Филологическая наука в условиях диверсификации образования. Материалы VI Всероссийской научно-практической конференции (23 октября 2015 года)

Таким образом, основное ядро в русской фразеологии представлено единицами, в которых компоненты-имена существительные отражают физическую, эмоциональную, психическую, моральную, социальную,

культурную сущность человека. Человек создал могучее творение своё – язык, создал, отразив в нём, в его образных средствах свой способ мышления, свой опыт, свои традиции, свои ошибки и неудачи, суеверия и предрассудки, интересы, чувства, эмоции, настроения.

УДК 372.8

КЛЮЧЕВЫЕ КАТЕГОРИИ СОВРЕМЕННОЙ МЕТОДИКИ ПРЕПОДАВАНИЯ РУССКОГО ЯЗЫКА И ЛИТЕРАТУРЫ

С.Л. Скопкарева

АОУ ДПО УР «Институт развития образования»,

г. Ижевск

Проблема категоризации в науке связана с определением ее предмета, выделением главных понятий, входящих в него, их соподчиненностью [1].

Сегодня ключевыми понятиями в современной методике преподавания русского языка и литературы являются коммуникативность,

коммуникативная культура, коммуникативная компетенция,

лингвистическая или языковая компетенция и ряд других.

Под коммуникативностью понимается такое качество личности,

которое обеспечивает активную работу с синтаксической (знаковой),

семантической (смысловой) и прагматической (ценностной) информацией,

осуществляя с их помощью адекватное воздействие на окружающий мир, в

том числе на других людей в обществе. Коммуникативность требует

101

наличия соответствующей направленности личности на взаимодействие с другими, эффективность которого зависит от коммуникативной культуры участников общения.

Коммуникативная культура – это норма и правила установления педагогически целесообразных отношений учителя и обучающихся.

Неотъемлемой составляющей коммуникативной культуры является речевая культура, под которой понимается владение речью, исключающей лексические, стилистические, орфоэпические отклонения от нормы. К

другим компонентам структуры коммуникативной культуры исследователи относят коммуникативные умения: умение приветствовать,

активно слушать, задавать вопросы, отвечать на них, оценивать,

поддерживать беседу и др. [4]. Немаловажным компонентом является способность контролировать свое эмоциональное состояние. Основой коммуникативной культуры называют общепринятые нравственные требования к общению: вежливость, корректность, тактичность,

скромность, точность, предупредительность. Например, вежливость проявляется не только в приветствиях, благодарностях, пожеланиях, но и невербально, т.е. в интонации, мимике, жестах. Интонация повелительного наклонения («императива»), к которой привыкли педагоги, может восприниматься как нарушение права личной свободы и не является вежливой формой общения, а соответственно, свидетельствует о низком уровне коммуникативной культуры. Чувство такта – это чувство меры,

границ в общении, превышение которых может поставить человека в неловкое положение. Бестактными могут быть замечания по поводу внешнего вида, поступка, речевых ошибок.

Высокий уровень коммуникативной культуры определяется наличием у субъекта общения таких личностных качеств, как эмпатия,

доброжелательность, инициативность, открытость, самопознание и др. [1].

102

Последнее свидетельствует о готовности человека принимать от людей любую информацию о том, как они воспринимают его. Человек начинает лучше понимать других, в том числе и литературных героев, если познает следующие аспекты собственной личности: собственные потребности,

ценностные ориентиры и идеалы. Это способствует развитию общей культуры личности обучающихся на уроках литературы.

Как видим, коммуникативная культура – это компетентность в области взаимодействия людей, личностная характеристика субъектов взаимодействия. Г.С. Трофимова определила структуру компетентности

(по ее мнению, она соотносится с коммуникативной культурой как общее и частное), выделив такие слагаемые, как способность учителя устанавливать контакт с классом; стремление учителя к взаимопониманию с обучающимися; способность учителя управлять своим эмоциональным состоянием; способность располагать к себе и транслировать собственную расположенность обучающимся [4].

Формирование коммуникативной культуры – процесс длительный,

можно сказать, непрерывный, распространяется на всех участников образовательного процесса. Так, в Институте развития образования в рамках курсов повышения квалификации педагогов (например,

образовательный модуль «Культура речи педагога») происходит системное выявление профессионального дефицита в области коммуникативной культуры. С этой целью педагогам оказывается методическая помощь в преодолении встречающихся им трудностей, ведется планомерная работа по их индивидуальному сопровождению. Это становится возможным в результате проведения диагностики по выявлению индивидуальных потребностей педагогов в повышении уровня методической компетентности в предметной области «Русский язык и литература» для

103

специалистов-филологов, а также коммуникативной компетентности педагогов всех категорий.

Если коммуникативная компетентность – это личностная характеристика, то коммуникативная компетенция – характеристика деятельностная. Исследователи определяют коммуникативную компетенцию как способность осуществлять речевую деятельность,

реализуя коммуникативное речевое поведение на основе фонологических,

лексико-грамматических, социолингвистических знаний и навыков и с помощью умений, связанных с дискурсивной, иллокутивной и стратегической компетенцией в соответствии с различными задачами и ситуациями общения [4].

В методике преподавания русского языка понятие коммуникативной компетенции не получило однозначного определения.

В методике преподавания русского языка как родного установлено, что формирование коммуникативной компетенции учащихся – лишь одна из целей обучения русскому языку и литературе [2].

М.Т. Баранов выделил три группы умений и навыков: учебно-

познавательные, языковые (правописные) и речевые (коммуникативные и некоммуникативные) [3].

Иными словами, помимо цели развития коммуникативной компетенции, не менее важной является задача развития учебно-

познавательных умений.

Коммуникативная компетенция, формируемая у иностранных учащихся, является основной целью преподавания в системе русский язык как иностранный. С точки зрения этой группы исследователей, понятие коммуникативной компетенции включает в себя готовность субъекта вступить в общение в определенных сферах, темах и ситуациях общения на уровне актов речи [2].

104

Коммуникативная компетенция включает языковую, предметную и прагматическую компетенции [2]. Языковая компетенция обеспечивает формирование умения грамматически строить высказывание. Предметная

– отвечает за содержание устного или письменного высказывания.

Прагматическая компетенция раскрывает коммуникативные намерения говорящего.

Все вышесказанное представляется значимым для методики преподавания русского языка и литературы в условиях полиэтнической языковой среды с учетом того, что цель обучения определяет как выбор содержания, так и средств педагогической коммуникации, т.е. методов,

форм, средств обучения.

акмеологических понятий как научная проблема коммуникативной культуры и творческой готовности / Н.В. Кузьмина, Е.Н. Жаринова //

Акмеология 2015. Методологические и методические проблемы. – Вып.

ХХV. – СПб., 2015. – С. 32 – 41.

2.Марков, В.Т. Методологическая концепция обучения общению иностранных студентов гуманитарного профиля / В.Т. Марков. – М., 2003.

3.Методика преподавания русского языка в школе / под ред.

М.Т. Баранова. – М., 2001.

4. Трофимова, Г.С. Структура педагогической коммуникативной

компетентности: методологический аспект / Г.С. Трофимова. – Ижевск, 2000.

105

УДК 82-1

РЕЦЕПЦИЯ ТВОРЧЕСТВА В.В. МАЯКОВСКОГО В АНГЛОЯЗЫЧНОМ КУЛЬТУРНОМ ПРОСТРАНСТВЕ

М.О. Таченко

ФГБОУ ВПО «Северо-Восточный государственный университет», г. Магадан

Восприятие творчества любого писателя зависит не только от его работ, но и времени, в которое его читают. Так, творчество В.

Маяковского неразрывно связано с понятиями революции и большевизма. В то время как в советском пространстве «глашатай революции» однозначно воспринимался крайне положительно в связи с политической обстановкой того периода, англоязычный мир не находился под влиянием идей большевизма, что неизбежно влияло на восприятие творчества поэта. Кроме того, в настоящее время политическая обстановка во всем мире поменялась чуть ли не коренным образом, следовательно, мы ожидаем, что и восприятие В. Маяковского должно измениться. Для исследования рецепции творчества поэта мы возьмем статьи, посвященные творчеству и персоналии В. Маяковского,

написанные иностранными авторами в разное время.

В статье «В.В. Маяковский в отражении прижизненной и посмертной иностранной прессы» О. Култышева анализирует отзывы о поэте в советское время в прессе Европы и США. В первую очередь статьи о В. Маяковском появлялись в тех странах, куда отправлялся путешествовать поэт. В зависимости от политических настроений в государстве, которое он посещал, его творчество воспринималось по-

разному. Так, исследователь объединяет статьи, посвященные В. Маяковскому в «три группы:

106

враждебно настроенная правая печать;

«умеренная» публицистика;

приветствовавшая поэта левая пресса [1].

«Правые», вслед за резкой эмигрантской оппозицией, находили пропагандируемые В. Маяковским идеи большевизма «крамольными».

Так, правые польские газеты представили В. Маяковского «хулиганом от литературы, как поэта-палача, как заговорщика, старающегося внедрить за границей большевизм» [2]. Нарушающего спокойное течение жизни капитализма, пропагандирующего революцию, В. Маяковского изображали шутом или полусумасшедшим, за которым стоит следить,

чтобы он «не натворил бед», и уж тем более не воспринимать никакие его слова всерьез. Впрочем, поведение поэта вполне давало основания для подобных выводов, а его собственное описание себя в стихотворениях при желании могло только усилить невыгодный образ, создаваемый враждебно настроенной прессой.

Другое восприятие В. Маяковского было передано в большинстве своем представителями литературы, видевшими поэта как носителя

«загадочной русской души» и возводившими его личность до героев фольклорных произведений. Так, Ю. Иваск относил В. Маяковского-поэта не к политике, а к русской литературе: «Чем-то он походил на Базарова, но с добавкой Франсуа Вийона…, а также на богатыря-задиру Ваську Буслаева» [3].

Так называемая левая пресса составляла третью группу критиков В. Маяковского за границей. Однако после смерти поэта положительно настроенная пресса разделилась на два лагеря: одни упрекали В. Маяковского в малодушии и мелкобуржуазном индивидуализме, другие всеми силами старались спасти поэта от подобных нападок. Правая пресса, как отмечает автор, в свою очередь «спешила использовать смерть поэта в целях антикоммунистической пропаганды» [3]. В погоне за

107

сенсацией начали появляться статьи с противоречащей информацией о деталях самоубийства, искаженной информацией о фактах из жизни поэта.

Таким образом, становится очевидным, что в прижизненной и посмертной критике В. Маяковского его восприятие зависело больше от политических факторов, чем от заслуг самого поэта. Его произведения трактовались исключительно с целью опорочить поэта или превознести политические идеи, которые он пропагандировал, и отношение к самому В. Маяковскому в зависимости от настроений было соответствующим.

В нашей статье мы решили сосредоточиться на современном восприятии В. Маяковского и его творчества в англоязычном культурном пространстве. Уже упоминалось, что долгое время политические настроения превалировали в процессе рецепции творчества В.Маяковского и его личности, произведения поэта рассматривались и оценивались с точки зрения политики, а не литературы. В настоящее время подобная предвзятость искореняется не только в России, но и во всем мире, поэтому мы ожидаем более справедливого подхода к творчеству поэта.

Для того чтобы оценить характер восприятия творчества В. Маяковского в англоязычном мире, рассмотрим статьи иностранной прессы, доступные в сети Интернет и отзывы из книги, посвященной В. Маяковскому «Night Warps the Sky: Writings by and about Mayakovsky».

Для более объективной картины мы выбирали оценки представителей англоязычных культур, не рассматривая переведенные на английский язык статьи русскоязычных писателей и современников В. Маяковского.

Так, в книге, посвященной В. Маяковскому «Night Warps the Sky: Writings by and about Mayakovsky» сделана попытка представить поэта через его творчество, воспоминания современников и восприятие читателями. Издание было удостоено награды за лучшую переводную книгу в 2009 году.

108

Приведенные в книге отрывки из статей дают читателю возможность понять, как воспринималось творчество В. Маяковского.

Так, «вне России», – пишет Дж. Бергер, – «Маяковский известен больше как романтичная политическая легенда, чем как поэт» [5]. Пытаясь объяснить сущность творчества В. Маяковского, автор рассматривает не только произведения поэта, но и его биографию, факты из личной жизни, повлиявшие на поэта или послужившие причиной тех или иных событий или произведений. «Все, что связано с Маяковским, связано с языком, на котором он писал, и мы должны принимать этот факт во внимание, даже если мы не знаем русского языка» [5]. Вслед за кратким экскурсом, посвященным особенностям языка того времени, в которое жил В. Маяковский, Дж. Бергер анализирует особенности творчества поэта, цитируя его самого. Автор подчеркивает отличительную черту произведений поэта: «Большинство русских читают стихи как молитву.

Маяковский читает как моряк, кричащий в мегафон другому кораблю в шторм» [5]. В целом, в работе исследователя представлен глубокий анализ творчества В. Маяковского, рассматриваемого вне политического контекста.

П. Блейк в заметках к «Night Warps the Sky: Writings by and about Mayakovsky» пишет о В. Маяковском следующее: «Он был рожден бунтарем. Это было в его характере» [5]. Большая часть жизни поэта прошла в поиске убежища, укрытия от боли, съедавшей его изнутри. Он искал его в реалиях своего времени: в революции, в коммунизме, и, в

конце концов, в своей смерти. «На самом деле, он не пережил бы тридцатые, период «режимной» литературы. Он был чересчур недисциплинированным, непослушным, мятежным. Они бы убили его.

<…> В известном смысле, можно сказать, что он взял свою казнь в собственные руки» [5].

109

Редактор книги также представил свое видение В. Маяковского.

Несмотря на больше презрительное, чем дружелюбное отношение поэта к Америке, которое прослеживалось в письмах к Лиле Брик, «целая группа

американских поэтов спустя три десятилетия буквально «влюбилась в

[Маяковского]. Они повторяли как технические приемы, – ломаные длинные строки, гибкое использование «я» и «ты» – так и воспроизводили неустанное сознание, транслировавшее себя во весь голос, смешивающее

Б. Джэнкфельдта переводчик Дж. Уомэк подчеркивает попытку автора

«очеловечить икону Советского Союза и возродить интерес к творчеству поэта» [8]. Дж. Уоэмэк одобряет попытку разрушить восприятие поэта как политической фигуры, избегая фокуса на советском обществе за счет акцентирования внимания читателя на индивидуальности автора. «Писатель, чья первая значительная работа, – это пьеса, названная

«Владимир Маяковский: Трагедия», никогда не будет огражден от нападок по поводу возвеличивания себя и претенциозности, но Джэнкфельдт демонстрирует, почему максималистское мировоззрение Маяковского было не просто результатом воздвижения себя на пьедестал на благо <…>

обширным государственным структурам» [8]. Дж. Уомэк пишет: «кто не захочет пойти и прочитать его произведения после того, как его представили в таком свете? Кто не захочет узнать больше о человеке,

который в Берлинских пабах заказывал две кружки пива, «для меня и моего гения»?» [8].

Однако другой отзыв об этой же книге демонстрирует немного отличное от рассмотренного выше видение В. Маяковского. Дж. Ноэль-

Тод называет В. Маяковского «катастрофичной личностью, которой восхищалась Советская Россия» [6]. «В Маяковском уживались как

110