топоры, корыта, деревянные ложки, чашки, ведра, чугунки, веники,
метлы, рогожи и прочая мелочь на сумму 535 р. 7
½ к.
Одновременно в помещениях был произведен серьезный ремонт, осуществленный силами нанятых плотника и печника, за
который 17 декабря 1812 г. гласные Лобанов и Кокушкин попросили думу выдать им 1175 р. 40 ½ к. Из представленного счета
видно, что для переборок под крыльцом было куплено 17 брусов и
163 доски, а для переделки печей приобретено 2 тыс. шт
ук кирпича, песок и глина. Кроме того, на окнах сделали железные крючья
и «фортки».
Впоследствии подрядчики регулярно поставляли жившим
здесь пленным дрова, сальные свечи и воду. Так, саратовский мещанин Сергей Рукавишников просил городскую думу о выдаче
ему 111 р. 25 к. за то, что он ежедневно с января по июнь 1813 г.
ставлял воду для военнопленных в Военно-сиротское отделе-
до
ние. В делах Саратовской городской думы сохранились и другие
164
Руа И. Указ. соч. С. 99.
165
Участие Саратовской губернии... С. 70.
47
В. П. Тотфалушин. Земляки поневоле: пленные «12-го года»
сведения о возврате различным лицам денег, израсходованных
ими на покупку военнопленным необходимых вещей: гласный
Гаврила Рощин просил об уплате ему денег, затраченных на приобретение для пленных 171 рогожи и соломы, Иван Ящерицын и
Иван Грачев – на покупку дров, Кокушкин – на доставку 19 фунтов сальных свечей
166
.
Нет сомнений, что при этом некоторым должностным лицам
удавалось нажиться за счет средств Квартирной комиссии. Например, 1 ноября 1812 г. губернатор А. Д. Панчулидзев предложил
городскому голове И. А. Волкову «сделать немедленное распоряжение» Комиссии поместить находившихся в Саратове офицеров
наполеоновской армии, числом до 50 человек, в дом, принадлежавший представителю местной дворянской фамилии Есиповых,
и тем заменить «не
сколько квартир ими занимаемых». Комиссия
должна была из своих сумм обустроить помещение и побеспокоиться «насчет заплаты г. Есипову потребного числа денег за занятие постоем его дома, ибо без платы было бы для него отяготительно отдать весь дом тогда, как всякий житель обязан т
олько
уделять под постой несколько комнат». Нет сомнений, что оборудование, отопление и освещение здания, а также «плата» за него
оказалась весьма высокой, тогда как прежний порядок размещения пленных преимущественно в домах обывателей не требовал
почти никаких расходов
167
.
По мере увеличения численности пленных их стали размещать на постой к местным жителям. Подполковник К.Х.Л. Шенк
писал, что в Саратове он «имел счастье получить достаточно хорошую квартиру у одной пожилой женщины совместно с подполковником 3-го французского егерского полка С[ен]-Марсом
168»169
.
166
С. 88–91; Белоусов С. В. Провинциальное общество... С. 212.
истории постойной повинности в России // Изв. Сарат. ун-та. Нов. сер. Сер. История. Международные отношения. 2007. Т. 7, вып. 2. С. 60–61.
ник, командир 3-го конно-егерского полка в 1-м армейском корпусе.
См.: Участие Саратовской губернии... С. 70–72; Иванов К. В. Ук аз. соч.
167
См.: Плешаков И. Н. Саратовская квартирная комиссия, 1808–1872 гг. : к
168
Мишо де Сен-Мар Жозеф-Сезар (18.11.1778–21.09.1853), барон, полков-
169
Шенк К. Хр. Л. Ук аз. соч. С. 191.
48
«С нами обходятся в высшей степени гуманно...»
Лейтенант 9-го польского шволежерского полка 1-й легкоконной
дивизии 1-го кавалерийского корпуса граф К.А.В. Ведель «и Бюло
были поселены у одного русского портного», а после вместе с
компаньонами «получили в свое распоряжение маленький дом на
170
берегу Волги, в котором кроме нас никто не проживал»
.
В 1813 г. общие расходы «на содержание дома занимаемого
военнопленными арестантами ˂...˃ на отапливание, освещение и
на доставление воды ... на починки и поправки [в доме]» ушло
171
к.
455 р. 35 ½
, а в 1814 г. «находящимся военнопленным фран-
цузам и других нациев, кои поставлены были по обывательским
домам, во облегчение хозяев» было отпущено «на отопление дров
172
45 пятериков
обошлись городу в 2475 рублей
, кои с перевоскою стоили каждый по 55 р.», т. е.
173
.
Схожие условия содержания военнопленных были и в уездных городах Саратовской губернии. В Хвалынске их также разместили в «градском (общественном. – В. Т.) доме», где осуществили
«складку печей», куда купили «двери, котлы, разные принадлежности» и обеспечили «вос (привоз. – В. Т.) воды». Общие расходы
на содержание пленных здесь в 1812 г. со
174
1813 г. – 164 руб.
В Балашове, Вольске, Кузнецке, Петровске
ставили 254 руб., а в
и Сердобске их поселили «в квартирах у разных обывателей»,
при этом основные расходы городских бюджетов были связаны
175
с покупкой дров и сальных свечей для освещения
. В Камыши-
не лейтенант 2-го батальона гессен-дармштадтского Лейб-полка
Ф. Пепплер «получил ... квартиру у одного немецкого столяра»,
а позднее разместился с другом «у одного бедного немецкого
170
году, в русском плену в 1813–1814 годах, в походе против Наполеона в 1815 году :
воспоминания // Тотфалушин В. П. Волжские пленники. С. 30.
ные «12-го года» в Балашове… С. 94.
Ведель К. А. В. фон. История одного офицера в войне против России в 1812
171
См.: РГИА. Ф. 1281. Оп. 11. Д. 120. Л. 287 об.
172
Пятерик дров – пятиполенная сажень, по 10–12 вершков полено.
173
См.: ГАС О . Ф. 3. Оп. 1. Д. 804. Л. 22 об. – 23.
174
См.: РГИА. Ф. 1281. Оп. 11. Д. 120. Л. 216 об., 217 об., 296 об.
175
Там же. Л. 221, 222 об., 299 об., 376 об., 380 об.; Тотфалушин В. П. Плен-
49
В. П. Тотфалушин. Земляки поневоле: пленные «12-го года»
портного»
176
. В Петровске врач С. Б. Пешке перебирался с одной
квартиры на другую, пока городничий не предложил ему «комнату в своем доме, что» тот «с благодарностью принял и пере-
177
селился туда»
.
Содержание военнопленных тяжким бременем ложилось на
домовладельцев. Например, в Вольске в 1814 г. в связи с прибытием новой партии было отведено на 80 человек 40 обывательских
квартир, но «на освещение и отопление коих от думы никаких пособий производимо не было, которые, полагая, противу рядового
178
по 30 руб., стоили бы 1200 рублей»
.
Предоставление жилья находилось под контролем губернатора. Например, А. Д. Панчулидзев предписывал кузнецкому городскому голове всеми мерами содействовать кузнецкому городничему «как в отношении отвода для пленных удобных и не холодных
домов, так и снабдения их всеми должными потребностями, как-
179
то водою, соломою и прочим тому подобным»
.
Впрочем, пленные, в первую очередь офицеры, могли снимать
жилье за собственный счет. Мерсье, не имея возможности принимать пациентов в помещении, где жили пленные, «снял прекрасно устроенную меблированную во французском стиле квартиру в
двух шагах от губернаторского дома. <...> Многие ... – вспоминал
он, – последовали моему примеру и сняли для себя ... отдельные
квартиры в г
ороде»
180
.
Поводом для переезда на жительство могло стать и частное
приглашение. Так, колонист Христов Шеффер, встретив в Саратове среди пленных своего родственника – «уроженца Вестфальского из местечка Вольмерслебена Андреаса Бейнгофена», – попросил «взять его к себе в колонию Гололобовка
181
попечение»
.
<...> на свое
176
лушин В. П. Волжские пленники. С. 115, 116.
Пепплер Ф. Описание моего плена в России с 1812 по 1814 годы // Тотфа-
177
Пешке С. Б. Указ. соч. С. 136, 137, 138.
178
Гущихина Л. С. Ук аз. соч. С. 194, 195.
179
Цит. по: Белоусов С. В. Провинциальное общество... С. 212, примеч.
180
Руа И. Указ. соч. С. 193.
181
Цит. по: Тотфалушин В. П. Поволжские колонисты... С. 143.
50