Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Судебное признание в цивилистическом процессе теоретические проблемы. Монография

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

07.09.2026

Размер:

1 Мб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 1 2 3 4 56 / 136 7 8 9 10 11 12 13 > Следующая >>>

§ 1. Понятие и признаки судебного признания

конца осознают характер и последствия своих действий, не говоря уже о том, что пытаются вести свои дела лично, без обращения к профессиональным представителям, описанная ситуация вполне допустима и нормальна. Что касается профессионального арбитражного процесса, то здесь, видимо, необходимо исходить из наличия у суда дискреционных полномочий, реализация которых должна пресекать противоречивое процессуальное поведение.

В-третьих, просьба дезавуировать признание может быть адресована суду исключительно в конкретных временных границах — до того, как он удалится в совещательную комнату для вынесения итогового постановления по рассматриваемому делу.

В-четвертых, результат дезавуирования будет двояким:

а) суд перестает учитывать те факты, которые были упомянуты в признании, в качестве установленных;

б) суду необходимо будет вновь вернуться к процедуре представления и исследования доказательств, поскольку основной эффект заявленного признания (освобождение процессуального оппонента заявителя от обязанности доказывания признанных обстоятельств) будет аннулирован.

Вместе с тем отметим, что в науке высказывалось и противоположное мнение. В частности, А. Загоровский в свое время утверждал, что признание бесповоротно в силу того, что волевое действие стороны в процессе носит одноразовый характер. Если что-то сделано, то сделано сознательно и нет смысла пытаться обратить результат. Правда, затем ученый как будто опровергает свою идею, добавляя, что способ обратить заявление признания все же есть: лицо должно доказать, что оно признало не то, что хотело1.

Очевидно, во-первых, что свои рассуждения А. Загоровский вел применительно к распорядительной теории. Во-вторых, понятно, что, говоря о возможности доказать суду, что признано «не то, что изначально хотелось», автор предлагает заявителю признания воспользоваться возможностью сослаться на заблуждение (причем без уточнений, добросовестное или нет). Однако как обе эти мысли соотносятся со словами «нет смысла пытаться обратить результат» — так и неясно. Равно как малопонятно и то, почему «волевое действие стороны в процессе носит одноразовый характер», поскольку никаких

См.: Загоровский А. Очерки гражданского судопроизводства в новых администра- тивно-судебных и судебных учреждениях (у земских начальников, городских судей, в уездных съездах и в губернских присутствиях). Одесса, 1892. № 14. С. 195.

Глава 2. Судебное признание: понятие, виды, сравнительный анализ

ограничений для многократного совершения в ходе судебного разбирательства одних и тех же процессуальных действий для большинства процедур нет. Таким образом, полагаем, что представленные ученым суждения вряд ли можно считать верными.

Далее необходимо отметить, что следует разграничивать механизмы

отмены и оспаривания признания.

Говоря об отмене признания, мы понимаем под этим обращение лица к суду с просьбой обратить вспять наступивший вследствие его заявления правовой эффект в виде освобождения процессуального оппонента от обязанности доказывать признанные обстоятельства (как указывалось выше, сделать это можно лишь до удаления суда в совещательную комнату и вынесения итогового постановления по делу).

Обращаясь к термину «оспоримость», мы имеем в виду то, что для дезавуирования ранее заявленного признания необходимо обратиться к процедуре инстанционного пересмотра дела. Итоговый акт по ранее рассмотренному делу уже вынесен, возможно в том числе и на основании имеющегося в деле признания, и все, что могут сделать отдельные участвующие в деле лица, оставшиеся неудовлетворенными его содержанием, — это обратиться в вышестоящую инстанцию с просьбой об отмене либо изменении такого судебного акта.

Хронологические границы обеих процедур — это не единственное отличие между ними. Если ранее мы утверждали, что отменимость признания существует исключительно в рамках распорядительной теории, то механизм оспаривания функционирует в рамках обеих теорий. Так, например, апелляционная инстанция наделена полномочием как дать иную оценку доказательствам, так и установить новые обстоятельства по делу, рассмотренному судом первой инстанции. В то же время в кассационной и надзорной инстанциях у заявителя признания нет возможности оспорить его напрямую, так как в процессуальной науке разработан и на уровне закона закреплен четкий перечень оснований для пересмотра дел в названных инстанциях.

Заметим также, что оспоримость признания, если рассматривать ее с точки зрения доказательственной и распорядительной теорий понимания правовой природы признания, может иметь совершенно разный вид применительно к той же апелляционной инстанции.

По доказательственной теории апелляционный суд, очевидно, будет исследовать вопрос о признании как о средстве доказывания: верно ли поступил суд первой инстанции, что принял соответствующее средство доказывания, правильную ли оценку ему дал, учел ли его при вынесении итогового постановления по делу и т. д.

§ 1. Понятие и признаки судебного признания

С позиций распорядительной теории суд апелляционной инстанции, напротив, будет разрешать совершенно иные вопросы: правильно ли суд первой инстанции решил вопрос о наличии у лица пороков воли или волеизъявления, верно ли он применил последствия заявленного признания и др.

Пятый признак судебного признания — соблюдение процессуальной обстановки при его заявлении. Судебное признание может быть заявлено только в ходе судебного разбирательства. Признания, заявленные одной стороной другой, а равно полученные сторонами друг от друга в момент отложения и приостановления судебного разбирательства, перерыва в нем, не являются судебными признаниями в их изначальном понимании.

Отложение судебного разбирательства, перерыв в нем, а равно его приостановление в основе своей предполагают, что суд на некоторое время перестает рассматривать дело. При этом во время их действия участники процесса не совершают какие-либо процессуальные действия. О чем бы лица, участвующие в деле, ни договорились в эти моменты, какие бы новые доказательства у них ни появились, заявлять какие-либо ходатайства они смогут только после восстановления хода судебного разбирательства. Заявленные в эти моменты признания также, бесспорно, будут носить внесудебный характер.

Заметим, что сегодня, говоря о соблюдении процессуальной обстановки в момент заявления признания, мы вовсе не подразумеваем, что оно обязано быть заявлено именно перед «лицом» суда (Т. М. Яблочков, М. И. Малинин1). Судебное признание может быть адресовано суду, например, в отзыве ответчика на исковое заявление. Кроме того, в упрощенном производстве названный способ заявить признание вообще является единственным.

Шестой признак судебного признания — его предмет. Прежде всего необходимо отметить, что в науке нет единого ответа на вопрос, какой именно термин — «объект» или «предмет» признания — наиболее уместно использовать. У В. К. Пучинского2, А. Ф. Клейнмана3 факт, обстоятельство, документ — это объекты, а у К. С. Юдельсона — пред-

См. подробнее: Яблочков Т. М. Формальные признаки понятия судебного призна-

ния в гражданском процессе. С. 471–482; Малинин М. И. Указ. соч. С. 12–16.

См.: Пучинский В. К. Указ. соч. С. 34.

См.: Клейнман А. Ф. Основные вопросы теории доказывания в советском граж-

данском процессе. С. 62.

Глава 2. Судебное признание: понятие, виды, сравнительный анализ

меты признания1. М. И. Малинин вообще обходит этот вопрос, говоря о видах признаний2. Причем не до конца ясно, что понимается под термином «вид»: либо нужно перечислять все возможные правовые «сущности», которые можно признать, либо говорить о том, что есть родовое понятие «признание» и его виды — признание судебное и, например, внесудебное. Н. Б. Зейдер выделял два предмета признания судебного: 1) отдельные фактические обстоятельства; 2) сам иск (полностью или в части)3.

Несмотря на то, что выбор первого или второго термина ничего относительно самих концепций понимания правовой природы признания не меняет, все же позволим себе высказаться по этому поводу.

В нашем понимании объект и предмет упрощенно можно соотносить как целое и часть. В цивилистическом процессе объектом выступают процессуальные отношения лиц, участвующих в деле, и суда, возникающие при отправлении правосудия по гражданским и арбитражным делам. Предметом же будет какая-то более «мелкая» часть объекта, которая должна исследоваться более подробным образом. Такой «мелкой» частью гражданского процесса и является институт судебного признания. С этих позиций, полагаем, надо говорить о предметах судебного признания, нежели о его объектах, поскольку судебное признание, как более крупный элемент, здесь само выступает объектом.

Здесь надо отметить, что современное ученое сообщество под предметом признания единодушно понимает конкретный факт (обстоятельство), причем как положительный, так и отрицательный. Но при этом оказались забытыми еще два его возможных предмета, известные в том числе науке советского периода: а) документ, представленный на оценку суда; б) правовая квалификация отношения, сложившегося между сторонами.

Говоря о признании документа, необходимо напомнить, что документ как предмет судебного признания рассматривали лишь те представители советской юридической науки, которые трактовали его в качестве обычного доказательства4. Но и они не до конца

См.: Юдельсон К. С. Проблема доказывания в советском гражданском процес-

се. С. 205–207.

См.: Малинин М. И. Указ. соч. С. 1–11.

См.: Зейдер Н. Б. Указ. соч. С. 428–429.

См.: Пучинский В. К. Указ. соч. С. 64–66; Клейнман А. Ф. Основные вопросы теории

доказывания в советском гражданском процессе. С. 62.

§ 1. Понятие и признаки судебного признания

были едины в этом мнении. В частности, В. К. Пучинский, в отличие от А. Ф. Клейнмана, полагал, что признается не сам документ, а конкретный факт, в нем зафиксированный. И хотя ученый писал, что признание документа означает, «что документ по своему содержанию отражает те намерения, которые имели стороны на момент его составления»1, вернее, по его мнению, будет вести речь не о признании документа, а о признании факта, зафиксированного в нем. Представляется, что эта мысль не может вызывать сомнений: документ есть внешняя оболочка для фиксации конкретного факта.

Полагаем, что мысль, высказанная В. К. Пучинским, может иметь и дальнейшее свое продолжение. Так, думается, верным будет утверждать, что при анализе возможного предмета признания следует вести речь не столько о документе как о внешнем выражении воли конкретного процессуального субъекта, сколько о средствах доказывания в целом. Отсюда документ, который упоминается в трудах советских ученых, будет лишь одним из частных случаев признания лицом, участвующим в деле, отдельно представленного в процесс средства доказывания.

Сказанное легко проверить. Объяснения стороны сами по себе могут включать в себя как признание, так и утверждение, за которым в дальнейшем последует первое. Аудио- и видеозаписи могут быть внешней формой выражения устных признаний. Отдельные веще ственные доказательства также могут быть признаны лицами, участвующими в деле2.

Единственные средства доказывания, которые, на наш взгляд, не могут выступать предметом признания, — заключение эксперта и консультация специалиста. Эти средства доказывания отражают личное профессиональное мнение относительно ряда вопросов, которые были адресованы судом эксперту (специалисту).

В силу сказанного в качестве предметов судебного признания целесообразно рассматривать как отдельные факты, так и средства доказывания.

Пучинский В. К. Указ. соч. С. 66.

Здесь надо заметить, что употреблять выражение «признать документ» тоже не совсем верно, так как его признание не всегда влечет признание факта, на который ссылается процессуальный оппонент. Например, лицо признает факт составления конкретного документа, но настаивает на том, что в него были внесены изменения, либо оно соглашается с содержанием документа, однако настаивает на том, что действительную волю определяет не сам документ, а составленное позднее дополнительное соглашение или последующая переписка по отдельным вопросам его условий.

Глава 2. Судебное признание: понятие, виды, сравнительный анализ

Остается выяснить, следует ли считать самостоятельным предметом признания ту правовую квалификацию факта (правоотношения), сложившегося между сторонами, на которой они сами настаивают.

О правовой квалификации отношения как о предмете признания в доктрине говорилось очень редко. Кратко о ней упоминает К. С. Юдельсон, анализируя взгляды Е. В. Васьковского1. При этом он отмечает, что предложение Е. В. Васьковского определять правовую квалификацию отношения как предмет признания есть попытка «воскресить» точку зрения М. И. Малинина2, которую тот сформулировал еще в конце XIX в.3

Сам механизм признания квалификации факта (правоотношения) можно проиллюстрировать следующим примером. Скажем, сторона в расписке указала, что деньги передаются во исполнение договора аренды. В то же время в начавшемся судебном разбирательстве другая сторона начинает настаивать на том, что на самом деле деньги были переданы ей по договору купли-продажи. Процессуальный оппонент, который, казалось бы, должен начать с ней спорить, признает, что деньги действительно были переданы в рамках отношений купли-продажи. Суд, удостоверившись, что принятие такого признания не нарушает императивных норм, а также прав и законных интересов третьих лиц, его принимает. Проанализируем приведенный пример.

Во-первых, очевидно, что подобного рода ситуация не может возникнуть с позиций доказательственной теории, так как стороны не могут «навязать» суду свое мнение относительно факта сложившихся между ними материальных правоотношений, предшествовавших спору.

Во-вторых, само по себе существование у лиц, участвующих в деле, возможности заявить суду о признании квалификации материального правоотношения, думается, берет начало еще из правила о свободе гражданско-правового договора. Если участники гражданских правоотношений могут переквалифицировать совершенную ими сделку,

См.: Юдельсон К. С. Судебное признание как основание освобождения от доказы-

вания в советском гражданском процессе. С. 74.

Так, М. И. Малинин писал, что «независимо от мысли о фактической достоверности обстоятельств дела, даже вопреки знанию о противном, мотивом признания может быть общее намерение обеих сторон установить между собою вместо спорного новое правоотношение, но такое намерение является в процессе в форме восстановления прежде бывшего спорного правоотношения». См. подробнее: Малинин М. И. Указ. соч. С. 8–9.

См.: Юдельсон К. С. Судебное признание как основание освобождения от доказы- вания в советском гражданском процессе. С. 74.

§ 1. Понятие и признаки судебного признания

по которой состоялась передача денежных средств, например, с аренды на куплю-продажу имущества, то соответствующая возможность обязать суд рассмотреть возникший из их правоотношений судебный спор в контексте желаемой переквалификации у них также должна присутствовать. Даже если суд полагает, что правоотношение, предшествующее возникновению спора, носит характер договора аренды, то, думается, при условии, что это не нарушает императивных норм, а также не затрагивает прав и законных интересов других лиц, он не вправе игнорировать волю спорящих лиц касаемо оценки их правоотношения с точки зрения положений закона о купле-продаже имущества. Иначе говоря, если суд поступит обратным образом, ситуация сложится так, что он самостоятельно определит за спорящих характер их правоотношения и тем самым вторгнется в сферу свободы гражданских правоотношений, где участники вольны сами определять, по какому поводу и с какой целью они взаимодействуют.

Таким образом, говоря о предмете признания, мы выделяем три

его возможные вариации:

1) признание факта (конкретного обстоятельства);

2) признание конкретного средства доказывания;

3) признание правовой квалификации факта (правоотношения).

Седьмой признак признания — его правовые последствия. Под правовыми последствиями в самом общем плане мы понимаем наступление некоего положительного или отрицательного эффекта совершения лицом, участвующим в деле, каких-либо процессуальных действий. Применительно к двум сопоставляемым нами теориям правовой природы признания этот эффект, естественно, будет совершенно различным.

Для доказательственной теории, где признание выступает не более чем очередным средством доказывания, все последствия его представления в процесс заключаются в том, что в материалах дела появляется новое доказательство, которое сначала подлежит исследованию судом, а затем «участвует» в оценке всей представленной совокупности доказательств при вынесении итогового постановления по рассматриваемому делу.

Для распорядительной теории правовые последствия заявления признания одним из лиц, участвующих в деле, будут выглядеть несколько иначе. Здесь заявление признания влечет за собой освобождение процессуального оппонента заявителя признания от дальнейшего доказывания тех обстоятельств, которые стали предметом того самого признания.

Глава 2. Судебное признание: понятие, виды, сравнительный анализ

Вместе с тем отличается не только «формат» анализируемых последствий, но и, если можно так выразиться, хронология их наступления. Что мы имеем в виду?

По доказательственной теории последствия заявленного признания наступают, когда суд выносит итоговое решение по делу. Суд исследует доказательства в ходе их представления сторонами, однако итоговую оценку дает им лишь в совокупности, когда посчитает, что их количества достаточно для итогового судебного акта по рассмотренному делу.

По распорядительной теории определить момент наступления последствий признания (освобождение процессуального оппонента от обязанности доказывать признанный факт) сложнее. Во-первых, здесь суд также не обязан одномоментно начинать руководствоваться признанием. Во-вторых, он должен убедиться в том, что оно не было заявлено под влиянием каких-либо пороков воли или волеизъявления. В-третьих, сам по себе факт признания либо заносится в протокол судебного заседания (если признание было заявлено устно), либо, помимо этого, к материалам дела приобщается соответствующий материальный носитель (например, признание было подано в письменном виде). Вынесения какого-либо отдельного акта при этом не требуется. Наконец, в-четвертых, суд все так же не выясняет мнение той стороны, которой признание идет на пользу.

Однако здесь есть один способный осложнить ситуацию момент: пороки воли у заявителя признания могут быть установлены судом позже, в ходе дальнейшего рассмотрения дела. В таком случае он обязан вернуться к доказыванию сторонами обстоятельств, на которые они ссылаются; и та сторона, которая была этим признанием от доказывания освобождена, должна будет их вновь чем-либо подтвердить.

Кроме того, мы полагаем, что моменты принятия судом признания также отличаются в зависимости от конкретной теории.

По доказательственной теории суд, получив признание факта, продолжает исследовать доказательства, в том числе признание. При этом, естественно, он сопоставляет доказательства сторон, чтобы их итоговая оценка сложилась «верным» образом.

По распорядительной теории суд, принимая признание, убедившись в отсутствии пороков воли у его заявителя, на наш взгляд, обязан (несмотря на наличие отметки о заявленном признании в протоколе) устно объявить, что в дальнейшем признанные факты не требуют доказывания. Полагаем, что такое поведение суда наиболее разумно, особенно с учетом того, что выносить отдельный акт по вопросу при-

§ 1. Понятие и признаки судебного признания

нятия признания не требуется. Молчание же в данной ситуации выглядит неуместно, поскольку стороны остаются в неведении о судьбе заявленного признания, что негативно скажется на процессе доказывания ими обстоятельств.

Заканчивая анализ конкретных признаков, присущих институту судебного признания, полагаем возможным сформулировать два определения названного процессуального института. Это обусловлено тем, что его правовая природа (повторим) исследовалась нами с позиций как доказательственной, так и распорядительной теории.

Для доказательственной теории судебное признание — это заявленное в предусмотренной законом форме одной из сторон (третьим лицом, судебным представителем) согласие с утверждением другой стороны (третьего лица, судебного представителя), выраженное в виде подтверждения (простого или с оговоркой) действительности отдельного обстоятельства, подлинности средства доказывания или правовой квалификации определенных фактов (правоотношений), адресованное суду, компетентному рассматривать данный спор, подлежащее исследованию и оценке последним по общим правилам доказывания.

Для теории распорядительной судебное признание — это заявленное в предусмотренной законом форме одной из сторон (третьим лицом, судебным представителем) согласие с утверждением другой стороны (третьего лица, судебного представителя), выраженное в виде подтверждения (простого или с оговоркой) действительности отдельного обстоятельства, подлинности средства доказывания или правовой квалификации определенных фактов (правоотношений), адресованное суду, компетентному рассматривать данный спор, влекущее за собой, в случае принятия его судом, освобождение заявителя утверждения от обязанности дальнейшего доказывания истинности информации, в нем содержащейся, возможность отмены которого допускается при наличии у признающего дефектов воли или волеизъявления.

В заключение необходимо отметить, что выбор механизма оценки заявленного признания (по модели либо доказательственной, либо распорядительной теории) очевидно не может быть отнесен к сфере судебной дискреции. Такой выбор должен осуществляться законодателем в зависимости от типа цивилистического процесса:

а) для инквизиционного типа процесса, целями которого являются выяснение подлинного характера спорных материальных правоотношений, поиск материальной истины (предпочтительнее использовать механизм, предусмотренный доказательственной теорией, поскольку это позволит суду более тщательно исследовать представленные ли-

Глава 2. Судебное признание: понятие, виды, сравнительный анализ

цами, участвующими в деле, средства доказывания, игнорируя влияние воли последнего на признание их достоверными без какой-либо дополнительной проверки и сопоставления с другими имеющимися в деле доказательствами);

б) для состязательного типа процесса допустима вариативность — механизм оценки заявленного признания может выстраиваться по модели как доказательственной, так и распорядительной теории (определяющим здесь будет выступать то, как устанавливаются гра ницы свободы сторон в установлении фактов прошлого, а также содержание судебного контроля применительно к доказательственной деятельности).

§2.Соотношение судебного признания со смежными правовыми явлениями

В науке, когда речь заходит о правовой сущности судебного признания, одновременно поднимается вопрос о его разграничении с другими правовыми явлениями1. Во-первых, это делается для того, чтобы показать основные отличия между теми правовыми конструкциями, которые имеют определенные общие черты. Во-вторых, сравнительный метод позволяет определить проблемы взаимодействия отдельных правовых институтов. И наконец, в-третьих, такой подход позволяет наиболее детальным образом представить собственные соображения автора по вопросу функционирования отдельных правовых механизмов.

Полагаем, что согласно целям настоящего исследования, также необходимо провести сравнительный анализ судебного признания и ряда смежных с ним правовых явлений.

Судебное признание ивнесудебное признание

О разграничении признаний на заявленное непосредственно перед «лицом» суда и совершенное до момента судебного разбирательства говорилось достаточно давно. Например, А. И. Гордон исследовал именно судебное признание2. А. Х. Гольмстен хотя и выделял признание

См., например: Клейнман А. Ф. Основные вопросы теории доказательств в совет-

ском гражданском процессе. С. 63.

См.: Гордон А. И. Указ. соч. С. 33–42.

<<< < Предыдущая 1 2 3 4 56 / 136 7 8 9 10 11 12 13 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]