Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:«Критика чистого разума» Иммануила Канта. Учебное пособие
.pdf
61
Кант показывает, что причиной всех антиномий являются паралогизмы, основанные в конечном счете на неразличении объектов
как предметов для нас и объектов как вещей самих по себе.
Трансцендентальный идеал
Чистые понятия (категории) рассудка обладают всеобщностью,
но они применимы к явлениям в той мере, в какой на них основываются предметные понятия (понятия наук), имеющие эмпирическое применение и приложимые к единичным объектам. Как пишет
Кант, «идеи еще более далеки от объективной реальности» (с. 501),
они содержат в себе абсолютную полноту, недостижимую ни в каком эмпирическом знании. Но еще более далек от опыта идеал –
идеальный предмет, т. е. такой единичный предмет, который определен всецело идеей. В качестве примера идеала Кант приводит
мудреца стоиков как человека, «который существует только в мысли, но который полностью совпадает с идеей мудрости» (с. 502).
Трансцендентальным основанием идеала является идея тотальности (целокупности) всех возможных свойств и определенностей.
На этой предпосылке основано умозрение, согласно которому конечные вещи с набором их свойств суть результат ограничения –
выделения ограниченного подмножества свойств – проведенного в
целокупном множестве всего возможного. Разум именно «от идеи
наисовершеннейшей первосущности нисходит к определению возможности, стало быть, и действительности всех других вещей» (2,
с. 171).
Трансцендентальным идеалом Кант называет такое индивидуальное существо, которое обладает всеми возможными определениями; для него действительной является тотальная полнота всего
возможного. Идеал Кант называет типом предметов или существ, а
трансцендентальный идеал – прототипом. Такой идеал есть ничто
иное, как идея Бога, имеющаяся в рациональной теологии.
Кант строит критику рациональных доказательств существования Бога, полагая, что есть лишь три вида подобных доказательств:
физикотеологическое, космологическое и онтологическое. Из них
онтологическое доказательство является базовым, на котором основываются, по сути, два других доказательства. В истории философии онтологическое доказательство бытия Бога имеет большое значение, поэтому важна и критика, которую дает Кант. Во многом
Кант повторяет аргументы, уже присутствовавшие в докритической
62
работе «Единственное возможное основание для доказательства
бытия Бога» (3).
В онтологическом аргументе вся полнота возможности идеала
толкуется как абсолютная необходимость всех предикатов Бога, в
том числе и его реального существования. Главным аргументом
Канта является то, что бытие нельзя считать предикатом. Существование предмета есть ничто иное, как опытное его восприятие,
которое ничего не добавляет к тем свойствам-предикатам, которые
входят в мысленное определение вещи.
Однако в онтологическом доказательстве присутствует особое
понятие Бога: понятие всереальнейшей сущности, т. е. тотальности всей реальности. Поскольку реальность заключает в себе также и существование, то последнее входит в понятие, и его отрицание противоречит понятию. Кант опровергает этот аргумент,
указывая что он становится внутренне противоречивым тогда, когда существование вводится в понятие вещи, которая мыслится
как возможная.
«Бытие не есть реальный предикат, иными словами, оно не есть
понятие о чем-то таком, что могло бы быть прибавлено к понятию
вещи. Оно есть только полагание вещи или некоторых определений
само по себе. …Сто действительных талеров не содержат в себе ни
на йоту больше, чем сто возможных талеров. В самом деле, так как
возможные талеры означают понятие, а действительные талеры –
предмет и его полагание само по себе, то в случае, если бы предмет
содержал в себе больше, чем понятие, мое понятие не выражало бы
всего предмета и, следовательно, не было бы адекватным ему. Но
мое имущество больше при наличии ста действительных талеров,
чем при одном лишь понятии их (т. е. возможности их). В самом
деле, в случае действительности предмет не только аналитически
содержится в моем понятии, но и прибавляется синтетически к моему понятию (которое служит определением моего состояния), нисколько не увеличивая эти мыслимые сто талеров этим бытием вне
моего понятия» (с. 521–522)34.
34
Аргумент «ста талеров» стал знаменитым в истории философии. При
всей его наглядности и убедительности он высветил предпосылку всей
кантовской аргументации: существование чувственно данных вещей переносится на область того, как существует Бог. Критикуя Канта, Гегель
справедливо заметил, что нельзя мыслить Бога как талеры в кармане (13,
63
Итак, абсолютно необходимая сущность – это только идея чистого разума, оторванная от объективная реальности опыта. Как
пишет Кант, это в некоторых отношениях чрезвычайно полезная
идея, но это только идея, не расширяющая наше знание в отношении того, что существует.
Подлинный смысл своей критики идеи Бога и доказательств бытия Бога Кант поясняет в предисловии ко второму изданию «Критики чистого разума». Он пишет: может показаться, что критика чистого разума дала исключительно негативный результат. Однако
она имеет и важное положительное значение, поскольку показывает
границы, за которые разум не может переходить законно и не должен. Эти границы показывают, что «существует безусловно необходимое практическое (нравственное) применение чистого разума,
при котором разум неизбежно выходит за пределы чувственности,
и, хотя для этого он не нуждается в помощи спекуляции, все же
должен оградить себя от ее противодействия для того, чтобы не
впасть в противоречие с самим собой» (с. 92).
Критика ограничивает применение спекулятивного познания
только пределами чувственного опыта, однако, остается возможность мыслить саму эту границу и вещи сами по себе за ней. Этим
понятие причинности как тотального детерминизма ограничивается
областью явлений, чувственного опыта, освобождая место для сво-
боды, тем самым – для свободного нравственного действия. И нель-
зя без противоречий допустить бытие Бога, значимое в области
практическо-нравственного применения разума, если не ограничить
притязания спекулятивного мышления с его трансцендентными
идеями.
«Поэтому мне пришлось ограничить (aufheben) знание, чтобы
освободить место вере, а догматизм метафизики, т. е. предрассудок,
с. 494–496). Гегель критиковал Канта за ограничение разума областью конечных предметов и идей, бесконечных лишь потенциально. Подлинно
спекулятивное мышление, по Гегелю, актуально бесконечно и доказательство бытия бесконечного Бога предполагает именно такое бесконечное
мышление. Но Кант имел в виду иной смысл: и существование Бога, и религиозный опыт относятся к иной области, нежели опыт восприятия чувственных конечных вещей. Бытие Бога, не принадлежа области познания
чувственного мира, должно быть отнесено к области практического нравственного действия – предмету «Критики практического разума».
64
будто в ней можно преуспеть без критики чистого разума, есть истинный источник всякого противоречащего моральности неверия,
которое всегда в высшей степени догматично» (с. 92–93).
Регулятивное значение идей
Идеи чистого разума имеют не конститутивное, а регулятивное
значение. То есть их нельзя использовать для определения того, как
устроены предметы, но нужно использовать для того, чтобы дать
правильное направление действиям рассудка.
Регулятивный прием состоит в использовании своеобразной
максимы als ob – как если бы.
В области психологии своей внутренней жизни мы должны добиваться цельности и единства своей личности, как если бы душа
была простой субстанцией, обладающей личным тождеством. В области космологии и исследования природы мы должны мыслить
мир, как если бы он был бесконечным и не имел безусловного первоначала, и не апеллировать в объяснении естественной природы к
сверхъестественному. В области же теологии мы должны мыслить
мир, как если бы он имел единство и совершенство, созданное всемогуществом первоначального и всемогущего творческого разума,
т. е. деистически.
Таким образом, пишет Кант, «допуская подобные идеальные
сущности, мы, собственно, не расширяем нашего знания за пределы
объектов возможного опыта, а только расширяем его эмпирическое
единство посредством систематического единства, для которого
идея дает нам схему, имеющую, стало быть, силу не конститутивного, а только регулятивного принципа» (с. 573).
Дуализм Канта
и позиционный метод критической философии
Сам Кант описывает метод критической философии как дисциплину разума. Мы же здесь отойдем от следования Канту и дадим
внешнюю оценку тому способу мышления, которым он действовал.
При этом нам предстоит ответить на традиционный «школьный»
вопрос: кантовская философия – это материализм или идеализм?
Выделение философских позиций идеализма и материализма, и
сами эти термины ввел Г. В. Лейбниц. Однако Кант был первым,
кто предпринял теоретическую дедукцию всех возможных типов
65
философских позиций35. Таблица этих типов приведена ниже
(табл. 7).
Таблица 7
Тип
Идеализм
Содержание мышления
(сознания) не существует
за пределами мышления
(сознания)
Реализм
Содержание мышления
(сознания) существует
за пределами мышления (сознания)
Фомаль-
ный
Трансцендентальный
идеализм
«Под трансцендентальным идеализмом всех явлений я разумею учение,
утверждающее, что все
явления суть только представления, а не вещи в
себе и что сообразно этому пространство и время
суть лишь чувственные
формы нашего созерцания, а не данные сами по
себе определения или
условия объектов как вещей в себе»
Трансцендентальный
реализм
«…сторонник трансцендентального реализма представляет себе внешние явления
(если допустить их действительность) как вещи в себе, существующие независимо от нас
и нашей чувственности,
следовательно, вне нас
также и согласно чистым рассудочным понятиям»
Матери-
альный
Эмпирический идеализм
«…теория, провозглашающая существование
предметов в пространстве
вне нас или только сомнительным и недоказуемым, или ложным и невозможным»
Эмпирический реализм
«…эмпирический реалист признает за материей как явлением действительность,
непосредственно воспринимаемую, а не выводимую путем умозаключения»
35
Это мысль высказана Р. В. Лоскутовым в работе «Понятие идеализма
и реализма в философских системах И. Канта и И. Г. Фихте» (25), где также дан анализ выделяемых Кантом философских позиций.
66
Согласно этим типам Кант характеризовал себя как дуалиста,
совмещающего в критической философии позиции эмпирического
реализма и трансцендентального идеализма.
Представления о дуализме Канта являются практически общепринятыми со времен еще Гегеля. Вместе с тем в современных работах можно увидеть стремление отойти от этих представлений. В
этом смысле показательна статья С. Катречко, в которой он приходит к следующему заключению: «Анализ структуры кантовского
коперниканского переворота и его размышлений о природе (специфике) трансцендентального идеализма показывает, что трансцендентализм Канта – это не прямой переход от реализма к идеализму,
а представляет собой двухуровневый синтез эмпирического реализма (базовый уровень) и трансцендентального [формального] идеализма как рефлексивной метауровневой надстройки над ним, прежде всего как исследования [возможности] нашего [априорного]
способа познания предметов» (18, с. 52).
С нашей точки зрения, Кант осуществляет преодоление гносеологической субъект-объектной схемы, ставшей классической для
западноевропейской философии Нового времени. Это трудный и
мучительный процесс, для которого приходится вырабатывать совершенно новый понятийный аппарат и новый метод философствования. В этом Кант выступает подлинным первопроходцем. Однако
читатели и интерпретаторы Канта во многом сами находятся под
властью традиционной гносеологии, они сами колеблются между
прежними представлениями и новым подходом. Отсюда то отнесение априорных форм к субъекту, а вещи самой по себе к объекту
традиционной гносеологической схемы, то отвержение этой схемы
понятиями опыта и предмета-для-нас, что, в свою очередь, затягивает в ловушку субъективного идеализма и опять толкает в рамки
субъект-объектной схемы. Именно это колебание и обусловливает
двойственность кантовской философии, прежде всего в понимании
читателей.
С нашей точки зрения, относить философию Канта к какой-либо
из позиций в табл. 7 нельзя, даже и к позиции трансцендентального
идеализма. Подлинная позиция критического философа находится
над всеми четырьмя позициями (на мета-уровне), поскольку теоретически дедуцирует эти типологические позиции и позволяет философу регулярным способом занимать то одну, то другую из них. С
67
этой точки зрения критическая философия открывает путь диалектике, которую в последующем стали развивать, каждый по-своему,
Фихте, Шеллинг и Гегель. Своеобразие такой диалектики состоит в
позиционности мышления (27). Выше понятие вещи самой по себе
было раскрыто как имеющее позиционное устройство. Понятия позиций идеализма и реализма, догматизма и критицизма также входят в аппарат кантовского мышления. Тезисы и антитезисы антиномий чистого разума, по сути, формулируются из разных позиций,
входящих в позиционное устройство понятия вещи самой по себе.
Неслучайно соответствующий раздел книги назван «Диалектикой».
Все это, по нашему мнению, говорит о том, что у Канта начали
складываться и особый метод позиционного мышления, и соответствующее понятие позиции.
Сложность философии Канта в том, что в ней осуществляется
синтез различных философских позиций в рамках особого позиционного мышления (позиционной диалектики), вырабатываемого в
критицизме. На основе такого понимания философии Иммануила
Канта и было написано данное пособие.
68
Источники
1. Кант И. Критика чистого разума // Иммануил Кант. Сочинения : в 6 т.
М. : Мысль, 1964. Т. 3. 799 с.
2. Кант И. Пролегомены ко всякой будущей метафизике, могущей по-
явиться как наука // Иммануил Кант. Сочинения : в 6 т. М. : Мысль,
1965. Т. 4, ч. 1. 544 с.
3. Кант И. Единственное возможное основание для доказательства бы-
тия Бога // Иммануил Кант. Сочинения : в 6 т. М. : Мысль, 1963. Т. 1.
543 с.
4. Кант И. Опыт введения в философию понятия отрицательных вели-
чин // Иммануил Кант. Сочинения : в 6 т. М. : Мысль, 1964. Т. 2. 511 с.
5. Кант И. Сочинения на немецком и русском языках. Т. 2. Критика чи-
стого разума : в 2 ч. М. : Наука, 2006. Ч. 1.
6. Аристотель. Метафизика // Аристотель. Сочинения : в 4 т. М. :
Мысль, 1976. Т. 1. 550 с.
7. Асмут Х. Философия абсолютного? Позднее наукоучение Фихте как
теория перспективы // Позднее наукоучение Фихте : материалы Междунар. Фихтевской конф. (Санкт-Петербург, 27–28 нояб. 2008 г.).
СПб. : Изд-во РХГА, 2012. С. 229–244.
8. Вертгеймер М. Продуктивное мышление. М. : Прогресс, 1987. 336 с.
9. Вигнер Е. Непостижимая эффективность математики в естественных
науках // Успехи физических наук. 1968. Т. 94, вып. 3. С. 535–546.
10. Виндельбанд В. От Канта до Ницше. История новой философии в ее
связи с общей культурой и отдельными науками. М. : КАНОН-пресс,
Кучково поле, 1998. 406 с.
11. Гадамер Х.-Г. Истина и метод. М. : Прогресс, 1988. 704 с.
12. Гегель Г. В. Ф. Энциклопедия философских наук : в 3 т. Т. 1. Наука
логики. М. : Мысль, 1974. 452 с.
13. Гегель Г. В. Ф. Лекции по истории философии. СПб. : Наука. Санкт-
Петербург. отд-ние, 1994. Кн. 3. 584 с.
14. Гуссерль Э. Идеи к чистой феноменологии и феноменологической
философии. Т. 1. Общее введение в чистую феноменологию. М. : Дом
интеллектуальной книги, 1999. 336 с.
15. Длугач Т. Б. От Канта к Фихте: Сравнительно-исторический анализ.
М. : Канон+, 2010. 368 с.
16. Длугач Т. Б. Две концепции конструктивизма XVIII века (Кант, Фих-
те) // Философский журнал. 2016. Т. 9, № 1. С. 120–133.
17. Зигварт Х. Логика. Т. 1. Учение о суждении, понятии и выводе. М. :
Территория будущего, 2008. 464 с.
18. Катречко С. Л. Является ли кантовский трансцендентализм идеализ-
мом? // Трансцендентальный поворот в современной философии – 4:
69
трансцендентальная метафизика, эпистемология и философия науки,
теология и философия сознания : тез. Междунар. науч. семинара.
(Москва, 18 – 20 апр. 2019 г.). М. : ГАУГН-Пресс, 2019. С. 47–52.
19. Катречко С. Л. Трансцендентализм Канта как трансцендентальная
парадигма философствования. URL:
https://transcendental.ucoz.ru/_fr/1/katrechko_trans.pdf
20. Коген Г. Теория опыта Канта / пер. с нем. В .Н. Белова. М. : Академи-
ческий Проект, 2012. 618 с.
21. Коллингвуд Р. Дж. Идея истории. Автобиография / пер. и коммент.
Ю. А. Асеева, ст. М. А. Кисселя. М. : Наука, 1980. 486 с.
22. Коротких В. И. «Феноменология духа» и проблема структуры систе-
мы философии и творчества Гегеля : моногр. М. : ИНФА-М, 2011.
384 с.
23. Лакатос И. Фальсификация и методология научно-исследовательских
программ. М., 1995. URL: https://gtmarket.ru/library/basis/4369/4373
24. Лосев А. Ф. Античный космос и современная наука // Бытие, имя,
космос. М. : Мысль, 1993. 958 с.
25. Лоскутов Р. В. Понятие идеализма и реализма в философских систе-
мах И. Канта и И. Г. Фихте // Философия. Политология : материалы
57-й Междунар. науч. студ. конф. / НГУ. Новосибирск, 2019. С. 15–16.
26. Наторп П. Избранные работы. М. : Территория будущего, 2006. 384 с.
27. Нечипоренко А. В. Понятие позиции и позиционное мышление //
Сиб. филос. журн. 2020. Т. 18, № 2. С. 195–207.
28. Пойа Дж. Математическое открытие. Решение задач: основные поня-
тия, изучение и преподавание. М. : Наука, 1976. 448 с.
29. Тайсина Э. А. «Представление» и его расширительное толкование в
немецкой философии // Контекст и рефлексия: философия о мире и
человеке. 2018. Т. 7, № 5A. С. 28–42.
30. Фреге Г. Основоположения арифметики. Логико-математическое ис-
следование о понятии числа / пер. В. А. Суровцева. Томск : Водолей,
2000. 65 с.
31. Фреге Г. Мысль: логическое исследование // Философия, логика,
язык : сб. ст. М. : Прогресс, 1987.
32. Фихте И. Г. Второй курс лекций по наукоучению 1804 года. СПб. :
Владимир Даль, 2021. 416 с.
33. Хинске Н. Между Просвещением и критикой разума: этюды о корпу-
се логических работ Канта; Без примечаний: афоризмы. М. : Культурная революция, 2007. 269 с.
34. Целищев В. В. Априоризм и феноменология математической интуи-
ции // Вестник НГУ. Сер.: Философия. 2015. Т. 13, вып. 2.
70
35. Щедровицкий Г. П. Оргуправленческое мышление: идеология, мето-
дология, технология : (курс лекций). М. : Изд-во Студии Артемия Лебедева, 2021. 464 с.
36. Щетников А. И. Мысленный эксперимент и рациональная наука. М. :
Аспект Пресс, 1994. 240 с.
37. Эйнштейн А. К электродинамике движущихся тел // А. Эйнштейн.
Собрание научных трудов. М. : Наука, 1965. Т. 1. С. 7–35.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]