Трансформация фразеологических единиц и композитов в контексте и способы их перевода. Монография

Например, фразеологическая единица «собака на сене» участвует в создании расширенной метафоры в комбинации с ФЕ «ни себе, не людям», которая является уточнением предыдущей единицы. Так как вторая фразеологическая единица не имеет аналога, который был бы адекватен в данном контексте, возможно использовать в английском языке полный вариант ФЕ “Like a dog in a manger: he doesn’t eat and he won't let others eat”, где вторая часть ФЕ выполняет ту же функцию, что и «ни себе, не людям», а именно уточнение значения:

-Чего ты орешь? - оскорбился Костя. - Что между нами м о- жет быть, когда она с тебя глаз не сводит. А ты как собака на сене!

-Ни себе, не людям! - подтвердил Никифоров и тотчас ощутил, что воздух вокруг стал каким-то особенным, слабым, душистым, прохладным (Кликова)

-Stop yelling! – Kostya took offence. – What can be between us if she is looking at you? You are like a dog in a manager!

-Don’t eat and won’t let others eat! – confirmed Nikiforov and felt that the air became special, weak, fragrant and chilly.

Перевод постпозитивного расширения фразеологической единицы «и волки сыты, и овцы целы» осуществляется также за счет расширения в русском языке, что возможна по причине наличия экви-

валента в английском языке “the wolves are sated and the sheep intact”:

…Здорово я придумала? Вот в этом случае и волки сыты, и

овцы целы, и пастух не пострадал… (Донцова)

It is a good idea, isn’t it? In this case the wolves are sated, the sheep intact and the shepherd unharmed.

В) Смешанный тип расширения.

Одновременное постпозитивное и препозитивное расширение фразеологической единицы также приводит к образованию комплексного случая трансформации ФЕ, соответственно передача значения компонентов зависит от перевода всей фразеологической конструкции. Например, адекватная передача игры слов, основанная на двух типах расширения ФЕ “old fox” требует введение дополнительной лексемы «хитрый», которая и позволяет актуализировать прямое значение первого компонента ФЕ:

“Well, I’ll give you a warning, my dear. Don’t take Saxenden at his face value. He’s an astute old fox, and not so old either” (Galsworthy).

81

Я тебя предупреждаю, дорогая. Не принимай все что делает Саксенден на веру. Он проницательный старый хитрый лис, и, кстати, в действительности достаточно молодой.

В целом при передаче окказионального фразеологического контекста, основанного на расширении, кроме сохранения интенции автора, учитывается тип расширения ̶препозитивное или постпозитивное расширение. Основными способами передачи окказионального расширения на язык перевода являются использование ФЕсоответствия второго языка с добавлением лексических элементов.

4. Окказиональный фразеологический повтор

При поиске соответствия окказиональной ФЕ, в основе которой лежит использование повтора, также играет роль и сохранение синтаксического рисунка оригинала. Каждый литературный язык дает широкие стилистические возможности для сохранения единства предложения. Ритм произведения специфичен для каждого языка, связан с его внутренними закономерностями. Хотя функции повторений чрезвычайно существенны (сопоставление или противопоставление), ритмический эффект повторения соответствующих слов в английском и русском языках различен. В силу большей длины русского слова предложения при точной передаче повтора приобретают ритмически неестественный облик, утрачивается краткость, впечатление естественности. Функционально верным решением является сохранение повторений, но в меньшей пропорции, с учетом большей длины повторяющихся слов в русском языке [Миньяр-Белоручев, 1996].

Однако передача повтора при помощи синонимов в русском языке вызывает новую проблему: необходимость сохранения стилистических особенностей текста. При поиске соответствия окказиональной ФЕ необходимо соблюсти пропорции между стилистически нейтральными единицами и книжно-письменными единицами [Сему-

шина, 2015].

В зависимости от типа повтора и особенностей исследуемых языков можно выделить следующие особенности перевода:

1. Сохранение окказионального повтора в языке перевода. Использование данного приема возможно при наличии в языке

перевода переводческого соответствия определенной степени с потен-

82

циалом для участия в последующих контекстуальных преобразованиях.

Например, ФЕ “There is no smoke without fire” подвергается ча-

стичному фразеологическому повтору компонента “smoke”:

There’s no smoke without fire. There was something so vulnerable in the way he relied on this conviction, that Samad had never had the heart to disabuse him of it. Why tell an old man that there can be smoke without fire as surely as there are deep wounds that draw no blood? (Smith)

− Нет дыма без огня. Было что -то настолько трогательное в том, как он верил в данное утверждение, что у Самада не хватило силы духа разубедить его. Ну как сказать пожилому человеку, что и дым без огня бывает, и опасные раны, которые не кровоточат.

В следующем примере частичный повтор, который участвует в создании фразеологического каламбура передается на английский язык при помощи того же окказионального явления. Фразеологическая единица «рыцарь без страха и упрека» имеет полное соответствие в английском языке “knight without fear and without reproach” и облада-

ет мощным потенциалом для формирования окказионального контекста вследствие прозрачной внутренней формы ФЕ, которая подвергается двойной актуализации компонентов:

Обширная коллекция (дракона) постоянно пополнялась за счет

«рыцарей без страха и упрека», которых и в самом деле, если и стоило за что упрекнуть, так это за отсутствие страха перед одно-

значным преимуществом противника (Громыко).

His wide collection was constantly supplemented by «knights without fear and without reproach», who, in fact, can be reproached only for absence of fear in front of unambiguous advantages of the enemy.

Сочетание повтора с вклиниванием, которое придает эмоциональную окраску высказыванию, вызывает необходимость сохранения эмоциональной составляющей контекста, что приводит к трансформации компонента вставки в наречие, вынесенное за пределы базовой ФЕ:

It’s a watch you broke! Not a future. Not a life. Not a backbone. You don’t know my parents. I sounded sulky. …You break my heart, Jason. Oh, you break my freakin’ heart (Mitchell)

Ты разбил всего лишь часы. Не свое будущее, не свою жизнь, не спину сломал. - Ты не знаешь моих родителей, - мрачно сказал я. …Ты

83

разбиваешь мне сердце, Джейсон. Бог мой, ты действительно разбиваешь мне сердце!

Сочетание повтора с расширением приводит к изменению сиг- нификативно-денотативного значения фразеологической единицы «друзья познаются в беде» при переводе из-за структуры единицыаналога. В английском языке используется другое окказиональное явление – вклинивание компонента “happiness”:

…Да, не зря говорят, друзья познаются в беде! Я тихонько вздохнула. Правильно, только слегка бы дополнила пословицу: «Друзья познаются в беде и радости!» Чужому горю способны посочувствовать многие, но вот сколько людей придут в восторг, узнав, что на вас обрушилось счастье и богатство? (Донцова)

People are right to say that a friend in need is a friend indeed. I sighed. Yes, but I’d like to widen the proverb: “a friend in need and happiness is a friend indeed”. Many people are able to sympathize with you if you have problems, but how many of them will be happy if you’ve got fortune and luck?

2. Передача сокращенного числа повторов.

Неоднократное повторение номинативного компонента в английском языке вызывает сложность для передачи на русский язык, так как при полном сохранении окказиональной трансформации изменяется синтаксический рисунок отрывка.

Например, английская ФЕ “to separate the sheep from the goats”

подвергается повтору номинативных компонентов, затем вторичному повтору первого компонента и трехкратному повторению второго, что приводит к образованию расширенной метафоры в рамках целого отрывка. При передаче расширенной метафоры, основанной на повторе, количество повторов сокращается:

Or do you want to be one of the Great Crowd… Or are you going to be one of them who get it in the neck, torture and death. Eh? I’m just separating the sheep from the goats, Claz, the sheep from the goats. … And I think you yourself are a sheep, innit? - … “I’m a goat. I like being a goat. I wanna be a goat … (Smith)

Неужели ты не хочешь быть частью Великой Команды? Или ты хочешь быть среди тех, кому сломают шею, кто будет мучится и, в итоге, умрет? А? Я просто отделяю зерна от плевел, Клаз … Я думаю, ты относишь себя к зернам, не так ли? - Нет, я плевел. Мне нравится быть плевелом, и я хочу им быть…

84

Сокращение числа повторов бывает необходимо и при переводе на английский язык в следующем отрывке:

-А все-таки в конце концов вся их лавочка полетит вверх тор-

машками.

-Полетит, полетит, - ответил Дохтуров (оставивший вос-

поминания об этой беседе). - но радоваться этому едва ли приходит-

ся. Что мы полетим с ними, еще полбеды, а того и смотри Россия полетит (Бушков)

-I think in the end their company will be turned upside down.

-Will be turned, definitely, - Dokhtyrov answered (he left notes about this talk). – But there is no point in being happy about it. We will be turned as well that half the trouble because Russia may follow us.

3. Использование синонимического повтора при переводе. Для перевода расширенной метафоры, основанной на повторе

общего для двух ФЕ компонента “gate” (“open the gate”, “at a gate”),

используется насыщение контекста без общего повторяющегося компонента:

The barbarians aren’t at the gate any more, Alan. Unfortunately, you left the gate swinging wide open. So we wandered right inside, and now we’ve got all the best seats and our feet are up on the table. And we intend to stay here for a long, long time (Coe)

Варвары больше не на пороге, Алан. К сожалению, ты оставил дверь открытой настежь, поэтому мы ворвались внутрь, заняли лучшие места и задрали ноги на стол. И мы не собираемся отсюда уходить.

В целом при переводе повтора на первый план выходит особенности синтаксической структуры языка, а именно, количество повторов. В случае необходимости сокращения повторов при переводе для сохранения экспрессивности текста возможно использование в языке перевода других способов окказиональных трансформаций.

5. Расщепление (вклинивание)

Основываясь на типе элемента-вставки и интенции говорящего, можно выделить следующие особенности передачи окказионально вклинивания:

1. Вклинивание (вставка одного или двух слов). А) Компонентомвставкой является наречие.

85

В следующем примере ФЕ “mister (mistress) of oneself” подвергается вклиниванию элемента “enough”. Интенцией автора является изменение коннотативного аспекта значения. Для перевода используется ФЕ-аналог «держать себя в руках», подвергающийся окказиональной трансформации в виде постпозитивного расширения.

I surely am a mistress enough of myself to control this wild, strange, miserable feeling (Gaskel).

Я могу держать себя в руках в достаточной степени, чтобы контролировать это дикое, странное и жалкое чувство.

При переводе вклинивания с помощью компонента-наречия может иметь место транспозиция компонента и использование расширения вместо вклинивания в языке перевода:

Между прочим, игра вовсе не шла в одни ворота: поляки столь же старательно выбрали своим супостатом Россию - и большей частью на нее списывали все свои неурядицы, неудачи и поражения (Бушков).

By the way, it definitely wasn’t a one-way street: The Poles carefully chose Russia as their main foe and blamed the country in all their troubles, failures and defeats.

Б) Компонентом-вставкой является прилагательное Данный вид вклинивания обычно используется для усиления

экспрессивности высказывания. При переводе ФЕ “to pound one’s head on a brick wall”, которая подвергается вклиниванию элемента “bleedin”

врусском языке используется прилагательное также сниженной лексики, однако не относящееся к разряду обсценной, так как в современной русской литературе просторечие занимает меньшее место, чем

ванглийской, а взятые отдельно просторечные слова, попадая в русский литературный текст носят сглаженный характер:

“But Karina, it’s like -oh, go on, let’s have a mixed metaphor - it’s like pounding my head on a bleedin’ brick wall.” (Mantel)

Но Карина, - ну ладно, давай будем использовать смешанную метафору - это как биться головой о чертову стену.

Если вклинивание является основой для создания расширенной метафоры, проблемы для переводчика возникают, когда прямое значение ФЕ-аналога не соответствует оригинальной ФЕ. В данном случае основная задача переводчика ̶передать изменение окказионального компонента, как, например, усиление экспрессивности высказывания, например передача контекстуально трансформированной ФЕ

86

«делать из мухи слона» при помощи аналога “to make a mountain out of molehill”:

А Джунковский снова лепит из о чередной дохлой мухи надувного слова! (Бушков)

Again, Djunkovskii is making a false mountain out of another flat molehill.

В) Компонентом-вставкой является причастие.

Вследующем отрывке вклинивание элемента “mocking” в ФЕ “somebody’s second self” («второе я») приводит к изменению денотативного аспекта значения, который необходимо сохранить полностью при переводе с английского на русский язык, так как имеется тесная контекстуальная связь с другими частями предложения (компонент

“satire”):

…as if he were conscious of his second mocking self and afraid of his own satire (Gaskel).

…как будто он осознавал свое «второе издевающееся я» и боялся своего сарказма.

Вследующем примере происходит вклинивание в ФЕ “to be under a cloud” не только прилагательного “black”, которое усиливает негативный оттенок всего высказывания, но и местоимения “her”. Использование местоимения приводит к изменению денотативного аспекта значения фразеологической единицы, а именно имеет целью уточнение того человека, к которому относится данная ФЕ. При передаче на русский язык имеет место опущение вклинивания местоимения при сохранении вклинивании в виде компонента-наречия.

If she was still under her black clouds I’d have to hare back to fetch him (Bainbridge).

Но если бы она была сильно не в духе, мне бы пришлось ве р- нуться и забрать его.

Опущение вклинивания также необходимо и при переводе с русского на английский язык:

Ты, Настасья, хорошая, сердце у тебя золотое, - ответил ей на это Демидов. - Но не обессудь - не взял бы я тебя (Иванов).

You, Nastasya, are a good person with a golden heart, - answered Demidov. – Don’t take offence, but I wouldn’t take you with me.

2. Расщепление.

Расщепление (дистантное использование компонентов ФЕ) используется в основном в сочетании с другими способами контексту-

87

альной реализации. Например, фразеологическая единица “a strong man” подвергается расщеплению, приводящему к изменению денотативного аспекта значения, что необходимо сохранить при помощи аналогичной контекстуальной трансформации в русском языке. В русском языке используется антоним английского компонента-вставки в сочетании с наречием «достаточно»:

Primitive force in swallow-tails and a white waistcoat. A strong but not a silent man (Galsworthy).

Примитивная сила в галстуке и белой жилетке. Сильная, но достаточно болтливая личность.

В следующем примере вклинивание является основой для создания расширенной метафоры на базе ФЕ “a new broom sweeps clean”. В данном случае на первый план традиционно выступает финальная интенция автора, для реализации которой необходимо провести не только трансформацию фразеологической единицы, но и объединение предложения, а также лексическую трансформацию во второй части (компонент “blocks”):

…It is but a new broom at present and sweeps clean enough. But by-and-by we shall meet with plenty of stumbling blocks (Gaskel).

Это новая метла, которая метет достаточно чисто, несмотря на большое количество крупного мусора.

Создание расширенной метафоры при переводе следующего отрывка возможно, если использовать выражение “to take the reins of power into smb’s hands” в английском языке, так как именно двойная актуализация значения компонента «руки» лежит в основе контекстуальной трансформации:

Эти трое были единственными заслуживающими его внимания партнерами, ибо держали в слабеющих, но все еще цепких руках

главную стрелку на последнем перегоне к станции под названием абсолютная власть (Мальцева).

These three gentlemen were the only partners worth attention, because they took the last switch to the station of absolute power in their weakening but prehensile hands.

Как мы видим, вклинивание компонента при переводе может опускаться или переноситься в другую часть предложения без существенного изменения значения фразеологической единицы.

88

Заключение

Исследование особенностей функционирования единиц, способов их передачи отражается широкие возможности языков. Проблема идентификации лингвистической единицы, в частности проблема разграничения фразеологической единицы и композита, является одной из дискуссионных в современном языкознании. В результате анализа критериев разграничения композита и фразеологической единицы в качестве релевантных для разграничения исследуемых языковых единиц мы выделяем следующие: фонетический, графический, морфологический, вариантный, синтаксический, структурную моделированность, контекстуальную реализацию. Каждый из вышеупомянутых критериев по отдельности не может считаться достаточным для определения статуса языковой единицы, поэтому использование особенностей реализации единиц в контексте выходит на первый план, так как, несмотря на выделение в реальном речевом употреблении контексту- ально-трансформированных и контекстуальнонетрансформированных единиц, именно фразеологические единицы подвергаются окказиональным трансформациям чаще, чем композиты.

К приемам контекстуального трансформирования, характерным для обеих исследуемых групп относятся следующие: субституция компонентов, расширение, насыщение контекста, расширенная метафора, игра слов. Специфическим приемом контекстуальной трансформации ФЕ английского и русского языков являются вклинивание, эллипсис. Характерными приемами контекстуального использования композитов являются актуализация их прямого значения, окказиональное словообразование, участие в образовании структуры N+сложное существительное.

Замена компонента фразеологической единицы и композита приводит к изменению плана содержания как на прямо противоположное, так и к появлению дополнительных сем в значении единицы при помощи синонимичной и антонимичной замены компонента.

Определение эллипсиса вызывает особые сложности в неродном языке, так как у носителя должно быть соотнесение семантики усеченного компонента с базовой ФЕ, поэтому особую роль играют индикаторы, которые подсказывают наличие фразеологической связности. В частности, в виде идентификатора выступает расширенная ме-

89

тафора, которая является комплексным случаем реализации фразеологических единиц и сложных слов, причем основой может являться исходная фразеологическая единица как неизменная, так как предварительно измененная.

Расширение лингвистической единицы осуществляется при помощи препозитивного или постпозитивного добавления компонентов, причем препозитивное расширение приводит к изменению в первую очередь коннотативного компонента, а постпозитивное к изменению сигнификативно-денотативного компонента.

При образовании игры слов превалирующим вариантом является частичная двойная актуализация с повторением компонента. Игра слов часто встречается в сочетании с другими явлениями контекстуальной реализации ФЕ: субституцией, расширенной метафорой, образованием по модели, эллипсисом, расщеплением и насыщением. Композиты участвуют в игре слов в виде расшифровки значения компонентов.

В английском и русском языках часто встречается как вклинивание одного или нескольких элементов, так и расщепление ФЕ за границами одного предложения, создавая эффект прерывистости текста. Расщепление в английском и русском языках сочетается с другими способами окказиональной контекстуальной трансформации, как, например, расширенная метафора, субституция, игра слов и эллипсис.

Комплексные способы трансформации ФЕ основываются на повторе, насыщении и вклинивании. Для образования комплексного случая контекстуальной реализации ФЕ насыщение может сочетаться с расширением, субституцией, вклиниванием, усечением и расширенной метафорой. Сочетание с расширением ФЕ в обоих языках приводит к изменению коннотативного (препозитивное расширение) и сиг- нификативно-денотативного (постпозитивное расширение) аспектов значения. Сочетание насыщения с вклиниванием в большинстве случаев требует дополнительного окказионального изменения, например, перестановки компонентов или субституции.

При анализе контекстуальных трансформаций фразеологической единицы особую важность приобретает необходимость адекватной передачи явления на язык перевода. Поскольку изменения окказиональной единицы происходят в контексте целенаправленно, на первый план выходит сохранение интенции автора. Намерения автора могут включать в себя изменение как структуры, так и семантики, что

90