Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Царица Хатасу

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
1 Мб
Скачать
☆
ЦАРИЦА ХАТАСУ
– Можете себе представить, друзья мои, какое впе­чатление произвели на меня эти слова. Я сгорала от лю­бопытства и решила во что бы то ни стало повидать этого необыкновенного человека.
Псамметих старался отговорить меня от этого наме­рения. Он уверял, что встреча с Хоремсебом приносит несчастье и что я не найду гребцов, которые согласились бы подвергнуть себя дурному глазу. Но я стояла на своем, это желание просто пожирало меня. Когда я сказала об этом Нефтисе, она поддержала мой проект и обещала сопровождать меня. Мы решили действовать в тайне, во избежание болтовни и помех. Я наняла лодку с двумя сильными гребцами. Эти бесстрашные молодые парни уверяли, что можно наверняка встретить принца, так как теперь было полнолуние, а он никогда не пропускал это­го времени для своих прогулок по Нилу.
С наступлением ночи мы с Нефтисой сели в лодку и отправились в путь. Твоя сестра, дорогая Ноферура, была необыкновенно весела. Она принарядилась и была про­сто очаровательна. «Берегись, – сказала я ей, – ты погиб­ла, если понравишься чародею». Она смеялась, как сумас­шедшая, и сказала, что именно с этой целью и наряди­лась, чтобы привлечь его внимание, чтобы легче было его рассмотреть. Мы весело продолжали свои поиски, но были полны нетерпеливого ожидания.
Вдруг один из гребцов наклонился ко мне и сказал: «Взгляните, благородная женщина, вот он!» В ту же ми­нуту он и его товарищ присели и под прикрытием бор­тов лодки протянули пальцы в виде рогов, чтобы предо­хранить себя от дурного глаза. Я бы расхохоталась, если бы мое внимание не было поглощено быстро прибли-
221
Вера КРЫЖАНОВСКАЯ-РОЧЕСТЕР
жавшейся таинственной лодкой. Уже пурпурные глаза сфинкса бросали кровавый отблеск на воду, заставляя сверкать и переливаться драгоценные камни ожерелья, украшавшего его шею. Через минуту лодка принца по­равнялась с нами, почти касаясь борта нашей лодки. Моим глазам открылась странная и чудесная картина. Я смотрела на принца, неподвижно лежавшего на поду­шках. Я видела его в Фивах лет одиннадцать тому назад, когда он приезжал туда со своим отцом. Но, конечно, я его не узнала бы. Худощавый и слабый юноша превратил­ся в поразительно красивого мужчину. Стройный, изящ­ный и в то же время атлетически развитый. Великолеп­ное лицо. Но его красота какая-то зловещая, а пылающий взгляд бросает в дрожь. На нем был короткий передник, расшитый драгоценными камнями, и клафт, украшен­ный диадемой. Я не успела рассмотреть ожерелье и брас­леты, которые украшали его шею и руки.
Он был неподвижен, как статуя, и только одни ужас­ные глаза, казалось, жили. Но вдруг странная улыбка слег­ка приоткрыла его рот, и между пурпурными губами сверкнули жемчужные зубы. Вытащив из-за пояса розу, он бросил ее на колени Нефтисе. Та, бледная, с широко открытыми глазами, до такой степени была поглощена созерцанием, что даже забыла взять цветок.
Через минуту лодка проплыла мимо нас и исчезла как молния. Только тогда Нефтиса пришла в себя и закрича­ла торжествуя:
«Взгляните, Туа! Хоремсеб бросил мне пурпурную розу. Но розу совершенно не похожую на наши, а чудес­ную, как и все, что исходит от него. Как она прекрасно пахнет! Но что это такое? Она совершенно мокрая».
222
ЦАРИЦА ХАТАСУ
Я наклонилась к розе. Она, действительно, распро­страняла удушливое благоухание. Но так как я никогда не любила слишком сильных духов и, кроме того, была очень взволнована, этот аромат причинил мне нездоро­вье. В продолжение нескольких дней я страдала удушьем и головными болями. В моей крови будто горел огонь.
– Может быть, вид чародея, а вовсе не аромат розы взволновал так твою кровь. Ты так чувствительна к кра­соте, Туа! – ядовито перебил ее комендант.
Вдова сильно ударила его по плечу.
– Ты начинаешь стариться, Нейтотен. В каждом тво­ем слове так и слышится ревность ко всему, что молодо и красиво. Вероятнее всего, утонченность натуры делает меня такой впечатлительной. Нефтиса усердно вдыхала аромат розы, но на нее не действовало, она не жалова­лась. Когда, несколько дней спустя, я прощалась с ней, она сказала, смеясь, что хранит цветок на память о Хо­ремсебе.
Все посмеялись, поблагодарили хозяйку за интерес­ный рассказ, затем перешли на другие темы, а прибытие нового гостя заставило всех окончательно забыть о Хо­ремсебе.
За несколько часов до этой вечеринки Роанта сидела в гостях у Нейты. Они с воодушевлением разговаривали. Молодая супруга Саргона, по-видимому, совершенно по­правилась. Но в эту минуту лихорадочный румянец играл на ее щеках, между бровями образовалась глубокая складка, а глаза сверкали гневом и упрямством.
– У Ромы очень странные идеи. Я не понимаю, как он решился просить меня о таком, – сказала она, причем губы ее нервно дрожали. – Это все равно, как если бы он
223
Вера КРЫЖАНОВСКАЯ-РОЧЕСТЕР
потребовал от тебя, чтобы ты просила прощения у Мэны за то, что любишь Хнумготена.
Обняв Нейту за талию, Роанта привлекла ее к себе и
поцеловала.
– Постой! Успокойся и поговорим толком. Твое срав­нение никуда не годится. Избрав Хнумготена, я оскорби­ла только самолюбие Мэны. Его свобода и положение нисколько не пострадали. Саргон же уничтожен. Честное и великодушное сердце Ромы страшно мучается этим. Участь несчастного давит его, как будто он сам совершил это преступление. Совесть, не умолкая, упрекает его в том, что он виновник твоей ужасной раны, виновник ареста и падения Саргона. Еще вчера он сказал мне: «Боги всегда наказывают нас, когда мы уклоняемся с дороги долга. Если бы я был тверд, если бы я скрыл от Нейты мою преступную любовь, она не подвергалась бы смер­тельной опасности, а несчастный ассириец избежал бы ужасной участи».
– Бедный Рома, он терзается совершенно напрасно. Во всем виновата я одна. Он нисколько не виноват в моей любви к нему, – пробормотала Нейта. – Тем не менее, я удивляюсь, что ему жаль Саргона и что он сожалеет о том, что дал мне счастье. И он называет это любовью ко мне? – с внезапной досадой прибавила она. – Я не дума­ла, что в припадке гнева Саргон поразит меня. То, что я сказала ему, было сказано с целью избавиться от него и избавить Рому от справедливой ревности. Теперь же я убеждаюсь, что моя любовь сильнее его.
– Нет, ты не права. Что же просит у тебя Рома? По­видаться на минутку с осужденным и сказать ему не­сколько слов утешения, чтобы избавить его от ужасной
224
ЦАРИЦА ХАТАСУ
несправедливости, от мысли, что ты принадлежишь дру­гому. Завтра осужденные отправляются в рудники, а от­туда мало кто возвращается живым. Неужели ты так же­стока, чтобы отказать в нескольких словах дружбы не­счастному, женой которого ты согласилась быть? Будь же так добра, исполни просьбу Ромы! Я буду сопровождать тебя. Потом мы отправимся ко мне и проведем вечер вместе. Ко мне зайдет еще кто-то, кто горячо поблагода­рит тебя за то, что ты избавила его сердце от угрызений совести.
Нейта прижалась головой к плечу Роанты и залилась
слезами.
– Хорошо, я пойду! – согласилась она наконец. – Но как мы добьемся свидания с ним? Разве позволено ви­деться с осужденными?
– Не беспокойся ни о чем. Сегодня кто угодно может прощаться с осужденными. Кроме того, Хнумготен, ко­торого я посвятила в тайну, дал мне письмо к своему дру­гу, начальнику тюрьмы. Нас впустят без всяких затрудне­ний, ничего не спрашивая, и оставят одних. В моих но­силках нас донесут до угла улицы, а оттуда мы пойдем уже пешком. Так никто даже не узнает об этом.
Через два часа две просто одетые женщины, закутан­ные в длинные покрывала, подошли ко входу тюрьмы, который охраняли эфиопские солдаты. Дежурный на­чальник стражи вышел узнать, что угодно посетительни­цам. С первого же взгляда он убедился, что имеет дело с женщинами высшего общества. Поэтому, когда Роанта молча подала ему записку, адресованную начальнику тюрьмы, он почтительно поклонился и быстро исчез.
225
Вера КРЫЖАНОВСКАЯ-РОЧЕСТЕР
Через некоторое время, показавшееся обеим женщи­нам вечностью, дежурный вернулся и попросил их следо­вать за ним.
– Ваша просьба исполнена, – пояснил он, с любопыт­ством глядя на них.
Они прошли через двор, затем по коридорам. Всюду была масса истощенных, почти голых человеческих су­ществ с мрачным отчаянием на лицах. Надсмотрщики ходили между заключенными и били палками плачущих детей и осужденных, заслуживающих, по их мнению, на­казания. В страшном волнении Роанта и ее спутница ис­кали глазами Саргона в толпе этих несчастных, но дежур­ный вел их дальше, вдоль стены, в которой было несколь­ко низких дверей. У последней двери они остановились. Отодвинув наружный засов, он впустил женщин в келью с полуоткрытым потолком. В глубине кельи лежала охап­ка соломы, заменявшая постель. С другой стороны, на большом камне сидел мужчина, в котором трудно было узнать изящного и гордого принца Саргона. Он был за ногу прикован к стене цепью, кусок грубого полотна за­крывал бедра. Полуотвернувшись от входа и прислонив­шись головой к стене, он, казалось, ничего не видел и не слышал.
Пораженная Нейта конвульсивно схватилась за серд­це и прижалась к Роанте, пока начальник стражи подхо­дил к узнику.
– К тебе пришли, Саргон, – сказал он, слегка дотраги­ваясь до его плеча. Потом, обернувшись к Роанте, он по­чтительно прибавил: – Я вас оставлю с узником, благо­родные женщины, но буду близко. Если я вам понадо­блюсь, то вы только крикните.
226
ЦАРИЦА ХАТАСУ
Саргон выпрямился и мрачным взглядом окинул за­кутанных женщин. Он страшно изменился. Щеки его сморщились, глубоко впавшие глаза горели, как угли. Не­передаваемое выражение горечи, гнева и насмешки над самим собой играло на его губах.
– Кто вы и что вам от меня надо? – резко спросил он.
Нейта откинула покрывало. Сложив молитвенно руки, она приблизилась к нему и сказала со слезами в го­лосе:
– Саргон, прости мне зло, которое я причинила тебе.
Увидев свою жену, услышав ее голос, он вскочил и хо­тел броситься на нее. Но цепь помешала ему, он заша­тался и едва не упал, удержавшись за стену.
– Зачем ты пришла сюда, предательница? Полюбо­ваться на мое несчастье? – спросил он с сухим, полным отчаяния смехом. – Ты нашла, наконец, время вырваться из объятий своего любовника, чтобы порадоваться моему бессилию, чтобы посмеяться над моим унижением? О, отчего я не могу достать тебя руками, развратное созда­ние! Позор моей жизни и чести! Я бы задушил тебя, как ядовитую гадину! – с пеной на губах яростно закричал он, сжав кулаки.
Нейта отступила, вытянув руки, дрожащие губы отка­зывались ей повиноваться. Но Роанта смело вышла впе­ред.
– Ты ошибаешься, Саргон, предполагая, что Нейта пришла посмеяться над тобой, над твоим несчастьем. Ее привели сюда сожаления и укоры совести. Она хотела успокоить тебя и признаться в истине.
Горячее сочувствие и горькие угрызения совести охва­тили девушку.
227
Вера КРЫЖАНОВСКАЯ-РОЧЕСТЕР
– Да, Саргон! – крикнула она, перебивая Роанту, – я пришла сказать тебе правду! Тебе не за что презирать меня. Я не замарала твоей чести и не изменила тебе, как говорила тогда. Я солгала – твои жестокие слова привели меня в бешенство. Я хотела обидеть тебя, оттолкнуть от себя. Но я никогда, никогда не падала так низко. Верь мне, Саргон! И прости мне роковую ложь, погубившую тебя. Только теперь я понимаю свою ужасную ошибку.
Слезы мешали ей продолжать, Саргон слушал и не сводил с нее глаз. Это очаровательное личико, все в сле­зах, этот боязливый, полный мольбы взгляд с новой силой пробудили в нем страстную любовь, погубившую его.
– Ты говоришь правду, Нейта? – пробормотал он раз­битым голосом. – Ты не изменяла мне?
– Нет! Нет! Зачем же мне приходить в тюрьму лгать тебе? Клянусь Гаторой и судьями Аменти, только угрызе­ния совести заставили меня прийти сюда и сказать тебе правду.
В ее голосе звучала такая искренность, что все сомне­ния Саргона рассеялись. Тогда им овладело страшное со­жаление о безумно загубленной жизни. Тяжело опустив­шись на камень, он снова прижался головой к стене. Кон­вульсивные рыдания сотрясли его тело. С минуту Нейта смотрела на него, дрожа как лист. Во что превратился за несколько недель гордый принц хеттов? Он разорен, обе­счещен, закован и осужден на работы, от которых поги­бают даже самые сильные. Вернется ли он когда-нибудь? Неужели этого заслуживала его страстная любовь к ней?
Горькие угрызения совести нашептывали Нейте, что она провинилась, своим ребяческим гневом возбудив до такой степени ревность и страсть человека, что он сам
228
ЦАРИЦА ХАТАСУ
себя погубил. Конечно, она не желала этого. Участием и сожалением наполнилось ее отзывчивое сердце. Позабыв про опасность, которая могла угрожать ей при внезап­ном приливе ярости несчастного, она бросилась к нему и, встав на колени, положила свои маленькие ручки на руку узника.
– Саргон, Саргон! Прости меня и не отчаивайся в бу­дущем. Милость Хатасу так же неизмерима, как и ее мо­гущество. Она уже спасла твою жизнь. Она сказала мне, что облегчит твою участь и что при первой же возмож­ности она помилует тебя и возвратит тебе состояние и положение. Итак, запасись мужеством и надейся на ми­лосердие богов и царицы. Когда же ты вернешься, я по­стараюсь исправить зло, которое я тебе причинила.
Эти слова обещали узнику будущее, полное любви и счастья. Ненависть и гнев его сразу улеглись.
– Нейта, – прошептал он, наклоняясь к ней и лихо­радочно сжимая ее руки. – Клянешься ли ты мне верно ждать меня и снова взять в мужья, если я когда-нибудь вернусь?
– Да, клянусь тебе, – с жаром ответила Нейта. – Да услышит мою клятву Гатора и да накажет она меня, если я нарушу ее.
Луч радости сверкнул в глазах Саргона и осветил его исхудавшее лицо.
– Да благословят тебя тысячу раз боги за твои слова, моя обожаемая Нейта! Твое обещание будет мне под­держкой в рудниках, оно будет для меня освежающим ветерком под палящими лучами солнца пустыни. В вос­поминании об этом часе я буду черпать силы, мужество, надежду и покорность своей судьбе.
229
Вера КРЫЖАНОВСКАЯ-РОЧЕСТЕР
В приливе страсти и признательности, он привлек Нейту к себе и страстно поцеловал ее в губы. На этот раз она без отвращения перенесла этот порыв. Нежное уча­стие наполняло ее сердце, и под влиянием этого чувства она возвратила ему поцелуй. Увы! Он слишком дорого ему достался.
В эту минуту дежурный приотворил дверь, но, увидев эту странную сцену и узнав Нейту, тотчас же отступил назад. Смущенная и недовольная таким вторжением, Ро­анта быстро подошла к подруге, подняла ее и опустила ей покрывало.
Поговорив еще немного, женщины простились с Сар­гоном, напомнив ему еще раз о мужестве и надежде, и вышли из кельи. Узник остался один, но он уже не был человеком, доведенным до отчаяния и восставшим про­тив людей и бессмертных. Бесконечное счастье наполня­ло его душу. Надежда, этот обманчивый спутник челове­ка, заставила его забыть настоящее и рисовала перед ним радостные картины будущего.
Подруги молча сели в носилки. Каждая из них была погружена в свои мысли. Но, вероятно, только что пере­несенные волнения были слишком сильны для ослаблен­ного болезнью организма Нейты. Войдя к Роанте, она ли­шилась чувств.
С материнской нежностью молодая женщина ухажи­вала за Нейтой. Когда же та пришла в себя, она уложила ее и оставила одну, только когда девушка уснула.
На террасе, где она хотела отдохнуть на свежем воз­духе, Роанту ждал брат.
– Ну что? – спросил он, садясь рядом.
230