Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Уголовно-правовые и криминологические меры защиты интеллектуальной собственности. Учебное пособие
.pdf
81
121
122
123
121
122
123
нительных органов по поводу психологических аспектов беспринципного отношения к применению ст. 146 УК. Так, 32 %
из числа опрошенных сотрудников полиции связывают факты
игнорирования ими применения этой нормы с тем, что сами
пользуются услугами пиратов интеллектуальной собственности, прежде всего на рынке нелицензионной аудио-
и видеопродукции, а также с тем, что контрафактная продукция дешевле и доступнее лицензионной
. В июне прошлого
года подмосковная полиция признала, что около 80 % продукции в Московском регионе является контрафактной.
Начальник оперативно-розыскной части управления экономической безопасности и противодействия коррупции Главного управления МВД России по Московской области Николай Лабезный сообщает: «Подделывают на сегодняшний день
практически все — одежду, алкогольную продукцию, сантехнику, парфюмерию и многое другое»
чает С. З. Алиев
, методом включенного наблюдения было
. Более того, как отме-
установлено, что сотрудники органов внутренних дел Москвы и Московской области контролируют этот вид предпринимательства, вкладывая в него собственные деньги и получая прибыль.
Следует отметить, что зачастую, укрывая данные преступления от регистрации, сотрудники правоохранительных
органов не пытаются приукрасить результаты своей работы,
а просто оказываются бессильными перед коррупционными
См.: Лепина Т. Г. Общее понятие механизма эффективности приме-
нения правоохранительными органами уголовно-правовой нормы о нарушении
авторских и смежных прав // Уголовное право в эволюционирующем обществе: проблемы и перспективы : сб. науч. ст. по материалам Междунар. науч.практ. конф. (24 мая 2010 г.). Курск : Юго-Запад. гос. ун-т, 2010. С. 187.
Около 80 процентов продукции в Подмосковье — контрафакт //
ИТАР-ТАСС : сайт. URL: http://www.itar-tass.com/c15/787423.html (дата обращения: 29.07.2013).
См.: Алиев С. З. Уголовно-правовые механизмы защиты авторских
и смежных прав : дис. ... канд. юрид. наук. М., 2013. С. 53.
82
124
125
124
125
связями лиц, занимающихся производством и сбытом
контрафактного товара.
Как отмечается в диссертации А. В. Борисова
, сотрудники правоохранительных органов не имеют возможности изымать
крупные партии контрафактного товара. Как только выявляется
склад с таким товаром, в связи с чем начинают проводиться
процессуальные действия, от различных руководителей органов
внутренних дел или других правоохранительных органов (чаще
ФСБ России) поступает просьба покинуть склад и оставить
в покое его владельцев. Если оперативные работники не подчиняются указанным просьбам, то собранный ими материал по
факту обнаружения большой партии контрафактных изделий
начинают проверять контролирующие сотрудники органов
внутренних дел или прокуратуры.
По результатам такой проверки, как правило, выявляется множество нарушений законности, допущенных сотрудниками оперативных подразделений, что позволяет отстранить
их от дальнейшей работы по этому материалу с последующим
прекращением уголовного преследования.
Вывод очевиден: нарушения прав интеллектуальной
собственности имеют довольно широкое распространение
в нашей стране
.
См.: Борисов А. В. Уголовно-правовые и специально-криминоло-
гические меры борьбы с нарушениями авторского и патентного права : дис. …
канд. юрид. наук. М., 2008. С 97.
Социологический опрос, проведенный Л. Р. Клебановым среди лиц,
чья деятельность так или иначе связана с предупреждением и расследованием правонарушений в сфере экономической деятельности или обеспечением экономической и информационной безопасности, — сотрудников органов внутренних дел,
ФСБ России, государственной налоговой службы, таможенной службы, сотрудников охранно-детективного объединения «Аргус», бизнесменов, сотрудников служб
безопасности ряда компаний, показал, что 47 % опрошенных признают незаконное
получение и разглашение сведений, составляющих коммерческую тайну, широко
распространенным в России, а 41 % опрошенных указали, что в той или иной мере
встречались в своей профессиональной деятельности с данными преступлениями
(см.: Клебанов Л. Р. Уголовная ответственность за незаконное получение и разгла-
шение сведений, составляющих коммерческую или банковскую тайну : автореф.
дис. … канд. юрид. наук. М., 2001. C. 4).
83
126
126
Криминализация деяний, посягающих на права интеллектуальной собственности, представляется здесь вполне
обоснованной.
Принцип экономии уголовной репрессии также соблюден:
все основные составы интересующих нас статей отнесены к категории преступлений небольшой и средней тяжести, в санкциях этих норм предусмотрены альтернативные виды наказаний.
Преобладание положительных последствий криминализации (ст. 146, 147, 180, 183 УК) над отрицательными проявляется в том, что в результате рынок насыщается легальной
продукцией, а авторы и правообладатели получают гарантию
прибыльного ведения бизнеса, что стимулирует их к разработке новых объектов интеллектуальной собственности. Издержками же криминализации можно признать сокращение
на рынке доли контрафактной продукции, которая, как правило, стоит намного дешевле оригинальной лицензионной,
в связи с чем часть потребителей лишается возможности
знать и использовать объект интеллектуальной собственности
из-за слишком высокой цены последнего.
Наличие всех отмеченных факторов обусловливает своевременность криминализации, но анализ принципов криминализации не позволяет судить об эффективности действующих уголовно-правовых норм. С другой стороны, весьма затруднительно оценивать эффективность действия той или иной нормы
права без учета влияния внешних факторов: правовой культуры,
правосознания, экономического достатка и др.
Повсеместные нарушения прав на объекты интеллектуальной собственности в Российской Федерации
свидетель-
ствуют о нейтральном (порой и позитивном) отношении россиян
к пиратской продукции. Складывается впечатление, что в
нашем обществе деятельность интеллектуальных пиратов не
рассматривается как аморальная, именно поэтому они могут
беспрепятственно функционировать, практически не скрываясь
— при активной или пассивной поддержке общества.
См.: Даррен Тодд. Цифровое пиратство. Как пиратство меняет биз-
нес, общество и культуру. М. : Альпина Бизнес Букс, 2013.
84
127
128
129
127
128
129
По данным осуществленного агентством «Власть» исследования, 62,5 % опрошенных россиян полагают, что компьютерное
пиратство приносит стране не вред, а пользу. Опрос студентов
юридических вузов показал, что 95 % постоянно приобретают
контрафактную продукцию и не осуждают ее изготовителей
.
Некоторые ученые даже прямо пишут о пользе интеллектуального пиратства: «Несмотря на, несомненно, неправомерное
производство контрафактной продукции, не следует забывать,
что при отсутствии такого производства потребители не смогли
бы получить доступ к самым новым программным продуктам,
электронным учебникам и энциклопедиям, современной и классической музыке, кинофильмам и видеофильмам и т. д. Созданные монополистами условия для массовых нарушений их прав
могут выполнять положительную функцию в странах с невысоким жизненным уровнем»
.
В многочисленных работах, посвященных уголовноправовой охране прав интеллектуальной собственности и криминологической характеристике данной преступности, много
внимания уделяется истории становления правового регулирования интеллектуальной собственности, анализу зарубежного
уголовного законодательства, изучению и толкованию конкретных норм УК, предлагаются рекомендации по их применению
на практике
, однако довольно редко исследуются причины,
См.: Александрова И. А., Витвицкая С. С. Факторы, детерминирующие
преступные посягательства на интеллектуальную собственность, и пути их нейтрализации // Контрафакт как угроза экономической безопасности России (политикоправовые, оперативно-розыскные и морально-психологические проблемы противодействия) : сб. ст. / под ред. В. М. Баранова, В. И. Каныгина. Н. Новгород : Нижегород.
акад. МВД России, 2006. С. 393.
Судариков С. А. Указ. соч. С. 307.
Бондарев В. Н. Уголовно-правовая охрана интеллектуальной собствен-
ности : дис. ... канд. юрид. наук. Ростов н/Д, 2002; Логвинов Ю. В. Борьба с интел-
лектуальным пиратством. Криминологический и уголовно- правовой аспекты : дис.
... канд. юрид. наук. М., 2002; Филиппт П. А. Уголовно-правовая защита права ин-
теллектуальной собственности : дис. ... канд. юрид. наук. М., 2003; Глухова Г. О.
Уголовная ответственность за нарушение авторских и смежных прав : дис. ... канд.
юрид. наук. М., 2004; Гацолаева А. X. Криминологическая характеристика и преду-
85
130
131
130
131
вызывающие подобные нарушения,— дается лишь их поверхностный анализ (факторы, способствующие интеллектуальному пиратству, наиболее полно раскрыты в исследовании
Б. Л. Терещенко
).
Создается впечатление, что творцы создают объекты авторского права, производители выпускают на рынок товары,
в которых воплощены объекты интеллектуальной собственности, а «потребители из-за вредности занимаются только тем, что
нарушают права авторов и производителей тех или иных товаров. Правообладатели уверены, что одни злодеи копируют их
товары, другие хищники их переделывают, иные злоумышленники их изучают, а остальные лиходеи выпускают на рынок
контрафактную продукцию»
. Действительность далека от та-
кой примитивной модели, отражающей непонимание причин
нарушения прав интеллектуальной собственности.
Следует отметить, что порою сама идея исключительных
прав основывается на притязаниях, зачастую не поддерживаемых обществом. Правообладатель является монополистом соответствующего объекта интеллектуальной собственности, поскольку только он владеет правом на его распространение. Как
правило, монополист стремится установить завышенные цены
как на объект интеллектуальной собственности, так и на товары, в которых эти объекты воплощены. По мнению некоторых
исследователей, правовой монополизм производителей не
только наносит ущерб образовательным, исследовательским
и культурным потребностям общества, но и вызывает массовые нарушения их прав.
преждение преступлений в сфере интеллектуальной собственности : дис ... канд.
юрид. наук. Кисловодск, 2004; Вощинский М. В. Уголовно-правовые меры проти-
водействия нарушению авторского и смежных прав : дис ... канд. юрид. наук. М.,
2005; Ватутин А. Н. Уголовно-правовая защита интеллектуальной собственности :
дис. … канд. юрид. наук. Челябинск, 2007.
См.: Терещенко Б. Л. Предупреждение преступлений, посягающих на
интеллектуальную собственность : дис. ... канд. юрид. наук. М., 2005.
Судариков С. А. Указ. соч. С. 304.
86
132
133
132
133
Особый интерес представляет исследование В. И. Крусса,
который поднимает вопрос об адекватности юридического понимания и отношения к деяниям, в которых предметом
контрафактного посягательства становятся информационные
продукты интеллектуальной и творческой деятельности
.
По его мнению, опасность контрафактных посягательств на
эти блага носит изрядно мифологизированный характер.
Аудиовизуальная и виртуальная информация — это совсем не
имущество, незаконное пользование которым другими лицами действительно сочетается с презумпцией причинения вреда (ущерба) имущественным интересам собственника. При
незаконном пользовании интеллектуальными продуктами
в подавляющем большинстве случаев ничего такого не происходит. Предмет не страдает фактически. Возможна, однако,
его своего рода аксиологическая деформация. Он может утратить ценность в силу доступности для широкого круга лиц,
которые, потребив клон-продукт, т. е. получив доступ к ценностным эффектам, пользуясь им, уже не нуждаются более
в продукте-матрице. Это порождает представление об упущенной выгоде собственника и провоцирует соответствующие требования компенсации
.
Приобретатели виртуального клон-продукта в подавляющем большинстве случаев приобретают и потребляют
именно его, вполне осознавая значение происходящего и
адекватно оценивая соответствие цены и потребительских
свойств товара. Вовсе не факт, что, оказавшись в безальтернативной ситуации — без возможности потребить клонпродукт, они пошли бы навстречу собственнику интеллектуальной матрицы, соглашаясь с его всегда монополистически
определяемыми ценами на первопродукт. Пользование таким
правом (с учетом всех обстоятельств ситуации (монополия
ценообразования, личная презумпция безусловной востребованности, масс-медийное и рекламное давление на потенци-
См.: Крусс В. И. Контрафакт как признак и следствие неконституци-
онного позиционирования (несвоевременные мысли) // Контрафакт как угроза
экономической безопасности ... С. 144–161.
См.: Там же. С. 150.
87
134
135
134
135
ального потребителя, равносильное принуждению к заключению сделки)) оказывается технически неотличимым от злоупотребления правом.
С позиции конституционного правопонимания ситуация
контрафакта, которая однозначно воспринимается позитивизмом как правонарушение, в данном случае таковой не оказывается. Здесь, по мнению В. И. Крусса, возникает особая правовая
оппозиция, где, с одной стороны, нарушитель закона (конституционность его пока не оценена), а с другой — лицо, по многим
признакам злоупотребляющее своим правом
.
Отрадно заметить, что некоторые ученые уже стали обращать на это внимание. Так, А. В. Парфенов
, проанализировав проблему контрафактной аудиовизуальной продукции,
программного обеспечения и баз данных, пришел к следующим выводам.
Государственно-правовой политике в области защиты
прав интеллектуальной собственности не хватает сбалансированности. Происходящие вокруг события наталкивают на
мысль, что многие шаги законодатель осуществляет в целях
защиты интересов крупного бизнеса. Изначально справедливая борьба с контрафактной продукцией сегодня приобретает
характер диктатуры воли правообладателя. Ее пытаются провести в жизнь при помощи подконтрольных коммерческих
структур и правоохранительных органов. Осуществляемые
мероприятия имеют одну главную цель — значительное увеличение прибыли, при этом она скрывается за ширмой идеологически выдержанных лозунгов и, на первый взгляд, незаметна. Опасность сложившейся ситуации состоит в том, что
интересы простых граждан начинают игнорироваться, отводиться на второй план, что вызывает недовольство в обществе
См.: Крусс В. И. Указ. соч. С. 151.
См.: Парфенов Л. В. Борьба с контрафактной продукцией: забота
о защите авторского права или погоня за сверхприбылью правообладателей //
Контрафакт как признак и следствие неконституционного позиционирования
(несвоевременные мысли) // Контрафакт как угроза экономической безопасности ... С. 91.
88
136
136
и недоверие к действующей власти. Население понимает, что
рост доходов правообладателей планируется вести исключительно за его счет.
Социальная практика подтверждает, что устранить данный антагонизм исключительно путем обеспечения интересов
правообладателей нереально, так как за бортом остаются интересы потребителей интеллектуального продукта, а рассчитывать
на успешную легитимацию последними запрета на незаконное
использование объектов интеллектуальной собственности в такой ситуации не приходится. Отказаться же от концепции
исключительных прав, ничего не предложив взамен, тоже нельзя,
так как охрана интересов правообладателей, безусловно, стимулирует создание новых объектов авторского права, что отвечает
инновационным потребностям техногенной цивилизации.
Один из возможных выходов — выплата государством
в некоторых случаях компенсации правообладателям за свободное использование объектов интеллектуальной собственности.
Соответствующие схемы уже предлагаются в научных работах
.
К сожалению, действующая репрессивная модель охраны
прав интеллектуальной собственности все еще считается единственно возможной как на национальном, так и на международном уровне. Международные организации, прежде всего Всемирная торговая организация и Всемирная организация интеллектуальной собственности, контролируемые США и
Евросоюзом, обязывают все страны вести жесткую борьбу с любыми нарушениями прав интеллектуальной собственности, однако при этом игнорируется то важнейшее обстоятельство, что
нарушения прав интеллектуальной собственности имеют прежде всего экономические причины. В данном случае чисто репрессивные методы противодействия преступности не могут
удовлетворять общество из-за их асоциальной направленности и низкой эффективности. Уголовно-правовая репрессия в
ее чистом виде, не подкрепленная другими (экономическими,
См., напр.: Будник Р. Свобода информации против копирайта // Ав-
торское право и смежные права. 2007. № 10. С. 43–54.
89
137
138
138
социальными, техническими, организационными, идеологическими) мерами воздействия, не способна проникнуть в глубинные пласты причин, порождающих преступления, посягающие
на авторские права.
В этой связи нельзя не согласиться с П. С. Тоболкиным, который пишет, что «социальный характер причин преступности,
предопределяя объективную необходимость и возможность
уголовно-правового регулирования, вместе с тем не может не
влиять на его пределы и эффективность»
.
§ 3. Основные направления предупреждения
нарушений прав интеллектуальной собственности
Как отмечалось выше, строить стратегию и тактику борьбы с массовым нарушением прав интеллектуальной собственности в расчете на одни лишь меры уголовной репрессии бесперспективно. Представляется, что в современных условиях именно
предупреждение преступлений должно составлять приоритетное направление уголовной политики РФ в сфере интеллектуальной собственности.
Воздействие на причинный комплекс преступности
в целом, равно как и на факторы, детерминирующие ее рост,
при этом может быть достаточно эффективным только при
том непременном условии, что такое воздействие будет осуществляться комплексом экономических, социальных, политических, идеологических, организационных и иных мер.
В криминологии предупреждение преступности рассматривается как многоуровневая система
. В данной си-
стеме выделяются два основных уровня: общесоциальный
и специальный криминологический.
Общесоциальный уровень предупреждения преступности отличается тем, что составляющие его меры являются необходимым элементом социально-экономической деятельно-
137
Тоболкин П. С. Социальная обусловленность уголовно-правовых
норм. Свердловск, 1983. С. 34.
См.: Теоретические основы предупреждения преступности. М., 1977.
С. 30; Курс советской криминологии. Предупреждение преступности. М., 1986. С. 32.
90
139
139
сти, устранения недостатков в политической, социальной,
нравственно-психологической и духовной сферах общества.
Они, как правило, связаны с улучшением материального благосостояния граждан, условий их труда и отдыха, укреплением дисциплины и организованности, а также с другими позитивными изменениями в обществе. Эти меры, будучи направленными на решение указанных задач, попутно устраняют
негативные процессы и явления, выполняя при этом опосредованно функцию предупреждения преступлений
.
Несмотря на указанное, в предупреждении преступлений, связанных с нарушением прав интеллектуальной собствености, определяющее значение имеют меры специального криминологического характера. Обоснование причин такого утверждения кроется в следующих обстоятельствах:
1. Деятельность по предупреждению преступлений на
общесоциальном уровне заключается в реализации глобальной и всеобъемлющей политики государства, включающей
в себя широкий объем мер социального, экономического, политического, правового, идеологического и другого характера. Очевидно, что разработка и осуществление мероприятий
подобного рода представляют собой трудоемкий и долговременный процесс. Даже незамедлительная реализация самых
адекватных мер, направленных на достижение вышеуказанных целей (в рамках общесоциального предупреждения), не
сможет обеспечить мгновенно положительный результат.
Первые плоды осуществления таких мер будут получены
лишь по истечению значительного отрезка времени, исчисляемого десятилетиями.
2. Личность значительной части преступников, совер-
шающих преступления в виде нарушений авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, характеризуется
стойкой криминальной направленностью. Конечный резуль-
См.: Прохорова К. А. Криминологическая характеристика и предупреждение преступлений против собственности, совершаемых в г. Москве
в отношении приезжих : дис. ... канд. юрид. наук. М., 2006. С. 102.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]