Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Царица Хатасу
.pdf
ЦАРИЦА ХАТАСУ
– Отчего ты так редко навещаешь меня, Кениамун?
Тебе скучно со мной? – спросила она с улыбкой.
Молодой человек покачал головой:
– Нет, Нейта, это ты стала совсем другой. Мне тяжело
приходить сюда с мыслью, что ты окончательно изгнала
меня из своего сердца, что ты не доверяешь больше мне
и не находишь для меня дружеского слова.
– Ты ошибаешься, Кениамун! Теперь, как и раньше,
ты внушаешь мне искреннее чувство, а в эту минуту,
больше чем когда-либо я нуждаюсь в преданном друге.
Выслушай меня без гнева и не требуй от меня любви.
Нельзя дать вещь, в которую не веришь, а я не верю больше в глубокую, вечную, как жизнь, любовь. Я дорого заплатила за опыт, доказавший мне, что это слепое чувство
так же непостоянно, как и биение сердца, которое она
возбуждает. Я любила и думала, что любима взаимно. Глупость! Безумие! Мне позорно изменили! Не сожалей же
об этом предательском чувстве. Оно может дать только
беглое, мимолетное счастье, за которое ты не поручишься даже на один день. Прими лучше…
– Ты кощунствуешь, Нейта. Измена одного не дает
тебе права осуждать истинную и глубокую любовь, какую ты внушаешь другим. Ты свободна, так как преступление Саргона развязало тебя с ним. Почему бы не попытаться тебе быть счастливой и дать счастье другому?
– Ты ошибаешься, Кениамун, считая меня свободной, – ответила Нейта, качая головой. – Нерушимая
клятва связывает меня с Саргоном. Накануне его высылки я увиделась с ним и поклялась ему, призвав в свидетели Гатору, что возьму его в мужья опять, когда он вернется с каторги. И он вернется. Недавно царица сказала мне,
261
Вера КРЫЖАНОВСКАЯ-РОЧЕСТЕР
что есть известия о принце. Он с мужеством и покорностью переносит наказание, и ему всячески стараются облегчить участь. Царица прибавила, что через два или три
года она помилует его и возвратит ему состояние и положение. Итак, ты видишь, что я не могу принадлежать
тебе. Прими же мою любовь друга, сестры и дай мне в
обмен такое же чувство. Одно оно свободно от эгоизма и
расчета. Она замолчала. Глаза уже были мокрыми, губы
нервно дрожали. – Я так одинока, покинута! – проронила она тихо.
Кениамун опустил голову, подумал и через минуту,
пожав Нейте руку, с волнением сказал:
– Благодарю тебя, Нейта, за доверие, которого ты
меня удостаиваешь. Постараюсь оправдать его. С этой
минуты я совершенно изгоняю из своего сердца всякое
эгоистическое чувство. Я буду для тебя только другом,
братом, покровителем и защитником, если ты в этом будешь нуждаться. А ты обещай мне откровенно поверять
все свои огорчения и дай мне право навещать тебя, развлекать и делить с тобой твои заботы.
– На все это я согласна. Но доверие должно быть обоюдным. Поэтому я имею право знать твои заботы, как
ты мои…
И Нейта уже улыбалась и протягивала ему руку.
С этого дня между ними действительно установились
дружеские и братские отношения. Кениамун своей веселостью, своим остроумием всегда умел развлечь Нейту и,
никогда не проявляя нескромного любопытства, разгонял тучи, омрачавшие ее лицо. Нейта же была счастлива
удивить его неожиданным подарком и избавить от скучных денежных забот своего небогатого друга.
262
ЦАРИЦА ХАТАСУ
В это время Ноферура получила известие, что ее тетка
Сатата, хворавшая со времени исчезновения Нефтисы,
почувствовала себя очень плохо и пожелала ее видеть,
может быть, в последний раз перед смертью.
Ноферура не могла отказаться. Рома, не желавший ни
на один день расставаться с ней, решил сопровождать ее.
Они наняли небольшое судно и отправились в Мемфис,
плывя днем и ночью, чтобы скорее приехать.
Была ночь, когда они приближались к древнему городу. Чувствуя себя по обыкновению тяжело, утомленный
Рома лег в маленькой каюте и крепко заснул. Ноферура
была в особенно подавленном настроении, пожираемая
внутренним огнем, который не могли загасить ни пылкие поцелуи, ни безумная страсть мужа. Она села на носу
лодки подышать свежим ночным воздухом, в надежде,
что он успокоит ее болезненное состояние.
Подперев подбородок рукой, Ноферура смотрела на
величественные храмы и дворцы, уже ясно вырисовывавшиеся при свете луны, как вдруг ее внимание привлекли
красные огни, быстро скользившие по воде. Она встала,
чтобы лучше видеть, и скоро различила большую, великолепно отделанную лодку, в которой под балдахином, на
подушках, лежал какой-то мужчина. Сердце Ноферуры
забилось. Ей вспомнился странный рассказ Туа. Она видела самого мемфисского чародея, сфинкс с огненными
глазами, украшавший нос лодки, не оставлял ни малейшего сомнения в этом. Лодки быстро приближались друг
к другу и скоро поравнялись. Жадно наклонившись вперед, Ноферура вдруг хрипло вскрикнула и вытянула руки.
В этом молодом мужчине, лежащем на подушках, в его
мрачном сверкающем взгляде, устремленном в бесконеч-
263
Вера КРЫЖАНОВСКАЯ-РОЧЕСТЕР
ность, она узнала незнакомца своих грез, чарующее видение, которое ускользало из ее рук, когда она хотела схватить его, и которого Рома не мог заменить ей.
От этого восклицания, звучавшего дикой страстью,
незнакомец в лодке приподнялся на локте и широко открытыми глазами посмотрел на женщину, стоявшую с
протянутыми руками и, казалось, пожиравшую его пламенными взглядами. Трудно передать, что происходило с
Ноферурой. Как будто огненное облако наполнило ее голову, уничтожив все сознание, кроме одной мысли: во что
бы то ни стало соединиться с этим человеком, схватить
его, пока он снова не исчез. Ее грудь высоко вздымалась,
огненные искры носились перед омраченными глазами,
сердце расширилось. Хотела ли она отчаянным прыжком
попасть в лодку Хоремсеба или просто думала освежиться в волнах, неизвестно, но только она прыгнула, как безумная, не переставая протягивать к нему руки, и тяжело
упала в воду на расстоянии вытянутой руки от таинственной лодки, которая продолжала свой путь и скоро исчезла вдали.
Один из испуганных гребцов бросился в воду. Ему удалось схватить Ноферуру. Ее вытащили. Прибежал Рома,
разбуженный криками и шумом, и как безумный бросился к жене, стараясь привести ее в чувство. Проснулась
и прибежала помогать молоденькая служанка Ноферуры – Акка. Но все их усилия были тщетны, и Ноферуру в
бесчувственном состоянии принесли в дом ее дяди.
Пока под наблюдением Гора ее раздевали и всеми
средствами старались вернуть к жизни, Рома побежал в
храм, где он служил во время своего пребывания в Мем-
264
ЦАРИЦА ХАТАСУ
фисе, чтобы привести знакомого жреца, который был
превосходным врачом.
Когда мужчины вошли в комнату, где лежала неподвижная Ноферура, Рома тотчас же бросился к ней. Вдруг
он вздрогнул. Вместо прежней страстной любви в его
душе шевельнулось чувство, граничащее с отвращением.
Голова у него закружилась. Он выпрямился и почти равнодушно следил за действиями друга, который после продолжительного осмотра, объявил, что Ноферура мертва.
Рома принял это известие, не теряя своего спокойствия, что резко противоречило его прежнему волнению.
Он только сказал, что страшно устал. Не бросив даже
взгляда на покойницу, он ушел в свою комнату и заснул
крепким сном.
Проснулся Рома довольно поздно. Он чувствовал себя
усталым и разбитым, как будто перенес тяжелую болезнь.
Теперь он был спокоен, душа его испытывала давно забытое умиротворение. Рома сел у открытого окна и задумался. Что значит этот тяжелый сон? Что происходило во
время этого сна? В его голове носились только смутные
воспоминания, в которых сталкивались любовные сцены
и болезненные ощущения, но все это перемешалось, когда он попытался осознать свои поступки и их причины.
Вдруг в уме возник образ Нейты. Она тоже исчезла из его
жизни во время этого мрачного и тяжелого сна. Давно,
давно он не видел ее! Конечно, он оскорбил ее! Сердце
жреца усиленно билось. Как мог он пренебречь и забыть
это чистое и очаровательное создание ради распущенной
женщины, измучившей его своими капризами, своими
вульгарными вкусами и животной страстью, вызывавшей
у него когда-то отвращение.
265
Вера КРЫЖАНОВСКАЯ-РОЧЕСТЕР
Рома выпрямился. Холодный пот выступил у него на
лбу. Действительно, он был околдован! Но что разрушило
чары? Смерть Ноферуры? Он пошел к телу, которое бальзамировщики, завернув в сукно, собирались уже уносить,
и еще раз убедился, что его не влекло больше к этой женщине.
– Наконец свободен! – прошептал он с облегчением.
Ему и в голову не приходило, что всегда окружавший Ноферуру аромат, ужасный, опьянявший и привязывавший
его к ней, исчез, а вместе с ним исчезли и лихорадочное
беспокойство, и внутренний огонь, пожиравший его.
Когда по приказу Гора раздевали Ноферуру, чтобы
растирать ее похолодевшее тело, Акка сняла также ожерелье и унесла его вместе с другими мокрыми вещами.
Ноферура не снимала ни днем, ни ночью это ожерелье и
смотрела на него, как на счастливый талисман. Ведь с
того дня, как она его надела, к ней вернулся муж.
Убеждение, что Ноферура прибегла к колдовству, возмущало Рому и сделало ненавистной даже память о жене.
Он сгорал от желания вернуться в Фивы, чтобы объясниться и помириться с Нейтой. Объяснив Гору, что его
настоятельно призывает служба, он несколько дней спустя покинул Мемфис. Едва он высадился на берег, как побежал к Роанте и сообщил ей о событии, вернувшем ему
свободу. Роанта приняла его с распростертыми объятиями и выразила сочувствие по поводу горестной потери.
Но с первого же слова Рома перебил ее:
– Брось это, дорогая! Эта потеря – милость богов.
Лучше скажи мне, что делает Нейта? – добавил он нерешительным голосом.
Роанта в сильном недоумении посмотрела на него.
266
ЦАРИЦА ХАТАСУ
– Дорогой мой Рома! Я с радостью вижу, что боги
вняли моим молитвам и избавили тебя одновременно и
от этой ненавистной женщины, и от чар, которые она
навеяла на тебя. Ты образумился и вернулся к истинному чувству, наполнявшему твое сердце. Но, мой бедный
брат, я должна сказать тебе, что Нейта, несмотря на молодость и сильную любовь к тебе, так разгневалась на
тебя за «измену», как она говорит, что все эти месяцы
даже имени твоего не произносит. С горечью в душе она
отвернулась от тебя, а что происходит в ее сердце – это
для меня тайна.
Рома побледнел, слушая ее.
– Я знаю, что виноват перед Нейтой, хотя и невольно, – сказал он после минутного молчания, – так как находился во власти чар, ослепивших меня, и был бессилен
против них. Я с трудом вспоминаю, что делал все эти месяцы под влиянием кошмарного сна, от которого проснулся только у тела Ноферуры. Но мое сердце всегда
принадлежало Нейте, и я не могу поверить, что она оттолкнет меня, когда я объясню ей всю правду. Сию же
минуту отправлюсь к ней. Если она когда-нибудь действительно любила меня, то простит невольную ошибку.
Роанта пыталась удержать его, убеждая, что уже поздно и что лучше будет, если она предупредит Нейту о его
посещении. Но Рома не хотел ничего слышать. Он поспешно направился к Нилу, нанял лодку и приказал
плыть ко дворцу ассирийца. В страшном волнении он выскочил на ступеньки и, велев гребцу ждать его на реке на
расстоянии голоса, быстро взбежал по лестнице.
У двери, ведущей с террасы в дом, дежурил старый
раб, присев на каменные плиты. Он узнал молодого жре-
267
Вера КРЫЖАНОВСКАЯ-РОЧЕСТЕР
ца. Когда тот спросил, одна ли его госпожа и где она находится, старик ответил ему со счастливой улыбкой, что
Нейта на террасе, выходящей в сад, от нее только что
ушел Кениамун.
Быстрым шагом Рома прошел через хорошо знакомые комнаты и, как вкопанный, остановился у входа на
террасу, освещенную красноватым светом нескольких
факелов и двух треножников, поставленных у подножья
лестницы, ведущей в сад. На первой ступеньке, опираясь
головой о балюстраду, сидела Нейта, неподвижная, как
прекрасная статуя. Большое колеблющееся пламя треножников фантастически освещало пространство и придавало красноватый оттенок белым одеждам, сверкало
на ожерелье и на массивных браслетах Нейты. Широкий
золотой обруч сдерживал иссиня–черные волосы, густыми, шелковистыми кольцами рассыпавшиеся по ее спине и плечам и по каменным плитам.
Несколько минут Рома молча любовался ею. Никогда
еще обожаемая женщина, с которой разлучила его таинственная сила, не казалась ему такой прекрасной, как в
этот момент, – задумчивая, с выражением мрачной горести на лице.
Переполняемый чувствами, он быстро подошел и
протянул к ней руки, робко позвав: «Нейта!». При звуке
этого дрожащего, хорошо знакомого голоса Нейта молниеносно вскочила. С минуту она смотрела на него широко раскрытыми глазами, как на привидение, потом отступила назад.
– Рома! – вскрикнула она, пылающим взглядом смеривая дерзкого, словно желая уничтожить его.
268
ЦАРИЦА ХАТАСУ
Но, встретив чистый и ласкающий взгляд бархатистых
глаз, с мольбой устремленных на нее, она прислонилась к
балюстраде, охваченная нервной дрожью. Глаза уже не
сверкали, гнев улегся.
– Чего ты хочешь от меня? – с горечью спросила
она. – Объяснить свою позорную измену? Оправдаться?
К чему все это? Я не имею никакого права на твои чувства. Я замужем, мое слово и моя жизнь принадлежат
Саргону. Ты тоже связан, и твоя любовь законна. Вернись
к своей жене, к которой ты воспылал такой внезапной
страстью. Уйди от меня и не смущай покой, который я
обрела, осознав свою преступную ошибку.
Она замолчала и опустила глаза. Голос отказывался ей
служить, и она чувствовала, что слабеет под взглядом, с
упреком устремленным на нее.
– О, Нейта, не ожидал я услышать от тебя такие жестокие слова. Что я могу сказать, чтобы оправдать рану,
которую оставил в твоем сердце? Мое единственное объяснение – роковая сила, ужасное колдовство, которое
ослепило меня и тянуло, как раба, к женщине, наведшей
на меня чары. Лишенный рассудка, я думал, что люблю
Ноферуру, эту преступницу, смерть которой только что
освободила меня. Я излечился душой и возвращаюсь к
тебе, моей единственной истинной привязанности, несмотря на ужасный кошмар, сделавший меня преступным и набросивший тень на мою искренность. Неужели
ты поверила, что женщина, которую я не уважал, могла
внезапно стать мне так дорога, что я ради нее позорно
забуду тебя? Ты молчишь, Нейта! Неужели ты до такой
степени забыла меня, – голос Ромы дрожал, – что не веришь больше моим словам? Так посмотри на меня! По-
269
Вера КРЫЖАНОВСКАЯ-РОЧЕСТЕР
хож я на человека, месяцами наслаждавшегося счастливой любовью?
Нейта подняла глаза и внимательно посмотрела на
похудевшее, утомленное лицо жреца, который отступил
назад и прислонился к косяку двери, опустив голову. Да,
на лице была печать физических страданий. Но возможно ли, чтобы роковые чары привели к измене помимо его
воли? Нейта начала этому верить. Рома разбудил в ней
добрые чувства. Все злые, нечистые или эгоистические
устремления исчезали в его присутствии, он как бы разгонял их глубокой, благородной привязанностью к ней.
Так и теперь, печаль любимого человека, его сдержанность и сочувствие к его незаслуженным страданиям разбили ледяную корку, заковавшую гордое сердце девушки.
Она сделала несколько нерешительных шагов навстречу,
а затем порывисто бросилась в его объятия.
– Ты прощаешь мне прошлое? Ты возвращаешь мне
любовь, которая осветит мою омраченную душу? – прошептал он, радостно и ласкающе глядя во влажные глаза
любимой.
Нейта сияла детской улыбкой, полной счастья. Обвив
рукой шею Ромы, ответила ему поцелуем. Гнев, горе –
все было забыто. Бедная Нейта! Не зная цены, она наслаждалась любовью без упреков и без страданий – единственной любовью, дающей истинное счастье и облагораживающей сердце. Вечная любовь – частица того
божественного огня, который вложен в наши души. Она
не знала, что будущее готовит ей ад, который тоже называется любовью, – одно из трех роковых чувств, которые
разрушают тело, омрачают душу. Ей предстояло вынести
гораздо больше всех тех страданий, которые выпали на
270
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]