Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Весна в Карфагене. Роман. Части I-III
.pdf
ВЕСНА В КАРФАГЕНЕ
рука на пульсе! Нет, ты не прав, ты должен
обещать!
— Ладно, обещаю,— согласился губерна
тор. Отклонить сразу две просьбы любимой
Николь было выше его сил. Да и к тому же она
была во многом права. Николь почти всем ка
залась взбалмошной пустышкой, и мало кто до
гадывался о ее роли в управлении провинцией.
Строго говоря, она, конечно же, ничем не
управляла, но на тех же приемах, незаметно
для гостей, выуживала из них такие сведения,
так умела сопоставлять их недомолвки и про
махи, их разночтения одних и тех же событий,
что перед сном или на следующее утро расска
зывала мужу такие подробности и делала такие
парадоксальные выводы, каких ни он сам, ни
весь его управленческий корпус сделать бы не
смогли.
— Николь, ты говоришь вздор! — осажи
вал ее вначале мужгубернатор.
— Поживем — увидим,— спокойно отвеча
ла она и, как правило, не ошибалась.
Со временем губернатор стал все внима
тельнее прислушиваться к жене и все чаще со
глашаться с ее мнениемисеехарактеристика
ми того или другого человека — это касалось
как офицеров гарнизона, так и владетельных
царьков и их приближенных.
На губернаторских приемах и перезна
комилась Машенька со всей тунизийской зна
тью и с офицерами гарнизона. Николь устраи
вала все бурно и весело. Она кокетничала с
мужчинами напропалую, и многие попадались
в ее сети. Она казалась мужчинам такой доступ
303
ВАЦЛАВ МИХАЛЬСКИЙ
ной, что они немедленно пытались назначить
ей тайное свидание. Всем была известна исто
рия с лихим красавцем лейтенантом, прибыв
шим из Марселя на службу в Бизерту и на пер
вом же приеме у губернатора назначившим
свидание его жене.
— Мадам, мы могли бы покататься вме
сте на лошадях?
— Лучше на яхте,— томно согласилась Ни
коль,— в море так свежо и красиво.
— Но у меня нет яхты, мадам.
— У меня есть, разве мы не можем пока
таться на моей? — шепотом спросила Николь,
особенно дерзко напирая на слова «покатать
ся», напирая вполне двусмысленно.
— Можем, мы все можем! — смело согла
сился лейтенант.
Как на крыльях прилетел он к назначен
ному сроку на дальний пирс, где стояла губер
наторская яхта. Там его встретила Клодин, по
стоянная доверенная Николь в подобных про
делках, встретила и проводила на борт яхты.
Матрос у штурвала уже ждал команды к отплы
тию.
— Садитесь, лейтенант,— Клодин указала
гостю на столик с тремя стульями.— Мадам Ни
коль! — крикнула Клодин в жилую пристройку,—
все в порядке. Разрешите отплывать?
— Отплывайте! — услышал лейтенант соч
ный голос губернаторши, и молодое сердце его
сладко дрогнуло в предвкушении сладостной за
бавы.— Отплывайте!
Яхта медленно отвалила от пирса и взяла
курс в открытое море. Вечерело. Бирюзовое мо
304
ВЕСНА В КАРФАГЕНЕ
ре и белесое чистое небо радовали глаз мягко
стью тонов, береговой ветерок приятно осве
жал разгоряченное лицо лейтенанта, он вольно
облокотился о второй стул, возмечтал и даже
не задумался, для кого приготовлен третий? Ях
та все плыла в благорастворении воздухов бла
гословенной тунизийской осени, а Николь все
не выходила. Прошло не менее четверти часа,
прежде чем раздался ее голос:
— Клодин, принеси прохладительные на
питки!
И через минуту на верхнюю палубу вы
порхнула Николь в глубоко декольтированном
розовом платье тончайшего шелка, который
струился по ее фигуре и чертовски соблазни
тельно облегал под легким бризом ее безу
пречные линии, такие округлые, такие маня
щие.
Лейтенант вскочил со стула и театраль
но протянул руки навстречу губернаторше, но
в ту же секунду увидел, как поднимается на па
лубу сам генералгубернатор. Лейтенант так и
остался с протянутыми руками, так и окаме
нел.
— Добрый день, лейтенант, как я рада,
что вы нашли время составить нам компанию!
Как я рада! — простодушно затараторила Ни
коль, сияя плутовскими глазками.
— Садитесь, лейтенант,— добродушно пред
ложил губернатор.— Садитесь. Стул ведь не га
уптвахта,— пошутил он с солдатской прямотой.—
Присаживайтесь.
Близкий к обмороку лейтенант присел
на краешек стула.
305
ВАЦЛАВ МИХАЛЬСКИЙ
Клодин подала прохладительные напитки.
Недели через две, когда молодой лейте
нант почти опомнился от своего приключения,
кто-то из офицеров сказал о Николь в его при
сутствии: «Ах, какая женщина!»
— Это не женщина! — воскликнул лейте
нант.— Это не женщина, а западня!
С тех пор в офицерском кругу ее так и
звали: «Мадам западня».
Многочисленные попытки соблазнить
Николь оборачивались для соблазнителей пол
ным их одурачиванием, притом всегда раз
ным, у Николь хватало фантазии не повто
ряться. При этом, к чести губернатора, надо
заметить, что он никогда и никоим образом
не преследовал своих неудачливых соперни
ков. Ему даже льстили все эти игры. Он обо
жал Николь и любил повторять: «Жена Цеза
ря вне подозрений!»
Зимой 1923 года в Бизерту опять при
езжал маршал Петен. На ужинах в его честь,
а их было несколько, Николь сидела по пра
вую руку от маршала, а ее любимица Машень
ка по левую. Маршал Петен оказался общи
тельным и весьма образованным человеком.
Он хорошо чувствовал музыку и был в пол
ном восторге от дуэта Николь и Мари, кото
рые исполнили Баркароллу из оперетты Жа
ка Оффенбаха «Сказки Гофмана». Пели они
действительно неплохо, голоса их удачно со
четались друг с другом. Им аккомпанировал
на рояле генералгубернатор, человек исклю
чительно музыкальный и способный играть с
листа.
306
ВЕСНА В КАРФАГЕНЕ
На прощальном обеде маршал Петен ска
зал Машеньке:
— Мадемуазель Мари, я знаю, что ваш
отец боевой адмирал и погиб в России. Знаю,
что вы потеряли мать и сестру…
— Нет, нет, я их не потеряла,— торопли
во перебила маршала Машенька,— пожалуйста,
не говорите так! Мы потерялись временно…
— Прости, детка, ты права. Хочу сказать,
что если когданибудь тебе понадобится старый
солдат Анри Филипп Петен — обращайся смело,
буду рад служить! Пароль — Мари. Отзыв — Би
зерта! — и маршал взял под козырек.
XXXVIII
— Ах, мадемуазель Мари, если бы вы
только знали, как я рада, что вы появились в
нашем доме, а то ведь от мадам Николь просто
житья никому не было — каждый день придир
ки, каждый день фокусы! Его высокопревосхо
дительство тоже измучился: чуть что, она в
слезы, в истерику. Посуды сколько побила —
ужас! Два севрских сервиза на шестьдесят пер
сон. А как вы стали у нас жить — ни одной ча
шечки, ни одной тарелочки, ни одного блюда
не разбила мадам Николь. А то сразу — шарах о
пол! А я ползаю на коленках и собираю оскол
ки. Стыд и позор! Доктор Франсуа давал ей ус
покоительные капли — и все без толку! Да и, по
правде сказать, она их не пила — в раковину
выливала, я ведь все вижу! От меня не скро
ешься — муха не пролетит без внимания!Асва
ми так спокойно, и вы такая умная. Доктор
Франсуа говорит, что у вас талант к языкам. Он
307
ВАЦЛАВ МИХАЛЬСКИЙ
от вас в восторге! — покраснев, добавила Кло
дин.
— Что-то я не слышала от него востор
гов, что-то вы путаете, мадемуазель Клодин,—
сказала Машенька разоткровенничавшейся гор
ничной.— Так, теперь чутьчуть голову набок.
Нет, не на правый, на левый. Вот так хорошо,
и на минуту замрите. Отлично! — Машенька де
лала Клодин прическу. С некоторых пор делать
Клодин прически стало для них любимым заня
тием.
— Конечно,— вздохнула Клодин, держа го
лову так, как ей велела Машенька,— конечно, ес
ли бы мадам Николь дал Бог ребеночка, а еще
лучше двух или трех, тогда бы она так не буйст
вовала.
— А что же Бог не дает? — закалывая од
ной шпилькой волосы Клодин, а вторую держа
между губ, глухо и шепеляво спросила Машень
ка, поощряя Клодин к разговору.
— А кто же его знает? Мы с ней десять
лет подряд в Египет ездили на нильские гря
зи. Ну и что? Только мучились зря. И дорога
опасная, и жара, и вообще приятного мало.
Когда-то в ранней молодости, еще до знакомст
ва с их высокопревосходительством, она сдела
ла ошибку,— наверно, это причина. Кто знает?
Жалко мне ее — ужас! Она только притворяет
ся плохой, а на самом деле она очень хоро
шая, и его высокопревосходительство ее лю
бит, и она его очень любит. Она ведь у нас без
отцовщина.
— То есть как это? — удивилась Машень
ка.— Она мне рассказывала о своих отцах…
308
ВЕСНА В КАРФАГЕНЕ
— Вотвот — об отцах, это она любит. Се
годня говорит одно, завтра другое, что в голову
взбредет. Не было у нее никогда никакого отца.
Ну, в том смысле, что его никто никогда не ви
дел. Ее мать родила в пятнадцать лет, а от ко
го — неизвестно. Она так часто ошибалась, что
и сама не знала, от кого.
— А вы ничего не путаете? — переспроси
ла Машенька.
— Я путаю? Да Бог с вами, мадемуазель
Мари! Скажу по секрету, я ее троюродная сест
ра, а сами мы из Авиньона — это под Марселем.
И ее мама Жанна на моих руках умерла, а Ни
коль тогда черти в Париж носили. Это только
через год она познакомилась с его высокопре
восходительством, когда в марсельской оперет
те ногами дрыгала, он тогда был молодой офи
цер и получил назначение в Марокко и хотел
жениться как можно скорее. Ну, они с Николь
влюбились и женились. А потом, когда он по
службе чуть продвинулсяисденьгами у них ста
ло получше, они и меня к себе выписали.Аяи
поехала. Какая у нас в Авиньоне работа? Да ни
какой.Истехпорясними неотлучно, куда
они, туда и я.
— А доктор Франсуа? — спросила Ма
шенька.
— И доктор всегда с нами, они с его
высокопревосходительством вместе начинали,
в одном полку. Его высокопревосходительство
выдвинулся очень быстро, он смелый и всегда
командовал очень удачно, а доктор Франсуа
службой никогда не интересовался и всегда от
должностей отказывался. Раз отказался, два от
309
ВАЦЛАВ МИХАЛЬСКИЙ
казался, три отказался, а потом ему и предла
гать перестали. Так что у него до сих пор чин
небольшой, а его высокопревосходительство
полный генерал. Но доктор Франсуа все равно
лучше всех! — горячо закончила Клодин.— Его
все уважают: и наши, и арабы, его даже соба
ки не трогают, а здесь, у арабов, очень злые
собаки.
— Насчет собак я знаю,— улыбнулась Ма
шенька, вспомнив похождения братцевкадетов
и их рассказы о злющих собаках.
— О-ляля, какая прическа! — вдруг гром
ко произнесла Николь, незаметно вошедшая в
комнату.— Кло, да ты настоящая красавица!
Мари, что такое ты с нею сделала?! — Николь
была в тонкой замшевой куртке, в лосинах
и невысоких сапожках для верховой езды.—
Ну, что, Мари, поедем купаться? — спросила
она, не дожидаясь ответа Клодин, ловко поиг
рывая хлыстом.— Лошади готовы, твои костю
мы тоже. Я велела поставить палатку у мыса
Бланко, внизу, там отличное дно и отличный
пляж.
— Поедем! — радостно согласилась Ма
шенька.— Мадемуазель Клодин, можете подой
ти к зеркалу. У меня все!
Клодин плавно двинулась к зеркалу, так
плавно, словно несла на голове чашу с водой.
Высокая царственная прическа действительно
делала горничную неузнаваемой — оказывает
ся, у нее была лилейнобелая шея, изящные
мочки ушей, просвечивающиеся на солнце,
красивый выпуклый лоб. Клодин взглянула в
зеркало и очень себе понравилась, у нее даже
310
ВЕСНА В КАРФАГЕНЕ
дыхание захватило при мысли о том, что хо
рошо бы показаться в таком виде доктору
Франсуа.
— Вот так и покажешься Франсуа,— про
чла как с листа Николь,— я думаю, он не усто
ит! — И она засмеялась незлобивым ласковым
смехом.— Давайдавай, хватит тебе в девушках
сидеть! Мари тебя выведет на правильную до
рогу!
— Как не стыдно, мадам Николь! —
вспыхнула Клодин и поспешно вышла из ком
наты.
Седьмой месяц жила Машенька в роскош
ном губернаторском доме. Не единожды она по
рывалась уйти в форт ДжебельКебир, вернуть
ся в Морской корпус, но всегда Николь уговари
вала ее остаться еще «чутьчуть».
— Хоть на недельку! — упрашивала Ни
коль.— Ты ведь еще недостаточно выучила араб
ский язык, да и доктор Франсуа говорит, что он
пока еще слабоват в русском.
Всякий раз Машенька не без удовольст
вия соглашалась на уговоры Николь — возвра
щаться в ДжебельКебир ей совсем не хотелось.
И не только потому, что там ждали ее узкий
топчан с жидким матрасиком и одеяло, «подби
тое ветром», и скудный казарменный харч. И не
потому, что там не было ни ванной комнаты, ни
прохлады губернаторского особняка, чуть зеле
новатой от ветвей и листьев, прикрывающих
окна, ни мягких кресел, ни кушеток со львины
ми шкурами на них, ни ковров, ни замечательно
сервированного стола за завтраками, обедами и
ужинами, ни парка с фонтанами, ни многого дру
311
ВАЦЛАВ МИХАЛЬСКИЙ
гого. Нет, главным образом, ей не хотелось воз
вращаться в корпус потому, что за эти несколь
ко месяцев она стала совсем другой, стала окон
чательно взрослой и уже не представляла себя
среди мальчишек кадетов и недалеко ушедших
от них гардемаринов старшей роты. Тем более
что ее крестный отец адмирал Герасимов при
сылал ей раз в неделю с нарочным конспекты
лекций, которые читались в ее отсутствие, по
математике, физике, химии, фортификации и
всем другим предметам. (Как выяснилось поз
же, лекции эти переписывал для нее маленький
князь Бакаров — Тузенбах, которого в том зна
менитом спектакле она оставила в живых.) По
скольку в точных науках Машенька была сильна
с детства, да еще весьма преуспела на этом по
прище во время занятий с дядей Пашей, то уче
ба давалась ей легче легкого, что называется — с
лету. Так что по всем дисциплинам, кроме физи
ческой подготовки, она шла в ногу со всеми
своими недавними товарищами по Морскому
корпусу.
И учитывая все это, спрашивается, что
ей было делать в Корпусе? Тем более что там не
было дяди Паши, а значит, не было никого, как
в пустыне. А что касается физической подготов
ки, то она проходила ее с Николь такую, какая
и не снилась братцамкадетикам. Они без устали
катались на лошадях, выходили в открытое мо
ре на губернаторской яхте — дважды доплывали
до Сицилии
1
и возвращались всю ночь и при
1
прямой.
От Бизерты до Сицилии около 150 километров по
312
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]