Законодательство императора Александра I. 1801-1811 годы. Учебное пособие

стве один тамошний гражданин под стражу, был допрошен и не при­знался; но пытками и мучением исторгнуто у него признание и он предан суду. В течение суда везде, где было можно, он отрицаясь от вынужденного признания, утверждал свою невинность; но жесто­кость и предубеждение не вняли его гласу — осудили на казнь. В сре­дине казни и даже по совершении оной тогда, как не имел уже он причин искать во лжи спасения, он призывал всенародно Бога в сви­детели своей невинности и в сем призывании умер. Жестокость толи­ко вопиющая, злоупотребление власти столь притеснительное и на­рушение законов в предмете толико существенном и важном, заста­вили Меня во всей подробности удостовериться на самом месте сего происшествия в истине оного, и на сей конец отправил Я в Казань Флигель-Адъютанта Моего Подполковника Албедиля, чтоб с извест­ным Мне его беспристрастием обнаружил он все дела сего обстоя­тельства. Донесение его на очевидных доказательствах основанное, к истинному сожалению Моему не только утвердило сведения до Меня дошедшие, но и удостоверило, что не в первый раз допущены тамош­ним Правительством таковые бесчеловечные и противозаконные меры. Препровождая при сем в оригинале донесение сие и все до­казательства, на коих оно основано, повелевало Правительствующе­му Сенату немедленно, войдя в рассмотрение его, всех, кои окажут­ся виновными в сем деле по злоупотреблению власти как в главном управлении, так и в исполнении оного, по отступлению от порядка в производстве и ревизии следствия и суда и по неуважению его глас­ности и явных следов пристрастия, судить по всей строгости и не­лицеприятности закона, и в отрешение подсудимых от должностей поступя по точной силе оного, на места зависящие от утверждения Моего представить кандидатов, прочие же наполнить достойными чиновниками по установленному порядку. Правительствующий Се­нат зная всю важность сего злоупотребления и до какой степени оно противно самым первым основаниям правосудия и притеснительно всем правам гражданским, не оставит при сем случае сделать повсе­местно во всей Империи наистрожайшие подтверждения, чтоб ни­где ни под каким видом ни в высших, ни в нижних Правительствах и Судах, никто не дерзал ни делать, ни допускать, ни исполнять ника­ких истязаний, под страхом неминуемого и строгого наказания; чтоб Присутственные места, коим законом предоставлена ревизия дел уголовных, в основание своих суждений и приговоров полагали лич­ное обвиняемых перед судом сознание, что в течение следствия не были они подвержены каким-либо пристрастным допросам, и чтоб