Теоретические проблемы правосудия по гражданским делам. Учебное пособие

3.3.Проблемы эффективности правосудия по гражданским делам

1.В 1964 г. в своем постановлении Пленум Верховного Суда РСФСР запрещал отказывать в принятии заявления «по соображениям материального права», Суд считал, что такой отказ является грубым нарушением права на обращения в суд1.

2.В 1998 г., со ссылкой на прямой запрет, установленный нормами материального права (ст. 17 СК РФ), Пленум разрешил отказывать

впринятии иска в случае обращения мужа с иском о расторжении брака во время беременности жены или в течение года после рождения ребенка2.

3.В 2012 г. в постановлении Пленума № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» Верховный Суд РФ разрешил судам отказывать в принятии искового заявления, предъявленного к умершему гражданину, со ссылкой на п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ, поскольку нести ответственность за нарушение прав и законных интересов гражданина может только лицо, обладающее гражданской правовой и гражданской процессуальной правоспособностью3.

4.В 2013 г. Верховный Суд РФ указал: «вопрос о нарушении оспариваемым актом прав, свобод и законных интересов гражданина, организации должен решаться непосредственно в судебном заседании при разрешении гражданского дела по существу, иное являлось бы отступлением от принципов равенства всех перед законом и судом, осуществления судопроизводства на основе состязательности, равноправия сторон и ограничением права на судебную защиту»4.

Как видно из приведенных правовых позиций, Верховный Суд РФ не поддерживает отказ в принятии иска по соображениям материального права, поскольку такой отказ нарушает принципы доступа к правосудию и равноправия сторон. Однако вполне допускает применение рассматриваемой нормы в случае прямого запрета на судебную защиту, установленного нормами материального права. Указанные соображения соответствуют теоретическим взглядам Г. Л. Осокиной, М. С. Шакарян, А. К. Сергун и М. А. Гурвича.

1 Постановление Пленума Верховного Суда РСФСР № 25 от 12 декабря 1964 г. «О некоторых вопросах, возникших в практике применения судами гражданского процессуального кодекса РСФСР».

2 Пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 15 от 5 ноября 1998 г. «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» (с изм. от 6 февраля 2007 г. № 6).

3 Пункт 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании».

4 Определение Верховного Суда РФ от 15.01.2013 г. № 78-КГ12–22.

121

Глава 3. Основные проблемы эффективности правосудия по гражданским делам

Рассматриваемая норма активно применяется судами общей юрисдикции уже много лет. Как уже было отмечено выше из рассмотренных примеров применения Нормы в исковом производстве, приблизительно в половине случаев определения об отказе в принятии иска были отменены, а в половине случаев определения были утверждены вышестоящими судами. В тех случаях, когда в приятии иска было отказано, в целом, можно видеть весьма эффективный подход. Действительно, даже из текста апелляционных определений, весьма ограниченных в изложении фактов, можно было усмотреть, что с точки зрения материального права их разрешение в судебном разбирательстве вряд ли привело бы к эффективному решению.

Таким образом, в теории и в практике отмечено, что отказ в принятии иска по соображениям материального права не вполне соответствует принципам доступа к правосудию и равноправия сторон. Однако норма действует, активно применяется судами общей юрисдикции и в целом позволяет отсекать от судебного разбирательства явно неэффективные заявления. Следовательно, несмотря на обозначенную выше дискуссию, следует признать рассматриваемую норму (п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ) в определенной степени эффективной.

3.Проблема эффективности цивилистических процессуальных норм

всвязи с применением обязательного претензионного порядка. Как уже отмечалось, одним из аспектов эффективности правосудия по гражданским делам является развитие альтернативных форм защиты нарушенных прав и законных интересов1. Благодаря этим формам гражданин имеет выбор в защите своих гражданских прав, он может обратиться не только в суд, но и к судебному примирителю, медиатору, третейскому судье. Выбор в пользу альтернативных форм защиты гражданских прав снижает нагрузку на судебную систему, высвобождает время суда на правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел. Тем самым правосудие по гражданским делам становится более эффективным. Однако обращение к альтернативным формам защиты гражданских прав происходит на добровольной основе, по выбору гражданина, в отличие от досудебных форм, которые связаны с процессуальными нормами таким образом, что доступ к судебной защите заинтересованное лицо получает только после обращения к досудебной форме защиты гражданских прав.

1 Оптимизация гражданского правосудия России / Под ред. В. В. Яркова. М., 2007. С. 24–56.

122

3.3.Проблемы эффективности правосудия по гражданским делам

Всвязи с тем, что досудебные формы являются обязательными к досудебному исполнению, их применение выглядит эффективнее применения альтернативных форм защиты гражданских прав. Так, в ГПК РФ сформулировано требование представить вместе с иском документы, «подтверждающие выполнение обязательного досудебного порядка урегулирования спора, если такой порядок установлен федеральным законом» (ст. 132). В АПК РФ также сформулировано требование представить вместе с иском «документы, подтверждающие соблюдение истцом претензионного или иного досудебного порядка, за исключением случаев, если его соблюдение не предусмотрено федеральным законом» (ст. 126 АПК РФ). Неисполнение этих требований влечет процессуальные последствия: оставление иска без движения или его возврат (ст. 128, 129 АПК РФ и 135, 136 ГПК РФ), если несоблюдение досудебного порядка будет обнаружено уже в процессе рассмотрения заявления по существу, такое заявление подлежит оставлению без рассмотрения (п. 2 ч. 1 ст. 148 АПК РФ и абз. 1 ст. 222 ГПК РФ).

Одним из видов досудебных форм является претензионный порядок. Следует отметить, что претензионный порядок в первую очередь появился в арбитраже в советское время и уже тогда зарекомендовал себя как доарбитражная процедура, влияющая на снижение арбитражной нагрузки.

Так, вплоть до 1974 г. доарбитражный порядок урегулирования хозяйственных споров в договорной и арбитражной практике принято было делить на специальный порядок предъявления претензий органами транспорта, вытекающих из перевозок грузов; и общий порядок, возникающий при заключении и исполнении хозяйственных договоров и по иным основаниям. Соблюдение специального порядка было строго обязательно, обеспечено ограничением доступа к защите в арбитраже, напротив, несоблюдение общего претензионного порядка не препятствовало принятию органами арбитража к рассмотрению споров и их разрешению по существу.

С принятием новых Положений о государственных арбитражах

иновых правил рассмотрения хозяйственных споров государственными арбитражами в 1974 г. ситуация в значительной степени изменилась: безотносительно деления претензионного порядка на общий

испециальный была установлена обязательность соблюдения обоих порядков1. Очевидно, что придание обоим порядкам силы обязатель-

1 Либерман Ф. Х., Фалькович М. С. Доарбитражное урегулирование хозяйственных споров. М., 1977. С. 6–7.

123

Глава 3. Основные проблемы эффективности правосудия по гражданским делам

ности, которая была обеспечена ограничением доступа к арбитражному порядку разрешения спора, способствовало сокращению бесспорных дел в арбитраже: «при оценке значения доарбитражного порядка урегулирования хозяйственных споров следует учитывать, что немаловажным практическим результатом строгого соблюдения его является сокращение количества споров, передаваемых на рассмотрение органов арбитража, … так, в 1974 г. оно уменьшилось по сравнению с 1973 г. на 44,3 тыс. дел, или на 6,0%, а в 1975 году по сравнению с 1974 г. на 20 тыс. дел, или на 3%»1. Этот пример указывает на то, как изменилась арбитражная нагрузка в связи с приданием претензионному порядку свойства обязательности, нагрузка снизилась.

К сожалению, мы не располагаем сведениями об изменениях судебной нагрузки, связанных с введением в АПК и ГПК норм об обязательном соблюдении досудебного, современного претензионного порядка (ст. 128, 129, п. 2 ч. 1 ст. 148 АПК РФ и ст. 135, 136, абз. 1 ст. 222 ГПК РФ), однако исторический пример, приведенный вышепозволяет нам сделать предположения об эффективном влиянии этих норм на современное правосудие по гражданским делам.

Представляется, что процессуальные нормы, регулирующие обязательность претензионного порядка, с одной стороны, и нормы, регулирующие приказное производство, с другой, могут быть пересмотрены в зависимости от правильного понимания результатов рассмотрения претензии. Тем самым можно достигнуть больших результатов в усилении эффективности правосудия по гражданским делам. Для этого надо подробно рассмотреть последствия претензионного порядка и нормативно связать их с соответствующими процессуальными нормами, регулирующими приказное производство.

В результате рассмотрения претензии возможно следующее: 1) претензия может быть удовлетворена фактически и формально2 либо только фактически; 2) удовлетворение претензии может быть формально и фактически отклонено; 3) удовлетворение претензии может быть формальным, но не фактическим; 4) претензия формально и фактически не будет ни отклонена, ни удовлетворена.

1. Очевидно, что в первом случае результат рассмотрения претензии наиболее приемлем для сторон: происходит снятие назревающего спора наиболее быстрым и наименее затратным для сторон порядком. В таком случае на письменное обращение кредитора от должника по-

1 Там же. С. 8.

2 В данном случае термин формально используется в значении письменной формы.

124

3.3. Проблемы эффективности правосудия по гражданским делам

ступает ясный, письменный ответ о согласии с предъявленной претензией, сроках и порядке ее удовлетворения перед кредитором, а также последующее ее фактическое удовлетворение.

В ответе на претензию может быть сформулировано обоснование согласия должника на удовлетворение им претензии частично, ввиду особенностей развития обязательства, о котором рассматривается претензия, и это обоснование, как удовлетворившее кредитора, также снимет назревающий спор. Формального ответа на претензию может и не последовать, должник по умолчанию, фактически удовлетворит претензию согласно требованиям кредитора, содержащимся в претензии. Так или иначе, требование будет удовлетворено, это поспособствует дальнейшему доброжелательному развитию отношений сторон: «Обращение со всеми спорными вопросами непосредственно к должнику направлено на развитие инициативы хозорганов в устранении возникающих между ними конфликтов без вмешательства государства, это правило способствует укреплению сотрудничества и взаимопонимания между хозорганами, быстрому разрешению возникающих разногласий, ускорению оборачиваемости оборотных средств предприятий и организаций», — писала Р. Ф. Каллистратова1.

Для судебной системы, все еще испытывающей высокую нагрузку2, развитие событий при рассмотрении претензии по первому сценарию также наиболее эффективно, поскольку спор снимается и обращение

ксуду кредитора не происходит.

1 Каллистратова Р. Ф. Претензионный порядок разрешения споров между социалистическими организациями // Избранные труды по арбитражному и гражданскому процессам. Краснодар, 2007. С. 136.

2 См., например: Основные показателя работы Арбитражного суда Мос-

ковской области по итогам 9 месяцев 2014 года. Нагрузка судей // Расширенное заседание Президиума Арбитражного суда Московской области от 17 октября 2014 года. URL: www. asmo. arbitr. ru/node/14989; Видео-совещание судей, работников аппарата Двенадцатого арбитражного апелляционного суда с участием руководства Арбитражных судов Астраханской, Волгоградской и Саратовской областей за 9 месяцев 2015 года. URL: 12aas. arbitr. ru/node/13551; Интернет-конференция с Председателем Липецкого областного суда «Ключевые вопросы в судебной практике судов общей юрисдикции Липецкой области за первое полугодие 2014 года. Новые направления в деятельности региональных судов: медиация и информатизация» от 9 сентября 2014 года. URL: www. garant. ru/action/regional/569297; Совещание в Управлении Судебного департамента в Кабардино-Балкарской Республике от 20 февраля 2015 года по итогам работы районных (городских) судов и мировых судей Кабардино-Балкарской Республики за 2014 год. URL: vs. kbr. sudrf. ru/ modules. php?name=press_dep&op=1&did=66.

125

Глава 3. Основные проблемы эффективности правосудия по гражданским делам

2. На первый взгляд может показаться, что удовлетворение претензии значительно более удачное последствие рассмотрения претензии, чем ее отклонение, поскольку последнее есть результат отрицательный и поэтому не продуктивный. Однако это только видимое представление. Отклонение претензии для дальнейшего разрешения спора имеет существенное значение, поскольку становится ясным, что спор имеет место быть, а значит очевидна и необходимость вмешательства третьего лица — суда, который, во-первых, способен разрешить возникший спор, а, во-вторых, наделить акт разрешения спора такой силой, что должник — ответчик будет принужден удовлетворить обоснованное требование кредитора — истца.

Зачастую заявления, поступающие в суд, на самом деле не являются спорными, то есть ответчик уже в судебном разбирательстве полностью или частично признает исковые требования. Такое возможно в отсутствие претензионного порядка, в рамках которого должник мог бы до суда отчетливо выразить свое отношение к требованию кредитора — будущего истца, тем самым выяснение вопроса о спорности требования как бы смещается в судебное разбирательство, а это означает — судебные издержки для сторон и лишняя нагрузка для судебной системы, не способствующая эффективному отправлению правосудия. Напротив, отклонение требования в досудебном — претензионном порядке выступает необходимым сигналом спорности требования, то есть в суд поступают по-настоящему спорные требования: «Применение претензионного порядка ограждает государственный аппарат от необходимости рассматривать иски беспочвенные, в основе которых, по существу, нет спора, что дает большую экономию времени и средств», — указала Р. Ф. Каллистратова1.

Формальное отклонение претензии также способствует эффективному разрешению дела по существу в дальнейшем: «В тех случаях, когда предъявление и проверка претензии не приводит к добровольному удовлетворению требования заинтересованной стороны»2. «В процессе такой проверки обычно выясняются все важные для разрешения спора обстоятельства, все основные разногласия сторон и их причины, — это способствует правильному и быстрому разрешению спора, значительно облегчает работу арбитража, помогает арбитру лучше обосновать решение по делу»3.

1 См.: Каллистратова Р. Ф. Указ соч. С. 139; Новицкая В. В. Предварительное досудебное рассмотрение гражданских споров: Дис.…канд. юрид. наук. М., 1970. С. 2.

126

3.3. Проблемы эффективности правосудия по гражданским делам

3. В третьем случае формальным удовлетворением претензии должник дает понять кредитору, что он согласен с его требованием, то есть для сторон становится очевидна бесспорность правоотношения, по поводу которого подана претензия. В то же время фактического удовлетворения претензии не происходит, поэтому становится ясно, что обязанность должником не исполняется. Таким образом, ввиду отсутствия спора о праве, кредитору от суда нужна только его принудительная сила, которой необходимо наделить бесспорное требование кредитора: «Признание претензии в тех случаях, когда фактического исполнения обязанности должника не последовало, рассматривается как доказательство, подтверждающее существование обязанности должника»1. Тем самым признание претензии должником в случае не поступления от него удовлетворения по претензии вполне может быть признано делом бесспорным и обращено кредитором к приказному, сокращенному порядку рассмотрения заявления, минуя тем самым судебное разбирательство и приводя судебную защиту к более эффективному сценарию развития.

4. В четвертом случае претензия должником формально и фактически не отклоняется и не удовлетворяется. С одной стороны, на фоне приведенных выше примеров, данный результат наименее продуктивный, поскольку он не дает никакой содержательной информации от должника относительно предъявленного к нему требования. С другой стороны, не обоснованная претензия вряд ли осталась бы без ответа должника, следовательно, молчание необходимо презюмировать как согласие с предъявленной претензией, предоставив кредитору, спустя определенное время (молчание должника), и в этом случае воспользоваться приказным сокращенным производством. Такой подход, во-первых, будет стимулировать должника избегать наименее результативного, — четвертого случая, приводя к применению случаев 1–3; во-вторых, поспособствует наиболее быстрому, принудительному удовлетворению обоснованной претензии.

Таким образом, следует признать весьма эффективными процессуальные нормы ГПК РФ и АПК РФ об обязательном соблюдении претензионного порядка2. Однако требуется дальнейшее нормативное развитие цивилистических процессуальных норм таким образом, чтобы результаты рассмотрения претензии были правильно связаны с возможностью обращения кредитора к приказному, бесспорному

1 Там же. С. 145.

2 См.: ст. 132, 135, 136, абз. 1 ст. 222 ГПК РФ и ст. 126, 128, 129, п. 2 ч. 1 ст. 148 АПК РФ.

127

Глава 3. Основные проблемы эффективности правосудия по гражданским делам

порядку, минуя исковой порядок там, где претензионный порядок не выявляет наличие спора о праве, но обращение за принудительной силой исполнения бесспорного, нарушенного обязательства все равно требуется.

Вывод. Многие проблемы эффективности правосудия по гражданским делам, обозначенные еще в 90-е и 2000-е гг., нашли свое разрешение в результате судебной реформы. Однако не все проблемы разрешены. Эффективность отдельных норм цивилистического процесса все еще вызывает вопросы.

1. К сожалению, следует признать недостаточно эффективными нормы гражданского и арбитражного процессуального права в части регулирования правил электронного устного начала. В этой части цивилистические процессуальные нормы значительно уступают нормам, посвященным правилам, регулирующим электронное письменное начало. Следует отметить, что усиление письменного электронного начала в настоящем нарушает необходимый баланс в пропорции устного

иписьменного начала. Ослабление устного начала, с одной стороны,

иразвитие письменного электронного начала, с другой стороны, приводит к снижению гласного публичного доступа к правосудию. В этой

связи нивелируется воспитательное воздействие, тесно связанное с устным судебным разбирательством. Вследствие этого не достигается факультативная целевая установка гражданского и арбитражного судопроизводств (ст. 2 ГПК РФ и ст. 2 АПК РФ). Результативность норм гражданского и арбитражного процессуального права, их социальный эффект в этой части не обеспечиваются должным образом.

2.Вызывает интерес эффективность заключительного положения

п.1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ («судья отказывает в принятии искового заявления в случае, если в заявлении, поданном от своего имени, оспариваются акты, которые не затрагивают права, свободы или законные интересы заявителя»). Эта норма действует уже почти 20 лет, активно применяется судами общей юрисдикции и в целом позволяет отсекать от судебного разбирательства явно неэффективные заявления. Однако в теории процесса мнения относительно применения этой нормы неоднозначны. Одни авторы считают эту норму нарушающей принципы доступа к правосудию и равноправия сторон (Г. Л. Осокина, М. С. Шакарян, А. К. Сергун и М. А. Гурвич), соответственно, допускают применение этой нормы при использовании так называемых «прямых запретов» права на иск, установленных в нормах материального права (М. А. Гурвич). Другие авторы видят целесообразным ее использование при отсутствии материального правового интереса у истца к иску

128

3.3. Проблемы эффективности правосудия по гражданским делам

(В. В. Ярков), соответственно, считают, что при предъявлении всякого иска первое, что должен выяснить суд, — это наличность у истца юридического интереса к иску, принятие же исков от незаинтересованных лиц ведет к принятию юридически неэффективных решений (В. Н. Гордон).

Как видно из теории процесса, рассматриваемая норма (п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ) остается весьма дискуссионной, ее наличие в ГПК РФ связано с требованием законодателя к заявителю, который должен быть заинтересован в процессе (часть 1 ст. 3 и ч. 1 ст. 4 ГПК РФ). С одной стороны, очевидно, что обращение в суд должно быть обосновано элементарной заинтересованностью в иске. В свою очередь, заинтересованность истца должна опираться на материально-правовые нормы права. В противном случае утрачивается юридическая эффективность решения суда. Если нет заинтересованности истца, основанной на нормах материального права и это очевидно следует из содержания иска, целесообразно в принятии иска отказать, не запуская судебное разбирательство и не нагружая суд рассмотрением безосновательных исков.

С другой стороны, теория иска предполагает выяснение иска в материальном смысле в судебном разбирательстве: достоверно разобраться в наличии у истца интереса, основанного на нормах материального права возможно только в судебном разбирательстве. Выяснение нарушения норм материального права невозможно без сопоставления этого нарушения с доказательствами, которые подтверждают это нарушение. Полное и всестороннее исследование доказательств возможно только в судебном разбирательстве. На стадии возбуждения дела необходимо проверить лишь процессуальные предпосылки права на иск, например, правоспособность истца, компетенция суда и иные процессуальные предпосылки, указанные в законе.

Отказ в принятии иска по соображениям отсутствия заинтересованности в иске означает, что суд в стадии возбуждения дела выяснил отсутствие нарушений прав истца, в той или иной мере изучил доказательства, представленные истцом, естественно, в весьма усеченном виде, без участия ответчика. Можно ли считать достаточным, полным и всесторонним такое изучение доказательств? — По-видимому, вряд ли. В этой связи более определенными выглядят так называемые «прямые запреты» права на иск, на которые указывал М. А. Гурвич. Эти запреты прямо указаны в нормах материального права, не допуская двусмысленности относительно заинтересованности истца в иске. В самом законе указано на случаи, которые не подпадают под судеб-

129

Глава 3. Основные проблемы эффективности правосудия по гражданским делам

ную защиту. Всестороннее исследование доказательств в данном случае вряд ли целесообразно. Таким образом, вопрос об отказе в принятии иска по соображениям незаинтересованности истца в иске является вопросом дискуссионным, и однозначно разрешить эту дискуссию весьма непросто.

В своих позициях Верховный Суд РФ не поддержал отказ в принятии иска по соображениям материального права, поскольку такой отказ нарушает принципы доступа к правосудию и равноправия сторон. Однако вполне допускает применение рассматриваемой нормы в случае прямого запрета на судебную защиту, установленного нормами материального права. Указанные соображения соответствуют теоретическим взглядам Г. Л. Осокиной, М. С. Шакарян, А. К. Сергун и М. А. Гурвича.

Нижестоящие суды активно применяют рассматриваемую норму уже много лет. Десятки рассмотренных примеров применения этой нормы демонстрируют, что приблизительно в половине случаев определения об отказе в принятии иска по соображениям материального права были отменены вышестоящими судами, а в половине случаев определения были утверждены вышестоящими судами. В тех случаях, когда в приятии иска было отказано, в целом, просматривается весьма эффективный подход. Действительно, даже из текста апелляционных определений, весьма ограниченных в изложении фактов, можно было усмотреть, что с точки зрения материального права их разрешение в судебном разбирательстве вряд ли привело бы к эффективному решению.

Таким образом, в теории и в практике отмечено, что отказ в принятии иска по соображениям материального права не вполне соответствует принципам доступа к правосудию и равноправия сторон. Однако норма действует, активно применяется судами общей юрисдикции и в целом позволяет отсекать от судебного разбирательства явно неэффективные заявления. Следовательно, несмотря на обозначенную выше дискуссию, следует признать рассматриваемую норму (п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ) в определенной степени эффективной.

3. Следует признать весьма эффективными процессуальные нормы ГПК РФ и АПК РФ об обязательном соблюдении претензионного порядка1. Однако требуется дальнейшее нормативное развитие цивилистических процессуальных норм таким образом, чтобы результаты

1 См.: ст. 132, 135, 136, абз. 1 ст. 222 ГПК РФ и ст. 126, 128, 129, п. 2 ч. 1 ст. 148 АПК РФ.

130