Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Социальные аспекты экологии человека. Учебное пособие
.pdf
31
Отбор на «уживчивость» направлялся женщинами?
Отбор в сторону повышения «уживчивости» мог получать
подкрепление с разных позиций.
Согласно одной из концепций, существенным фактором мог быть
отбор со стороны женских особей, избиравших в качестве потенциального
отца ребёнка мужчин с пониженной агрессивностью, более склонных
к кооперации и социальности [Lehman, Bernsten, 1999; Vaughn et al., 2010].
Такие мужчины дольше сохраняют отзывчивость по отношению
к женщинам с младенцами и маленькими детьми. В эндокринологическом
отношении они характеризуются не столь высоким уровнем тестостерона,
как более агрессивные индивиды. Предпочтение женщинами не самых
высокоранговых и агрессивных мужчин, а субдоминантных, стоящих
на высоких, но не «топовых» позициях в групповой иерархии, во многих
случаях оказывается выигрышной репродуктивной стратегией. Как кратко
формулирует А.В. Марков [2012], выбор женщинами (и самками многих
млекопитающих и птиц) не «хороших генов», а «заботливых отцов»
повышает шансы на выживание и ребёнка и самой матери: жизнь рядом
со слишком энергичным и чрезмерно озабоченным поддержанием своего
статуса отцом, помимо определённых выгод, несёт и дополнительные риски.
Исследования группового поведения животных и человека
подтверждают, что репродуктивный успех субдоминантных особей, как
и у доминант, высок [Жуков, 2007]. При этом такие качества субдоминант,
как склонность к кооперации, пассивно-оборонительный характер реакций
в неблагоприятной обстановке и повышенная исследовательская активность
(включающая более активный поиск новых источников пищи) повышают
шансы на выживание и их самих и потомства. Подчеркнём, что описанный
тип поведения субдоминант генетически доминантен [Давиденков, 1947].
Содержание тестостерона положительно коррелирует со скоростью
полового созревания и индивидуального развития. Соответственно, отбор
половых партнёров с пониженным уровнем этого гормона приводил
к замедлению развития потомков, особенно по мужской линии.
Это увеличивало продолжительность детства – периода накопления
социальной и культурной информации. Кроме того, на более поздний
возраст смещался период сексуальной активности мужчин, что снижало
уровень сексуальной конкуренции в группе.
32
Отбор в данном направлении мог благоприятствовать также
«смягчению» иерархических отношений между самцами, а это позволяло
совершенствовать освоение сложной пищевой базы саванновых
биотопов. Добыча мясной пищи с высоким содержанием жиров
и полноценного белка путём сочетания охоты и конкуренции
с падальщиками требовала сохранения определенной самостоятельности
каждого члена мужской группы независимо от его внутригруппового
ранга, при высокой кооперации всех, включая самых слабых [Моррис,
2009]. Снижение внутригрупповой агрессивности самцов гоминид
позволяло эффективно действовать при поиске, добыче и дележе пищи.
Экологические аспекты происхождения языка
Современными исследователями речь определяется как сигнальная
система, тогда как «язык – система выражения мыслей, которая может
быть транслирована сигналами разных модальностей» [Фитч, 2013,
с. 331]. Для организма язык является весьма дорогостоящим
приобретением. Специфичное для человека низкое положение гортани
повышает риск поперхивания пищей, что может приводить к попаданию
кусочков пищи в лёгкие (опасность развития аспирационной пневмонии)
и даже смертельному исходу при асфиксии. Обучение ребёнка языку
(правильному произношению и употреблению слов, построению фраз,
грамматике) требует повышения вклада матери в воспитание потомка.
Но самое главное – активное использование языка требует высокого
развития мозга, органа очень «затратного»: во множестве публикаций
можно встретить упоминания о том, что этот орган, составляющий около
2 % массы тела, потребляет 20-25 % всей энергии. В принципе,
в эволюционном плане переход к менее энергоёмкой структуре
(т.е. к менее сложно устроенному мозгу) позволил бы организму снизить
зависимость от ряда средовых факторов.
По-видимому, для предков человека язык явился системой,
повышавшей адаптивность группы, «плата» за владение им была ниже
получаемой «прибыли». В соответствии с нашей темой рассмотрим, какое
значение придаётся экологическим факторам в формировании
и распространении языка. Подчеркнём, что в данном случае излагаются
не предложенные авторами концепции происхождения языка
в развёрнутом виде, а лишь «экологическая» составляющая их гипотез.
33
Дерек Бикертон: «Язык помогает расширить опромышляемую
территорию».
Гипотеза происхождения языка Д. Бикертона [Бикертон, 2012; Фитч,
2013] основана на предположении о том, что для ранних гоминид обмен
информацией был адаптивной чертой, обусловленной спецификой
занимаемого ими биотопа. Согласно Д. Бикертону, предки людей, как
животные социальные и всеядные, испытывали постоянную нужду
в увеличении количества и качества информации. Уже
на предлингвистической стадии они обладали детализированными
ментальными представлениями (mental maps). Отдельные племенные
группы из небольшого количества общеупотребительных в группе
полезных слов-обозначений вырабатывали свои лексиконы. Протоязыки
стали одной из характеристик, по которым происходил групповой
естественный отбор: конкурентное преимущество получала популяция,
в которой индивиды могли точнее, легче и более полно обмениваться
информацией. Способность к передаче точной информации была
особенно важна для всеядных существ, обитающих в саванне.
Оптимальная стратегия поиска пищи в среде с разнообразными и при этом
рассредоточенными ресурсами, заключалась в широком охвате
территории. Действия врассыпную позволяли охватить поиском
продовольствия большую территорию. При обнаружении одним или
несколькими членами группы ресурсов пищи, достаточных для
нескольких индивидов (например, туши крупного животного),
информирование об этом остальных положительно сказывалось на всём
сообществе. Совместные скоординированные действия и планирование
обеспечивали успех в борьбе с конкурентами-падальщиками, добывании
труднодоступных частей туш и т.д. Рассредоточено и сырьё для
изготовления орудий труда, причём локализации камня, пригодного для
изготовления рубил и скребков, и зоны поиска пищи, не совпадают.
Соответственно, по мнению Д. Бикертона, всё большее использование
каменных орудий труда повышало ценность источников сырья. Передача
информации об их местонахождении также стимулировала языковые
способности гоминид.
34
Талми Гивон: «Чем дальше уходишь от дома и разнообразнее
питаешься, тем лучше говоришь».
Характерная для человека среда обитания отличается от занимаемой
антропоидными обезьянами высоким разнообразием. По мнению
Т. Гивона [Бурлак, 2011; Givon, 2002], относительная «монотонность»
окружения и поведения обезьян не вызывает необходимости
совершенствования способов коммуникации: имеющейся информацией
более или менее равномерно обладают все члены небольшой родственной
группы. Однако у гоминид при увеличении численности локальных
популяций, возрастании внутригрупповой дифференциации в добыче
пропитания, повышении сложности и разнообразия пищевых стратегий,
действии отдельных членов в отрыве от основной группы («охотничьи
экспедиции») прежняя «информационная общность» стала размываться.
У некоторых членов групп стал накапливаться опыт, передача которого
требовала сложных способов коммуникации. Необходимость обеспечить
согласованность действий нескольких групп в ходе предполагаемой
охоты, начинающейся вне прямого визуального и вокального контакта,
стимулировала составление и донесение до каждого однозначно
воспринимаемого плана. Причём чем больше разнесены группы
во времени и пространстве (а это определяется масштабами «охотничьей
экспедиции»), тем точнее должен быть план и его понимание.
Оптимальным способом такого планирования могла стать передача
и изменение информации (обсуждение деталей, внесение поправок) в виде
языкового общения.
По мере усложнения социальной, технологической и культурной
составляющих жизни групп персональные знания, индивидуальный опыт
всё больше дифференцировались. Это повышало ценность сообщений,
отражающих то, что знает или о чём думает другая особь.
Робин Данбар: ««Вокальный груминг» экономит ресурсы».
Р. Данбар связывает происхождение языка с его ролью
не в природной, а в социальной среде («гипотеза груминга») [Бурлак,
2011; Фитч, 2013; Dunbar, 1996]. Взаимный груминг (аллогруминг) –
важный вид «социальных» действий у приматов. Партнёры
по аллогрумингу формируют «микрогруппы» и поддерживают друг друга
во внутригрупповой конкуренции, т.е. получают непрямую выгоду.
Однако непосредственного выигрыша (который обеспечивает, например,
35
совместный поиск пищи) аллогруминг не приносит, а при больших
размерах группы требует избыточного вклада времени, энергии и нервных
затрат; одним из подтверждений служит параллельное увеличение в ходе
эволюции человека размеров групп и объёма коры головного мозга.
То есть чем больше особей в группе, тем больше времени и ресурсов
приходится тратить на действия, необходимые для снятия социальной
напряжённости и поддержание внутригрупповой сплочённости.
Выигрышной стратегией в данной ситуации стало бы снижение затрат
на социализацию при появлении менее энергоёмкой формы груминга.
По мнению Р. Данбара, давление отбора в пользу «вокального
аллогруминга», т.е. сложной вокализации, языка, позволявшего
уменьшить затраты и время на гармонизацию социальных отношений,
проявилось при приближении средних размеров групп к критическим
параметрам, «точке распада» системы. Одновременно язык приобрёл
и функцию групповой идентификации – этим объясняется его
изменчивость и многообразие.
Терренс Дикон: «Язык - способ заключить брачный договор».
Гипотеза Т. Дикона [Deacon, 1997] – комплексное рассмотрение
биоэкологических (тип питания) и социально-экологических (моногамия как
основа социальной структуры устойчивых групп) факторов, приведших
к возникновению языка. Т. Дикон основывает свою концепцию на факте
уникальной среди приматов зависимости человека от мясной пищи.
С возрастанием доли животных белков и жиров в рационе связывают
увеличение размеров мозга. Но крупный мозг увеличивает зависимость
младенцев от взрослых, а добыча мясной пищи требует увеличения времени
на охоту (при том, что на поздних стадиях беременности женщины
малоподвижны). В результате успешное завершение беременности
и сохранение потомства в значительной мере зависит от отца, снабжающего
женщину и ещё неродившегося ребёнка полноценным животным белком.
По мнению Т. Дикона, кооперация разнополых членов группы
способствовала укреплению и стабилизации сексуальных связей. На этом
этапе возможен выбор из двух стратегий: 1) усиление тенденции
к изолированому существованию пар на отдельных территориях
(он реализован, например, у гиббонов и лисиц); 2) усиление поддержания
единства группы и совершенствования форм совместной социальной
активности. Характерная для человека структура сообществ, основанная
36
на существовании постоянных пар в многосамцовых коллективах
и увеличениии затрат мужчин на заботу о потомках, привела
к «становлению нашей уникальной формы интеллекта» [Deacon, 1997,
p. 408]. Формировались «социальные договоренности» (обещания, взаимные
обязательства), которые стали основой развития символической знаковой
системы. «Необходимость в такой легитимизации… отношений возникла
как адаптация к крайне неустойчивой в эволюционном плане комбинации
групповой охоты и собирательства с практикой снабжения мужчиной пищей
сексуальной партнерши и ребенка» [Deacon, 1997, p. 401].
Символическая знаковая система стала основой языка, который
обеспечивает стабилизацию групп и поддержание этических форм
поведения, характерных для человека.
Заключение. Концепция формирования (конструирования)
экологических ниш
В заключение подчеркнём следующее. Рассмотренные в этом
разделе социальные особенности H. sapiens (групповое поведение,
выраженная эпигамная дифференциация, взаимная поддержка молодых
и старших членов групп, владение языком и т.д.) – не итог
предопределенного и целенаправленного эволюционного развития.
Отбором подхватывались случайно возникавшие при взаимодействии
предков человека «социальные отклонения», которые позволяли
популяции эффективнее встраиваться в среду обитания и полнее
использовать её ресурсы. Едва ли не каждая из таких «чисто человеческих
социальных черт» может в более или менее выраженной форме
встречаться у животных. Недаром в последние годы среди
эволюционистов, антропологов и психологов всё большую популярность
приобретает высказывание о том, что как только какая-то поведенческая
характеристика объявляется уникальной для H. sapiens, как её тут
же обнаруживают у представителей других видов.
Действительная уникальность человека в том, что он обладает
комплексом таких черт. Между прочим, это относится не только
к поведению, но и к морфологии. Именно поэтому нелепы
с общебиологической точки зрения размышления, является ли человек
«вершиной развития», когда по целому ряду характеристик он «отстаёт»
от других приматов. Эволюционного успеха H. sapiens достиг благодаря
37
удачному сочетанию и структурной слаженности черт, а не уникальности
отдельных признаков. Именно это позволяет ему столь эффективно
взаимодействовать со средой.
Подчеркнём: взаимодействовать.
Согласно предложенной Джоном Одлингом-Сми концепции
формирования (конструирования) экологических ниш адаптация к среде
обитания основана на образовании обратных связей: по мере
приспособления популяция модифицирует среду своего обитания,
а изменённая среда задаёт новые векторы изменений. Цикличность
процесса обусловливает коэволюционные изменения, т.е. совместную
эволюцию организмов и формируемой ими ниши [Odling-Smee et al.,
2003]. Социальные адаптации стали для человека столь же существенным
механизмом выстраивания взаимодействий со средой, какими были
морфофизиологические способы приспособления у его негоминидных
предков. Социальная организация гоминид менялась под влиянием
биотопа и при этом становилась всё более эффективным средством
воздействия на окружающую среду.
Список учебной литературы
Базовый
Бахолдина В.Ю., Негашева М.А. Эволюция и морфология
человека. М.: Изд-во Моск. Ун-та, 2014. 344 с.
Жуков Д.А. Биология поведения: гуморальные механизмы. СПб.:
Речь, 2007. 443 с.
Дополнительный
Бурлак С. Происхождение языка: Факты, исследования, гипотезы.
М.: Астрель: CORPUS, 2011. 464 с.
Бутовская М.Л. Антропология пола. Фрязино: Век-2, 2013. 256 с.
Марков А. Эволюция человека. Кн. 1: Обезьяны, кости и гены.
М.: Астрель: CORPUS, 2012. 464 с.
Марков А. Эволюция человека. Кн. 2: Обезьяны, нейроны и душа.
М.: Астрель: CORPUS, 2011. 512 с.
Фитч У.Т. Эволюция языка. М.: Языки славянской культуры,
2013. 768 с.
38
Интернет-источники
порталы
Антропогенез.ру. URL: http://antropogenez.ru/
Проблемы эволюции. URL: http://www.evolbiol.ru/
публикации
Бутовская М.Л. Тайны пола: Мужчина и женщина в зеркале
эволюции. Фрязино: Век-2, 2004. 368 с. (отдельные главы). URL:
http://www.evolbiol.ru/document/893.
Даймонд Дж. Ружья, микробы и сталь: Судьбы человеческих
обществ. М.: АСТ: CORPUS, 2010. 720 с. URL:
http://www.evolbiol.ru/docs/docs/large_files/diamond.doc.
Докинз Р. Расширенный фенотип: Дальнее влияние гена. М.:
Астрель, 2010. 512 с. URL: http://protopop.chat.ru/eph/eph.html.
Марков А.В. Происхождение и эволюция человека. Обзор
достижений палеоантропологии, генетики, эволюционной психологии:
доклад, прочтенный в Институте биологии развития РАН 19 марта
2009 г. URL: http://www.evolbiol.ru/document/922.
39
Тема 3. НЕРАВНОМЕРНОСТЬ СОЦИАЛЬНОГО,
КУЛЬТУРНОГО И ТЕХНОЛОГИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ
ПОПУЛЯЦИЙ H. SAPIENS
А.И. Козлов
Содержание темы. Видовое единство человечества
и неравномерность социального, культурного и технологического
развития. Критический анализ гипотез этногенеза (Л.Н. Гумилёв),
географического детерминизма (Ф. Ратцель, Э. Реклю, Л.И. Мечников),
поссибилизма (Дж. Даймонд), демографических циклов (В. Абель,
Ф. Бродель, С.А. Нефёдов).
Основные (ключевые) понятия. Роль природной среды
в социальном развитии. Пассионарная гипотеза этногенеза.
Географический детерминизм. Поссибилитизм. Демографические циклы.
«Мальтузианская ловушка».
С биологической точки зрения всё ныне живущее человечество
представляет один вид – Homo sapiens. По мере увеличения численности
древних людей и их расселения на всё больших по площади
и разнообразных по природным характеристикам территориям популяции
вполне закономерно накапливали морфологические и физиологические
различия. Это было обусловлено естественными популяционногенетическими причинами: миграцией, изоляцией, генетикоавтоматическими процессами (такими как эффект основателя или «эффект
бутылочного горлышка» при резком сокращении численности). При этом
даже изолированные популяции не превращались в разные виды – это
доказывается, например, многочисленными смешениями различных
территориальных групп людей, в ходе которых формировались вполне
устойчивые в репродуктивном отношении объединения. Один из наиболее
ярких примеров – современное население Бразилии, представляющее
собой смешение потомков от межэтнических браков европейцев,
американцев, африканцев, а в последнее время – и выходцев из Азии.
Однако, несмотря на видовое единство человечества,
археологические, этнологические, исторические данные демонстрируют
множество примеров неравномерности социального, культурного
и технологического развития различных групп населения Земли.
40
Историки, этнологи и географы предлагали различные гипотезы для
объяснения данного явления. Рассмотрим гипотезы, в которых экологии
человека отводится значительное место.
Пассионарная концепция
По ряду причин популярной стала пассионарная теория этногенеза
Льва Николаевича Гумилёва, описывающая исторический процесс как
взаимодействие развивающихся этносов с вмещающим ландшафтом
и другими этносами [Гумилёв, 2001]. Этносы рассматриваются как
взаимно комплементарные группы людей, имеющих общее
происхождение и синхронную историю, обладающих сходным
стереотипом поведения, осознающих своё единство
и противопоставляющих себя другим этническим системам. При этом
этнические системы рассматриваются как эволюционирующие системы
иерархически выстроенных и биологически обусловленных сообществ
(подобных львиным прайдам или муравейникам), служащие формой
приспособления людей к ландшафту. Началом этногенеза,
по Л.Н. Гумилёву, является формирование на определённой территории
устойчивой и способной к расширению популяции с отличным
от окружающих стереотипом поведения. Для такого события необходимо
совпадение условий: сочетание двух или более ландшафтов
на территории; присутствие на ней двух или более этносов; нахождение
территории на линии пассионарного толчка или мощный генетический
дрейф пассионарности в место начала этногенеза. Под пассионарностью
Гумилёв понимал непреодолимое внутреннее стремление к деятельности,
направленное на осуществление каких-либо целей, порождаемое неким
избытком биохимической энергии живого вещества в результате
массовых мутаций – пассионарных толчков (конкретных объяснений
этого центрального для теории пункта не даётся, а понимание
«пассионарности» в разных работах расходится).
Гипотеза этногенеза Л.Н. Гумилёва ценна указанием на связь
общества с ландшафтом (биогеоценозом), с которым оно
взаимодействует. Однако автор концепции слабо обосновывает её базовые
положения, в частности генетическую («мутационную») природу
возникновения пассионарных толчков. По сути, он только декларирует
связь этнологических построений с данными естественных наук,
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]