Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Берлога. Большой бизнес. Большие деньги. Большая любовь
.pdf
Глава 62. Главный редактор
Глава 62
Главный редактор
– Ну что, главный редактор? – Димон вошел в Женькин кабинет
без стука. – Где ты тут? Освоилась?
Женю он не узнал. За большим редакторским столом с монитором в два раза большим, чем у него самого, сидела незнакомая
молодая женщина с незнакомой прической, в незнакомом строгом
костюме и в стильных очках. Она подняла глаза на вошедшего,
улыбнулась, и только тогда Димон понял, что перед ним Женька,
только очень взрослая, от которой он отвык.
Он осмотрелся по сторонам: кабинет был поменьше, чем у него,
и обставлен попроще. Это его приятно подбодрило.
– Ну ты даешь! Я тебя и не узнал сначала! – Димон не дал ей
встать, подбежал сам к ее креслу и встал сзади, обнял за плечи,
поцеловал в шею.
Женя развернулась в кресле лицом к нему.
– Ну-ну, без глупостей. Что за секс на рабочем месте? Фильмов
насмотрелись? Не шалите, юноша.
– Да я что? Я не в смысле… – Димон обвел руками вокруг
нее – …я просто тебя такой не видел никогда. Только на фотографии.
– Это мой новый имидж. Я теперь не пиар-директор, я главный
редактор крупной газеты. Это совсем другое дело. Мне уже звонили сегодня из банка. Собираются приехать на переговоры. Очень
серьезные люди, между прочим.
– Из «Несокрушимого»?
– Да, а ты откуда знаешь?
– Работа у меня такая, я вам все-таки не юноша, а президент
компании «Берлога-Гром». Я все должен знать. А очки? Ты стала
плохо видеть?
– Это секрет. Ты никому не говори, они с простыми стеклами.
Это часть имиджа. А что, мне не идут?
– Да что ты! Идут, так здорово! Ты это сама придумала?
– Ну, – уклончиво начала Женя, – в общем, сама. Ну что стоишь? Присаживайся, будь как дома, – и она показал ему на маленький диванчик у стенки. – Чай? Кофе?
– Кофе, – автоматически ответил Димон, – хотя ничего не надо,
уже три чашки сегодня выпил, дай воды.
Женя позвонила в кафе и попросила принести кофе и минералку.
261
Георгий Мантуров. Берлога
– Есть уже план на первые номера? Что будешь печатать?
– О да! Тут столько задумано! У тебя время есть?
– Ну так, вкратце расскажи, долго не могу засиживаться.
– Тогда слушай, – и Женя стала увлеченно рассказывать ему
о планах редакции.
– Ну в-первых, – воодушевленно начала Женя, – там будет про
музыку. Это мое, я здесь все знаю, материала – море.
Димон согласно кивнул.
– Еще будет постоянная рубрика о моде, еще о кулинарии. Еще
будет…
– Постой, – перебил ее Димон, – ты что, собираешься еще один
гламурный журнал сделать? А про похудение ты случайно не планируешь сделать рубрику? В конце концов, в школе не одни девчонки учатся. Там еще пацаны есть.
– Я знала, что тебе не понравится, – Женя нахмурилась, – но
это всем интересно, плюс еще детективы будем публиковать с продолжением. Кстати, для твоих пацанов надо сделать рубрику «Качалка», ну там как мускулы развивать, советы, упражнения. Молодец, что подсказал.
– «Качалка» – это хорошо, – согласился Димон. – Только тогда
надо писать еще про наших героев спорта, брать у них интервью, рассказывать, как они пахали и жилы рвали ради своих побед. И, самое
главное, что их победы – это победы нашей страны. Это самое главное!
Женя удивленно посмотрела на него, но ничего не сказала.
Димон заметил ее взгляд и блеснувший в нем интерес и быстро,
чтобы она его не перебила, продолжил:
– Вообще про наших героев побольше писать. Вот, знаешь,
я в больнице с космонавтом лежал. Это такой человек! Он мне такие вещи рассказывал о космосе, какие никто больше не знает. Вот
у него можно интервью взять или даже заказать ему серию статей.
Хочешь, я ему позвоню?
Женя кивнула и сделала в блокноте пометки.
– Так, давай еще. Я смотрю, у тебя неплохие идеи. Я, кстати,
с тобой собиралась про Интернет поговорить, такую рубрику будем делать обязательно. Ты не сможешь ее вести?
Димон виновато улыбнулся.
– Жень, я бы с огромным удовольствием, но времени нет совсем.
Знаешь, я зайду на свои старые форумы, поговорю с народом. Там
такие спецы есть, не мне чета! Правда, у них язык немного своеобразный, тебе может не понравиться.
262
Глава 62. Главный редактор
– Понравится, – Женя сделала еще пометки, – язык поправим.
Давай дальше.
– Еще? Пожалуйста. Знаешь, сделай рубрику про наркоту.
– Какую наркоту? Ты с ума сошел?
– Я-то не сошел. Слава богу, я не сошел. А полстраны сошло.
И сходит каждый день. Ты знаешь, что за наркоту дают шесть лет?
За коробок с травкой! И то если деньги есть, а без денег – все восемь! Что от нее в двадцать лет люди умирают?
– Не знаю. А что писать?
– Что хочешь пиши, только каждый день!
– У нас еженедельник.
– Тогда каждую неделю. Что вот за эту неделю от наркоты
умерло столько-то человек. И посадили еще столько-то человек.
Не доходит до людей, понимаешь?
– Ладно, подумаем. Еще?
– Еще книжки печатай. «На Биг Ривер» напечатай. Ну ты лучше меня знаешь. Небольшие какие-нибудь рассказы, но настоящие.
Чтобы поняли, какие бывают книжки.
Он помедлил немного и добавил:
– И еще есть одна мысль. Хочешь идею? Ставь в каждый номер
перепечатку из «Пионера» или «Пионерской правды». Начни с самых первых выпусков. Просто перепечатывай в хронологическом
порядке самое важное из выпусков тех лет. Это потрясающе, никто ничего подобного не читал, я тебя уверяю! Ни школьники, ни
их родители. Даже дедушки – и то вряд ли!
Женя на секунду задумалась и с недоверием посмотрела на него.
– А для чего? Кому это сейчас будет интересно?
– Понимаешь, тут не в интересе дело. Вот если сейчас на нас
кто-нибудь нападет, нас победят. Сначала победят, а потом проставят всем пива на халяву, чипсов дадут бесплатных, сухариков.
И все! Понимаешь? Все будут счастливы!
Женя задумалась.
– Это да. Тут ты, наверное, прав насчет чипсов. А если перепечатывать, как ты говоришь? О чем там? Ты сам-то читал?
Димон скромно потупился.
– Да, читал. Над статьей одной работал, – он достал из принесенной с собой папки новую версию статьи «О подобиях…» и протянул Жене.
– Над статьей? Ты? Интересно, о чем же.
– Вот, это я написал, не хотел тебе раньше времени показывать,
было как-то все так.… Но теперь все до конца доведено. Ты почи-
263
Георгий Мантуров. Берлога
тай, это невероятно. Я тебе еще на почту скину, а то я сам на бумаге
уже и читать отвык.
Он допил стакан с ледяной водой так быстро, что заломило
в горле, и быстро вышел, почти выбежал из кабинета. Присутствовать при чтении своей статьи он не мог, почему-то струсил.
Уже у себя он понял, что не последнюю роль в его малодушном
бегстве сыграл новый Женькин имидж.
«Главный редактор, – подумал он, посылая ей статью, – настоящий».
Через час Женя позвонила ему.
– Ты? Ты знаешь, кто ты? – прокричала она в трубку. – Ты чудовище. Ты злой гений! Немедленно зайди ко мне, или я сама прийду
и все там у тебя разнесу, как Маргарита.
Димон ожидал чего угодно, но не такой реакции. Он готов был
к тому, что она будет насмехаться, был готов даже к равнодушию.
Он был готов ответить ей на любую критику, материал он знал. Он
готов был спорить с любым авторитетом, но эта Женькина ярость
была за пределами его ожиданий.
Он снял с кресла пиджак, который обычно снимал, когда работал один, аккуратно надел его, поправил у зеркала галстук и медленно вышел из кабинета.
Женю он застал на том же месте, где оставил. Она сидела на том
же диванчике, вокруг нее были разбросаны листы его статьи. На
столике стояли штук пять пустых чашек из-под кофе.
– Ну, Димочка, ну поздравляю, – иронично начала Женя,
сразу, как только он просунул нос в робко приоткрытую дверь.
– Вот, значит, чем ты занимаешься в свободное от работы время.
Димон не мог понять, шутит она или говорит серьезно.
– Да я это… я по программе сначала, а потом уже как стал разбираться, – запинаясь, начал он.
– Да нет! – перебила его Женя. – Ты молодец, что это заметил!
Ты просто молодец! Но ты ошибся! И ты ошибся в главном!
Димон приободрился. Если сейчас пойдет критика, то он к ней готов. Никто лучше его не знает все детали этой запутанной истории.
– Ну?
Он сел за Женькин огромный стол главного редактора, и это
придало ему большей уверенности.
– Ну, в чем я не прав? Не тяни!
– Ты во всем прав, только не понял ты, что оригинал-то у Булгакова! А подобия у Лагина! – и Женя потрясла в воздухе зажатыми
264
Глава 62. Главный редактор
в руке листами димоновой статьи. – Все наоборот! Принцесса была
ужасная, а погода была прекрасная!
Димон снисходительно усмехнулся.
– Да? Очень интересно. С чего ты это взяла? Доказательства!
– Да какие тут могут быть доказательства? – задохнулась Женя
от возмущения. – То есть я хочу сказать, какие тебе нужны доказательства? По-моему, это все и так очевидно!
Булгаков – писатель! Он ни за что на свете никогда не стал бы ни
у кого ничего заимствовать! Для него не было в жизни ничего важнее литературы! Он умирал уже. И он слишком любил свой роман,
у него в жизни больше ничего не осталось, кроме этого романа! Он
понимал, что тяжело болен, но он верил, что роман ждет великая
судьба, хотя бы и после его смерти. Когда-нибудь, но обязательно
ждет! А ты! Ты чудовище! Как ты мог?
– Я не чудовище! Я тебе все могу доказать с фактами! Откуда
Лагин мог взять текст «Мастера»? Ну? Они никогда не встречались!
– Как это откуда? Да оттуда же, откуда Булгаков у тебя взял!
Через Радлова! Ты молодец, что нашел эту цепочку.
– А зачем Радлову было давать Лагину текст «Мастера»?
– Как это зачем? Тут все понятно, зачем. Вот зачем он Булгакову
дал текст «Хоттабыча», ты не задумывался, а тут сразу – зачем! Да
он же у него работал в «Крокодиле». Лагин Радлову заказики давал, карикатурки всякие, денежки ему платил. А рисунки к «Хоттабычу» он разве не ему поручил сделать? А это тоже денежки, к
твоему сведению.
А Булгаков ему кто? Да никто! Приятель просто. Так кому он
скорее сообщит о похожей идее – начальнику, который его кормит, или приятелю?
Димон почесал затылок. Он вспомнил, что когда-то тоже разрабатывал эту идею о первичности «Мастера», но потом сам же отошел от нее. Сделал основной версию пионера Сережи Шиловского.
– Жень, ну что ты, в самом деле. Не все же деньгами измеряется. Это не аргумент. Это всего лишь догадка. Ты аргументы давай,
факты!
– Факты? Пожалуйста. Основной факт ты сам в статье написал.
Вот, смотри, цитата из дневника:
«Радлов – Мише: “Ты – конченый писатель... бывший писатель...
все в прошлом...” Это – лейтмотив».
Пойми, Радлов же на нем крест поставил как на писателе. Если
Елена Сергеевна пишет слово «лейтмотив», значит, Радлов ему все
265
Георгий Мантуров. Берлога
уши прожужжал про его литературную смерть. И дальше смотри
у Булгаковой: «Потом предложение – “почему бы тебе не писать
рассказики для «Крокодила», там обновленная редакция, хочешь,
я поговорю с Кольцовым?”»
Понимаешь? Это как бы благодарность. Пиши нам теперь
в «Крокодил» рассказики! Как хорошо!
И дата! Самое главное – дата! Ты посмотри на дату этой записи!
22 апреля 1938 года. «Мастер»-то уже написан, его осталось только перепечатать на машинке. А «Хоттабыч»? Он еще только пишется! Нет еще в природе никакого «Хоттабыча»! Вот тебе и главное
доказательство!
До первого выхода «Хоттабыча» в октябрьском номере «Пионера» – еще полгода! И у Лагина наверняка есть уже договор с
журналом, а скорее всего, и с «Пионерской правдой» на публикацию, он полным ходом работает над «Хоттабычем». И он уже
ведет с Радловым переговоры об иллюстрациях, а Радлов возьми
да и вспомни, что был недавно у писателя Булгакова и видел там
роман о чертовщине в Москве!
Зачем бы ему этому «конченому писателю» предлагать какието там сюжеты? И «Мастера» он, наверняка, тоже считал романом, которому никогда не суждено увидеть свет. Так зачем, скажи?
А вот Лагину отдать материал, может быть, и без умысла, а просто так, это понятно! «Мастера» никогда ведь не напечатают, а
безобидную сказку – уж точно, да еще с его иллюстрациями, да
еще тиражом в несколько десятков миллионов экземпляров!
– Да-а, – Димон взял отдельные листы статьи и стал их собирать
в папку. – Надо, наверное, еще раз пройтись по всем подобиям, повнимательнее почитать.
– Пройдись, пройдись, – Женя взяла у него из рук первый попавшийся лист, – вот, хотя бы это: ты же сам здесь пишешь, что Воланд отрывал голову конферансье еще во второй редакции, в двадцать девятом году. «Хоттабыча» тогда еще и в помине не было.
– Ну хорошо, – отчаявшись, выпалил Димон, – а Гарася Педулаев? Его на Степу Лиходеева Булгаков поменял только в 38-м году!
И Варенуха только в 38-м появился! Я думал, что из одного Пивораки Булгаков сделал двоих – Степу и Варенуху. А раньше они
были Внучата и Гарася Педулаев!
– Сам ты Гарася Педулаев! – зло пристукнула Женя ладошкой
по столу, – ну при чем тут твой Гарася? Кстати, ты же сам пишешь,
что Гарасю Воланд переносил по воздуху во Владикавказ еще в
266
Глава 62. Главный редактор
конце тридцатых. Тогда «Хоттабыча» тоже не было. Вот они –
факты!
– Ладно, – мрачно сказал Димон, – меня, наверное, просто
слишком увлекла эта версия с Шиловским. Я буду еще думать.
– Ты еще вот над чем подумай, – уже мягко сказала Женя, чувствуя вину за свою резкость, – Лагин уже позаимствовал сюжет
у англичанина Энсти и ничего в этом зазорного не видел. Почему
бы ему еще кое-что не позаимствовать и у Булгакова? Там позаимствовал, тут позаимствовал – вот и книжка появилась!
Что у «The Brass Bottle» не было шансов быть напечатанным
в СССР, что у «Мастера», какая разница? Кто на это обратит внимание? Никто их не прочтет даже. Ты вот только обратил внимание, да и то через семьдесят лет! А больше никто! Кстати, ты читал
«Медный кувшин»? – Она помедлила. – И извини меня за Гарасю.
– Ладно. Читал, – отмахнулся Димон, – скучища страшная.
«Хоттабыч» гораздо интереснее.
– А может, есть там такие эпизоды, как перенесение по воздуху или разрывание на части? – задумчиво произнесла Женя. –
Может, Лагин это все прямо оттуда позаимствовал, а Булгакова
мы сюда зря приплетаем? Или, может, есть в «Медном кувшине»
какая-нибудь деталь, подобие которой есть и в «Мастере»? Если
есть, тогда это факт в твою пользу. Получается тогда, что Лагин
точно взял у Энсти, ну а Булгаков уж – у Лагина.
– Нет, Жень, – вздохнул Димон, – там ни перенесения по воздуху, ни разрывания на части – ничего такого нет. Там только есть
караван с тюками сокровищ, погоншики верблюдов, черные невольники, которые угощают героя восточными блюдами, короче,
только то, что есть в «Хоттабыче». У Булгакова ничего такого нет.
– Ну вот. Вот тебе еще один факт. И еще: ну ты подумай сам, сколько всего вышло из-под пера Булгакова, сколько фантазии и таланта
в его «Собачьем сердце», «Роковых яйцах», «Иване Васильевиче»! Ну
разве не понятно тебе, что все, что вытворяла эта шайка Воланда в Москве, все это придумал сам Булгаков и никто иной! А язык какой!
А у Лагина? Он, кстати, еще написал что-нибудь кроме Хоттабыча? Я лично ничего больше не читала. И после этого ты будешь
мне говорить, что это Булгаков у него сюжеты заимствовал! В общем, так: статью я буду печатать, она страшно интересная, но ты ее
должен переделать. Исходя из нашего разговора.
– Но, Женя, – нерешительно начал Димон, – а может, и так сойдет? Я ее уже в Италию отправил.
– Статью эту отправил?
267
Георгий Мантуров. Берлога
– Ну да, – виновато ответил Димон.
– Не сойдет! – решительно сказала Женя, – Италия нам не указ.
Будем печатать обе версии. Или даже так: ставлю статью как есть,
и даю еще комментарий от редакции, а читатели пусть сами решают, кто из нас прав! Заодно и обе книжки прочтут.
Глава 63
Ночные страсти
– Димочка-а-а, а давай вместо трех велосипедов купим лучше
два скутера?
Они лежали на маленьком чердаке их старенького дачного
дома, построенного еще прадедушкой. Сколько себя Димон помнил, он всегда на даче спал здесь, в этой уютной комнатке с низким
потолком. По этому потолку он недавно стал сверять свой возраст.
Чердак с каждым годом становился все меньше, все ниже.
Особенно хорошо запомнился восьмой класс, когда после долгой
зимы, впервые приехав весной на дачу, он крепко треснулся башкой
о дверную притолоку. Он отлично помнил, что, уезжая с дачи осенью, без проблем проходил в дверь, не нагибаясь, а тут вот на тебе!
После девятого класса нагибаться пришлось еще сильнее, чердак стал совсем маленьким, и сейчас, лежа на кровати, Димон, казалось, мог дотянуться рукой до любой стены.
Антон лежал на своей детской кровати, той, что досталась ему
от Димона. Старинная кровать с провисшей сеткой, железными
вертикальными прутьями и никелированными шариками была ему
уже явно маловата. Димон уважительно стал относиться к этой
кровати с тех пор, как увидел ее на выцветшей черно-белой фотографии. Там на фото, держась обеими ручками за прутья спинки,
стоял мальчик в матроске, его будущий отец. Она тогда уже была
старая, эта кровать. Сколько же ей лет?
«Последний год на ней спит, – подумал Димон. – Надо новую
покупать. Тут, вообще, по-хорошему, все надо новое покупать.
И дом новый строить нужно. А не на что. Были деньги, и нету. Все
теперь уйдет на газету».
– Димочка-а-а. Ты спишь? Я говорю, давай лучше купим скутеры вместо великов, – в тишине снова раздался шепот Антона.
– Давай. Спи.
От неожиданно легкой победы Антон, по-видимому, опешил.
Наступила тишина, такая, что было слышно, как внизу на первом
этаже, где спали мать с отцом, тикают ходики.
268
Глава 63. Ночные страсти
Димон лежал на спине, закинув руки под голову, вспоминал
последние недели, насыщенные событиями. Масло было почти
все распродано. Средняя цена сделки составила 52 400 рублей
за тонну, и это было на 64 процента выше той цены, по которой
они закупили масло у ростовчан. Всего на масле они заработали
около 11 миллионов рублей. Проценты за кредит, который он
брал под масло, составили, как он и рассчитывал, около 400 000
рублей.
Он полностью расплатился с кредитом, включая шесть миллионов, которые брал на громоотводы. С учетом этого баланс за первый квартал был подведен с прибылью, и второй квартал обещал
быть еще успешнее, поскольку не надо было платить проценты за
кредит. Это был успех, он помнил, какая была уважуха в «Берлоге», когда финансист докладывал об итогах первого квартала.
От приятных мыслей Димон уже начал проваливаться в сон, как
шепот вернул его в реал.
– Димочка-а. А давай тогда, может, не два скутера, а один квадроцикл.
Димон поразился тому, что Антон знает, что такое квадроцикл,
поразился его растущим запросам и от всего этого проснулся.
В принципе, квадроцикл – клевая штука. (Он стал часто употреблять это слово – «клевый», с тех пор как, к его огромому удивлению, Карло сказал ему, что слово это старинное и даже есть в словаре у Даля.) Клевый-то он клевый, только ставить его некуда, под
него какой-то гараж нужен. Угонят зимой.
– Во-первых, один квадроцикл – это не два скутера, а гораздо
больше, а во-вторых, может быть, тебе сразу уж стать владычицей
морскою, а я чтобы был у тебя на посылках? – ядовито ответил он
брату.
– Дим, ты что, спишь? Я тебе не про посылки, при чем тут посылки? Я тебе про квадроцикл говорю, знаешь, такие, на четырех
колесах, крутые такие!
– Да знаю я, что такое квадроцикл, не учи. Как у тебя быстро
потребности растут! И в кого только ты такой захапистый? Только
что все решили, что берем три велика, а у тебя теперь квадроциклы. – Димон подумал секунду и добавил: – Там права нужны, к
твоему сведению.
– Не нужны. Я узнавал.
– И гараж нужен. Все! – отрезал Димон. – Закрыли тему. Спи.
На чердаке снова воцарилась тишина. Димон повернулся на правый бок, лицом к стене. В голове опять всплыла жизнь «Берлоги».
269
Георгий Мантуров. Берлога
Димоновы 20 процентов от прибыли составили по результатам
первого квартала чуть больше миллиона. Вместе с уже имевшимися деньгами у него на личном счете накопилось больше двух миллионов рублей. Он вспомнил, как после разговора с Горынычем
пришел к выводу, что неплохо и самому стать акционером «Ста
пудов». После двух неуспешных попыток он все-таки добился
встречи с Кудрявцевым.
– Вы хорошо все обдумали, Дмитрий Иванович? – вспомнил он
слова шефа. – Вы вкладываете в проект собственные деньги. Если
ваша идея с газетой, а она, скажем так, не безупречна, себя не
оправдает, вы потеряете свои деньги. Вам их никто не вернет, вы
это осознаете?
Димон все это прекрасно осознавал, но помнил также и про
«Несокрушимый», и, самое главное, про Горыныча и его мертвую
хватку. Горыныч не дурак, знает, на что идет.
– А как же «Несокрушимый», Сергей Степанович? Они тоже
потеряют деньги? Если банкиры не боятся, то чего мне бояться? Да
и «Берлога-Гром» там имеет контрольный пакет.
– Ну вы тоже скажете, Дмитрий Иванович. Для «Несокрушимого» покупка доли в вашем проекте – это не деньги, это мелочь.
Риск невелик. А вот для вас? Вы сколько хотите купить?
Так вот и поговорили. В результате этого их с Кудрявцевым разговора теперь должна быть создана новая компания
ООО «Берлога-Пресс» с уставным капиталом в двадцать миллионов рублей и генеральным директором Горыниным Игорем
Васильевичем. Вся эта работа возлагается, естественно, на него,
Димона, а это, в свою очередь, означает новый бизнес-план, новые штаты, короче, все по новой. И если раньше все зависело от
одного Кудрявцева, то теперь придется все согласовывать еще и
с «Несокрушимым», а что там сидят за люди и на какой хромой
козе к ним надо подъезжать, это все предстоит еще узнавать. Да
и с Горынычем ладить – дело не простое, это уж Димон себе тоже
отчетливо представлял.
«И-эх, елы-палы! И зачем я все это затеял? – сокрушался Димон, колупая в темноте ногтем обшитую фанерой стенку чердака.
– Зачем мне все это было надо? Плохо мне жилось, что ли?»
Контрольный пакет –51 процент акций –должен принадлежать
ООО «Берлога-Гром», их можно перечислить в уставной капитал новой фирмы из полученной от продажи масла прибыли. Еще
30 процентов акций возьмет «Несокрушимый». Себе Димон планировал взять десять процентов, на это уйдут его два личных мил-
270
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]