Развитие паранаучных идей в России и Европе (до пер. пол. XVIII в.). Монография
.pdfКонстантин Багрянородный верил в военные предсказания и советовал поль-
зоваться гадательными книгами. В трактате IX в. «Бревиарий» есть сведения о придворном астрологе монахе Павле. Конечно, эти влияния не могли остаться незамеченными. Помимо этого, и чисто религиозные, казалось бы,
библейские тексты пропитаны астрологическими и магическими мотивами,
несмотря на декларативную борьбу с астрологией, предсказаниями и гадани-
ями. В книгах Ветхого и Нового заветов немало паранаучных сюжетов, свя-
занных с происходящими чудесами, предсказаниями волшебников Валаама,
Симона Волхва и др. По всей вероятности, сильнейшее влияние на русские представления оказал библейский сюжет, в котором волхвы ищут Христа как младенца, рожденного под определенной звездой; этот астрологический мо-
тив укоренился в российском «культе рожениц».
Как утверждает В.Ф. Райан, именно по христианским текстам на Руси и познакомились с основными паранаучными представлениями древности и Средневековья: «Обращение в христианство привело славян к знакомству с народными приметами Древнего мира. Запись «Начальной летописи» 1064 г.
содержит развернутый текст о приметах. В нем описаны появление кометы;
уродливый младенец, выловленный рыбаками с помощью сетей; явление по-
меркнувшего солнца, а также последовавшие затем раздоры и кровопроли-
тие. Автор сопоставляет эти знамения с кометами, видениями воинов в небе,
рождением чудовищ, землетрясениями, говорящими ослами, необычным по-
ведением птиц и проч., сведения о которых в качестве предвестников войны,
голода и мора он почерпнул из Иосифа Флавия и византийских хронографов.
Параллельно с распространением христианства происходило знакомство с
«византийским наследием», куда входило множество нехристианских суеве-
рий народного характера: использование амулетов, гадание по грому и мол-
нии, приметы, связанные с животными, предсказания по непроизвольным движениям (вздрагиваниям), вера в добрые и злые дни, библиомантия, язы-
ческие и псевдохристианские заговоры, гадание по игральным костям. Боль-
11
шинство из них, судя по сохранившимся текстам, являются поздними заим-
ствованиями, пришедшими через посредство южных славян. Их распростра-
нителями были, скорее всего, церковники, поскольку известно, что восточно-
славянское и южнославянское духовенство практиковало гадания до весьма недавнего времени. Сказанное относится и к православным, и к католиче-
ским священнослужителям» [Райан 2006: 33]. Это говорит о том, что вряд ли обоснованны традиционные обвинения Запада в нечестивости, распростра-
нении колдовства и магии. Основные представления об этом уже содержа-
лись в византийских источниках, имевших хождение на Руси. Впрочем, трак-
товка В.Ф. Райана небесспорна; мы находим немало древних мифологиче-
ских представлений, которые были еще до христианства и имели античные корни - еще скифы имели контакты с Древней Грецией. В частности, шаман-
ские ритуалы и паранаучные представления, связанные с ними, перенима-
лись из античной культуры скифами (см. главу I).
Более сильное западное влияние можно связывать с концом XV – нача-
лом XVI в., когда на Руси стали появляться такие труды, как «Шестокрыл» Эммануила Бонфиса, трактат Псевдо-Аристотеля «Тайная тайных» и др. Они,
по всей вероятности, повлияли на ересь «жидовствующих» (Новгород и Москва, начало XVI в.). Высказывается, впрочем, и мнение о том, что в еще более ранней ереси «стригольников» также есть след европейского влияния.
Вероятно, поэтому трактаты, приходившие с Запада, стали рассматриваться как априори сомнительные, а изучение их стало приравниваться к ереси и отпадению от веры. Распространение паранаучной литературы из Европы ча-
сто шло из Испании, где была относительная свобода и меньше влияние цер-
ковной цензуры. «Все знаменитые греки перешли по этому «пиренейскому» мосту в Западную Европу, подчас добираясь впоследствии и до России: Ари-
стотель, Эвклид, Птолемей, Гален, Гиппократ. Для европейской культуры огромное значение имели также переводы арабской, испано-арабской и испа-
но-еврейской мысли: Аль-Фараби, Ибн Сины, Аверроэса, Маймонида» [Баг-
12
но 2003: 185]. Подытоживая, можно обобщить основные направления пара-
науки:
из Византии распространяются апокрифы, отречѐнные книги,
деятельность религиозных проповедников, монахов из Афона и т.д.,
поездки Петра I, организация немецкой слободы, приглашения ино-
странцев, обучение дворян за границей,
торговля, завоз литературы.
Главные направления сопоставления:
бытовой уровень псевдо-паранаучных верований, обычаев, традиций;
пара-протонаучный комплекс дисциплин, трудноотличимых от науки,
таких как алхимия и астрология;
религиозная псевдонаука, включая такое религиозно-политическо-
интеллектуальное направление, как масонство.
Тезисно в монографии доказываются несколько основных идей анализа:
1. Временное отставание, задержка в появлении и развитии в России многих заграничных течений.
2. Параллелизм паранаучных верований в России и европейских стра-
нах, особенно бытовых верований, обычаев и традиций, в т.ч. связанных с язычеством.
3. Аналогичная популярность магических и астрологических паранаучных идей, показывающая сходство духовного климата России и Европы не только после Петровских реформ, но и задолго до этого (уже к XVI в.).
В данной монографии из богатейшего фактологического материала вы-
бираются лишь некоторые эпизоды, ярко характерные для взаимосвязей тен-
денций развития паранауки. Это древние языческие верования славян и скифов,
издревле населявших территорию России, проникновение псевдонаучных веро-
ваний, связанных с распространением христианства, появление в России астро-
логии (XV в.), распространение псевдонауки в петровскую эпоху (на примере
13
масонства). Несомненно, круг анализируемых явлений может (и будет) расши-
рен, но многие главные тенденции, необходимые для сравнительного анализа,
видны на главных, узловых направлениях взаимодействия российской и евро-
пейской культур.
Несмотря на периодически усиливающиеся славянофильские и антиза-
паднические настроения, анализ паранаучных верований в России как нельзя лучше показывает европейскую ориентацию России, которая всегда интере-
совалась европейскими странами, их достижениями и культурой. Даже вы-
движение своих оригинальных идей, концепций в России часто происходило и происходит в противовес западным идеям-аналогам, что происходит в слу-
чае неприятия в России европейских тенденций. Восточные, азиатские же мотивы в культуре европейской части России присутствовали всегда мало и могут анализироваться на ограниченном материале, например, шаманства в Сибири, которое действительно испытывало влияние китайской и индийской традиций. Однако очевидно, что в целом культура, наука и в том числе, па-
ранаучные идеи в России мало связаны с восточными учениями и никогда не возникали в противовес им. Эта ситуация изменилась лишь в начале и конце
20-го века, когда восточные тенденции прорывались у некоторых мистиков-
деятелей начала века, таких как Рерихи и Е. Блаватская, и в перестроечной моде на восточные духовные учения, которые уже не попадают в рамки дан-
ной монографии.
14
ГЛАВА I. Паранаучные идеи на Руси с древности до XVI в.
Мифология древности, как известно, является благодатным источни-
ком для разного рода идей, в которых человек пытался осмыслить свои от-
ношения с природой, понять себя и окружающий социальный мир. Многие древние псевдонаучные объяснения раскрывают картину мира людей, живу-
щих в те времена, а трактовка этих объяснений, как правило, трудна и неод-
нозначна и поэтому представляет особый интерес для понимания культуры и мировоззрения различных исторических эпох. Говоря о псевдонаучности, мы имеем ввиду, что она предполагает элементы рациональности, объяснения,
попытки выявления причинно-следственной связи, но не слепой веры и за-
мыкания на мнениях авторитетов раз и навсегда. Однако эти предлагаемые объяснения, как правило, нельзя назвать научными гипотезами, т.к. они не формулировались должным образом, а многие следствия из них игнорирова-
лись. Поэтому возникает псевдонаучное объяснение как промежуточная форма познания.
Так, есть разница между ролью шамана, который путѐм соблюдения некоторых процедур пытается вызвать дождь, и ролью священника, который объясняет выздоровление божественным чудом. В первом случае, очевидно,
есть поиск воспроизводимых рецептов, а также причинно-следственной свя-
зи при вызове дождя. Шаманов как раз и можно назвать пра-учѐными, пра-
медиками, пра-священниками, т.к. они несли не только ритуальную, но и по-
знавательную, медицинскую функцию в обществе. Несомненно, в ходе такой практики рождались как ценные обобщения практического опыта, так и па-
ранаучные объяснения.
Шаманы выступали в древних обществах как посредники в общении со сверхъестественными силами, часто как обладатели магической силы. Поми-
мо этого, шаманы в устной традиции сохраняли и передавали знания и опыт,
несли ритуально-религиозную функцию. Более того, благополучие всего племени ставилось в зависимость от исполнения магических обрядов т.н.
15
«общественной магии», о которой писал знаменитый исследователь магии и религии Д. Фрэзер. Колдун поэтому становился влиятельным и уважаемым лицом. В полной мере это можно видеть и на примерах истории России и народов, связанных с еѐ историей, например, скифов.
1.1. Скифские прорицатели
О традициях и связях народов, издревле населявших территорию Север-
ного Причерноморья, можно судить по примеру народности скифов, которые жили на территории современного юга России. У них уже были развитые ми-
фологические представления, объяснявшие суть природных процессов, и, в том,
числе, такие древние псевдонаучные практики, как гадания. Историки приводят данные о том, что в среде древних скифов, обитавших на юге нынешней России и в Крыму, в ходу были гадатели-предсказатели, в арсенале которых было,
например, гадание по ивовым прутикам.
Так, Геродот, посетивший скифов ещѐ в V в. до н.э., рассказывал немало о гадательных практиках скифов: «Прорицателей у скифов много. Они прорица-
ют с помощью большого числа ивовых прутиков следующим образом: принеся большие пучки прутиков, они, положив их на землю, разъединяют и, вкладывая прутья по одному, вещают, и, произнося прорицания, одновременно снова со-
бирают прутья и опять по одному складывают. У них это искусство прорица-
ния, идущее от отцов, а энареи – женоподобные мужчины – говорят, что им ис-
кусство прорицания дала Афродита. Так вот они прорицают по коре липы.
Прорицатель, разрезав кусок коры на три части, переплетая и расплетая их во-
круг своих пальцев, пророчествует.
Когда царь скифов заболевает, он посылает за тремя наиболее извест-
ными прорицателями. Они прорицают указанным способом; и говорят они чаще всего следующее – будто бы тот или этот человек ложно поклялся цар-
скими очагами, называя при этом [по имени] того из жителей, о котором они говорят. У скифов принято чаще всего клясться царскими очагами каждый раз, когда хотят принести величайшую клятву. Того человека, о котором го-
16
ворят, что он ложно поклялся, сразу же схватывают и приводят. Прибывшего прорицатели изобличают в том, что он, как стало ясно посредством гадания,
ложно поклялся царскими очагами, и что из-за этого царь хворает. Тот отка-
зывается, утверждая, что он не клялся ложной клятвой, и негодует. Посколь-
ку он отказывается, царь призывает других прорицателей двое больше про-
тив прежнего. И если и они, рассматривая то, что даѐт гадание, признают, что он принес ложную клятву, ему сразу же отрубают голову, и имущество его делят по жребию между собой первые прорицатели. Если же пришедшие прорицатели оправдывают его, прибывают другие прорицатели и снова дру-
гие. Если большая часть оправдывает этого человека, то выносит постанов-
ление казнить самих прорицателей, которых призвали первыми....» [Древняя Русь в свете зарубежных источников 2009: 52]. В этом отрывке мы видим упоминание о греческой богине Афродите, что явно свидетельствует о хоро-
шем знании скифами греческой культуры и о контактах с ней.
Не описывается, почему выбрана именно кора ивы, и было ли какое-то наукообразное объяснение ритуалу. Ивовые ветки обычно гибкие, но могут и ломаться, а кора легко отделяется лишь весной. Вероятно, подобные тонко-
сти и использовались древними шаманами. Конечно, главную роль здесь иг-
рала социальная функция, а ритуал лишь прикрывал избавление от отдель-
ных людей, не вписывающихся в социум или известных своими бунтарскими настроениями. В пользу этой версии говорят все детали – то, что имущество убитого делилось между прорицателями, то, что суд мог продолжаться бес-
конечно и если обвиняемого всѐ же оправдывали, суд не заканчивался и при-
зывались новые судьи.
Подобные ситуации, как считает Хазанов, могут быть характерны для этапа разложения первобытнообщинных отношений и раннеклассовой сту-
пени развития общества. «В таких обществах принудительная власть царей и всякого рода предводителей окончательно еще не оформилась, всегда огра-
ничена традиционными нормами и правилами, общественным мнением, всѐ
17
ещѐ действенными кровнородственными связями, родоплеменными структу-
рами, отсутствием развитого аппарата принуждения и т. п. Поэтому цари и вожди в них нередко прибегают к услугам жречества как выразителя боже-
ственной воли не только для укрепления своего авторитета, но и для просто-
го устранения неугодных и опасных для них лиц» [Хазанов 1975: 172].
Автор приводит сведения о аналогичной практике среди древних гер-
манцев; там «... авторитет жрецов, которые помимо отправления культа со-
средоточили в своих руках судебные функции, был даже выше, чем автори-
тет вождей и военных предводителей, и опять же они действовали в согласии друг с другом. Тацит прямо пишет, что «ни карать смертью, ни налагать око-
вы, ни даже подвергать бичеванию не дозволено никому, кроме жрецов, да и они делают это как бы не в наказание и не по распоряжению вождей, а якобы по повелению бога». Примечательно, что сам Тацит со свойственной ему проницательностью был убежден в обратном, т. е. в том, что жрецы у гер-
манцев на самом деле выносили смертный приговор именно по распоряже-
нию вождей» [Хазанов 1975: 173]. Хазанов приводит массу других примеров
– кельты, народы Полинезии, южноафриканское племя банту и др., говоря-
щие о том, что подобная роль жрецов была в других культурах. «Ближайшей аналогией к рассказу Геродота, возможно, является описание роли жречества у южноафриканских скотоводов-банту. У них обычная судебная процедура не распространялась на людей, обвиненных в колдовстве. Для розыска по-
следних на публичных сходках применялась специальная процедура «выню-
хивания» или «унюхивания». «Вынюханные» жрецами в присутствии вождя и народа лица подвергались немедленному наказанию. Если богатство или влияние человека вызывали опасения у вождя, он при благоприятных усло-
виях, например, болезни и смерти кого-нибудь из членов своей семьи, за-
ставлял жрецов «вынюхать» этого человека, т. е. обвинить его в колдовстве против царского дома. После этого судьба несчастного была решена» [Хаза-
нов 1975: 174].
18
Вероятно, и гадание по коре, и вынюхивание могло иметь некое науко-
образное объяснение. Жрец всегда мог сказать критикам, например, что он не знает заранее, сломается ли та или иная веточка ивы, каким образом будет вести себя снятая с дерева кора и т.д., привлекая этим некую видимость объ-
ективности. Помимо этого, псевдонаучные допущения и оправдания были необходимы часто и как сознательный обман. Как указывал Д. Фрэзер, ис-
кренне верующий в свои способности колдун обычно терпел поражение, а
колдун-обманщик, изобретательный в объяснении оправданий неудач, выжи-
вал. [Фрэзер, 1983: с.50].
Приведенные примеры позволяют предположить, что мистические объяснения часто имели прозаические основы, связанные с политикой и от-
ношениями в социальной иерархии. Распространяя гипотезу далее, можно отметить тот факт, что астрологи в древности, как правило, занимали при-
дворное положение, влияя на принятие решений правителями. Можно пред-
положить наличие взаимной выгоды этих отношений – правитель получал
«звездное» подтверждение своим планам, что оказывало сильное влияние на народ, а астролог-советник же, стараясь угадать желательное предсказание,
повышал свой придворный статус. В целом же, астрологи могли играть роль политических аналитиков, подсказывающих направления опасности, которая могла угрожать (вспомним пример полководца Валленштейна) и предостав-
лять мистическую, высшую легитимацию действиям правителя.
1.2. Роль волхвов на Руси
Жреческую роль на Руси издавна играли волхвы, которые появляются,
согласно сказочной мифологии, в самые ответственные моменты и делают пророчества. Помимо этого, были и волхвы-маги, умеющие прогонять обла-
ка, создавать хорошую погоду, волхвы-целители, а также «волхвы-
хранильники», имеющие дело с созданием оберегов и амулетов, колдуны, ча-
ровницы, «потворы». Волхвы на Руси не только разрабатывали разные риту-
алы, но и имели разветвленные космологические представления, обосновы-
19
вали божественное происхождение великокняжеской власти. Статус их в об-
ществе – дискуссионный вопрос; Рыбаков предполагает, что еще в 6-4 вв. до н.э. появились группы жрецов-волхвов, которые руководили обрядовыми со-
бытиями, гадали и участвовали в жертвоприношениях. По его мнению, «волхвы должны были быть близки к племенной знати, а, может быть, и со-
ставлять часть еѐ; можно думать, что «светлым князьям» племен могла при-
надлежать и верховная жреческая власть в племени» [Рыбаков 1987: 770]. Л.
Андреева считает же, что как особая каста волхвы-жрецы не существовали
[Андреева 2001: 22-23].
Так или иначе, волхвы в летописях часто выступают как «кудесники»,
творцы чудес, и отношение к этим чудесам двойственное. Так, часто летопи-
сец описывает деяния волхвов, творящих чудеса, с позиций негативных, при-
знавая возможность чудес, но выдавая их за испытания нетвердой вере. По-
добные же чудеса, творимые монахами и святыми, широко пропагандируют-
ся и рассматриваются как главный показатель их святости [Долгов 2001:
105]. Волхвы долгое время занимали придворное положение при князьях, и
неслучайно, что они выступили одними из яростных противников принятия христианства Русью. Последние же также неслучайно выступали против волхвов и старались организовать их преследование и предавать остракизму.
Волхвы также были и первыми летописцами, что говорит об их высо-
кой осведомленности и косвенном участии в политических делах. В.В. Дол-
гов отмечает, что в Древней Руси было две традиции летописания – фактоло-
гическая и художественная, и примерами первой могут быть новгородские летописи, вторая же традиция выражается в «Повести временных лет» с еѐ яркими примерами анимизма и антропоморфизма. Поэтому разница в подхо-
де к подаче интерпретации, использованию мистики была и тогда [Долгов
2001: 99-100].
Волхвы, по всей видимости, были знакомы и с астрологическими идеями.
По крайней мере, это предполагается в некоторых современных исследованиях.
20