Моральные размышления. О старости, о дружбе, об обязанностях

история: Тит Анний Милон, бывший пре тор, обвиненный в убийстве Публия Клодия Пульхра, перешедшего из патрициев в пле беи карьеристапопулиста, сначала сам прочел речь в защиту себя. Цицерон Клодия ненавидел; зато его любил поэт Катулл, влюбленный в его сестру Клодию, назван ную им Лесбией, — равное количество сло гов позволяло посвященным подставлять в стихи ее имя — и Катулл поэтому невзлю бил Цицерона, обозвав его «лучшим всех адвокатом»: слово «всех» сразу относится к двум словам, и получается, что Цицерон хочет быть лучше всех, а в результате засту пается за кого попало. Защитить себя не удалось: стычка на суде между сторонника ми обвинения и сторонниками защиты за ставила Милона бежать, переодевшись в рабскую одежду. Начались беспорядки по всему Риму, и Милон уже был привлечен к настоящему суду, выступил Цицерон, но неудачно — вероятно, потому что ему было отведено меньше времени, чем он просил. Милон был отправлен в изгнание в Масси лию, нынешний Марсель, но потом не раз перечитывал речь Цицерона и так восхи щался ею, что говорил, что сама речь устро

что если каждую ночь из года в год цице ронианец занимается исключительно тек стами Цицерона, то пока он стремится уподобиться оратору, жена родит детей от когото совсем не подобного ему. Родови тость книжная, культурная генеалогия, резко дискредитирована: гармония книг и публики разрушена вторжением непри глядной жизни. Совершенная уже карика тура на Цицерона — явленный просве щенным читателям в середине XVIII в. Тристрам Шенди Стерна — резонер, не понимающий, сколь неуместны его строй ные рассуждения.

Такое сопротивление Цицерону нача лось еще при жизни, Плутарх сообщает, как Марка Туллия все обвиняли в неуме ренном бахвальстве. И оно же продолжа лось потом из века в век: Петрарка был разочарован суетливостью его писем, раз рушающих монументальный образ госу дарственной мудрости, а Монтень говорил, что Цицерон был «хорошим гражданином», но не «выдающейся душой». В чемто это сопротивление Цицерону напоминает со противление Пушкину в русской культуре: что Пушкин слишком «антологичен»,