Уголовно-правовая охрана неприкосновенности частной жизни. Научно-практическое пособие

который отбывает наказание в виде лишения свободы. Некоторые специалисты указывают, что это право может возникнуть только тогда, когда человек будет в состоянии выразить свое согласие на распространение тех или иных сведений, касающихся его частной жизни. При этом если человек признан недееспособным, если он тяжело болен и прикован к постели, то его частная жизнь требует одинаковой защиты со стороны государства.

Существует также позиция, что потерпевшими от преступлений, закрепленных в гл. 19 УК РФ, являются граждане Российской Федерации, чьи права были нарушены1. Однако другие ученые полагают, что потерпевшим от подобных посягательств может быть любой человек, так как согласно ст. 23 Конституции РФ «каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну»2. Необходимо лишь уточнить: речь должна идти о праве живого человека, так как умерший человек может иметь право на честное имя, но не на частную жизнь, либо статус потерпевшего переходит на правопреемника умершего; статус осужденного включает в себя лишь отдельные элементы частной жизни. Следует согласиться с И.А. Шевченко в том, что рассматриваемое право возникает с рождением человека и прекращается в связи с его смертью3.

Наряду с потерпевшим или носителем (обладателем) конституционного права на неприкосновенность частной жизни, особое внимание в этом общем и в ряде других специальных составов следует обратить на предмет преступления, т.е. то, по поводу чего оно совершается. По содержанию этого обязательного признака также ведутся длительные дискуссии среди ученых и практиков. Проведенный опрос показал, что респонденты не в полной мере отдают себе отчет в том, что есть их частная жизнь. Законодатель определил в общей норме (ст. 137 УК РФ), что ответственность наступает за незаконные действия в отношении сведений, составляющих

1Уголовное право. Особенная часть / под ред. И.Я. Козаченко и др. М., 1997. С. 146.

2Курс российского уголовного права. Особенная часть / под ред. В.Н. Кудрявцева, А.В. Наумова. М.: Спарк, 2002. С. 263; Петрухин И.Л. Личные тайны (человек и власть). М., 1998. С. 20, 21; Диваева И.Р. Указ. соч. С. 11.

3Шевченко И.А. Уголовно-правовая охрана неприкосновенности частной жизни. Авто-

личную или семейную тайну. В специальных нормах к предмету преступления отнесены иные личные тайны (ст. 138, 155, 183 УК РФ). В главе 1 были сделаны попытки очертить круг проблем, связанных с содержанием и конкретизацией информационного массива, относимого к частной жизни граждан, но исчерпывающий перечень таких сведений вряд ли можно сформулировать. Представляется, что информация о частной жизни может рассматриваться в широком и узком смыслах этого слова. В первом случае речь должна идти о сведениях личного или семейного характера, во втором – о разного рода тайнах и персональных данных человека. В этом смысле заслуживает внимания позиция тех авторов, которые выделяют личную и семейную тайны, а также иную информацию1.

По мнению И.Р. Диваевой, необходимо ограничиться характеристикой сведений о частной жизни лица, не конкретизируя их виды2. Другие авторы указывают, что предметом преступления могут выступать любые сведения, информация о частной жизни, которые лицо желает сохранить в тайне, а именно личная или семейная тайна3.

По нашему мнению, к информации о частной жизни следует относить: общие сведения личного и семейного характера, специальные тайны и персональные данные. Согласно этой классификации и надо строить систему уголовно-пра- вовых норм, охраняющих конституционное право на неприкосновенность частной жизни. Однако в настоящий момент вне уголовно-правовой охраны остаются сведения, составляющие адвокатскую, нотариальную или врачебную тайну, а также фактически не защищены отношения, складывающиеся по поводу персональных данных граждан, о которых речь идет в Федеральном законе от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных»4. Изучение судебной практики показывает, что сведения конфиденциального характера незаконно используются и разглашаются нотариусами, адвокатами, медицинскими работниками и другими лицами, обладающими по-

1Шевченко И.А. Указ. соч. С. 16.

2Диваева И.Р. Указ. соч. С. 11.

3Уголовное право. Особенная часть: Учебник / под ред. В.Н. Петрашева. М., 1999. С. 108.

добными сведениями. Так, по делу А. надзирающий прокурор сделал открытое заявление в средствах массовой информации о том, что обвиняемый, находящийся в СИЗО, болен раком и ВИЧ-инфицирован1. Всем известны примеры разглашения огромной базы данных о гражданах (базы ГИБДД, Центрального банка РФ, налоговых органов и пр.). Социологический опрос показал, что граждане (почти 80% опрошенных респондентов) не уверены в защите своих персональных данных. Опираясь на данные исследования, автор полагает, что предложения об установлении уголовной ответственности за разглашение указанных сведений своевременны и обоснованы2. В связи с этим следует включить в УК РФ следующие статьи: ст. 137.1 «Разглашение сведений, составляющих адвокатскую, врачебную и (или) нотариальную тайну» такого содержания: «Незаконное использование или разглашение сведений, составляющих адвокатскую или врачебную, либо нотариальную тайну, повлекшие причинение существенного вреда охраняемым интересам граждан, наказывается штрафом в размере до 150 тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного года с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет либо лишением свободы на срок до трех лет»; ст. 137.2 «Нарушение правил обращения с персональными данными» следующего содержания: «Нарушение правил хранения, использования или учета персональных данных граждан, повлекшее причинение существенного вреда, наказывается штрафом в размере до 200 тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до 18 месяцев либо лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до пяти лет либо арестом на срок до шести месяцев».

Наряду с этим, предлагается внести изменение в ст. 137 УК РФ по поводу предмета преступления. Следует указать на сведения личного или семейного характера, относящиеся

кчастной жизни лица, примерный перечень которых мог бы

1Известия.ру / www.izvestia.ru/news/news160579 (В данном случае имеются признаки состава преступления, предусмотренного ст. 137 УК РФ).

определить Пленум Верховного Суда РФ в специальном постановлении.

Есть определенная логика в позиции тех ученых, которые указывают, что предметом посягательства на частную жизнь выступает конфиденциальная информация, оберегаемая ее владельцем от пользования другими людьми, обеспечивающая его покой и уверенность в себе именно при условии нераспространения1. Правы и авторы, полагающие, что человек имеет право на секретность также и положительной информации о себе2. Но подобные уголовные дела имеют свою специфику, которая состоит в том, что потерпевший должен представить доказательства того, что сведения, ставшие известными другим, относятся к его частной жизни, и он не давал никому согласия на их сбор, использование или разглашение.

Поэтому важен судебный взгляд на проблему и определенные рекомендации на уровне соответствующего разъяснения Пленума Верховного Суда. Автор предлагает считать сведениями личного или семейного характера, относящимися к частной жизни гражданина (ст. 137 УК РФ), следующие: состояние физического и психического здоровья человека и его близких; внутренний мир человека, его образ мыслей и различные формы их выражения; взаимоотношения с близкими и друзьями, в том числе интимные отношения; привычки, досуг лица и его семьи (за исключением сведений о совершенных преступлениях3); имущественные отношения и источники существования; отношение к религии и вопросы вероисповедания.

Диспозиция статьи содержит характеристику деяния, запрещенного под угрозой наказания. Содержание диспозиции, как правило, характеризует объективную сторону преступления, которая описывает внешнее проявление противоправного поведения, форму деяния, обстановку, время и место его совершения, тип и размеры наступивших вредных последствий. Объективная сторона состава преступления – это сово-

1Жеребкин В.П. Указ. соч. С. 124.

2Уголовное право. Особенная часть / под ред. В.Н. Петрашева. М., 1999. С. 108.

3Желание человека оставить в тайне совершенное им и нераскрытое преступление не

купность указанных в законе признаков, характеризующих внешний акт конкретного общественно опасного посягательства на охраняемый уголовным правом объект1.

Наука уголовного права различает составы преступления

взависимости от конструкции объективной стороны. Они отличаются количеством обязательных признаков и моментом окончания преступления. Речь идет о делении составов на материальные, формальные и усеченные. Отдельные ученые полагают, что такое деление составов условное, проводится лишь для более точной оценки совершенного деяния. Вместе с тем конструкция состава в зависимости от объективной стороны имеет, на наш взгляд, и юридическое значение, особенно в понимании стадии совершенного преступления, в вопросах определения совокупности преступлений. Все эти вопросы возникают в процессе расследования и требуют своего ответа, в том числе по уголовным делам, возбужденным по фактам нарушения неприкосновенности частной жизни граждан.

Содержание диспозиции, начиная с 1997 г., неоднократно изменялось. Вначале состав преступления, предусмотренного ст. 137 УК РФ, был сконструирован как материальный. Хотя отдельные авторы называли их составами с реальным причинением вреда. Размер вреда, его вид (моральный, физический, материальный и т.п.) не имел значения для квалификации. Этот признак носил оценочный характер, в связи с этим было весьма трудно определить – причинен ли вред или была только угроза его причинения. При отсутствии вредных последствий отсутствовал и состав преступления. Кроме того,

вкаждом случае необходимо было устанавливать наличие причинной связи между действиями и последствием.

В науке уголовного права была и иная точка зрения, авторы которой предлагали считать данный состав формальным2. По их мнению, «последствия, названные в статье и состоящие в причинении вреда правам и законным интересам граждан, наступают немедленно, как только виновный начинает собирать или распространять сведения о частной жизни

1Уголовное право России: Учебник для вузов. В 2 т. / под ред. А.Н. Игнатова и Ю.А. Красикова. Т. 1. Общая часть. М.: Норма, 2005. С. 134.

2Уголовное право. Особенная часть: Учебник для вузов / под ред. И.Я. Козаченко,

потерпевшего»1. По мнению Е.Е. Калашниковой, этот состав преступления должен быть формальным, потому что вред, причиняемый гражданам, чаще всего нематериален, и его на практике сложно установить. Она также полагает, что социальная опасность деяния, посягающего на конституционные права и свободы, высока сама по себе, без дополнительного вреда другим благам2.

Некоторые авторы предлагали установить уголовную ответственность не только за собирание, хранение, распространение сведений, но и за наблюдение за частной жизнью другого лица3.

Всоответствии с Федеральным законом от 8 декабря 2003 г.

№162-ФЗ наряду с другими статьями диспозиция ст. 137 УК РФ также претерпела изменения. Из нее были исключены некоторые обязательные признаки (субъективный – корыстная или иная личная заинтересованность и объективный – вредные последствия).

Отдельные ученые приветствовали такое решение. Они отмечали, что это отвечает приоритету объекту охраны (конституционные права и свободы человека). Наряду с этим, авторы, поддержавшие решение законодателя, указывают об упрощении задачи доказывания наличия либо отсутствия состава преступления, так как не требуется устанавливать наличие причинной связи между действием и последствиями4. Подобное упрощение может привести к объективному вменению. Большинство опрошенных специалистов полагает, что для уголовной ответственности необходимо наличие реального вреда. Если гражданину не причинен вред, само нарушение не достигает той степени опасности, которая характеризует деяние как преступное и наказуемое. Речь может идти лишь об ответственности по нормам других отраслей законодательства (гражданское или административное право).

1Уголовное право. Особенная часть: Учебник для вузов / под ред. И.Я. Козаченко, З.А. Незнамовой и Г.П. Новоселова. М.: ИНФРА-М-НОРМА, 1997. С. 152; см. также: Уголовное право. Особенная часть / отв. ред. Л.Л. Кругликов. М., 1999. С. 139.

2Калашникова Е.Е. Уголовно-правовое обеспечение неприкосновенности информации о частной жизни. Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. М., 2001. С. 19, 20.

3Жеребкин В.П. Уголовно-правовая охрана частной жизни. Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2003. С. 19, 20.

4Галыгин И.П. Уголовно-правовая характеристика нарушения неприкосновенности част-

Следует поддержать позицию тех авторов, которые полагают, что исключение причинения вреда правам и законным интересам граждан как обязательного признака данного преступления является ошибкой. Было бы целесообразнее указать на причинение существенного вреда при совершении соответствующих незаконных действий1. Чаще всего, как указывают многие авторы, потерпевший терпит моральный вред, который может выражаться в: нравственных переживаниях, нарушении психологического комфорта в результате вмешательства посторонних в сферу интимной жизни, в разладе в семье, падении престижа в глазах знакомых и т.д. Нередко потерпевшему может быть причинен материальный ущерб (потеря хорошо оплачиваемой работы, срыв выгодной сделки, потеря партнеров по бизнесу, разрушение прежних коммерческих договоренностей); также может быть причинен вред здоровью потерпевшего (заболевание от пережитого). Проведенные социологические исследования показали, что такой денежной суммой, которую можно обозначить в законе как существенное причинение вреда, является сумма, превышающая 50 тыс. рублей. Полагаем, что наряду с существенным ущербом как преступным последствием, выделенным в ч. 1 ст. 137 УК РФ, в ч. 2 необходимо закрепить и такой квалифицирующий признак, как иные тяжкие последствия, имея в виду самоубийство потерпевшего, причинение тяжкого вреда или смерти от перенесенных страданий, заболевание душевной болезнью, причинение вреда его близким. Судебная практика знает примеры подобного рода, и это требует дифференциации ответственности в сторону ее ужесточения.

В целях более тщательной дифференциации ответственности нарушение права на неприкосновенность частной жизни при отсутствии существенного вреда следовало бы рассматривать как административное правонарушение. В этой связи предлагается следующий проект ст. 5.261 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях «Нарушение права на неприкосновенность частной жизни»: «Незаконное собирание, хранение, использование или распространение сведений о частной жизни граждан, если эти действия не образуют уголовно наказуемого деяния, влечет

наложение административного штрафа на граждан в размере от 3 до 5 тысяч рублей, на должностных лиц в размере от 5 до 50 тысяч рублей».

Действующая редакция ст. 137 УК РФ предполагает, что объективная сторона данного преступления характеризуется лишь действиями, каждое из которых является достаточным для привлечения к ответственности. Вместе с тем, в науке уголовного права есть различные точки зрения по поводу формы

ихарактера наказуемых действий. В ст. 137 говорится о совершении нарушения в виде собирания и распространения сведений. Как представляется, из поля зрения законодателя выпали такие действия, как хранение и использование информации. Изучение материалов уголовных дел показывает, что одни лица могут осуществлять сбор информации, другие хранят ее до лучших времен, третьи только распространяют (особенно это касается работников СМИ). Нынешняя редакция статьи не позволяет их всех привлечь к ответственности. Тем более, как правильно указывают многие авторы, в данном составе преступления отсутствуют такие стадии, как приготовление и покушение.

При квалификации возникают определенные трудности в правильном понимании сути таких действий, как собирание

ираспространение. В отдельных словарях это понятие отождествляют с понятием «сбор», которое означает «собирать – получать, брать из различных источников, мест, от разных лиц»1 или «собрать – узнав из разных источников, сосредоточить в одном месте»2. По мнению С.В. Дьякова, собирание есть любая, кроме похищения, форма получения названных сведений для последующей их передачи3. Способы собирания включают в себя: наблюдение, изучение печатной продукции, несанкционированное подключение или применение технических средств, подслушивание, общение с носителем сведений, приобретение в результате различного рода сделок. Полагаем, что и хищение является формой сбора информации. По мнению других авторов, под собиранием информации в специальной литературе понимается восприятие содержа-

1Словарь современного русского литературного языка. М.; Л., 1961. Т. 14. С. 19.

2Ожегов С.И., Шведова Н.И. Толковый словарь русского языка. М., 1992. С. 765.

3Уголовное право. Общая и Особенная части: Учебник для вузов / под ред. Н.Г. Кадни-

программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу1. Словарь русского языка категорию «распространить» определяет как «сделать что-либо широко известным, доступным многим, познакомить с чем-либо многих»2.

По нашему мнению, распространение сведений о частной жизни в публичном выступлении, публично демонстрируемом произведении или средствах массовой информации, а также в сети Интернет, требует повышенной ответственности. В этом случае виновный осознает публичность своих действий, их большую вредоносность. Круг лиц, которым становится известно о частной жизни другого лица, становится весьма широким, а последствия нравственного ущерба заметно ощутимее. Это может быть выступление на крупном собрании, заседании законодательных и исполнительных органов, в передаче на центральных телеканалах и т.п. В связи с этим предлагается такой способ распространения признать квалифицирующим признаком и включить в ч. 2 ст. 137 УК РФ. С таким предложением согласны 76% респондентов. Как представляется, позиция некоторых авторов об исключении из состава преступления такого признака, как распространение сведений в публичном выступлении, публично демонстрируемом произведении или средствах массовой информации, является преждевременной и не отвечает принципу дифференциации ответственности.

Изучение судебной практики показывает, что виновный незаконно совершает как сбор, так и распространение сведений о частной жизни. В этом случае речь также идет об оконченном преступлении. Например, прокуратура Фрунзенского района г. Ярославля направила в суд уголовное дело по ст. 137 УК РФ. В ходе расследования было установлено, что обвиняемая с целью унижения чести, достоинства и деловой

1Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» // Российская газета. 2005. № 50. 15 марта.