Общая психология. Учебное пособие-2

(Ильин, 1981) [6]. В связи с этим я не могу согласиться с заявлением В.Г. Асеева о необходимости разделения монотонности на двигательную и сенсорную в связи с тем, что, как считает автор, усталость и переутомление возникают во время двигательной монотонной работы, а психические состояния возникают во время сенсорной работы. Я не наблюдал такого разделения в проведенных исследованиях.

Монотонность и усталость. Как уже упоминалось, в первых работах по изучению состояния монотонности оно рассматривалось многими авторами как состояние умственной усталости. Однако некоторые наблюдения позволили ряду авторов разделить эти состояния. Так Г. Вернон (Vernon, 1924), один из корифеев английской психологии труда, писал, что ощущение монотонности иногда не зависит от усталости и что монотонность и утомляемость - это два разных состояния. «Одна мысль о предстоящей монотонной работе уже приводит к ощущению монотонности, которое, следовательно, следует рассматривать как психологическое явление и которое не обязательно связано с усталостью психических центров». Необходимость отличать состояние, вызванное монотонностью деятельности, от усталости подчеркивал Н.Д. Левитов (1964). Обоснованность этого разделения была подтверждена в исследованиях Н.П. Фетискина (1972а), Н.Е. Высоцкой и др. (1974), Н.П. Фетискина, Е. П. Ильина, Н.Е. Высоцкой (1974). Если при монотонности увеличивается время только сложной сенсомоторной реакции, а время простой реакции либо остается неизменным, либо даже уменьшается, то при утомлении увеличивается время обеих реакций. Если во время монотонности сдвиг в сторону торможения наблюдается только во «внешнем» балансе, а во «внутреннем» балансе наблюдается сдвиг в сторону возбуждения, то во время утомления наблюдаются сдвиги в сторону торможения в обоих балансах. При монотонности частота сердечных сокращений снижается, а при усталости увеличивается. При монотонности потребление энергии уменьшается, в то время как при усталости потребление энергии увеличивается. Увеличение темпа работы при монотонности приводит к улучшению самочувствия, уменьшению скуки, а при утомлении это только усугубляет негативные сдвиги, в том числе чувство усталости. Наконец, состояние монотонности предшествует усталости, но усталость может наступить и без состояния монотонности.

Факторы устойчивости к монотонности работы: на устойчивость к действию монотонии влияют как индивидуальные, так и личностные характеристики человека. А. Кирн (Krn, 1960) выделил «монотонофильных» и «монотонофобных» личностей. Первым даже нравится монотонная деятельность, потому что «во время нее можно подумать о своем». Последние не переносят монотонной работы, они стараются избегать ее. Однако автор не раскрывает, почему одни люди являются «монотонофилами», а другие - «монотонофобами».

61

Эти причины были выявлены в последующих, в основном отечественных, исследованиях.

Влияние свойств нервной системы и темперамента. Многие исследования показали роль типологических особенностей свойств нервной системы и темперамента в устойчивости людей к монотонности деятельности.

Б. И. Рождественская и И. А. Левочкина (1972) показали, что люди со слабой нервной системой лучше справляются с монотонной работой, чем с сильной.

Н.П. Фетискин (19726) выявил типологический комплекс проявлений свойств нервной системы у однообразных испытуемых: слабая нервная система, инертность возбуждения, преобладание торможения во «внешнем» балансе и преобладание возбуждения во «внутреннем» балансе. У лиц с этим типологическим комплексом состояние монотонности проявляется гораздо позже, чем у лиц с противоположным типологическим комплексом, т.е. с сильной нервной системой, с подвижностью возбуждения, с преобладанием возбуждения во «внешнем» балансе и преобладанием торможения во «внутреннем» балансе.

К. Уайт и И. Лэнгдон (Wyatt, Langdon, 1937) пришли к выводу, что люди с терпеливыми и флегматичными чертами темперамента более склонны к монотонной работе. В. Ф. Сопов (1977) выявил, что те, кто обладает высокой тревожностью, интроверсией, лучше справляются с монотонной однообразной работой во время тренировки выносливости в беге. доверчивость, подчинение, необходимость избегать неудач. Г. Бартенверфер (1957) и К. В. Крупецкий (1997) отмечают, что экстраверты хуже переносят монотонность.

Влияние уровня образования. Чем выше образовательный уровень человека, тем более высокие требования он предъявляет к содержанию своей деятельности и тем труднее такому человеку переносить монотонную и простую деятельность. Этим объясняются данные Н.Г. Валентиновой (1963), которая обнаружила, что люди с низким уровнем образования выражают удовлетворение монотонной работой, в то время как люди со средним образованием находят эту работу неинтересной и утомительной.

Однако в некоторых случаях уровень образования приравнивается к уровню развития интеллекта, и поэтому делается вывод, что монотонная работа лучше воспринимается интеллектуально неразвитыми людьми (Вителес, 1924; Уайатт, 1927; Миссиуро, 1947). Н.Д. Левитов считает такой подход упрощенным и некорректным. Он считает, что умственно развитый человек испытывает монотонность в меньшей степени, поскольку осознает необходимость такой работы и может лучше активизировать свою деятельность, видя в однообразном разнообразие. Мне кажется, что таково мнение Н.Д. Левитова слишком оптимистична [10]. Во-первых, для того, чтобы осознавать необходимость той или иной работы, не требуется ни

62

большого ума, ни высшего образования. Во-вторых, способность видеть разнообразное в однообразном присуща только высококвалифицированным специалистам; плохо квалифицированный работник не может этого сделать и становится, как писал В. Хакер, жертвой несдержанного безразличия.

Как бы то ни было, но точка зрения С. Уайт не подтвердился в исследованиях П. Смита (1955) и Г. Бартенверфера (1957). П. Смит даже установил противоположную взаимосвязь: лица с более низким интеллектом оказались менее монотонными швеями, хотя разница между группами с разным интеллектом не была достоверной.

Влияние мотивации: в той же работе Н.П. Фетискина был обнаружен еще один факт, который на первый взгляд противоречит приведенной выше закономерности. Оказалось, что спортсмены с большим стажем имели меньшую устойчивость к монотонности, чем спортсмены со стажем до пяти лет. Здесь, однако, необходимо учитывать различия в мотивации обоих. Желание достичь высот мастерства также создает повышенный мотив у спортсменов младших разрядов, в результате чего они тренируются увлеченно, со страстью, о чем свидетельствует тот факт, что они замечают монотонность только тогда, когда устают. У спортсменов с большим опытом на фоне высокой физической подготовки снижается мотивация к тренировочной деятельности (проявление психического или эмоционального «выгорания»), в результате чего они ходят на многие тренировки неохотно, по необходимости. Они жалуются на монотонность задолго до того, как появляется усталость.

В другой работе Н.П. Фетискин (1999) изучал зависимость времени проявления от типа мотива у группы студентов.

Таблица 1 – Факторы, влияющие на монотоноустойчивость (по Н. П. Фетискину)

63

Раньше состояние монотонности появлялось с первыми двумя мотивами, позже всего - с мотивом долга. Очевидно, что эти различия объясняются значимостью предложенных мотивов для испытуемых.

Мотивы деятельности связаны с оценкой их пригодности для этой деятельности. Чем ниже оценка, тем ниже мотивация. Очевидно, этим объясняется факт, выявленный И.А. Шурыгиной на детях музыкальной школы, что чем ниже оказывался уровень их способностей, тем чаще на их уроках появлялась скука. Факторы, влияющие на монотонную стабильность, суммированы в таблице 2.

Влияние возраста. И. А. Шурыгина (1984) на учениках детской музыкальной школы показывает влияние на монотонность стабильности возрастных характеристик. Наибольшая чувствительность к монотонности учебной и музыкальной деятельности наблюдалась у учащихся-подростков (6-7 класс средней школы).

Меры по борьбе с монотонностью: долгое время, пока монотонность ассоциировалась только с работой на конвейере, считалось, что основным средством борьбы с монотонностью является полная автоматизация труда (В. Хакер). Хотя эта мера не исключена, она не может решить проблему монотонности, хотя бы потому, что большинство видов деятельности не могут быть автоматизированы (например, невозможно заставить автомат выполнять объемные монотонные тренировочные нагрузки вместо спортсмена). Поэтому борьба с монотонностью деятельности должна предусматривать различные способы, учитывающие как физиологические, психологические, так и социальные факторы.

Н.Д. Левитов и В. Хакер рекомендуют работнику находить интересное в монотонной работе или думать о чем-то своем во время работы, заполняя таким образом «мотивационный вакуум». Последнее, однако, возможно только в том случае, если выполняемые действия автоматизированы. Известны, например, случаи, когда марафонцы читали детективные романы и повести перед соревнованиями, чтобы во время бега поразмышлять над логикой тех или иных действий героев этих книг. Однако положительный эффект от такого «свободомыслия» будет только в том случае, если работник не ищет удовлетворения от самого процесса работы. В противном случае «свободомыслие» работника снова будет ограничено работой и восприниматься как раздражение от этой работы.

64

Эффективными средствами снижения фактора монотонности являются:

1)усложнение рабочих операций, выполняемых действий, объединение их в комплексы (3. М. Золина);

2)увеличение темпа работы или подачи информации (сигналов);

3)разделение общей задачи на отдельные части таким образом, чтобы появлялись промежуточные (пошаговые) цели;

4)организация пауз в работе с заполнением их физическими упражнениями, прослушиванием музыки и другими видами деятельности, соответствующими «активному отдыху», по И.М. Сеченову;

5)усиление мотивации путем объяснения значимости деятельности.

6)смена деятельности, рабочих мест (Мюнстерберг, 1912; Ерш, 1961).

Правда, последнее не всегда эффективно. Как показано Н. П. Фетискиным и В. И. Молодцовой (1983), смена рабочих мест в течение рабочей смены дает положительный эффект только для лиц с подвижностью нервных процессов. Для инертных эта мера неэффективна, больше того, она отрицательно влияет на результаты деятельности.

Монотонная обстановка также приводит к появлению состояния психического пресыщения, связанного с возникновением отвращения к выполняемой работе. Вообще, отвращение связывают чаще всего с эмоциональным тоном ощущений, т. е. с биологическим эмоциональным реагированием. Однако К. Изард справедливо отмечает, что по мере взросления и социализации человека он научается испытывать отвращение к самым разнообразным объектам окружающего мира, в том числе и к самому себе. В связи с этим Изард говорит о психологическом отвращении. Кстати, о нем писал еще К. Д. Ушинский (1974): «...Замечательно, что это отвращение остается, когда тошнота проходит, так что мы не можем есть этого блюда даже во время сильного аппетита. Это относится далеко не к одним вкусовым ощущениям, и если, например, мы станем насильно занимать ребенка тем, что даже ему понравилось сначала, то можем возбудить в нем отвращение к предмету. Этого не понимают многие педагоги, которые, чувствуя сильную любовь к какомунибудь предмету, толкуют о нем детям до пресыщения».

Психологическое отвращение возникает не раньше семи лет; правда, этот срок касается только отвращения к пище (Розин, Фэллон, 1987). В более позднем возрасте оно может относиться и к извращенным формам секса, а также другим непривычным способам совершения того или иного действия. Важно отметить, что психологическое отвращение как условнорефлекторная эмоциональная реакция на то, что человеку противно, может сопровождаться легким ощущением тошноты и выражает реакцию отторжения неприятного ощущения или воспринимаемого объекта.

Для понимания отвращения, вызываемого длительной однообразной работой, важно учесть следующее замечание, высказанное К. Д. Ушинским (1974): «Отвращение к предмету часто появляется тогда,

65

когда он, удовлетворив нашему стремлению... насильно удовлетворяет стремлению, которого уже нет.».

Изучение состояния психического пресыщения впервые началось, очевидно, в лаборатории К. Левина, где А. Карстен (Карстен, 1927) изучала явление так называемого «психического насыщения», которое состоит в том, что в результате длительного выполнения какой-либо однообразной деятельности у человека наступает сначала просто нежелание ее выполнять, а затем при ее дальнейшем выполнении резко отрицательное к ней отношение (вплоть до аффекта) и настойчивое стремление ее прекратить. А. Карстен, а вслед за ней и И. М. СоловьевЭлпидинскии (1935), работавший в лаборатории Л. С. Выготского с умственно отсталыми детьми, показали, что это состояние не связано с утомлением.

Позднее это состояние изучалось Н. Майером (Майер, 1955). В его экспериментах испытуемым предлагалось чертить на листке бумаги вертикальные линии, группируя их в соответствии с заданным образцом. Испытуемые должны были, не останавливаясь, заполнять один за другим листки бумаги, запасы которой непрерывно пополнялись. Через четыре часа работы испытуемые отказывались выполнять задание. Чтобы убедиться, что отказ не связан с мышечным утомлением, испытуемым давалась другая инструкция, которая восстанавливала способность писать.

Надо отметить, что в обозначении этого состояния существует неопределенность. Словосочетание «психическое насыщение» больше подходит для обозначения состояния монотонии, а «психическое пресыщение» должно обозначать именно пресыщение, когда насытившийся человек продолжает есть, в результате чего у него появляется отвращение к пище.

У авторов же эти два состояния либо не разделяются, либо, как это имеет место у Л. С. Славиной (1969), состояние «насыщения» (монотонии) называется состоянием «пресыщения». Отсутствие разделения состояния монотонии и психического пресыщения имеется у К. Левина и А. Карстен, а также у Н. Майера. Есть основание подозревать, что в их экспериментах речь может идти о монотонии, а не пресыщении. По крайней мере в их работах не приводится четких симптомов последнего.

В ряде работ (Фетискин, Ильин, Высотская, 1974; Замкова и др., 1981; Фетискин, Ершова, Полякова, 1984) было показано, что состояние психического пресыщения сопровождается появлением чувства раздражения по отношению к выполняемой деятельности, отвращением к ней. Этот рост эмоционального возбуждения сопровождался и характерными изменениями нейродинамических и психомоторных показателей. Так, по «внешнему» балансу проявилась тенденция его сдвига в сторону возбуждения, а по «внутреннему» - в сторону торможения. Время простой сенсомоторной реакции оставалось неизменным, а часто даже увеличивалось, время же сложной

66

(дифференцировочной) реакции укорачивалось. Все это происходило на фоне усиления парасимпатических влияний, что проявилось в снижении частоты сердечных сокращений и тонуса мышц в покое, а также уменьшении мышечной силы. Снижались объем вентиляции легких и потребление кислорода, и соответственно этому - энерготраты. Более чем у половины испытуемых наблюдался сдвиг рН в кислую сторону. Ненамного увеличивалась частота основного тона речи, что характерно для раздраженной интонации голоса.

Таким образом, при развитии состояний монотонии и психического пресыщения наблюдаются как одинаковые, так и различные изменения ряда показателей. Сходство состоит в усилении парасимпатических влияний как реакции на однообразие деятельности. Различие же состоит в качестве переживаний, связанных со снижением эмоционального возбуждения при монотонии и ростом его при пресыщении, что нашло отражение в нейродинамических показателях «внешнего» и «внутреннего» баланса и времени простой и сложной сенсомоторной реакции. Если при монотонии нарастало возбуждение в двигательных корковых центрах для повышения тонизации коры, то при пресыщении, наоборот, снижалось возбуждение двигательных центров, чтобы уменьшить тонизацию коры головного мозга, находящейся в состоянии высокой активации. Отсюда и мерой борьбы с состоянием психического пресыщения является прекращение данной деятельности.

В конце XX века феномен «эмоционального выгорания» привлек большой интерес исследователей как специфический тип профессионального хронического состояния людей, работающих с людьми (учителей, психологов, психиатров, священников, сотрудников полиции, юристов, тренеров, работников сферы обслуживания и т.д.).

Суть явления. Термин «эмоциональное выгорание» был введен американским психиатром X. Дж. Фрейденбергом (1974) для характеристики психологического состояния здоровых людей, находящихся в интенсивном и тесном общении с клиентами, пациентами в эмоционально насыщенной атмосфере при оказании профессиональной помощи. Изначально этот термин определялся как состояние истощения, изнеможения с ощущением собственной бесполезности. Затем был детализирован феномен «эмоционального выгорания», в результате чего был выделен его синдром (Маслах, 1982; Пельман, Хартман, 1982). Б. Пельман и Э. Хартман, обобщив множество определений «эмоционального выгорания», выделил три основных компонента: эмоциональное и/или физическое истощение, деперсонализация и снижение производительности труда. В контексте этой книги основной интерес, конечно же, представляет первый компонент - «выгорание».

Эмоциональное истощение проявляется в чувстве эмоционального перенапряжения и в ощущении пустоты, истощения своих эмоциональных

67

ресурсов. Человек чувствует, что он не может посвятить себя работе с таким же энтузиазмом и желанием, как раньше.

Деперсонализация связана с возникновением безразличного и даже негативного отношения к людям, обслуживаемым данным видом работы. Контакты с ними становятся формальными, обезличенными; формирующиеся негативные установки могут изначально носить скрытый характер и проявляться во внутренне сдерживаемом раздражении, которое со временем прорывается наружу и приводит к конфликтам. Аналогичные условия возникают в закрытых трудовых коллективах, которые осуществляют совместную деятельность в течение длительного времени (до полугода).

Снижение производительности труда проявляется в снижении самооценки своей компетентности (в негативном восприятии себя как профессионала), неудовлетворенности собой и негативном отношении к себе как к личности. Аналогичный феномен был обнаружен С. А. Гараниным (1993) среди учителей с более чем 30-летним стажем.

К трем основным факторам, которые играют значительную роль в «эмоциональном выгорании», относятся следующие: личностный, ролевой и организационный.

Влияние личностных характеристик. Среди личностных черт, способствующих «выгоранию», выделяются эмпатия, человечность, мягкость, очарование, идеализация, интроверсия, фанатизм (X. Фрейденберг). Есть данные о том, что эмоциональное истощение наступает быстрее у женщин, чем у мужчин, хотя это подтверждено не во всех исследованиях. А. Пайнс и коллеги (1982) установили связь «выгорания» с чувством собственной значимости на рабочем месте, с профессиональным продвижением, автономией и уровнем контроля со стороны руководства. Важность работы является препятствием для развития «эмоционального выгорания». В то же время неудовлетворенность профессиональным ростом, потребность в поддержке, отсутствие автономии способствуют «выгоранию». В. И. Ковальчук (2000) отмечает роль таких личностных характеристик, как самооценка и локус контроля. Людям с низкой самооценкой и внешним локусом контроля больше угрожает стресс, поэтому они более уязвимы и склонны к «выгоранию».

К. Кондо (1991) считает лучшими тех, кто разрешает стрессовые ситуации агрессивно, в соревновании, безудержно, любой ценой, а также «трудоголиков», т.е. людей, решивших посвятить себя только реализации рабочих целей, нашедших свое призвание и работающих до самозабвения. наиболее уязвимый - «выгорание».

Ролевой фактор проявляется в ролевом конфликте, ролевой неопределенности (Кондо, 1991; Куунарпуу, 1984).

Внешние факторы. Организационный фактор, способствующий развитию «выгорания», включает в себя: многочасовой характер работы,

68

который должным образом не оценивается, имеет трудно поддающееся измерению содержание, требует исключительной производительности; несоответствие характера руководства со стороны начальства содержанию работы и т.д.

Как отмечает В.И. Ковальчук, среди организационных факторов «выгоревшие» лица указывают на следующие причины «выгорания»: чрезмерный уровень стресса и объем работы, особенно с нереалистичными сроками; монотонность работы из-за слишком большого количества повторений; вложение в работу больших личных ресурсов при недостаточном признании и позитиве оценка; физическое истощение, недостаточный отдых или недостаток нормального сна; работа без дальнейшего профессионального совершенствования; напряженность и конфликты в межличностных отношениях; недостаточная поддержка со стороны коллег; эмоциональная насыщенность или когнитивная сложность общения и т.д.

Наличие синдрома «эмоционального выгорания» у учителей (ФормНюк, 1994; Румянцева, 1998), врачей и медсестер (Абрамова, Юдчиц, 1998; Малышева, 2000; Дирендонк и др., 1994; Шауфели, Янчур, 1994), ученых (Новорол, Марек, 1994), менеджеры (Водопьянова и др., 1997). Таким образом, этот синдром, очевидно, довольно распространен среди многих профессий, в том числе и тех, которые не изучаются психологами [3].

19. Эмоциональные свойства человека

Характеристики эмоционального реагирования, постоянно и ярко проявляющиеся у этого человека, являются его эмоциональными свойствами. Эмоциональные свойства человека имеют состав (рис. 3).

Рисунок 3 – Эмоциональные свойства человека

Эмоциональная возбудимость (рис. 3): «Наблюдая за различными людьми, - писал А. Ф. Лазурский, - мы видим, что некоторые из свойственных им чувств начинают проявляться только при воздействии...

обстановка достигает значительной напряженности; только какие-то экстраординарные события способны нарушить их обычное безразличие и

69

привести их в состояние некоторого возбуждения. Другие, напротив, по каждому незначительному поводу «вспыхивают, как порох», возбуждаются, кипятятся, приходят в состояние восторга или изумления и т.д.» (1995). Как тут не вспомнить широко распространенные и не совсем правильные представления о вспыльчивых южанах и невозмутимых жителях северных стран. С точки зрения физиологии, эмоциональная возбудимость - это не что иное, как эмоциональная готовность, то есть готовность эмоционально реагировать на значимые для человека раздражители. Адреналин играет важную роль в формировании этой готовности. Его введение испытуемым привело к тому, что они начали проявлять эмоциональные всплески в ответ на те раздражители, которые ранее оставляли их совершенно спокойными (Кантрил, Хант, 1932).

Р. И. Аллагулов (1971) не выявил достоверной связи между эмоциональной возбудимостью и силой нервной системы.

Вспыльчивый характер. Эмоциональная возбудимость может проявляться в таких особенностях поведения, как вспыльчивость, раздражительность. Это связано с вспыльчивостью К. Изард считает целесообразным ввести понятие «эмоциональный порог». Человек с низким порогом эмоции гнева более вспыльчив и чаще находится в таком состоянии.

По данным П. А. Ковалева, который изучал вспыльчивость по самооценкам школьников с 5 по 11 класс, она более выражена в возрасте 13 лет и у девочек по сравнению с мальчиками.

В возрасте 11-13 лет П. А. Ковалев выявил достоверные корреляции между вспыльчивостью и склонностью к агрессивному поведению, причем связи были более тесными у девочек.

Недостаток общения в старших возрастных группах, очевидно, объясняется более развитым самоконтролем учащихся.

А. Ф. Лазурский отмечал, что, строго говоря, говорить о значительной эмоциональной возбудимости можно только в тех случаях, когда все доступные данному человеку чувства возникают с одинаковой легкостью. Однако это часто включает случаи умеренной отзывчивости на одну эмоцию, особенно при различных патологиях. Эти случаи, по мнению Лазурского, хотя и близки к эмоциональной возбудимости, не полностью идентичны ей.

Очевидно, что эмоциональная возбудимость отражает общую возбудимость нервной системы, обусловленную уровнем активации покоя. А. Фейе (Fouillee, 1895) писал об этой возможности в физиологических терминах, соответствующих концу XIX века: в основе различной возбудимости чувств лежит склонность к определенной степени возбуждения. быстрое увеличение количества нервного вещества в соответствующих центрах (очевидно, автор имел в виду быстрое усиление возбуждения). Подтверждение этому можно найти во многих работах.

70