Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Шестнадцать шедевров русской литературы
.pdf
именуется в романе Достоевского), чем объективно открывает
и утверждает истину, совершенно необходимую не только ему, но
каждому и всем из людей.
Тот же факт, что жуткое бремя ее нового открытия и под-
тверждения Раскольников возложил на свои плечи, придает этому преступнику, как это ни странно, определенное сходство
с древними героями уже в прямом и позитивном значении данного понятия. И объясняет, почему Раскольникова не лишают
своего уважения, и узнав его страшную тайну, такие чистые помыслами и делами персонажи, как его друг Дмитрий Разумихин,
сестра Дуня и Соня Мармеладова. И почему следователь-христианин Порфирий Петрович, разгадавший натуру Раскольникова в
последнем разговоре с ним скажет ему: «Вы-то все-таки не безнадежный подлец. Совсем не такой подлец!»
16
. Остается добавить, что с таким определением героя «Преступления и наказания» скорее всего согласятся и многие читатели этого романа.
Ведь и в природе Раскольникова, чуткого и отзывчивого на человеческую боль, что доказал он многими добрыми и самоотверженными поступками, христианское начало совсем не исчезло,
но было на время побеждено овладевшим им антихристовым неверием в человека. Именно этим словом «<вы> изверились»
17
следователь Порфирий Петрович определяет главенствующую причину, побудившую Раскольникова сознательно переступить
через принцип «Не убий». Но, как показал эпилог романа, путь
этого героя к Богу, людям и жизни закрыт не был: вынесенные
им страдания и бесконечная любовь Сони открыли ему перспективу духовно-нравственного воскресения для новой жизни.
«Я вас почитаю, — как бы предсказывал Раскольникову возможность этого исхода Порфирий Петрович, — за одного из таких,
которым хоть кишки вырезай, а он будет стоять да с улыбкой
смотреть на мучителей, — если только веру иль Бога найдет»
18
.
Двойственность натуры героя «Преступления и наказания»,
таким образом, не исключает перспективу и позитивного ее раз-
решения, т.е. победой христианского начала любви к людям и жизни.
Однако и намека на что-нибудь подобное нет в названном нами
замысле потемкинского олигарха Гусятникова, свидетельствующем только об окончательном нравственном вырождении этого
господина вследствие постоянного глумления над людьми (или
«культа тотальной потехи над человеком», как сам Гусятников
16
Достоевский Ф.М. Полн. собр. соч. Т. 6. С. 351.
17
Там же.
18
Там же.
331
именует это занятие) в условиях абсолютной и внешней (юридической) и — за полной утратой совести — внутренней (моральной)
безнаказанности.
Творчество Александра Потёмкина все шире признается и популяризируется в Европе и в крупнейших странах Азии. Переводы
повести «Я» вышли в Болгарии, Японии и Франции, в последней
готовится и перевод «Стола»; на китайском языке увидели свет
повесть «Отрешенный» и роман «Кабала», готовящийся к выходу
и в Болгарии; в Грузии опубликован «Русский пациент»; в Польше
переводится «Стол». Процесс этот, уверены мы, будет распространяться на другие страны и континенты.
Залогом тому всечеловеческий масштаб онтологических проблем, поставленных в прозе А. Потёмкина, равно актуальных для
современной России и всего мира, и глубина их художественного
исследования. Ведь в ряду фундаментальных свойств потёмкинского таланта — редкая и среди профессионалов впечатлитель-
ность и действенная отзывчивость его носителя на любое оскорбление и унижение человеческого достоинства, неистощимость
творческой фантазии, виртуозность перевоплощения и в совершенно несхожих с ним персонажей, блеск литературной ономастики и топонимики, способность создавать эстетический эффект даже при оперировании цифрами и умение организовать
романное действие без общей фабулы, посредством унисона или
контрапункта жизненных позиций, представленных основными
персонажами, а также новаторские композиционные модели,
великолепный русский язык повествователя и индивидуализированная речь действующих лиц из самых разных социальных и
культурных сфер российского общества, от потомка нескольких
аристократических поколений, чиновников и политиков всевозможных мастей до бомжей и разноликих «братков».
Своей обширностью и разнообразием источников поражает
интертекст прозы Потёмкина, вбирающий в себя проблемные,
ситуационные и персонажные параллели и ассоциации с Библией,
античной трагедией, «Божественной комедией» Данте, «Фаустом»
Гёте, прозой Н. Гоголя, И. Гончарова, М. Салтыкова-Щедрина,
Ф. Достоевского, Е. Замятина, И. Бабеля, М. Булгакова, А. Солженицына, Ф. Кафки, А. Камю и других отечественных и зарубежных
мастеров слова.
Творчество А. Потёмкина продолжается. Сейчас писатель работает над новым романом в рамках обширного замысла под общим названием «Тернии духа».
332
«Искусство, — писал Л.Н. Толстой в 1897 г., — не есть наслаж-
дение, утешение или забава; искусство есть великое дело. Искусство есть орган жизни человечества, переводящий разумное
сознание людей в чувство. <…> Задача искусства огромна; искусство <…> должно делать то, чтобы то мирное сожительство людей, которое соблюдается теперь внешними мерами, — судами,
полицией, благотворительными учреждениями, инспекциями
работ и т.п. — достигалось свободной и радостной деятельностью
людей. Искусство должно устранить насилие. И только искусство может сделать это»
19
.
Как бы развивая положение А. Пушкина, высказанное им
в 1836 г., «Цель художества есть идеал, а не нравоучение»
20
, Л. Толстой спустя 37 лет добавил: «Идеал есть гармония. Одно искусство чувствует это»
21
.
Против процитированных определений общественного назначения художника и его труда, не заменимого и не восполнимого
ни наукой, ни философией, ни религией, ни каким бы то ни
было видом практической деятельности, сегодня, по-видимому,
не станет возражать ни один даровитый писатель, живописец,
ваятель, музыкант, актер, архитектор, режиссер. Иное дело, насколько непросто ныне каждому из них служить этому назначению эффективно и без страха и упрека. Что касается создателя
романов «Изгой», «Человек отменяется», «Кабала» и «Русский
пациент», вызвавших живейшие отклики целого ряда российских интеллектуалов и деятелей искусства и не оставляющих,
как показало их обсуждение на встречах с самим автором, равнодушными читателя что называется массового, то, по нашему
убеждению, ему это служение удается вполне. Ибо в противном
случае Александр Петрович Потёмкин, достигший немалых вершин в науке и предпринимательстве, вероятно, мог бы и пожертвовать для них своим литературным делом, которому, однако же,
предан страстно, самоотверженно и, вне сомнения, навсегда.
19
Толстой Л.Н. Собр. соч.: В 22 т. Т. 15. М., 1983. С. 210.
20
Пушкин А.С. Полн. собр. соч.: В 10 т. Т. 7. C. 404.
21
Толстой Л.Н. Собр. соч.: В 22 т. Т. 18. С. 49.
Содержание
К читателям . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 5
Классический русский романа ХIX века: своеобразие героя и
жанра . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .8
«Евгений Онегин» А.С. Пушкина как художественное единство . . . 33
М.Ю. Лермонтов о поэте и его судьбе (стихотворение «Смерть
Поэта») . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 75
«Герой нашего времени»: становление жанра и смысла . . . . . . . . 92
Повесть И.С. Тургенева «Ася», или Любовь — крест — долг… . . . . 113
Роман И.С. Тургенева «Отцы дети», или Русский позитивист на
rendez-vous . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 129
Любовь, природа и мироздание в художественном мире И.С. Тур-
генева . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 152
Роман И.А. Гончарова «Обломов»: главные персонажи . . . . . . . 168
Стихотворение Н.А. Некрасова «Поэт и гражданин» как манифест
новой поэзии . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 201
Н.Г. Чернышевский, беллетрист и эстетик, сегодня . . . . . . . . . 221
Роман Ф.М. Достоевского «Бедные люди», или Право на личность
и ее тайну . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 233
Как постигать главные романы Ф.М. Достоевского . . . . . . . . . 252
Рассказ А.П. Чехова «Смерть чиновника» . . . . . . . . . . . . . . . 273
«Мысль семейная» в прозе Василия Белова. . . . . . . . . . . . . . . 282
Чем болен герой романа А. Потёмкина «Русский пациент»?. . . . . 295
«Меня больше всего волнует кризис самой природы человека»
(о романах А. Потёмкин
а) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 318
Учебное издание
НЕДЗВЕЦКИЙ Валентин Александрович
ШЕСТНАДЦАТЬ ШЕДЕВРОВ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
Редактор Л.В. Кутукова
Художественный редактор Ю.М. Добрянская
Обложка художника В.А. Чернецова
Технический редактор Н.И. Матюшина
Корректор Л.В. Кутукова
Компьютерная верстка Ю.В. Одинцовой
Подписано в печать 28.11.2014 г. Формат 60×90 1/16.
Факс: (495) 697-66-71. Тел.: (495) 939-33-23 (отдел реализации).
Сайт Издательства МГУ: www.msu.ru/depts/MSUPubl2005
119991, ГСП-1, Москва, Ленинские горы, д. 1, стр. 15
Бумага офсетная. Офсетная печать.
Усл. печ. л. 21,0. Уч.-изд. л. 20,2. Тираж 500 экз.
Изд. № 10195. Заказ № .
Издательство Московского университета. 125009,
Москва, ул. Б. Никитская, 5. Тел.: (495) 629-50-91.
E-mail: secretary-msu-press@yandex.ru
Интернет-магазин: www.msupublishing.ru
Адрес отдела реализации:
Москва, ул. Хохлова, 11 (Воробьевы горы, МГУ).
E-mail: izd-mgu@yandex.ru. Тел.: (495) 939-34-93
Отпечатано в типографии МГУ
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]