Теория функций гражданского права (методологические и воспитательные аспекты). Монография

Глава 3. Роль позитивной юридической ответственности

воли есть «не что иное, как способность принимать решения со знанием дела»1. Чем больше свободы, тем больше ответственности. Там же, где происходит ограничение свободы, неизбежна психологическая деформация, приводящая к безответственному, неправомерному поведению индивидов.

Сейчас для перехода к экономической системе, основанной на рыночных отношениях, требуется максимальная свобода хозяйственной деятельности и одновременно полная ответственность организаций, предпринимателей, всех работников за результаты экономической деятельности. Данный процесс опирается на равноправие всех форм собственности, на активное реформирование отношений собственности. Самостоятельность и независимость собственника развивают его инициативу, порождая творческую активность и предприимчивость, резкое повышение ответственности за приумножение, защиту и хозяйское использование своего имущества.

Ответственность характерна одновременно для различных социальных связей, в том числе и для правовых. Ведь чувство ответственности является нравственной категорией. Однако оно приобретает юридический характер с появлением правового регулирования, когда ответственность получает правовое обеспечение.

Довольно часто слово «ответственность» употребляется в различных смыслах, аспектах – в одних случаях речь идет об ответственности за выполнение обязанностей, заданий, за порученную работу и ее результаты, а в других – за их нарушение, несоблюдение, невыполнение. В первом случае ответственность как состояние не зависит от правильности поведения, а во втором зависит и выступает как следствие нарушения обязанности. Представляется, что это разные аспекты одной и той же юридической ответственности, имеющие большое значение для нормального функционирования правовой системы нашего общества.

Однако в понимании ответственности преобладает ретроспективный взгляд и поэтому она трактуется как следствие правонарушения, как реализация санкции (угрозы государственного принуждения)2. Причем в понимании самой сущности ответственности за правонарушение обозначились два основных направления. Большинство авторов считает, что юридическая ответственность обязательно связана

1  См.: Энгельс Ф. Анти-Дюринг // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 20. С. 116.

2  См., например: Илюшина М.Н., Челышев М.Ю., Ситдикова Р.И. Коммерческие сделки: теория и практика: Учебно-практическое пособие. М., 2005. С. 147.

91

Теория функций гражданского права

с дополнительными невыгодными личными и имущественными последствиями для правонарушителя. Другие полагают, что суть ответственности – в принуждении к исполнению обязанности, что главное – это обязанность и поэтому юридическая ответственность – это та же обязанность, но выполняемая в состоянии принуждения. Отсюда делается вывод, что юридическая ответственность отсутствует у обязанного лица до совершения им правонарушения1.

Вчемгносеологическаяпричинапреобладающегопониманияответственностикакретроспективной?Видимо,втрадицииобщественноймысли связывать ответственность с возмездием, с наказанием. Почему же в понимании права общественное мнение и наука сориентированы на обязывание, запреты, наказания, государственно-принудительные, уголов- но-правовые меры? Неужели право такое простое явление, для которого характерны только предписывающие и запретительные тенденции?

Ответы на эти вопросы и причины «перекоса» в теории ответственности, возникшего не сразу и не случайно, надо искать в историческом опыте государственного строительства, в существовавшей практике преобладания командных, административно-властных, бюрократических методов управления. Нынешняя реформа нашей правовой системы предполагает обновление прежде всего методов ее функционирования. Главное здесь – укрепление начал гуманизма, справедливости, уважения к человеку, строгое соблюдение его прав и свобод, равенство перед законом и неотвратимость ответственности каждого за свои поступки2 с учетом справедливости как основного начала граж- данско-правовой ответственности3.

Необходимо отказаться от преувеличения нормативно-принуди- тельного качества права. Узконормативное правопонимание не в состоянии обеспечить всестороннее выявление демократического, нравственного, гуманистического потенциала права, поставить в центр всех общественных явлений, в том числе и правовых, человека4.

1  См.: Братусь С.Н. Юридическая ответственность и сознание долга // Вопросы теории государства и права. Саратов, 1983. С. 51.

2  См.: Комаров С.А. Советское общенародное государство и личность. Красноярск, 1986. С. 12–13, 76–88; Гришко А.Я., Рыбаков В.В. Имущественные и неимущественные права лиц, отбывающих лишение свободы: Монография. Рязань: Академия права и управления ФСИН, 2007.

3  См.: Богданов Д.Е. Эволюция гражданско-правовой ответственности с позиции справедливости: сравнительно-правовой аспект: Монография. М.: Проспект, 2015. С. 3.

4  См.: Явич Л.С. Социализм: право и общественный прогресс. М., 1990. С. 16.

92

Глава 3. Роль позитивной юридической ответственности

На самом деле право – сложное и не однопорядковое явление. В его содержании важную роль играют компоненты, обеспечивающие свободу людей, возможности для их творческой самодеятельности. В современном законодательстве увеличивается удельный вес стимулирующих и дозволительных норм, позволяющих лучше влиять на правомерноповеденческий механизм граждан с учетом формирования высокой политической культуры и юридического мышления1.

Итак, юридическая ответственность будет постоянно повышаться, но не путем усиления санкций, взысканий, наказаний за неисполнение обязанностей, а путем повышения позитивной ответственности – сознательного, ответственного отношения людей к возложенным на них законом обязанностям, повышения предъявляемых к ним требований строгого соблюдения законности2. Это неизбежный путь исторического развития ответственности, ведущий к ее «одухотворению». Как отмечает К. Муздыбаев, «в переходе ответственности от ретроспективного плана к перспективному как раз и проявляется прогрессивная тенденция ее эволюции. При этом имеется в виду не просто умение личности предвидеть результаты будущих действий, но и ее стремление активно участвовать в преобразовании окружающего мира»3.

Разумеется, мы не склонны в данном случае «размывать» юридическую ответственность ответственностью моральной, внутренней. Хочется лишь подчеркнуть, что позитивная юридическая ответственность имеет морально-правовую основу, о чем еще будет сказано.

Прежде чем перейти к обоснованию и раскрытию позитивной юридической ответственности, остановимся на понятии ответственности, имеющем методологическое значение в деле эффективной организации правовоспитательной работы и формирования гражданско-пра- вовой активности в рамках реализации воспитательной функции гра- жданско-правового регулирования.

1  См.: Тихомиров Ю.А. Закон в социалистическом правовом государстве // Советское государство и право. 1988. № 10. С. 11.

2  См.: Строгович М.С. Сущность юридической ответственности // Советское государство и право. 1979. № 5. С. 74.

3  См.: Муздыбаев К. Психология ответственности. Л., 1983. С. 14. Данный процесс хорошо показан на примере деятельности крестьянских (фермерских) хозяйств (см.:

Зайцев В.В., Муртазакулов Д.С., Рыбаков В.А., Зайцев О.В. Право собственности крестьянских (фермерских) хозяйств: методологические и доктринальные аспекты (опыт России и Таджикистана). Душанбе: Эр-граф, 2015).

93

Теория функций гражданского права

Сразу же следует отметить, что понятия ответственности, принуждения и наказания не совпадают. Поэтому ответственность не следует понимать как следствие правонарушения и реализацию санкции или угрозу государственного принуждения. Наши социологические исследования показывают, что только 21% респондентов понимают ответственность подобным образом, т.е. сугубо в ретроспективном плане. Что интересно, в качестве респондентов выступили лица, осужденные за совершенные преступления к лишению свободы, и работники ис- правительно-трудовых учреждений.

Между тем порой даже цивилисты назначение гражданско-право- вой ответственности видят в каре, в осуждении за совершение правонарушения, неразрывно связывают ее с санкциями, т.е. невыгодными последствиями для лица, с ущемлением его интересов. А особенность воспитательного воздействия, по их мнению, заключается в том, чтобы дать лицу, совершившему правонарушение, ощутить осуждение государства и общества1. Другие полагают, что гражданско-правовая ответственность выступает в качестве меры принуждения к соблюдению норм права, применяемой органами государства к правонарушителю. Принуждение – важнейший признак ответственности2.

Конечно, возможность принуждения обязательно стоит за юридической ответственностью (уже поэтому данные категории не совпадают), принуждение может быть без ответственности (например, реквизиция), ответственность может реализовываться без принуждения3.

Существует мнение, что без государственного принуждения ответственность не может носить юридический характер4. Мы же считаем, что юридический характер ответственности придает не государственное принуждение, а правовое регулирование этой ответственности. Причем государство, тесно связанное с правом, способно принуждать

1  См.: Шевченко Я.Н. Понятие и механизм гражданско-правовой ответственности // Повышение роли гражданско-правовой ответственности в охране прав и интересов граждан и организаций. Киев, 1988. С. 22–23.

2  См.: Васькин В.В., Овчинников Н.И., Рогович Л.Н. Гражданско-правовая ответственность. Владивосток, 1988. С. 8.

3  См.: Тархов В.А. Ответственность по советскому гражданскому праву. С. 13.

Лицо, у которого реквизировано имущество, вправе при прекращении чрезвычайных обстоятельств требовать по суду возврата ему имущества (см. подробнее: Скловский К.И. Применение гражданского законодательства о собственности и владении. Практические вопросы. М., 2004. С. 216).

4  См.: Самощенко И.С. Содержание убеждения и принуждения в социалистическом государстве // Советское государство и право. 1967. № 2. С. 16.

94

Глава 3. Роль позитивной юридической ответственности

ксоблюдению норм права1. Но данное обстоятельство, на наш взгляд, не означает обязательное принуждение. Далеко не каждая норма непременно сопровождается возможностью принуждения. В далеком 1914 г. профессор В.М. Хвостов отмечал, что принудительность права не следует «разуметь в грубом, механическом смысле. Не нужно представлять себе дело и так, будто нормой права считается лишь то правило поведения, которое исполняется только из страха наказания и за которым стоит неизменно санкция в виде такого наказания за неповиновение. Нормы права принудительны лишь в том смысле, что за ними стоит могущественный авторитет в лице верховной власти, веление которого обязательно для нас помимо нашего желания»2.

Сдругой стороны, принуждение может осуществляться без вмешательства государственного аппарата3. Это положение в первую очередь справедливо в отношении норм гражданского права. Так, гражданское право располагает другим, более действенным, нежели принуждение, юридическим средством обеспечения исполнения обязанностей. Поскольку гражданско-правовое регулирование имеет правонаделительный характер и правонаделение является в относительных правоотношениях, как правило, двусторонних, постольку главным стимулом

кисполнению гражданских обязанностей служит не принуждение, а стремление субъекта к реализации приобретенного в правоотношении субъективного права. «Механизм гражданско-правового воздействия на отношения, – отмечает В.Ф. Яковлев, – характеризуется прямым использованием имущественных интересов субъектов правоотношений, системы стимулирования надлежащего поведения. Юридическим средством стимулирования и становится наделение лица субъективным правом, эквивалентным принимаемой обязанности»4. Вот почему нельзя правовую активность субъектов гражданского права выводить из скрытого характера государственного принуждения, якобы присущего нормам гражданского права5.

1  См.: Ленин В.И. Государство и революция // Полн. собр. соч. Т. 33. С. 98–99; см. также: Латушкин М.А. Стадии применения государственно-правового принуждения // Новая правовая мысль. 2010. № 3 (40). С. 7–11.

2  См.: Хвостов В.М. Общая теория права. Элементарный очерк. М., 1914. С. 56. 3  См.: Тархов В.А. Понятие гражданского права. Саратов: СГУ, 1987. С. 11.

4  См.: Яковлев В.Ф. Гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений. Свердловск, 1972. С. 134; Он же. Экономика. Право. Суд. С. 58–71.

5  См.: Слесарев В.Л. Экономические санкции в советском гражданском праве. Красноярск, 1989. С. 18; Серветник А.А. Правоприменение в гражданско-правовых договорах по отчуждению имущества. Саратов, 2005. С. 12.

95

Теория функций гражданского права

И последнее о принуждении. Было бы справедливо особенности принуждения в гражданском праве использовать для характеристики гражданско-правового метода регулирования общественных отношений. Дело в том, что правообладание, правовая инициатива, правовая диспозитивность и юридическое равенство как основные черты метода гражданского права находят свою реализацию и в использовании принуждения в гражданском праве. Если в уголовном праве принудительные меры представляют собой меры уголовной ответственности, то в гражданском праве меры принуждения почти исключительно используются и применяются как меры защиты нарушенных субъективных прав. В таком назначении мер гражданско-правового принуждения находит свое проявление правонаделение как главная черта граждан- ско-правового метода1. Как далее отмечает В.Ф. Яковлев, применение принудительных мер в гражданском праве основано на правовой инициативе самих участников гражданских правоотношений. Использование принуждения в гражданском праве всецело зависит от того, заявлено ли требование о его применении лицом, потерпевшим от гражданского правонарушения2. Это, во-первых. Во-вторых, поскольку принуждение в гражданском праве не образует содержание принудительных мер, то эти меры, т.е. установленные охранительными нормами гражданского права санкции, могут быть реализованы и практически зачастую реализуются вообще без использования принуждения3.

Что касается соотношения ответственности и наказания, то здесь уместно обратиться к работе К. Маркса «Господин Фогт», где он писал: «Каков будет приговор, мне казалось неважным, только бы удалось привлечь Ф. Цабеля к публичному суду»4. Здесь видно, что понятия ответственности и наказания не совпадают. В другой работе Маркс пишет о крупнейших банкирах, которые «брали на себя ответственность за нарушение закона 1844 г. и заявляли о своей готовности внести, как только соберется парламент, билль, гарантирующий безнаказанность за нарушение закона»5. Тут еще более отчетливо от-

1  См.: Яковлев В.Ф. Экономика. Право. Суд. С. 53–54. 2  См. там же. С. 55.

3  См.: Яковлев В.Ф. Избранные труды. Т. 2. Кн. 1. С. 699. 4  См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 14. С. 634.

5  См.: Маркс К. Закон 1844 г. об английском банке и денежный кризис в Англии // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 12. С. 329.

96

Глава 3. Роль позитивной юридической ответственности

ветственность отграничивается от наказания. Об освобождении от ответственности вообще речи нет.

Что примечательно, в современных условиях открывается реальная перспектива более широкого применения таких форм уголовной ответственности, которые не связаны с обязательным назначением

иреальным исполнением наказания. Диалектический процесс постепенной замены уголовного наказания мерами общественного воздействия, сужения сферы применения наказания может осуществляться

ипри сохранении института уголовной ответственности1. Здесь большое значение имеют замещение уголовной ответственности иными принудительными мерами воздействия, а также использование методов компромисса, смягчения и прекращения уголовной ответственности, смягчающие уголовно-правовое обременение либо исчерпывающие статус уголовно-ответственного лица2.

Таким образом, ответственность нельзя отождествлять с наказанием. Наши исследования показали, что 52% респондентов убеждены в существовании ответственности без наказания, без принуждения. Юридическая ответственность устанавливается для того, чтобы стимулировать правомерное поведение, гражданско-правовую активность, а не для применения наказания за неисполнение правовых норм.

П.А. Варул и И.Н. Грязин считали, что если исходить из аспекта юридической ответственности, то необходимость повысить ответственность «означает необходимость более строгого наказания лиц, виновных в ненадлежащем выполнении своих обязанностей или в их невыполнении. Такое наказание в конечном счете должно в общегосударственном масштабе обеспечить лучшее исполнение своих обязанностей каждым членом общества. Таким образом, речь идет об эффективности юридической ответственности»3. Подобный вывод не всегда соответствует исторической практике.

Так, опыт применения законов 1940 г. об укреплении трудовой дисциплины, в частности указа Президиума Верховного Совета СССР от 26 июня 1940 г. «О переходе на восьмичасовой рабочий день, на семи-

1  См.: Уголовная ответственность и ее реализация в деятельности органов внутренних дел. М., 1987. С. 25.

2  См.: Фильченко А.П. Указ. соч. С. 34–36.

3  См.: Варул П.А., Грязин И.Н. Некоторые методологические положения исследования юридической ответственности в условиях ускорения социально-экономического развития // Учен. зап. / Тартуский ун-т. Тарту, 1987. Вып. 765. С. 26–27.

97

Теория функций гражданского права

дневную рабочую неделю и о запрещении самовольного ухода рабочих и служащих с предприятий и учреждений», свидетельствовал о том, что система строгих наказаний ослабляла крайне необходимые для эффективного труда инициативу и самостоятельность трудящихся, приводила к безответственности, к еще большему беспорядку, озлоблению наказанных и росту числа перестраховщиков. Мастера на предприятиях избегали самостоятельно решать вопросы, чтобы не брать на себя лишней ответственности1. Как видим, наказание, ущемление в прошлом личной свободы граждан приводили к безответственности. Ведь ответственность граждан проявляется в их свободном поведении. Вне свободного поведения нет и ответственности.

Поэтому Е.В. Черных прав, полагая, что ответственность или безответственность личности проявляется в ее поступках, а не в тех последствиях, которые они за собой влекут. Каков характер поступка, таковы и его последствия. Если поведение личности правомерное, то вопрос о наказании не стоит, поскольку оно ответственно и должно влечь положительную оценку. Следствием позитивной ответственности не может быть наказание личности. Негативный аспект ответственности проявляется в правонарушениях. Здесь уже последствием выступает наказание как следствие привлечения к ответственности, мера воздействия на правонарушителя. Не случайно законодатель на первое место ставит категорию ответственности, а не наказания2.

Данное мнение Е.В. Черных было приведено при исследовании понятия правомерного поведения. Хотелось бы напомнить, что в правомерное поведение мы включаем ответственное действие личности.

1  См.: Хлевнюк О. XVIII партконференция. Время, проблемы, решения // Коммунист. 1988. № 1. С. 30; Он же. 26 июня 1940 года: Иллюзии и реальности администрирования // Коммунист. 1989. № 99. С. 86–96.

2  См.: Черных Е.В. Соотношение юридической ответственности и наказания // Вопросы теории государства и права. Саратов, 1983. С. 160–162.

Целесообразно согласиться с выводом, что субъективные права, обязанности и законные интересы являются мерами позитивной юридической ответственности, так как определяют вид, объем, границы, пределы правомерного поведения субъекта, ту «межу», за которой начинается безответственное поведение субъекта. Граница позитивной и негативной юридической ответственности проходит там, где появляются правонарушения, злоупотребление правом, неисполнение юридических обязанностей, т.е. акты безответственного поведения субъекта (см.: Липинский Д.А., Шишкин А.Г. Субъективное право и юридическая обязанность как меры позитивной юридической ответственности // Государство и право. 2014. № 10. С. 14).

98

Глава 3. Роль позитивной юридической ответственности

Безусловно, высшей степенью ответственности характеризуется и гра- жданско-правовая активность.

Завершая вопрос о соотношении ответственности и наказания, следует обратить внимание на то, что в современных условиях идея неотвратимости ответственности приходит на смену идее неотвратимости наказания. Положение о неотвратимости ответственности приобретает общеправовой характер и является одним из важнейших принципов законности. Неотвратимость ответственности означает, что ни одно правонарушение не должно остаться нераскрытым и по всякому из них от ответственного лица должен быть потребован отчет. В результате такого отчета видно будет, заслуживает ли поведение ответственного лица осуждения и наказания1, применения мер ответственности. Вот почему нельзя согласиться с отдельными авторами, утверждающими, что принцип неотвратимости ответственности реализуется лишь при назначении преступнику наказания2. Здесь важен системный подход3.

Вполне очевидно, что принцип неотвратимости ответственности не может быть безоговорочно распространен на гражданско-правовые отношения, носящие диспозитивный характер. Данное обстоятельство оказывает влияние и на реализацию прав, возникающих из отношений ответственности. Дело в том, что ст. 3 ГПК РФ закрепляет право (но не обязанность) заинтересованного лица обратиться в суд за защитой нарушенного или оспариваемого права или охраняемого законом интереса. Другими словами, в случае нарушения субъективных гражданских прав обращение в суд для их восстановления, взыскания неустойки и убытков полностью зависит от воли гражданина.

Следует полностью согласиться с В.С. Константиновой, считавшей, что работа в новых условиях хозяйствования изменяет традиционное значение ответственности как стимулирования, основанного лишь на наказании. Действенным стимулом может стать, например, такая мера, как снижение размера имущественной ответственности при меньшем причинении ущерба. «В гражданско-правовой ответственности должна найти отражение такая характерная черта граждан- ско-правового метода, как диспозитивность, позволяющая сторонам

1  См.: Тархов В.А. Ответственность по советскому гражданскому праву. С. 16.

2  См.: Саркисова Э.А. Роль наказания в предупреждении преступлений. Минск, 1990. С. 35.

3  См.: Родионова А.С. Системный подход как методологическая основа исследования наказания в праве // Новая правовая мысль. 2010. № 2 (39). С. 5–7.

99

Теория функций гражданского права

самим решать вопрос о привлечении к ответственности нарушителя либо об амнистировании его»1. Вот почему нельзя согласиться с авторами, предлагающими полностью распространить принцип неотвратимости ответственности на имущественные отношения, а также установить в гражданском законодательстве норму о строгой обязанности участников в случае нарушения обязательств применять ответственность и соответствующие гражданско-правовые санкции2.

Ответственность в русском языке определяется как обязанность, необходимость дать отчет в своих действиях, поступках; как необходимость, обязанность отвечать за свои действия, поступки, и «привлечь к ответственности» – значит заставить отвечать за плохой ход дела, за проступки3. Именно в этом значении употребляется термин «ответственность» в руководящей литературе. Да и в юридической литературе уголовная ответственность нередко определяется как обязанность лица, совершившего преступление дать ответ за совершенное преступление.

Кроме того, обязанность дать отчет в своих действиях (даже независимо от правомерности поведения) в одних случаях прямо предусматривается законом (ст. 999, 1008 ГК РФ), а в других вытекает из основных принципов права.

Таким образом, юридическая ответственность – это регулируемая правом обязанность дать отчет в своих действиях4. К такому же выводу пришли 47% респондентов.

О.Э. Лейст возражает против такого понимания ответственности. Он считает, что «через обязанность дать ответ, держать отчет не может быть раскрыто содержание имущественной ответственности, поскольку нарушитель договорных обязательств или причинитель имущественного вреда юридически обязан возместить вред или ущерб, уплатить неустойку (штраф, пеню), а не отчитываться в содеянном перед потерпевшим. В самом деле, неужели нормальна ситуация, если в ответ на обоснованную претензию нарушитель договора или причинитель вреда направляет потерпевшему отчет о своей деятельности, достижениях, трудностях, недостатках, об обстоятельствах допущенного правонарушения и т.д., а потерпевший ограничивается изучением этого

1  См.: Константинова В.С. Указ. соч. С. 15.

2  См.: Эффективность гражданского законодательства. С. 77–78.

3  См.: Словарь русского языка. М., 1958. Т. II. С. 915; Ожегов С.И. Словарь русского языка. М., 1978. С. 427.

4  См.: Тархов В.А. Ответственность по советскому гражданскому праву. С. 13–16.

100