Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Журналистика в социально-культурной сфере. Обществу и человеку. Учебное пособие

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
06.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
ство, а не Райкин с Познером? Не надо цитировать песенку Ротару: «Я, ты, он, она» — она пела про другую страну, где было больше взаимодоверия, доброты и чистоты. Но любое демократическое государство — это прежде всего ветви власти, институты, правила общежития, законы. Ведь Познер именно это вну­шал журналистам, как писали мы выше, но тут — двойные стандарты! Напри­мер, мне, в отличие от «комсомольцев» Хинштейна и Мельмана, не нравятся итоги выборов в Государственную думу, но приходится смиряться, что законы принимает именно она своим большинством. И если есть законы, направленные против экстремизма, пропаганды насилия, извращений, педофилии, нецензур­ной брани со сцены, зачем мне рассуждать о тонкостях мировосприятия Марка Захарова, который в интервью гордился, что ему удалось протащить мат в пье­су по Венечке Ерофееву, или дивиться креативности матерящегося Сергея Шнурова? Есть Минкульт, есть правоохранительные органы, другие институты гражданского общества — пусть они выполняют свою государственную мис­сию. Смешно призывать читателей газеты, как делает одна критикесса, просто не слушать матерные песни Шнура, либерально прощая государственные орга­ны за полное бездействие.
С театральными постановками и бесконечными экспериментами сложнее, но и тут нельзя отдавать все на откуп творцам, которые самовыражаются на государственные (наши с вами) деньги. Правительство Москвы выделяет на поддержку театров 55 миллиардов рублей в год. Гигантская сумма! Хоть бы часть на Союз писателей и книгоиздание выделили. Министерство культуры каждый раз и так повышает финансирование того же театра «Сатирикон» по просьбе руководства. Если в 2016 году сумма дотации составила почти 200 миллионов рублей, то уже в 2017 на 40 миллионов больше.
По словам Райкина, 200 миллионов уходит на содержание труппы и про­чие расходы. А вот 40 миллионов, которые добавили в 2017 году, лишь частич­но гасят аренду всех зданий, стоимость которой превышает 70 миллионов. По­лучается, что 30 миллионов все равно не хватает. «Если ты, начиная ремонт, не подложил соломку, то сочувствие, конечно, остается, но государство винить нужно в последнюю очередь», — осторожно поделился своей точкой зрения Григорий Заславский, театральный критик. Но кто думает о соломке, если можно на роскошных коврах доить свое государство? Выступить меценатом мог бы и сам Райкин, ведь ему принадлежит торгово-развлекательный центр «Райкин Плаза», кадастровая стоимость которого, к слову, более полутора мил­лиардов рублей, а аренда в нем доходит до 100 тысяч за квадратный метр. Но, согласно официальной отчетности, за последний год ТРЦ оказался… убыточ­ным. В Минкульте же очередная просьба денег вызвала недоумение: труппа га­стролирует, да и спектакль ни один не отменили — билеты приносят огромные доходы.
31
Вспыхнули взаимоупреки, министр Мединский резко высказался, но тут же пошел на попятную, и уже состоялась встреча примирения с обещанием но­вых денег. Как славно бороться за свободу творчества в таком прикарманенном государстве! Ведь императорские театры России имели свои высокие обяза­тельства, жесткую цензуру; театры, существовавшие на средства меценатов, — свои требования (Мамонтов постановки с обнаженными мужиками какого­нибудь Серебренникова запретил бы!); были бродячие труппы — зарабатывали чем могли, нищенствовали, но и ставили что хотели. Наши «удивительные», по характеристике Мельмана, так не желают: и «Райкин Плазу» хотят иметь, и Минкульт дожать на очередную дерзкую премьеру.
Наверное, им во всем мире театралы завидуют! Неужели мы и впрямь вручили им государство?
Борьба за «свободу творчества» и неприкосновенность избранных худож­ников приобрела пародийный размах к лету 2017 года. Славянский мир раска­лывается и тает на наших глазах. Вроде бы мы боремся с бандеровским и англо-саксонским наступлением на Русский мир, мы вяло поддерживаем черно­горский народ в борьбе против вступления в НАТО, мы вспоминаем о кровото­чащем славянском мире во время очередной его трагедии. И вот — 24 мая, Праздник славянской письменности и культуры, Кремль, Екатерининский зал, награждение достойных людей и — ни словечка о Славянском празднике, ни со стороны спичрайтеров президента, ни со стороны награжденных, среди кото­рых не только тракторист и директор театра, но и ученый-историк, который пишет учебники, и обласканные властью творцы, которые худо-бедно творят на славянском языке. И ни словечка, ни привета славянскому морю, воспетому Пушкиным и Гоголем!
Но был же какой-то у деятелей культуры объединительный момент, идейный порыв, так сказать? Да, события в пресловутом Гоголь-центре и до­прос накануне режиссера Кирилла Серебрянникова. Теленовости показали, как примчался к бывшему театру в сланцах на босу ногу Федор Бондарчук и назвал постмодерниста — разрушителя традиций «гордостью России». Еще ничего не ясно, дело только завели, а уже скандал докатился до самого верха! Итак, 24 мая, когда президент России Владимир Путин в Екатерининском зале Кремля удостоил двадцать восемь соотечественников государственными наградами, придворный журналист Андрей Колесников, специальный корреспондент, «с замиранием сердца» ждал награждения актера Евгения Миронова. Он пишет в статье, обыгрывая слова Горького в названии:
«„С кем вы, мастера прокуратуры? ‟: …Но вслух, у микрофона, ничего не сказал. Между тем простоял, шепчась с Владимиром Путиным, не меньше ми­нуты. На церемонии в Екатерининском зале это вызывающе много. В руках у Евгения Миронова была сиреневая бумажная папочка, из которой он достал ли­сток бумаги и отдал президенту. А когда церемония закончилась и началось
32
распитие шампанского (ну да, не распитие, а пригубление), Евгений Миронов
16
снова подошел к Владимиру Путину и на этот раз стал говорить с ним жарко и даже громко.
— Вы знали? Знали об этом?!
— Да, — подтвердил президент. — Вчера узнал. То есть, видимо, как обычно, из СМИ.
— Зачем? Ну зачем это делать?! Вы же во Францию в понедельник лети­те! Вам-то это зачем?!
— Да, дураки, — неожиданно сказал Владимир Путин.
Он таким образом дал понять, что сам-то, конечно, ни при чем»16.
Все в этом описании — замечательно и суперсовременно: использование торжества награждения в побочных целях, истерика «Вы знали, знали?!», упо­вание на телефонное право, поспешные выводы и яростная борьба с законом до всякого расследования. Детская ссылка «А что подумает Франция?». Да той плевать! Наконец, мнение самого президента об органах, из которых он вышел и которые возглавляет. А дальше просто песня Колесникова: «Евгений Миро­нов не стал с этим спорить (с дураками! — А. Б.). Он просил об объективном расследовании, „без экстраординарных методов‟… Он сильно переживал.
— Письмо только не забудьте! — воскликнул он. — Там все изложено!
Я следил: письмо лежало на пюпитре перед микрофоном. Туда его поло­жил сам президент.
За происходящим наблюдал министр культуры Владимир Мединский. Я спросил его, что он обо всем этом думает.
На лице его отразились сложные переживания. У него чуть не вырвалось что-то (а жаль, что не вырвалось), он еще некоторое время боролся с собой — и победил, промолвив только в конце концов:
— На самом деле все гораздо сложнее…
Хотелось бы, конечно, понять насколько».
Ну и понял бы сперва, прежде чем песни заступника и буревестника петь, вник бы, что случилось даже не в театре, а в студии Серебрянникова! Многие просто уверены, что огромные бюджетные деньги (двести миллионов рублей) разворованы. Наши худруки хорошо устроились: они полюбили широко жить при капитализме, но с гарантированным пакетом социализма и господдержкой. Как положить этому маразму конец? Еще не так давно «МК» беседовал с заме­стителем мэра Москвы по социальному блоку Леонидом Печатниковым.
— Мы в правительстве давно договорились (и многие могут это подтвер­дить), что чиновники не влезают в художественную политику учреждений культуры. Наши театры ставят пьесы, какие хотят, худсоветов нет, цензуры нет, во всяком случае со стороны мэрии и Департамента культуры. Надо сказать,
https://www.kommersant.ru/doc/3306249.
33
что Москва на культуру денег тратит больше, чем Министерство культуры Рос-
17
сийской Федерации, — 50 миллиардов… Я собирал руководителей московских театров дважды и задал им по сути только один вопрос: по каким критериям город должен вас финансировать, сколько вы будете зарабатывать сами, а сколько нужно, чтобы мы доплачивали? Еще раз повторяю: у меня самого нет ответа на этот вопрос… Мне отвечают: количество премьер. Тогда вопрос: хо­рошо ли, когда в театре много премьер? Но что мы имеем: в одном театре две­надцать или около того премьер в год, и каждая, как правило, с элементами эпатажа. Первые два спектакля — действительно аншлаг, а через некоторое время (я же за этим всем наблюдаю) на него плохо или совсем не ходят, потому что эффект первых эпатажных спектаклей прошел… Потом эти спектакли схо­дят с афиши, про них все забывают — а они профинансированы нами. И все это на фоне финансовой бесхозяйственности в театре, которая ни для кого секретом не является»17.
Речь шла о спектаклях с голыми мужиками и пьянством в зрительном за­ле Гоголь-центра Серебрянникова, который получил карт-бланш и огромные авансы, щедро финансировался и набирал долги. Но это — отдельная песня. Дело-то заведено по так называемой «Седьмой судии», по финансовым хище­ниям 2011–2014 годов. Долго же собирались! Но мы ведь понимаем, что вору­ют везде, под любым предлогом, сигналов — масса, но до какого-то доходит очередь, скапливается особо вопиющий материл или капают «доброжелатели». Если у нас такая постмодернистская «гордость России», то и враги у него тако­го же пошиба, на любой «эксперимент» готовы. По делу о многомиллионных хищениях задержаны два человека: бывшие генеральный директор и главный бухгалтер «Седьмой студии», им вменяется мошенничество в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК России). «В настоящее время по подозрению в совер­шении указанного преступления задержан бывший генеральный директор АНО „Седьмая студия‟ Юрий Итин и бывший главный бухгалтер Нина Масляе­ва», — сообщили правоохранительные органы и допросили художественного руководителя, который подписывал все бумаги и был обязан про все знать, все­го лишь как свидетеля. Зауряднейший, общемировой случай. Боже, что тут началось: петиции вместо репетиции, спекуляции вместо координации! Просто смех и глупость — но не следственных органов, а либеральных СМИ. Наконец, на программе Владимира Соловьева договорились до того, что «нация расколо­та по отношению к скандалу вокруг Серебренникова».
О, если бы эта глупость была правдой — жить еще можно. Но нация рас­колота куда глубже и трагичней по отношению к коренным вопросам народной памяти и исторического бытия! По взгляду на будущее и даже — на прошлое. Примеры последнего — так называемые исторические телесериалы. Любители
vaniya.html.
http://www.mk.ru/culture/2016/12/08/vlasti-vveli-dlya-moskovskikh-teatrov-novuyu-formulu-finansiro
34
отечественной истории в прошлые годы сокрушались о том, как мало у нас до­стойных исторических фильмов. В частности, автор данного пособия не мог понять, почему ни к одному юбилею Куликовской битвы не экранизировали, например, замечательный роман Сергея Бородина «Дмитрий Донской» — там и любовная линия есть, и судьба чернеца, и деяния князя московского, в которых помогала ему жена Евдокия. Ну, все на месте, по легендам и документам, с ли­рической и героической нотой, а язык — чудо! Но этого, наверное, сегодняш­ним продюсерам и режиссерам слишком мало. Они предпочитают субкультуру, псевдоисторию, а проще говоря — разлюли-малину. И вот Елена Райская — опытная сценаристка — берется за фильм «София». Один из ее многочислен­ных фильмов и мыльных сериалов (каждый год по фильму, а в 2012 году — аж пять!) назывался «Лекции для домохозяек». Вот на таком уровне написан и сценарий исторического фильма о времени правления Ивана III, который во­преки неприязни матери (как тщательно эта нелюбовь выписана и сыграна!) женился на Софье Палеолог.
Любопытное совпадение: в первый день долгой русской зимы президент РФ Владимир Путин обратился с ежегодным посланием к Федеральному со­бранию с призывом к единству.
А вечером по «России» закончился пышный и малость занудный сериал «София» о злоключениях в дикой Московии Софьи — жены Ивана III, первого Государя всея Руси, который в фильме не столько правил и собирал Землю Рус­скую, сколько разбирался в интригах, склоках, преступлениях и иногда пил с горя. Василий Ключевский так передает высший смысл, главное достижение Иоанна в этот период — создание национального Московского государства: «До сих пор оно было одним из княжеств Северной Руси; теперь оно осталось здесь единственным и потому стало национальным: его границы совпали с пре­делами великорусской народности». Эта суть мало волнует создателей пышной и дорогой ленты, они не видят тут нерва и злободневного звучания. Напрасно! Главная драма современности, геополитическая и духовная: мы после распада не можем вернуть государство к естественным и расширившимся границам ве­ликорусской народности, а они проходят по Днепру, ну, уж по западным гра­ницам Новороссии — точно, по южным землям прибалтийских государств, по северному Казахстану и т. д. Повторяем лишь эвфемизм: двадцать пять милли­онов соотечественников остались за рубежом, но они ведь были оторваны — порой вместе с исконными или присоединенными землями — от тела России! А в фильме нам подсовывают как главную интригу: кто кого предал, отравил или зарезал.
Собственно, и в современной жизни так называемая элита скатилась к разборкам, предательствам и утоплениям в болоте, как показано в дурацкой сцене фильма, где к сосланной великой княгине приходит бесконтрольно кто хочешь в монастырь, бегает за ней и княжичем по лесу, пытается утопить в бо-
35
чаге, да случайный юродивый, слава Богу, спасает. Роль церкви и ее иерархов в
18
фильме не просто велика, а исключительна и решающая. Жаль только, что по произволу Райской митрополит Филипп действует и спустя десять лет после того, как отошел в мир иной. Профессор Владимир Кириллин написал с возму­щением: «Не знал, что митрополит Московский Филипп I благословил начало строительства в Москве Успенского собора в 1475 году, затем поход великого князя Ивана Васильевича III на реку Угру против хана Ахмата в 1480 году, а потом крестил новорожденного княжича Дмитрия Ивановича в 1483 году. Это сенсационное открытие сценариста и режиссера фильма „София‟. Оказывается, Филипп I на много лет пережил собственную смерть в 1473 году. Ура нашим доблестным синематографистам!» А кто же консультант этой истории для до­мохозяек? Ба, главный культурный начальник правительства Москвы. Тот же Кириллин продолжил: «Посмотрел про Кибовского А. В. Руководитель Депар­тамента культуры города Москвы. Понятно, почему он консультант фильма. Непонятно, с чего он возомнил себя специалистом по истории России и Рус­ской Церкви XV века. Про Райскую смотреть неинтересно. А ведь у нас была довольно высокая культура исторического кино»18.
Ну, Кибовский, допустим, оканчивал Историко-архивный институт, и трудно предположить, что он не знает элементарных вещей. Просто таковы се­годня законы ТВ — вешать лапшу на уши ради обывательского любопытства. Например, и тот же Василий Ключевский, и другие историки пишут обтекаемо, что соправитель Иван Иванович в 1490 умер от болезни. При дворе создалось две партии: одна группировалась вокруг сына Ивана Молодого — внука Ивана III Дмитрия и его матери Елены Стефановны, вдовы Ивана Молодого, а вто­рая — вокруг Василия и его матери Софьи. Шла борьба у трона — с казнями. Василий и его мать подверглись опале — по приказу Ивана были удалены по­дальше от князя и заключены под стражу. Но это скучно: надо подпустить лю­бовного томления с италийским оттенком и ревность государя, а потом и вовсе отравление Ивана собственной женой Еленой Стефановной. После бездоказа­тельного обвинения (девка подтвердила про пузырек с ядом) Софию с Васили­ем ссылают в Белозерский монастырь... А там — проходной двор, итальянец верхом добирается быстрее, чем сегодня на транспорте, и с кинжалом проходит в покои затворницы (!). Ну а что? Рашен экшен…
Все-таки смотрел сериал порой через силу, но с чувством: хоть такой фильм сняли, костюмов красивых нашили, красавиц подобрали, декораций нагородили, Успенский собор обыграли — дорого, хотя и не очень любо. Так что это? Очередной шаг к показу и осмыслению истории Отечества или новая затянутая лекция для домохозяек? Такие вопросы возникают после многих те­лесериалов — от «Екатерина Великая. Взлет» до фильмов о войне, шпионах и
http://rospisatel.ru/bobrov-zametky75.htm/.
36
недавней советской истории. Она в году 100-летия Русской революции тоже
19
подвергается искажениям и пренебрежением к великим свершениям.
В конце мая 2017 года президент Владимир Путин подписал указ, соглас­но которому в России с 2018 года объявляется Десятилетие детства. Президент поручил правительству утвердить в течение трех месяцев план основных меро­приятий до 2020 года, которые будут проводиться в рамках Десятилетия дет­ства. Напомним, что перед этим президент обсудил с министром труда и соцзащиты Максимом Топилиным проблему снижения рождаемости в стране. Эксперты прогнозируют спад рождаемости в связи с победившей контррево­люцией, ельцинско-гайдаровской реформой и демографическим кризисом 1990­х годов. В связи с этим плачевно изменится структура населения: увеличится нагрузка на работающих людей, число пожилых граждан также увеличится. Еще раньше спикер Совфеда Валентина Матвиенко, которую СМИ прочили кандидатом в президенты, попросила премьера Дмитрия Медведева утвердить проект Десятилетия детства. Как она поясняла, в рамках него правительство на каждые три бюджетных года будет разрабатывать конкретную программу ме­роприятий, посвященных детству.
Все упомянутые деятели начинали свою карьеру комсомольцами­коммунистами при советской власти, получали бесплатное отличное образова­ние, наверное, помнят, какая тогда работа велась с детьми и молодежью от школьных производственных бригад до Всесоюзного похода по местам боевой славы. Поэтому в этой главе не про демографию и географию следует говорить, а про другое, крайне важное. Надо, чтобы президент объявил наконец Десяти­летие детства и правды — без растления и лжи, без цинизма и социальной бес­просветности. Без ЕГЭ, наконец, и либеральных штампов, пронизывающих не только СМИ, но и школу. Кстати, именно к лету 2017 года доля противников ЕГЭ достигла наивысшего уровня: 66 % опрошенных негативно оценивают единый государственный экзамен. Число противников ЕГЭ стало максималь­ным за последние десять лет, сообщили в фонде «Общественное мнение».
Критики ЕГЭ недовольны слишком большой нагрузкой на детей (20 %), поверхностностью знаний, получаемых в ходе подготовки (14 %), случайно­стью оценок (12 %), сложностью заданий (6 %), предпочтением устного, тради­ционного экзамена (5 %).
В целом качество современного российского школьного образования 14 % участников опроса считают хорошим, 40 % — средним, 36 % — плохим19.
С горечью убеждаюсь, что каждое новое пополнение студентов все более лишено аналитического, критического и диалектического мышления, напичка­но и безнравственно искалечено штампами и готовыми либеральными ответа­ми. Я понимаю, что цель была такая, но переборщили — наступает граница, ко-
http://www.sovross.ru/news/33017.
37
гда антисоветизм, глумление над прошлым переходит в русофобию и прене­брежение к стране, сколько бы высшие должностные лица ни говорили о пат­риотизме.
Получил контрольную работу от студентки по истории отечественной ли­тературы ХХ века. Та, воспитанная ЕГЭ и ТВ, сразу начала со штампа: «Лите­ратура первая сразу после войны подверглась сокрушительному разгрому». Я опешил, но написал: «Сразу? Первая? Что, тут же и вровень с сокрушительным разгромом фашистской Германии?.. Ну, ты, может, в школе слышала или чита­ла про обострение идеологической борьбы, про речь Черчилля в Фултоне и же­лезный занавес, про атомную бомбу в Хиросиме и угрозы США в наш адрес... Надо ж историчней подходить, с учетом времени! Я вам рассказывал, как Ста­лин поддерживал нужную стране литературу, лично читал будущих лауреатов, как поддерживал самих писателей — от гонораров до дачного поселка Пере­делкино, который у писателей на днях окончательно отобрали. И вдруг прика­зал безжалостно громить… Что, прямо решил добить?»
Но что с девушки возьмешь, если государственные мужи, делавшие карь­еру еще в СССР, говорят о том времени пренебрежительно, свысока. Они ж свою жизнь и уважение к себе перечеркивают! Теперь стало даже модным в пылу критики какого-нибудь чудовищного явления на Украине, например, или осуждения явного издевательства над здравым смыслом на толерантном Западе использовать в качестве риторического приема… сравнение с СССР: они, мол, прямо как тогда у нас, они даже хуже совка. Чуть заговорят об издевательстве над верующими на Украине — сразу высшие иерархи подчеркивают: «Такого даже в СССР не было!» Но ведь они свободно получали духовное образование, молились и окормляли паству как раз в то время! Чего там было ужасного, сравнимого с вмешательством украинских нацистов в дела Православной церк­ви, с их издевательствами над православными священниками? Близко не лежа­ло, но надо попугать, капнуть грязью, кровавым ужастиком.
Министр Лавров, комментируя очередной американский скандал в СМИ, вспоминает антисоветский анекдот про «Правду» и «Известия»... Он ведь по­жилой умный человек, получал отличное советское образование. Я не верю, что он не понимает разницу между блестящими аджубеевскими «Известиями» и приложением «Неделя» и нынешней газетой, меняющей редакторов, позицию и теряющей читателей. А былая «Правда», где выступали лучшие обозреватели, очеркисты, писатели от Юрия Бондарева до вернувшегося из Парижа Владими­ра Максимова, на десять голов была интересней и правдивей правительствен­ной «Российской газеты». Разве не так, профессионалы? Мы с вами тоже учили, например, историю журналистики, но разве поносили Суворина и другого Лав­рова — редактора, их авторов от Чехова до Гиляровского только за то, что они делали классные газеты при «проклятом царизме»? Даже пропагандисты вроде нынешних перекрасившихся либералов такого себе не позволяли.
38
А следом и Мария Захарова не отстает от шефа и пишет очередной мнимо
20
остроумный пост, давая отповедь хамоватой журналистке — порождению ны­нешней, а уж никак не советской системы, которая переврала ее слова, обману­ла доверчивую аудиторию. Мария Владимировна гвоздит: «...Такое впечатле­ние, что это какой-то новый большевизм, который переиначил лозунг „грабь награбленное‟ во „ври, разоблачая‟...» Совершенно неуместная лексическая параллель. Тогда уж так: перевирай навранное. Но она-то уверяет, что сама не врала! При чем тут ненавистное нынешними скорохватами «грабь награблен­ное»? И вообще, зачем вворачивать лозунг, который анархисты использовали раньше большевиков, чтя учение своего кумира Прудона: «Собственность есть воровство»? И это ведь правда — для России особенно!20
Но меня потрясает страшная недальновидность: выходит, что и депутаты Рады, и антисталинист — известный митрополит стоят на общих идеологиче­ских позициях, коль приняли проповедь, что Сталин даже хуже Гитлера? Или кто-то надеется, что такая чудовищная общность мировоззрения, солидарность в главных идеологических вопросах, согласованное поношение советского прошлого помогут прийти к компромиссу? Или вызовут понимание на Западе, у киевской хунты? Это — наивность или полная глупость самооплевывания? Меня демагогически спрашивают: а что, не было идеологических штампов, ло­зунгов и расхожих клише тогда? Были конечно! Но они были куда плодотвор­ней и спасительней для страны, потому что не порочили и не проклинали ее, не унижали трудовой и доверчивый народ. Вы что, не понимаете разницу между гордостью за страну, пусть и несколько показной, и презрением к ней, модным издевательством над «этими вечными лохами»? Да, советское не было всегда отличным и «у советских — собственная гордость» не всегда срабатывало, но что же, «советское — всегда отвратительное» и «советский крепостной» — лучше?
Современная культура, по убеждению многих ее представителей, должна быть провокационна и скандальна. Например, это наглядно проявилось на странных фотовыставках. Сначала в Центре фотографии имени братьев Люмь­ер, а потом в Сахаровском центре прошли выставки — очень разные по темати­ке, но кощунственная их цель одна — взорвать общественное мнение, спрово­цировать скандал, нанести прямой моральный вред или оправдать грязные деньги спонсоров. Обе шумные телепрограммы на канале «Россия» — и «60 минут», и тут же «Вечер с Владимиром Соловьевым» — были никудыш­ными: они обрушили ор и лавину информации, не затронув сути вопроса. Со­ловьев все пытал: где грань между эротикой и порнографией в искусстве и кто «первым начал препятствовать»? Но не было сказано, например, кто курирует фотовыставки в Москве? Какой-то толстый господин в жилетке требовал от де-
http://rospisatel.ru/bobrov-zametky90.htm.
39
путата Е. Мизулиной «пойти перед открытием, изучить, пообщаться с органи-
21
заторами, а не передавать депутатский запрос в прокуратуру». Но кто же из де­партамента культуры Москвы пошел перед открытием взрывоопасной выставки с теми же целями? Ведь ясно же было, что это за фотохудожник — любитель обнаженных детишек едет.
С двойным скандалом на фотовыставке в Сахаровском центре — вообще особый разговор. В 1996 году был открыт музей — общественный центр «Мир, прогресс и права человека» имени А. Сахарова. Позже его переименовали в Са­харовский центр. Информация с официального сайта: «Как уже говорилось, Са­харовский центр, адрес которого знает каждый прогрессивный человек в сто­лице (!? — А. Б.), основан и существует за счет инвесторов и общественных ор­ганизаций из США. Главная концепция — движение через смену правительств. Направление его — от тьмы к свету, от рабства к свободе». Мне кажется, что девиз и направление поменялись: от провокации — к антисоветизму и русофо­бии, что и доказала прошедшая фотовыставка. Во многих репортажах с линии противостояния написано: «Министерство культуры от комментариев отказа­лось». Как это так? На деньги США существует 20 лет центр провокационной и подрывной деятельности («через смену правительств») — и никто не курирует, не отслеживает, не сдерживает. Чего ж удивляться, что начинает грубо дей­ствовать общественность? Или этого и добиваются? Появились в СМИ сооб­щения: «Вандал в Сахаровском центре залил красной краской и осквернил фо­товыставку». А может, главные вандалы те, кто героизирует на крови бойцов батальона «Донбасс», убивающие мирных жителей. А вандал ли московский художник, отец четверых детей Антон Беликов, который залил краской пред­ставленные в Сахаровском центре снимки участников карательной операции Киева на Донбассе?
Зачем дискутировать вокруг «художественных достоинств» и междуна­родных премий (еще бы!), когда это прямой агитпроп. А где контрпропаганда по законам идущей гибридной войны? Как публицист и наставник молодых, я возмущен информационной и культурной политикой: обсуждать, смакуя, же­ланные провокации в эфире треп-шоу на ТВ потом, но палец о палец не ударять ДО! Директор Центра им. Сахарова Сергей Лукашевский поначалу вообще от­казывался отвечать на вопросы представителей СМИ. Демократ! Но потом «пошел на диалог», демонстрируя всем своим видом свою непричастность к фашистской пропаганде, мол, это всего лишь ни к чему не обязывающая вы­ставка. Лепетал: «Это просто искусство, которое ничего не подразумевает (?! — А. Б.)… Я не понимаю, почему такой ажиотаж и такое недовольство!» — заявил он представителям СМИ21.
http://www.sovross.ru/articles/1462/27126.
40
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]