Теоретические проблемы правосудия по гражданским делам. Учебное пособие

3.3.Проблемы эффективности правосудия по гражданским делам

вусловиях сложной эпидемиологической обстановки в стране. Цифровизация устного начала не позволяет гражданину полноценно действовать в цивилистическом процессе, не покидая дома.

Исследования баланса между устным и письменным началами

вретроспективе демонстрирует крен в сторону письменного начала, который длится с советского периода и продолжается до сих пор1. Переход устного и письменного начала в электронную среду не приводит к тому, что устное электронное начало поспевает за развитием письменного электронного начала. Напротив, как указано выше, электронное письменное начало продолжает доминировать над устным началом в цивилистическом процессе.

Следует отметить, что усиление письменного электронного начала в настоящем нарушает необходимый баланс в пропорции устного и письменного начала. Ослабление устного начала, с одной стороны, и развитие письменного электронного начала, с другой стороны, приводит к снижению гласного публичного доступа к правосудию, тем самым нивелируется воспитательное воздействие правосудия по гражданским делам, которое реализуется только в устном судебном разбирательстве, и поэтому не достигается факультативная целевая установка гражданского и арбитражного судопроизводств (ст. 2 ГПК РФ и ст. 2 АПК РФ). Результативность норм гражданского и арбитражного процессуального права, их социальный эффект в этой части не обеспечиваются должным образом.

2.Проблема эффективности норм гражданского процессуального права в части регулирования отказа в принятии иска. Вызывает интерес эффективность заключительного положения п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ: «судья отказывает в принятии искового заявления в случае, если

взаявлении, поданном от своего имени, оспариваются акты, которые не затрагивают права, свободы или законные интересы заявителя».

Впервые эта норма появилась в ГПК РФ 2002 г. Она не раз получала критические отклики со стороны ученых-процессуалистов. Так, Г. Л. Осокина писала: «Строго говоря, в приведенном тексте п. 1 ст. 134 ГПК РФ речь идет об отсутствии у заявителя материально-право- вого интереса, … отказ от права на обращение в суд недействителен (ч. 2 ст. 3 ГПК), … законодательный запрет на принятие заявления об оспаривании акта, который не затрагивает прав, свобод и законных интересов заявителя, следует рассматривать как прямой запрет

1 Поскребнев М. Е. Перспективы развития устного и письменного начала в гражданском судопроизводстве // Проблемы судопроизводства по делам, возникающим из гражданских и административных правоотношений: Сб. статей. С. 149–157.

111

Глава 3. Основные проблемы эффективности правосудия по гражданским делам

на обращение за судебной защитой, установленный нормой процессуального права»1. При рассмотрении проекта ГПК РФ (2002) отдельные члены рабочей группы Комитета по законодательству Государственной Думы ученые-процессуалисты М. С. Шакарян и А. К. Сергун тоже весьма критично оценили эту норму. Они писали председателю Комитета относительно нормы, что заявление можно не принять, если истец не докажет при подаче его, что оспариваемым актом затрагиваются его права, свободы и охраняемые законом интересы, без сомнений, это приведет к нарушению прав граждан, ограничению права на судебную защиту2.

Закрепление в ГПК РФ (2002) отказа в принятии иска, как последствие отсутствия у заявителя материально-правового интереса к иску (п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ), обострило давнюю дискуссию о заинтересованности истца в качестве предпосылки права на предъявление иска.

ГПК РСФСР (1923) не содержал норм об отказе в принятии иска, однако ст. 246 позволяла суду высшей инстанции прекратить производство по делу в случае отсутствия права на иск. Профессор А. Ф. Клейнман по этому поводу писал: «Статья 246 ГПК РСФСР представляет суду высшей инстанции возможность прекратить дело производством при отсутствии у истца права на иск … суд высшей инстанции может также прекратить дело и в том случае, если окажется, что истцу не принадлежит то материальное право, о защите которого он просит суд»3. В ст. 2 ГПК РСФСР (1923) условием к началу рассмотрения дела являлось предъявление заявления «заинтересованной в том стороны». В. М. Гордон указал на то, что «заинтересованность» сторон (истца) в смысле ст. 2 ГПК РСФСР означает объективное наличие фактов, обусловливающих юридическую эффективность решения. Такими фактами в исках о присуждении является нарушение ответчиком его обязанности перед истцом, в исках о признании — опасность такого нарушения в будущем. При отсутствии таких фактов сторона, заявившая иск, является не заинтересованной и потому не может быть стороной. Если же нет в процессе стороны, то и процесс не может считаться состоявшимся; дело подлежит прекращению производством4.

кодексу РСФСР // Вестник советской юстиции. 1924. № 1. С. 15.

112

3.3.Проблемы эффективности правосудия по гражданским делам

В.М. Гордон ввел в теорию советского гражданского процесса учение о юридическом интересе в процессе, как предпосылке права на предъявление иска1.

М. А. Гурвич не находил ни теоретических, ни законодательных оснований считать юридический интерес предпосылкой права на предъявление иска в советском гражданском процессе. В качестве предпосылки к предъявлению иска юридический интерес нельзя, по его мнению, было видеть и в понятии «заинтересованное лицо» (ст. 2 ГПК РСФСР), так как это понятие относится ко всем видам исков, указывая лишь на границы субъективной правоспособности к предъявлению иска2.

Понятие «заинтересованное лицо» сохранилось и в ГПК РСФСР (1964) (ст. 3). В Кодексе впервые были закреплены основания для отказа в принятии заявления (ст. 129), которые были исключительно процессуального характера. Постановлением Пленума Верховного Суда РСФСР (1964) было запрещено отказывать в принятии заявления, руководствуясь нормами материального права: «Отказ судьи

впринятии заявления по соображениям материального права, в частности по мотивам истечения срока исковой давности и преждевременности требования, является незаконным отказом в правосудии, грубо нарушающим право на обращение в суд»3. Дискутируя с профессором А. Ф. Клейнманым о возможности рассматривать в качестве предпосылки предъявления иска наличие права на иск в материальном смысле, М. А. Гурвич ссылался на возможность учитывать прямые запреты праву на иски, установленные нормами материального права. В частности, М. А. Гурвич писал, что рекомендация А. Ф. Клейнмана судьям отказывать в принятии заявлений в случаях, когда требование по закону не подлежит судебной защите (стр. 125 ГПК), может быть принята только в случаях, когда закон прямо указывает на такие требования, например, в случае, установленном ст. 29 КЗоБСО. Распространение этой рекомендации на любые иные случаи означало бы обход принципа коллегиальности судебного рассмотрения дела и нарушение ст. 129 ГПК4. В современном гражданском законодательстве предусмотрен

«О некоторых вопросах, возникших в практике применения судами гражданского процессуального кодекса РСФСР».

4 Гурвич М. А. Советский гражданский процесс // Избранные труды. Краснодар, 2006. Т. 2. С. 454.

113

Глава 3. Основные проблемы эффективности правосудия по гражданским делам

целый ряд прямых запретов на предъявление иска: ст. 17 и п. 4 ст. 29 СК РФ; п. 2 ст. 325 КТМ РФ; п. 1 ст. 1062 ГК РФ.

По некоторым из этих норм Верховным Судом РФ даны специальные процессуальные разъяснения, например, в п 1. Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 15 от 5 ноября 1998 г. указано:

«При принятии искового заявления о расторжении брака судье необходимо учитывать, что согласно ст. 17 СК РФ муж не имеет права без согласия жены возбуждать дело о расторжении брака во время беременности жены и в течение одного года после рождения ребенка. Это положение распространяется и на случаи, когда ребенок родился мертвым или умер до достижения им возраста одного года. При отсутствии согласия жены на рассмотрение дела о расторжении брака судья отказывает в принятии искового заявления, а если оно было принято, суд прекращает производство по делу (п. 1 ч. 1 ст. 134, абз. 2 ст. 220 ГПК РФ)»1.

В ГПК РФ (2002) сохранилось понятие «заинтересованное лицо» (ст. 3), группа ученых во главе с профессором В. В. Ярковым в вопросе о развитии условий и пределов судебной защиты в целях снижения необоснованной нагрузки на суд выразили следующую точку зрения: «Часть 1 статьи 3 и часть 1 статьи 4 ГПК РФ свидетельствуют о необходимости наличия правовой заинтересованности у лица, обращающегося в суд. … представляется целесообразным использование в качестве одного из оснований отказа в принятии искового заявления (ст. 134 ГПК РФ) и прекращения производства по делу (ст. 220 ГПК РФ) отсутствие материального правового интереса у лица, обращающегося за судебной защитой»2. Гордон В. М. также писал: «Лишь при наличности юридического интереса есть у истца та необходимость в иске, до возникновения которой нельзя вовсе говорить о судебной защите: может быть речь лишь о юридической консультации. Таким образом, по предъявлении всякого иска, первое, что должно быть выяснено судом — это наличность у истца юридического интереса к иску»3.

Профессор М. А. Гурвич полагал, что интерес следует искать в судебном разбирательстве, реализуя право на иск в материальном смысле. М. А. Гурвич считал, что в процессе защищаются интересы не только истца, но и ответчика, обе стороны искового процесса равны. Следовательно, отсутствие юридического интереса к процессу

1 Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 15 от 5 ноября 1998 г. «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» (с изм., внесенными постановлением Пленума от 6 февраля 2007 г. № 6).

2 Оптимизация гражданского правосудия России / Под ред. В. В. Яркова. С. 58, 64.

3 Гордон В. М. Иски о признании. Ярославль, 1906. С. 252.

114

3.3. Проблемы эффективности правосудия по гражданским делам

(повода к иску) у истца не аннулирует автоматически неопределенности правового положения ответчика, возникшей в результате самого факта обращения истца с иском в суд1.

Как видно из теории процесса, рассматриваемая норма (п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ) остается весьма дискуссионной, ее наличие в ГПК РФ связано с требованием законодателя к заявителю, он должен быть заинтересован в процессе (часть 1 ст. 3 и ч. 1 ст. 4 ГПК РФ). С одной стороны, очевидно, что обращение в суд должно быть обосновано элементарной заинтересованностью в иске. В свою очередь, заинтересованность истца должна опираться на материально-правовые нормы права. В противном случае утрачивается юридическая эффективность решения суда. Если нет заинтересованности истца, основанной на нормах материального права и это очевидно следует из содержания иска, целесообразно в принятии иска отказать, не запуская судебное разбирательство и не нагружая суд рассмотрением безосновательных исков.

С другой стороны, теория иска предполагает выяснение иска в материальном смысле в судебном разбирательстве: достоверно разобраться в наличии у истца интереса, основанного на нормах материального права, возможно только в судебном разбирательстве. Выяснение нарушения норм материального права невозможно без сопоставления этого нарушения с доказательствами, которые подтверждают это нарушение. Полное и всестороннее исследование доказательств возможно только в судебном разбирательстве. На стадии возбуждения дела необходимо проверить лишь процессуальные предпосылки права на иск, а именно: правоспособность истца, компетенция суда и иные процессуальные предпосылки, указанные в законе.

Отказ в принятии иска по соображениям отсутствия заинтересованности в иске означает, что суд в стадии возбуждения дела выяснил отсутствие нарушений прав истца, в той или иной мере изучил доказательства, представленные истцом, естественно, в весьма усеченном виде, без участия ответчика. Можно ли считать достаточным, полным и всесторонним такое изучение доказательств? — Полагаю, что вряд ли. В этой связи более определенными выглядят так называемые «прямые запреты» праву на иск, на которые указывал М. А. Гурвич. Эти запреты прямо указаны в нормах материального права, не допуская двусмысленности относительно заинтересованности истца в иске. В самом законе указано на случаи, которые не подпадают

1 Гурвич М. А. Право на иск // Избранные труды. Т. 1. С. 102–103.

115

Глава 3. Основные проблемы эффективности правосудия по гражданским делам

под судебную защиту. Всестороннее исследование доказательств здесь вряд ли целесообразно. Таким образом, вопрос об отказе в принятии иска по соображениям незаинтересованности истца в иске весьма дискуссионный.

Со времени принятия ГПК РФ (2002) прошло 20 лет, поэтому обратимся к судебной практике применения п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ и посмотрим, как сложилась практика применения указанной нормы за истекшее время.

Во-первых, следует отметить применение этой нормы за прошедшие годы в производстве, возникающем из публичных правоотношений, а именно, в случаях, где оспаривались нормативные и ненормативные правовые акты государственных органов.

Первый пример. В суд обратилась Псковская городская дума с заявлением о признании недействующими ненормативных правовых актов органов местного самоуправления (ряд разрешений Администрации города Пскова на строительство различных объектов). В основании заявления Дума сослалась на то, что оспариваемые нормативные акты приняты с нарушением действующего законодательства и нормативных правовых актов Псковской городской думы. Суд посчитал, что оспариваемые акты не нарушали прав Псковской городской думы, напротив, эти акты затрагивали права и законные интересы иных юридических ли (застройщиков объектов недвижимости). Поскольку оспариваемым ненормативными актами не затрагивались права Псковской городской думы, судом был применен п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ, в принятии заявления отказано1.

Второй пример. Общество обратилось в суд с заявлением о признании недействительным Закона Волгоградской области о разграничении имущества, находившегося в муниципальной собственности. В качестве обоснования нарушения своих прав оспариваемым нормативным правовым актом Общество ссылалось на то, что имущество, находившееся в муниципальной собственности, принадлежало ему на праве собственности. Вместе с тем указанное обоснование опровергалось представленными суду письменными доказательствами, которые свидетельствовали о том, что Общество собственником спорного имущества не являлось. Поскольку оспариваемым Законом не затрагивалось право собственности Общества, судом был применен п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ2.

Третий пример. Граждане обратились в суд с заявлением об отмене постановления главы города о реорганизации специальных (коррекционных) общеобразовательных школ — интернатов, ссылаясь на отдаленность места распо-

1 Обзор кассационной практики по гражданским делам за октябрь 2004 года (дело № 33–2746 Сыктывкарского городского суда).

2 Определение Волгоградского областного суда от 30.12.2009 по делу № 3–4/2010.

116

3.3. Проблемы эффективности правосудия по гражданским делам

ложения вновь создаваемой школы-интерната (в результате реорганизации) от города, недостаточность помещений и прочие недостатки новой школы. Суд посчитал, что указанные доводы граждан не свидетельствуют о том, что сама по себе реорганизация школ-интернатов, о которых идет речь в оспариваемом постановлении, затрагивает права заявителей и их детей на получение образования и воспитания. Вопросы качества обучения и условий проживания детей

вшколе не связаны с правом муниципального образования на реорганизацию школ-интернатов. Поскольку оспариваемым постановлением не затрагивались права граждан на качественное образование, судом был применен п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ1.

Были и другие похожие примеры применения рассматриваемой нормы в производстве по делам, возникающим из публичных правоотношений2.

Во-вторых, следует отметить применение рассматриваемой нормы за прошедшие годы в исковом производстве, а именно, в случаях, где оспаривалась сделка, право собственности либо регистрация гражданина

вжилом помещении, то есть оспаривались юридические факты, которые, по-видимому, можно именовать как «оспариваемые акты» в смысле п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ.

Первый пример. Гражданин М. обратился в суд с заявлением о признании незаконной регистрации гражданина Е. в жилом помещении. Суд первой инстанции вынес определение, которым отказал в принятии заявления в связи с тем, что гражданин М. оспаривает от своего имени акты, не затрагивающие его прав, свобод и законных интересов (п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ). Однако суд второй инстанции не согласился с указанной позицией суда первой инстанции, определение отменил и направил исковой материал для принятия к производству и рассмотрения по существу3.

Второй пример. Общество (арендатор земельных участков) обратилось в суд с заявлением о признании недействительным права собственности на арендуемые земельные участки, аннулировании записей в ЕГРП о зарегистрированных правах и снятии земельных участков с государственного кадастрового учета. Судом было установлено, что утверждения истца о нарушении его права аренды действиями ответчиков не основаны на законе и являются предположениями

1 Обзор кассационной практики по гражданским делам за октябрь 2004 года (дело № 33–2746 Сыктывкарского городского суда).

2 См., например: Кассационное определение Псковского областного суда

от 05.02.2008 г. по делу № 33–146 // СПС «КонсультантПлюс» www. consultant. ru; Кассационное определение Калининградского областного суда от 25.02.2004 по делу № 33–449/2004.

3 Определение Псковского областного суда от 10.07.2003 г. по делу № 33–758.

117

Глава 3. Основные проблемы эффективности правосудия по гражданским делам

истца, основанными на письменных заявлениях ответчиков — физических лиц об их намерении самостоятельно владеть, пользоваться и распоряжаться выделенными земельными участками. Поскольку действия ответчиков не затрагивали права, свободы или законные интересы истца как арендатора земельного участка, судом был сделан вывод о том, что подлежащий разрешению спор фактически отсутствует, а в принятии искового заявления необходимо отказать на основании п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ1.

Третий пример. Гражданин К. обратился в суд первой инстанции с заявлением о признании недействительным договора подряда, заключенного обществом (должником К.) с другим обществом. Судом было установлено, что из искового заявления не усматривается нарушения прав, свобод и законных интересов К., поскольку заявитель не наделен правом на предъявление иска об оспаривании сделки, заключенной между двумя обществами и применении последствий ее недействительности, так как К. стороной оспариваемой сделки не является, и законом не предусмотрена возможность оспаривания этой сделки кредиторами сторон оспариваемой сделки. Поскольку из поданного иска не усматривалось нарушение прав, свобод и законных интересов К., отсутствовали акты, затрагивающие установленные и гарантированные государством права заявителя, суд первой инстанции, руководствуясь положением п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ, в принятии иска отказал. Суд апелляционной инстанции согласился с выводом суда первой инстанции, определение об отказе в принятии иска оставил в силе. Суд кассационной инстанции не согласился с нижестоящими судами, их определения отменил. В своем постановлении суд кассационной инстанции указал, что проверить доводы истца, равно как и установить факт нарушения его прав либо опровергнуть такое нарушение, возможно не на стадии принятия иска к производству, а лишь на стадии рассмотрения дела по существу, определения суда первой и второй инстанций отменил, материал по иску направил на новое рассмотрение со стадии принятия искового заявления2.

Четвертый пример. Промсвязьбанк обратился в суд с иском к П. о взыскании задолженности. В обоснование заявленных требований банк указал, что должник П. умер, однако круг наследников и их наличие банку не известны. Вместе с иском банк заявил ходатайство об истребовании судом информации о наследниках П. Руководствуясь разъяснениями, содержащимися в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», суд отказал в принятии иска, предъявлен-

1 Определение Краснодарского краевого суда от 21.03.2011 г. по делу № 4г-2561пг-2740/11.

2 Апелляционное определение Санкт-Петербургского городского суда от 25.04.2017 г. № 33–10113/2017 и Постановление Санкт-Петербургского городского суда от 29.11.2017 № 44г-184/2017.

118

3.3. Проблемы эффективности правосудия по гражданским делам

ного к умершему гражданину, со ссылкой на п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ, поскольку нести ответственность за нарушение прав и законных интересов гражданина может только лицо, обладающее гражданской и гражданской процессуальной правоспособностью. Суд также разъяснил, что права истца на взыскание задолженности по кредитному договору с наследников П. в связи с отказом в принятии искового заявления не нарушены, поскольку данное право банком не утрачено1.

Были и другие похожие примеры применения рассматриваемой нормы в исковом производстве. Анализ тридцати постановлений показал, что примерно в половине случаев вышестоящие суды (апелляционный и кассационный) оставили в силе отказные определения нижестоящих судов, а в половине случаев отменили2. Как видно

1 Апелляционное определение Курганского областного суда от 31.07.2018 г. по делу № 33–2414/2018.

2 Апелляционное определение Московского городского суда от 18.08.2020 г.

№33–30718/2020; Апелляционное определение Свердловского областного суда от 14.05.2020 г. № 33–7337/2020; Апелляционное определение Московского городского суда от 22.09.2020 г. № 33–35931/2020; Апелляционное определение Московского городского суда от 18.09.2020 г. № 33–34712/2020; Апелляционное определение Московского городского суда от 02.10.2020 г. № 33–39010/2020; Апелляционное определение Ленинградского областного суда от 16.04.2020 г. № 33– 2338/2020; Апелляционное определение Псковского областного суда от 10.03.2020

№33–425/2020; Апелляционное определение Краснодарского краевого суда от 18.02.2019 г. № 33–2323/2019; Определение суда Еврейской автономной области от 15.05.2019 г. № 33–305/2019; Апелляционное определение Московского городского суда от 10.12.2019 г. № 33–54781/19; Апелляционное определение Курганского областного суда от 31.07.2018 г. по делу № 33–2414/2018; Апелляционное Постановление Президиума Смоленского областного суда от 12.09.2018 № 44Г66/2018; Определение Верховного суда РФ от 24.01.2017 № 78-КГ16-68; Апелляционное определение суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 20.07.2017 по делу № 33–1867/2017; Апелляционное определение Ставропольского краевого суда от 15.03.2017 по делу № 33–2368/2017; Апелляционное определение Краснодарского краевого суда от 01.11.2016 по делу № 33–29379/2016; Апелляционное определение Московского областного суда от 06.04.2016 по делу № 33–9241/2016; Определение Приморского краевого суда от 23.11.2015 по делу № 33–10932; Апелляционное определение Московского городского суда от 04.12.2012 по делу

№11–29716; Определение Ленинградского областного суда от 16.05.2013 № 33– 2083/2013; Апелляционное определение Верховного суда Республики Саха (Якутия) от 24.04.2013 по делу № 33–1478/2013; Апелляционное определение Верховного суда Республики Дагестан от 23.07.2013 по делу № 33–2958; Апелляционное определение Московского городского суда от 03.07.2013 г. по делу № 11–20798; Определение Ленинградского областного суда от 12.02.2013 № 33а-789/2013; Апелляционное определение Верховного суда Удмуртской Республики от 05.09.2012 по делу № 33–2857; Апелляционное определение Московского городского суда от 14.02.2013 по делу № 11–5070; Апелляционное определение Липецкого област-

119

Глава 3. Основные проблемы эффективности правосудия по гражданским делам

из четвертого примера, отказывая в принятии иска по п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ, суд применил прямой запрет права на иск, предусмотренный разъяснением Верховного Суда РФ норм материального права1. Ранее мы уже упоминали похожий «прямой запрет»2, применение этих запретов одобрял даже М. А. Гурвич3.

В-третьих, следует отметить применение рассматриваемой нормы в особом производстве.

Так, гражданин К. К. В. обратился в суд с заявлением, в котором со ссылкой на официальную информацию Всемирной организации здравоохранения просил установить факт того, что Китайская Народная Республика является ответственной за появление вируса SARS-CoV-2 (ранее 2019-nCoV) и распространение инфекционного заболевания COVID-19. Установление данного факта необходимо заявителю для подтверждения стороны, ответственной в возникших в связи с распространением вируса вопросах возмещения убытков физическим и юридическим лицам. Суд установил, что факт, об установлении которого просил заявитель, не влек для него правовых последствий, что послужило основанием для отказа в принятии заявления в связи с отсутствием предмета судебного разбирательства (п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ), поскольку при обращении в суд заявитель не преследовал установленной законом цели — защиты нарушенного или оспариваемого права4.

В-четвертых, следует обратиться к правовым позициям Верховного Суда РФ на отказ в принятии иска по соображениям материального права.

Верховный Суда РФ, как минимум, четырежды высказывался по рассматриваемому вопросу. Три позиции уже были упомянуты выше.

ного суда от 16.08.2012 по делу № 33-1948а-2012 г.; Апелляционное определение Санкт-Петербургского городского суда от 22.05.2012 г. № 33–7355; Апелляционное определение Московского городского суда от 31.01.2013 по делу № 11–3203; Кассационное определение Волгоградского областного суда от 20.10.2011 по делу № 33–13574/2011; Кассационное определение Верховного суда Республики Алтай от 24.11.2010 по делу № 33–735.

1 Пункт 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании».

2 Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 15 от 5 ноября 1998 г. «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» (с изменениями, внесенными постановлением Пленума от 6 февраля 2007 г. № 6).

3 Гурвич М. А. Советский гражданский процесс. М., 1967 (Извлечения) // Избранные труды. Т. 2. Краснодар: Совет. Кубань, 2006. С. 454.

4 Апелляционное определение Первого апелляционного суда общей юрисдикции от 29.07.2020 г. по делу № 66–3548/2020.

120