Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Анна Павлова. Легенда русского балета

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
А. Павлова со своим лебедем
Анна Павлова
вкладывая их в то дело, которое зависит от мо­его успеха и удачи моих постановок? Сознание ответственности, взятой на себя, будет меня всегда мучить, и при неудаче я буду чувствовать себя несчастной, как не оправдавшая доверия.
Не оправдать доверия! И кто этого стра­шился? Гениальная, великая балерина, при­знанная эталоном во всем мире…
Павлова не любила жаловаться и всегда брала ответственность на себя. Хотя она репе­тировала часами и выглядела после репетиций очень усталой, балерина никогда не признава­лась в том, что чувствовала слабость. Не жалова­лась она и в тот вечер, когда кто-то догадался включить в театре паровое отопление во время исполнения Павловой «Лебедя». Шипение пара и бульканье воды в многочисленных трубах и радиаторах почти полностью заглушило музы­ку, но это не смутило балерину, танцевавшую, как всегда, вдохновенно. Однако тот спектакль в голландском городе Гаага в январе 1931 года впервые за много лет пришлось отменить. Ни­кто не верил, что балерина настолько больна, что не может танцевать. Но, к несчастью, это было так. Страшная эпидемия гриппа, назы­вавшегося испанкой, не пощадила ее. Анна Павловна еще не знала, что конец близок…
192
«Приготовьте мой костюм
Лебедя…»
«Однажды она (Анна Павлова. — Авт.)
заехала к нам в Сен-Жермен, в момент,
когда мы работали на нашем огороде,
и немедленно захотела
присоединиться.
— Анна Павловна, куда вам! Вы ведь
хрупкое создание, и вам с лопатой не
справиться, а потом, на вас туфельки
с каблучками. Вы уморитесь и увязнете
после трех копков!
— Нет, нет! Увидите! Я крепкая-
прекрепкая… Я всю эту грядку возьму
да вскопаю, а туфель не жалко.
Они рваные. У меня всю жизнь рваные
туфли. Плохая примета.
В ребяческий порядок мышления
Павловой входило и суеверие.
Чрезвычайно быстро и ловко она
действительно вскопала клумбу роз,
потом задумалась, заглядевшись на
большой куст чайных роз, и обычной
своей скороговоркой прощебетала:
– Вот когда этот куст умрет,
и я умру! Это так. Я знаю…»
(из воспоминаний Натальи Трухановой)
193
Анна Павлова
Смерть в Гааге
Сквозь летние сумерки парка По краю искусственных вод Красавица, дева, дикарка – Высокая лебедь плывет. Плывет белоснежное диво, Животное, полное грез, Колебля на лоне залива Лиловые тени берез. Головка ее шелковиста, И мантия снега белей, И дивные два аметиста Мерцают в глазницах у ней. И светлое льется сиянье Над белым изгибом спины, И вся она — как изваянье Приподнятой к небу волны.
194
Николай Заболоцкий
После завершения английского сезона, проходившего в театре «Гольдесгрин» в пяти минутах ходьбы от «Айви-хауса», 13 декабря 1930 года до начала следующего, континен­тального, оставалось больше месяца. Павлову мучали боли в левом колене, и она решила от­правиться на юг Франции, в Канн, с заездом в Париж, чтобы проконсультироваться с врача­ми по поводу лечения. Парижские врачи сочли, что пяти недель отдыха и лечения будет доста­точно. В Канне балерина принимала процеду­ры и совершала прогулки и к концу пребыва­ния могла упражняться совершенно свободно. Перед началом выступлений в Голландии она захотела порепетировать с Петром Владими­ровым, находившимся тогда в Париже, и 10 января выехала из Канн. Однако путь не был гладким: ей пришлось пережить железно­дорожную аварию.
«Одиннадцатого (января 1931 года. — Авт.), около девяти часов утра, когда Анна Павловна еще спала, мы почувствовали силь­ные толчки, и поезд остановился, — вспоми­нал Виктор Дандре. — Анна Павловна про­снулась в испуге, но, подняв штору и увидев, что мы около станции, стоит чудный солнеч­ный день, спокойно начала одеваться. Мы вышли из нашего вагона. Он остался невреди-
195
Анна Павлова
мым, хотя соседние вагоны пострадали. И, только подойдя к локомотиву, около которо­го стояла группа механиков и рабочих, мы по­няли, какой катастрофы избежали. Паровоз был совершенно разрушен. Как оказалось, наш поезд налетел на маневрировавший в это время товарный состав. Мы вернулись в вагон и стали ждать, пока пришел паровоз, повез­ший нас обратно на какую-то узловую стан­цию. Оттуда уже другим путем нас доставили в Париж».
Возможно, уже тогда, по дороге с Фран­цузской Ривьеры, балерина простудилась, но, как всегда в подобных случаях, не придала это­му значения. Многие недомогания она пере­носила на ногах и не берегла себя. А может, это случилось еще раньше, в Каннах, где пого­да резко менялась, а Павлова, верная своей привычке надевать открытые платья и не за­крывать шею, выходила на прогулки в любую погоду. Ее не смущали ни ветер, ни изморозь, ни дождь, ведь она считала себя закаленной и была убеждена, что публике нет дела до недо­моганий и настроений артиста. Сколько раз за всю жизнь приходилось менять климат, и ка­ким же сильным и выносливым организмом надо было обладать!
196
О напряженном ритме гастрольной жиз­ни труппы можно судить по воспоминаниям одного из партнеров Анны Павловой
, англи-
чанина Харкурта Альджеранова (фамилия была образована Виктором Дандре от имени танцовщика): «Порой я буквально забывал, в каком городе мы находимся. Отель, ресто­ран, почтовое отделение, театр — это все, что мы видели в большинстве городов, наряду с картинной галереей, если таковая там име­лась. Однажды, когда я думал, что нахожусь в Спрингфилде, я купил газету, чтобы прочесть, что о нас пишут, и обнаружил, что мы, ока­зывается, в Цинциннати, а я и не заметил. В Индианаполисе мы встали в половине седь­мого утра, чтобы сесть в поезд, направляю­щийся в Колумбус, куда приехали в половине первого, дали вечернее представление и уеха­ли в спальном вагоне в Кливленд, где дали три представления за два дня, затем отправи­лись на одноразовые представления в Гэри, Форт-Уэйн и Саут-Бенд. Мы очень устали, но все же нас радова ли ночные переезды — тог­да не приходилось платить за отели». Дей­ствительно, за отели платить было не нужно, но ночь, проведенная в поезде, пагубным об­разом сказывалась на состоянии мышц, осо­бенно ног, и, чтобы привести себя в форму,
197
Анна Павлова
198
Фотопортрет А. Павловой
необходимо было потратить гораздо больше усилий.
Однажды Павлова танцевала под тропиче­ским ливнем в Мексике, рискуя многим — и простудиться, и сломать ногу на скользкой сцене, — но таковы были условия контракта, обязывавшего великую балерину выступать на открытых площадках, а договоров она никогда не нарушала, даже если при этом ущемляла себя. О себе она вообще не думала, занятая за­ботами о своей труппе.
Павлова внимательно относилась к своим артистам, и не было ни одного даже самого мелкого несчастного случая, который прошел бы мимо нее. Ее забота об артистах была поис­тине материнской, вплоть до того, что она сама наносила йодную сеточку на лодыжку танцов­щицы, подвернувшей ногу. Балерина считала Америку хорошим, удобным местом, потому что после спектакля там еще были открыты магазины, чего не скажешь об Англии, где не заботились об удобстве бедных артистов. Ког­да труппа выступала в Болонье, Турине и Фло­ренции, Павлова старалась, насколько это было возможным, не загружать артистов ре­петициями и платила им дополнительные деньги, чтобы они могли купить входные биле­ты в музеи и художественные галереи.
199
Анна Павлова
В Париже Павлова репетировала в непро­топленном классе, было очень холодно. Пока, разгоряченная, она переодевалась, ее прохва­тило холодным воздухом, и она застудила лег­кое. В результате накануне отъезда из Парижа балерина почувствовала себя плохо и, может, впервые в жизни пожаловалась на усталость. В девять часов утра 17 января Анна выехала в Гаагу, и в вагоне ей стало еще хуже. Ощущала ли она, что конец приближается неотвратимо, или надеялась, что превозможет себя и выйдет из очередного испытания? Что ее умирающий лебедь вновь воскреснет, как воскресал тысячу раз? Что музыка — а она была воплощенной музыкой — не умирает и не кончается? Жить ей оставалось считаные дни…
На вокзале в Гааге великую балерину, как всегда, встречала толпа — поклонники, фото­графы, журналисты. Корзину белоснежных тюльпанов «Анна Павлова» преподнес голланд­ский импресарио Эрнст Краус. Но балерина, бледная и уставшая, настолько плохо себя чув­ствовала, что, нарушив распорядок — предпо­лагалось, что Павлова поедет в ресторан и даст журналистам пресс-конференцию, — попро­сила отвезти ее в «Отель дез Энд», где сразу лег­ла в постель. Ей был отведен «Японский салон» со спальней, который впоследствии и получил
200
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]