Тест Сонди. Практическое руководство

жизни, пациентка начала освобождаться от своих проблем и становиться открытойкновому.Пособственной инициативеона стала помогать медсестрам в уходе за пожилыми людьми, переформировывая имевшуюся у нее тенденцию к страданию в тенденцию к состраданию. Невозможно не обратить внимания на существующуюупациенткихарактерологическуючерту—страс- тную преданность.

Элемент потери не обязательно должен быть потерей значимого объекта (любимого человека) в узком смысле, это может касаться такжеидеальныхвещей:невозможностиреализоватьбольшоежелание, невозможности достичь идеала или цели, потери свободы, чести, признания, карьеры, короче говоря: тотальной потери иллюзий.

1.11. Тесная взаимосвязь потребностей d и k

Их невозможно четко отделить друг от друга, даже теоретически. Если d-функция приводит к фактическим взаимоотношениям с объектом, то +k-стремление говорит о интроективном взаимоотношении с миром объектов (интроекты, восприятие, ориентация во времени и пространстве, чувство времени, ценности).

1.12. Об отчуждении

Отчуждение является особым феноменом, который нельзя обойти при рассмотрении депрессии. Это неудачная «попытка самоисцеления», в смысле желания забыться, устранения осознания потери и боли, дистанцирования от внешних и внутренних страданий. Однако такой положение вещей является проблематичным, и даже иногда патогенным, так как с отчуждением от болезненных переживаний может игнорироваться весь воспринимаемый мир. Сонди описал две комплементарных Я-картины Sch+0/Sch–± (депрессивная интроекция/отчуждение), которые характеризуют маниакально-депрессивные состояния. При этом эгоидная «тенденция к капитализации», характерная для депрессивных людей, приравнивается к маниакальному состоянию, когда депрессивная фаза с типичным для нее желанием спрятаться и забиться в постель, апатией и дистанцированностью от мира сменяется маниакальной фазой (с характерной для нее картиной отчуждения Sch–±).

1.13. Духовность как ресурс

Наверное, для того, чтобы перенести так и оставшийся непонятным факт тяжелой утраты, единственно остающейся возможностью оказываются духовные ресурсы. Заметна ограниченность чисто меха- нистически-материалистического, интеллектуального подхода, при-

111

сущего классическому психоанализу и во многом также современной академической психологии, не говоря уже о психиатрии, сконцентрировавшейся на психофармакологии. В противовес такой тенденции, в свое понимание людей и в свой психотерапевтический подход Сонди включил духовное измерение.

2.Сексуальное влечение (вектор S)

2.1.Интеграция влечения

«Нормальная» сексуальная жизнь в узком смысле слова возможна только тогда, когда оказываются согласованными друг с другом два фактора, принадлежащих S-влечению: эротическая потребность (потребность в ласке) h и потребность в активности s, они взаимно направляют и подавляют друг друга (интеграция влечений по Сонди), объединяясь в единую функциональную пару, ответственную за создание

иподдержание жизни (Szondi, 1952 и 1984). Эрос является побуждающей силой любого притяжения и привязанности к живущему, причем как любви к отдельной персоне (+h), так и любви ко всему человечеству (–h). А сущностью фактора s является активность и агрессия (от лат. aggredi = сближаться с чем-либо), а также потребность овладения

ипроникновения, разделения и расщепления (+s). Обратной стороной этого является пассивность или обращение агрессии на самого себя, преданность, подчиняемость и исполнительность (–s). Обе эти тенденции фактора s относятся не только к половому акту (сексуальной активности или пассивности), но и к жизни вообще, ко всем деятельностям и профессиям. +s-потребность является глубинно-психологи- ческой основой для активности и в качестве таковой — необходимым попутчиком эроса, который никогда не может реализоваться без задействованности фактора s. В результате интеграции влечения оба его компонента приобретают что-то новое. Чувства и потребности любви реализуются посредством противоположного партнера +s; без него любовь будет оставаться романтической тоской. Интеграция влечения является предпосылкой реализации биологической цели продолжения рода. Еще Фрейд признавал необходимость интеграция влечения: «догенитальные частичные влечения», как он называл элементарные стремления влечений, должны быть интегрированы и находиться под приматомгенитальности.Какимобразомэтонеобходимопредставлять с позиции глубинной психологии Сонди?

Сексуальность в узком смысле, так называемый «секс», должен интегрироваться в общую личность, причем в гуманной форме: вначале включенность в здоровую, избирательную социальную жизнь, являющуюся предпосылкой для способности привязываться. Затем

112

соучаствующее единение, то есть духовная коммуникация, а также здоровая функция привязанности к объекту, высокая персональная оценка и признание партнера.

А то, что традиционно называют агрессивностью, оказывается прямой манифестацией элементарного повышенного +s-стремления (+!!s); оно может провоцироваться ситуацией или другими элементами влечений, например накопившимися грубыми аффектами (–e; зависть, ревность, «Каин-убийца»), а также фрустрацией и разочарованиями (+!!m). А вместе с эгоидной деструктивной тенденцией в смысле обесценивания всех объектов негативизмом (–!k) часто обнаруживается опасность саморазрушения, опасность суицида.

Все элементарные функции системы влечений следует научиться четко отличать друг от друга. Нельзя смешивать эротическую потребность (+h) с соучастием (–р) или потребностью в контактах (+m). Эротическая потребность (потребность в ласках) полностью связана с этим миром, конкретно относится к физическому существу или эстетической ценности. А потребность в соучастии, наоборот, является фундаментом «безбрежности», чисто духовной коммуникацией, интеграцией с безграничным симбиотическим состоянием. Формой сублимации эроса является любовь ко всему человечеству, а формой сублимации потребности в соучастии — религиозность, вера.

2.2. Сексуальные проблемы

Сексуальные проблемы, которые не обязательно относятся к области психопатологии в узком смысле, можно расположить в широком спектре между психопатией, неврозами (невротической импотенцией, фригидностью) и гиперсексуальностью, или патоманической сексуальностью (сатириазис и нимфомания); психодинамически их нужно различать. Гиперсексуальное поведение может объясняться исключительно гипертензией S-влечения, не приводящей к структуре патомании (S +!! +!; у женщин S –! –!!). А патоманическая сексуальность, наоборот, имеет глубинно-психологический фундамент, состоящий из распущенности и гонки за новыми объектами (картина контактов С0 –!). В рамках гипоманического или маниакального синдрома сюда еще добавляется тенденция к обесцениванию любых объектов (–!k). Гиперсексуальное поведение нередко оказывается попросту признаком огромного, неудовлетворенного желания признания (+m!). Встречается и взаимосвязь с шизоформным Я-расстройством или дебильностью.

Определенные заболевания могут оказаться вторичными, как, например, импотенция или фригидность, встречающиеся при депрессиях и психозах, при тяжелых органических заболеваниях и алкого-

113

лизме, а также побочные явления при психофармакологической терапии,преждевсегоприпримененииантипсихотическивоздействующих нейролептиков и антидепрессантов.

2.3. Дезинтеграция влечений

Легче всего уяснить это понятие на примере сексуального влечения, да и Фрейд использовал «дезинтеграцию влечений» именно в этом смысле. В результате разрушения взаимосвязи факторов h и s атакующее, деструктивное, мучающее, разрывающее, мертвящее воздействие агрессивного фактора изолируется от своего контрагента — фактора h, связывающего, смягчающего, ослабляющего. При дезинтеграции влечений освободившиеся стремления манифестируются различными способами: от нормальных вариантов, проявляющихся в характере личности и в стиле поведения всех людей, до области патологии; то есть в угнетении, использовании, унижении и моббинге , а также в садистическом поведении в рамках сформировавшейся симбиотической связки, являющейся довольно частой и нелепой формой отношений.

2.4. Насилие и криминальность в психопатологической перспективе

Криминальная преступная деятельность чаще всего осуществляется сексуальными психопатами, а потому и относится к области психопатологии. У преступников-насильников мы часто обнаруживаем отсутствие способности к морально-нравственным оценкам, словно бы у них не существует этических критериев. Здесь не стоит ожидать ни понимания, ни раскаяния. Думать о психотерапевтическом воздействии, о существовании у сексуальных психопатов «способности становиться лучше» было бы чересчур наивно. Раньше таких людей называли «бездушными психопатами» (определение, данное Куртом Шнайдером), а их болезнь — moral insanity. Ввиду частых насилий, прежде всего над детьми и женщинами, можно задаться вопросом, следует ли психиатрии и правоведению продолжать игнорировать психологию и патологию влечений. Полностью противоположен садистическому насильнику-преступнику убийца, совершивший преступление в состоянии аффекта. Здесь primum movens не обнаруживается ни гипертонии фактора s, ни

Действия, направленные на дискредитацию коллеги по работе: от обычного подсиживания и «подставления» до прямого психологического террора; моббинг связан с изощренными действиями типа социальной изоляции, распускания слухов, сокрытия информации.

114

патологической неспособности к сексуальным отношениям, а наблюдается склонность к мощному, пароксизмальному пробуждению аффектов и их разрядке, причем эго-функции на короткий миг оказываются не у дел. В отличие от бесстыдных насильственных преступлений, совершенных в состоянии аффекта, мы обнаруживаем здесь чувства вины и желание загладить ее, что свидетельствует о том, что пароксизмальные люди обладают очень сильной этической цензурой — это используется в качестве критерия дифференциальной диагностики.

2.5. Сексуальные психопаты (инверзия и перверзия)

Инверзия и перверзия как клинически, так и психодинамически, оказываются совершенно разными расстройствами, но они часто напластовываются друг на друга и потому часто путаются. Причины сексуальных расстройств, прежде всего, отыскиваются в специфичес- ки-индивидуальной конституции влечений, то есть в наследственногенетической детерминации. Конституциональный базис провоцируется, усиливается или формируется такими экзогенными факторами, как подражание, механизмы интроекции и идентификации, травмирующие переживания. Правда, последние частенько забываются под воздействием вытеснения.

Инверзия

Инверзия является психодинамическим понятием, которое не следует приравнивать к манифестной гомосексуальности. И опять же не следует забывать о фундаментальных различиях между двумя подходами: функциональным глубинно-психологическим и клиническофеноменологическим. Если потребность в проявлении ласки не сопровождается задействованностью фактора активности (диагональное расщепление S+ –) или же сексуальная потребность чрезмерно повышена (S+!0), то у мужчины мы встречаемся с инверзией, фундаментом для возможного проявления манифестной гомосексуальности. Личность такого человека будет немужественной, мягкой, а поведение отличаться пассивностью, безынициативностью, неумением добиваться своего, что проявляется как вообще в повседневной жизни, так и в сексуальной сфере. Такого рода динамика еще более усиливается при мягком, женственном Я (Sch0± или Sch+ ±). В таких случаях Сонди говорит о наличии у мужчины «гомосексуального расщепления», то есть об инверзии влечения, а у женщин — «чрезмерной пассивности в любви» (Szondi, 1972, 1992). Невозможно не заметить, что на заднем плане профиля гомосексуалист нередко имеет глубинно-психологи- ческие признаки каинистко-садисткой наследственности. Именно так

115

иможно глубинно-психологически объяснить довольно частые преступления с совершением убийств в гомосексуальной среде (что хорошо известно криминологии). Чаще всего выраженная гомосексуальная наследственность осознается соответствующим человеком и, как правило, проживается без зазрений совести. Хотя она также может защищаться и оставаться бессознательной. И тогда гомосексуальность наносит урон качеству жизни ее носителя или обусловливать другие психические расстройства. Следующий пример показывает спорность чисто клинически-феноменологической ориентации при постановке диагноза, а также необходимость обращаться к психологии влечений

ипсихопатологии.

Пример:

Пациент находился на лечении из-за тяжелой фобии, испытываемой при попытках ездить на общественном транспорте. Такие поездки для него были абсолютно невозможными, и каждый день он был вынужден после работы в офисе ездить домой на такси. Огромные расходы заставили его влезть в большие долги. Особенно плохо он чувствовал себя на больших собраниях персонала, реагируя сильными фобическими симптомами. То и дело он вынужден был отворачиваться и pro forma смотреть на витрину. Вначале, при использовании аналитически ориентированной психотерапии в комбинации с психофармакологией, не было получено никаких улучшений. Идея, что речь могла идти о совершенно бессознательной, гомоэротической опасности, была подтверждена ЭДВ: в показателях теста обнаружилась инверзия. И только учет этого и постепенное, тщательное подведение пациента к осознанию и принятию защищаемой им гомосексуальной проблематики привело к улучшению: фобия исчезла сама собой (без специально направленного на нее лечения), так как она была лишь последствием и симптомом указанной проблематики влечений. Во второй части психотерапии пациенту необходимо будет помочь принять свою наследственность, чтобы начать формировать межличностные отношения — как гетеросексуальные, так и гомосексуальные, что ранее было для него невозможно.

На этом примере можно видеть значение глубинно-динамическо- го диагноза. В данном случае удалось выявить истинное заболевание, которое было замаскировано переднеплановым симптомом псевдофобии. Было бы совершенно бессмысленно лечить только напрашивавшийся симптом — например, посредством когнитивно-поведенческой психотерапии.

116

Перверзия

Для здорового развития личности не обойтись без зрелых возможностей удовлетворения первичной потребности в дополнении, целостности и совершенстве, реализующейся в соучаствующе-диадной связи и включающей Эрос и сексуальность. К несчастью, это как раз и оказывается недоступно перверзным людям.

СущностьперверзииФрейдусматривалвтом,что«догенитальные частичные влечения» не подчиняются господству генитальности, отклоняясь от истинной сексуальной цели; причем как в смысле «перехода за анатомические границы тела», предопределенные для совершения полового акта, так и в смысле застревания на преходящем частичном процессе. Но остается открытым вопрос, почему же интеграция влечения не произошла. С судьбоаналитической точки зрения здесь можно сказать следующее: психоаналитическая теория упускает аспект специфической силы отдельных элементов влечения. Это было доказано эмпирически, посредством ЭДВ. И специфически повышенная напряженность влечений, и неспособность к интеграции заложены конституционально, они усиливаются под воздействием экзогенных факторов. Хотя сильная напряженность влечения в области агрессивной функции (+!!!s) является важным элементом в базисе садистических склонностей, это еще не садизм в смысле перверзии, а только тенденция к «обособлению» этой функции влечения, то есть к дезинтеграции влечения. Лишь специфическое Я-расстройство, заключающееся в неспособности к нормальному обладанию объектом любви, а значит и в неспособности в любовных переживаниях приходить к покою и удовлетворению, составляет ядро проблематики перверзии. И все же за этим расстройством интроекции кроется еще более глубоко лежащая неспособность к соучастию. Истинное расстройство перверзии заключается в том, что несмотря на то, что основным задействованным регионом Я является интроективная сторона, слабой стороной первично является уровень соучастия, который, по сути дела, находится в основе всех психических заболеваний.

Психологические теории развития, созданные Фрейдом, неоспоримы, только они должны быть дополнены учетом более высших функций Я. Именно поэтому экзистенциальные аналитики идут далее теорий Фрейда. Освальд Шварц видит в перверзии «качественную деформацию партнерства» и считает, что «у перверзных людей перверзным является не только сексуальное влечение, а весь тип Существования-В-этом-Мире» (Szondi, 1952, 365, …). По мнению Сонди, перверзии являются «тяжелыми расстройствами Я, имеющими совершенно особую природу» (Szondi, 1952, 367). Он выдвигает два критерия:

117

•Перверзный человек может лишь сексуальным путем пытаться удовлетворить имеющуюся у него потребность в дополнении, говоря другими словами, он не способен проживать в эгоидных взаимоотношениях первоначальные и общечеловеческие потребности во власти, обладании и дополнении.

•Он неспособен к эгоидному овладению «сексуальным объектом» из-за расстройства функции Я, называющейся объектидеалом.

Перверзный фетишист неспособен к целостному единению с сексуальным партнером, удовлетворяясь частичным замещением. Ему недостаточно только психической интроекции, чтобы добиться чувства уверенности в обладании. Ему еще нужна «материальная» часть сексуального объекта, чтобы обладать им in concreto, только посредством такого псевдо-взаимоотношения он становится способным достичь оргазма. Такая склонность оказывается трагической, поскольку никогда не удается прийти к покою, всегда приходится пребывать в одиночестве, так и не познав счастливого спокойствия в личных взаимоотношениях.

Больной человек косвенно может оказаться преступником, так как для своей перверзной практики ему приходится похищать материальные эрзац-объекты.

Пример:

Будучи мальчиком, пациент любил приемную мать, и долгое время использовал для онанистических фантазий ее вывешенное для просушивания нижнее белье. Он становится мастеровым и получает доступ к прачечным и сушилкам, где начинает воровать дамское белье. На месте прежней любви к приемной матери появляется перверзная фиксация на новом фетише. Вся сексуальная и любовная жизнь пациента оставалась ограниченной фетишистской сферой. Это продолжалось до тех пор, пока он не был обвинен в воровстве. В последовавшей после этого психотерапии были осознаны и представлены для суда обнаружившиеся взаимосвязи, так что наказание было небольшим. Естественно, что между безобидной перверзией подобного рода и тяжелым криминальным преступлением-насилием существует большое различие в нескольких отношениях.

Болеетяжелыми,болеепатологичнымиоказываютсярасстройства Я у садиста: он не способен идеализировать объект своей любви и разрушает его, так как лишь после расчленения объекта любви он способен им обладать.

118

Другим видом перверзии является эксгибиционизм. Здесь тоже нарушена способность к обладанию. В качестве эрзаца нормальной способности к оргазму перверзный эксгибиционист посредством неожиданного появления пытается привести в панику и смятение женщин, без чего для него оргазм невозможен. Подобным же образом мифический Пан пытался своим поражающим появлением вызывать панику у женщин и нимф — пример, который к тому же показывает близость между пароксизмальным (поражающим) влечением и сексуальностью.

И теории Фрейда, и теории Сонди можно понять только тогда, когда ставишь их на биопсихологический фундамент, никогда не забывая, что этот базис обнаруживается у человека почти во всех областях. Наблюдения за животными показывают, что тенденция к овладению, подчинению и покорению женских особей мужскими является очевидным биологическим фактом. У людей это перекрывается культурально и индивидуально более высокой психической надстройкой, правда, в различной степени. Учитывая это, можно понять введенное Сонди понятие «потребность к овладению»: наряду со многими другими модальностями объект-отношений она принадлежит области k-функции. Очевидно, что у перверзных людей тяжелое расстройство обнаруживается также в организации Я, так что нарушено не только интегративное функционирование догенитальных элементарных функций и их подчинение примату генитальности (Фрейд), но и интеграция генитальной сексуальности в целостную личность. Неспособность к зрелым, соучаствующим взаимоотношениям побуждает перверзного человека переоценивать эгоистическое мышление, сконцентрированное на достижении обладания и изоляции сексуального измерения. Это именно то, что Сонди подразумевал под «сексуальной исключительностью» потребностей в дополнении и овладении. Следует считать, что этиология перверзий в основном задается проблематичной структурой Я и личности. Конечно, свою роль могут сыграть и травмирующие элементы, провоцирующие появление перверзии. Именно в таком контексте Сонди создал теорию мгновенной (ad-hoc) интроекции травмировавшей ситуации, провоцирующей возникновение перверзии. В центре находится интроекция совращения, происшедшего в детстве или юности. Вся ситуация совращения гиперинтроективно поглощается (+!!k) вместе с «вершками и корешками», впитывая все впечатления, словно бы это был моментальный фото-

снимок (Szondi, 1963a).

И, как всегда, при психопатологических и диагностических исследованиях нужно рассматривать не только патологические экстремумы, но и менее патологические, «минорные» случаи.

119

Пример:

Пациент был привлечен к судебной ответственности из-за эксгибиционизма и направлен на психотерапию. Его расстройство отличалось типичностью не только в теоретическом контексте, предложенном Сонди, но и по банальной, непригодной попытке сватовства. Когда пациент, например, замечал в ресторане, что на него смотрит женщина, проявляя к нему интерес, то он старался показать ей «нечто большее», говоря поточнее — занимался эксгибиционизмом — при этом веря в то, что такой «поступок» послужит на пользу сватовству. Здесь мы встречаемся с совершенно другой тактикой, чем упоминавшаяся прежде, которую Сонди описал в качестве истинного эксгибиционизма, когда центральное значение приобретает момент неожиданности, чтобы повергнуть женщину в панику. В разговорной психотерапии (речь в этом случае не идет о психоанализе) легко удалось показать пациенту непригодность и бесполезность его поведения — теперь пациент живет в очень хороших партнерских отношениях.

Очень большую роль перверзии играют в криминалистике. Ксожалению, и сегодня сильно пренебрегают исследованием конституционально обусловленных аномалий личности и влечений. Зато нереалистично и наивно переоцениваются экзогенные факторы и терапевтические возможности.

3. Влечение к аффектам или пароксизмам (вектор Р)

Посредством концепции влечения к аффектам Сонди создал фундамент для понимания аффективной жизни и ее многообразных функциональных проявлений в повседневной человеческой жизни и в психопатологии. Двойное название «аффективное влечение» и «пароксизмальное влечение» объясняется следующими свойствами, присущими этому влечению:

•аффекты постоянно проявляются в нормальной повседневной жизни, оказываясь задействованными во всех психических действиях и реакциях;

•аффекты сопровождаются нейровегетативными проявлениями;

•грубые аффекты имеют склонность накапливаться (пароксизм), чтобы при необходимости внезапно разрядиться в подходящей ситуации;

•при этом могут актуализироваться нервные рефлексы и инстинктивные движения.

120