Современное государство, социум, человек. Российская специфика

мические лаборатории? «Существующая закостеневшая система управления», указывают авторы книги, может выдержать мелкие и средние кризисы, но, встретившись с кризисом большого масшта­ба, она повергнет людей в испуг, поэтому ее необходимо реформи- ровать (курсив наш. – В.Б.). Подобные явления расхлябанности, продолжают авторы, серьезно подавляют творческие силы нации, ее воображение. К сожалению, социализм, гуманизм, прекрасные традиционные ценности терпели удар за ударом в течение несколь­ких десятилетий, заново восстановить их, преобразовать и возвра­тить на прежнее место невозможно за короткий период времени55.

висимость от мирового, прежде всего, американского финансового рынка. С другой стороны, вхождение Китая в мировую экономи­ческую систему было неизбежным. Процесс глобализации необ­ратим, хочет кто-либо этого или нет, самодостаточную экономику построить можно, независимую от экономики других стран невоз­можно. Китай добился впечатляющих успехов именно благода­ря экспорту своей продукции, в том числе и рубашек, о которых говорит Лю Ян, и многих других товаров широкого потребления, поэтому утверждать, что Китая стал «придатком Запада» некор­ректно, неверно. В действительности, обе стороны – и Китай, и Запад (США в том числе) – стали взаимозависимыми. Запад уже не может существовать без торговли с Китаем, без китайских това­ров, что предоставляет последнему выгодные позиции в отноше­ниях с Западом, и он, кстати, использует их в своих экономических и политических интересах. Одновременно подобная внешнеэконо­мическая ориентация создала для Китая определенную опасность, которая выявилась в период мирового экономического кризиса, когда в стране в результате уменьшения спроса на внешнем рын­ке были вынуждены закрыться сотни экспортно ориентированных предприятий и десятки тысячи людей остались без работы.

дународным событиям, их взглядами на историю и сегодняшние реалии страны, одновременно они касаются оценки национальных черт характера, обычаев и привычек своих сограждан. В связи с этим критикуются поверхностные представления о западном об­разе жизни тех китайцев, которые не знают изнутри повседневных реалий стран Запада, в результате чего создается благостное впе­чатление о них как о государствах «благородных мужей», и мно­гие китайцы действительно начинают верить «этому вранью». В свое время, продолжает дальше Ван Сяодун, я написал статью о рабской психологии некоторых китайских интеллигентов. Они не могут жить без господина и таким господином они выбирают Америку, они преданы ей даже больше, чем сами американцы. Они превращают своего американского господина в идеал, и если вы начнете критиковать его, они начинают конфликтовать с вами. Это весьма опасно для Китая, заключает Ван Сяодун58. Вместе с тем он выражает возмущение в связи с позицией представителей ли­беральной интеллигенции, которые всячески расхваливали рефор­мы, фактически присвоив себе монопольное право представлять ее достижения, но «как только начинают возникать те или иные проблемы, они умывают руки, заявляя, что они не имеют никако­го отношения к безрадостным последствиям, так или иначе свя­занным с реформами»59. По мнению Ван Сядуна, антикитайский уклон среди целого ряда работников идеологического фронта, дея­телей культуры, журналистов достиг крайне опасного уровня. Они буйствуют в своей ненависти к собственному государству, конеч­но, у них есть для этого некоторые основания – исторические и связанные с сегодняшней жизнью, однако какие бы ни были осно­вания, нельзя буйство считать правильным, буйство есть болезнь, а болезнь есть болезнь60. Одновременно имеет место восхваление Запада вроде того, что все совершаемое Америкой правильно, она страна великая, другими словами, имеет место уничижительное отношение к собственной культуре.

в Трех ущельях, запуск космических кораблей. В связи с этим он вспоминает свой разговор с немецким журналистом в 2001 г. по­сле того, как Китай выиграл право на проведение Олимпийских игр. Когда он сказал мне: вы, конечно, испытываете гордость по этому случаю, пишет Ван Сяодун, я ответил ему следующее: «Китай как великая держава стоит непоколебимо в мире вот уже несколько тысячелетий, он совершил намного больше дел, чем Олимпийские игры, но не будем говорить о них, поговорим о по­следних нескольких десятилетиях, в эти годы были свершения, более значительные, чем Олимпийские игры, разве, например, разгром войск Объединенных наций в корейской войне не более значительное событие?» Услышав мои слова, немец остолбенел, заканчивает Ван Сяодун61.

Мао Цзэдуна, но и не хотим прикидываться, что мы не понимаем «чувств партии шрамов» (речь идет о людях, пострадавших от ре­прессий во времена Мао Цзэдуна. – В.Б.). Мы несомненно поддер­живаем политику реформ и открытости, но с точки зрения логики истории она является результатом предыдущих тридцати лет, мы должны гордиться энергией китайцев приводить все в порядок и отстраивать заново63. В заключение своих размышлений о про­шлом и настоящем страны Сун Цян приводит следующий факт: после того как один завод по производству военных судов был за­крыт по причине банкротства, инженеры и техники, работавшие на нем, были вынуждены уехать на работу в другие города, но, выйдя на пенсию, они как туристы вновь возвращаются в этот город, ибо в нем прошла их молодость, лучшие годы их жизни. Некоторые умники, пишет автор, смеются над ними, а я не смеюсь. Очень легко принижать, красить в черное усилия нескольких поколений. Путин как-то сказал очень хорошо: думать вернуться в прошлое – значит не иметь головы, но не помнить о нем – значит не иметь со­вести. Отмечая 60-ю годовщину создания нашего государства, мы должны отдать дань уважения нашему старшему поколению. Мы должны помнить, что наше героическое государство создано упор­ным трудом народа, усилиям армии. Поэтому наш враг – это наше собственное пораженчество, это нельзя назвать иначе как психо­логической трагедией современного китайского общества, что на­носит вред возрождению Китая и его национальным интересам.

торые могут в невыгодном свете представить Запад, США, или же дает их необъективно. Один из китайских студентов, обучаю­щийся в Питтсбургском университете, так охарактеризовал пози­цию гуанчжоуской газеты: «Ее особенность состоит в том, что она любит сообщать о фактах двоякого рода, во-первых, о печальных событиях внутри страны, чтобы показать страдания народа, и, во­вторых, об имеющих отношение к либерализму, чтобы воспевать западный мир, главным образом, американскую идеологию… я не могу не сказать, что газета более СНН, чем само СНН»65.

Широкий спектр мнений, существующий в китайском обще­ственном сознании, отстаиваемые китайскими учеными, аналити­ками, публицистами идеи о необходимости демократизации поли­тической системы страны свидетельствуют о постепенном форми­ровании в Китае гражданского общества.