Противодействие преступным посягательствам на абсолютные права собственности (хищения). Монография

Глава 6

ОБЩЕЕ И ОСОБЕННОЕ В КОНСТРУКЦИИ

СОСТАВОВ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОТИВ

АБСОЛЮТНЫХ ПРАВ СОБСТВЕННОСТИ

Преступления против абсолютных прав собственности субъекта, именуемые в соответствующих ст. 158—162, 164 УК РФ хищением, характеризуются посягательствами на чужое имущество, совершаемыми при различных обстоятельствах и имеющими весьма разную общественную опасность. Это принимает во внимание законодатель как при формулировании основных составов посягательств на чу- жое имущество, так и при выделении их квалифицирующих и привилегирующих признаков.

Широта сферы охраны, наряду с иными причинами, объясняет особо частую применяемость запретов данной главы в судебноследственной практике и значительный интерес к данной теме в теории уголовного права.

В системе имущественных преступлений по российскому уголовному законодательству кража (ст. 158 УК РФ) традиционно занимает ведущее место, хотя и не является самым опасным среди них. Это может быть объяснено с позиций историко-правовых (кража — самое «старое» имущественное преступление, известное еще древним памятникам права), уголовно-социологических, криминологических и судебно-статистических (кража — самое распространенное в настоящее время преступление против собственности). Но наиболее существенно то, что в теории и практике уголовного права кража всегда рассматривалась и рассматривается как основная, «типовая», форма завладения чужим имуществом. Иными словами, кража представляет собой классическую форму хищения в его нормативном понимании, изложенном в примечании 1 к ст. 158 УК РФ. Признаки иных форм хищения обычно выводятся из признаков кражи путем сопоставления с ними.

Основной состав кражи по объективной стороне кроме общих для всех форм хищения признаков характеризуется тайным способом совершения образующих кражу действий. Выделяются субъективный и объективный критерии тайного характера хищения имущества. Согласно пункту 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. ¹ 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», «как тайное хищение чужого имущества (кража) следует квалифицировать действия лица, совершившего

81

незаконное изъятие имущества в отсутствие собственника или иного владельца этого имущества или посторонних лиц либо хотя и в их присутствии, но незаметно для них. В тех случаях, когда указанные лица видели, что совершается хищение, однако виновный, исходя из окружающей обстановки полагал, что действует тайно, содеянное также является тайным хищением чужого имущества»1.

В первом случае налицо объективный критерий. Во втором — субъективный критерий. Именно поэтому, если виновный полагал, что он совершает изъятие чужого имущества тайно, но в действительности за ним наблюдали посторонние лица, его деяние квалифицируется как кража. Как кражу чужого имущества следует квалифицировать и действия виновного в случае, если присутствующее при незаконном изъятии чужого имущества лицо не сознает противоправность этих действий либо является близким родственником виновного, который рассчитывает в связи с этим на то, что в ходе изъятия имущества он не встретит противодействия со стороны указанного лица.

Хищение не перестает быть тайным, если изъятие имущества, которое происходит и в присутствии собственника или законного владельца, но незаметно для него. Например, карманная кража, кража у спящего, пьяного, находящегося в беспомощном состоянии

èò.ï.2

Ø.познакомился в кафе с К. и распивал с ним спиртные напитки. Затем они вышли из кафе, и Ш., воспользовавшись сильным опьянением К., под аркой дома снял у него с пальца перстеньпечатку, надел себе на палец и пытался скрыться, но был задержан работниками милиции. Суд первой инстанции признал его виновным в открытом хищении (грабеже), причинившем значительный ущерб потерпевшему. Надзорная инстанция пришла к выводу о том, что действия Ш. квалифицировались неправильно. Как установлено в судебном заседании, К. в момент хищения его перстня был сильно пьян и не помнит обстоятельств, при которых это произошло. Ш., в свою очередь, также полагал, что потерпевший не осознает факт похищения имущества. Его действия случайно заметили трое свидетелей, проходивших мимо арки. Каких-либо данных о том, что Ш. решился завладеть перстнем, сознавая, что его преступные действия замечены посторонними лицами, в деле нет. При таких обстоятельствах действия Ш. должны быть квалифицированы как кража3.

1 ÂÂÑ ÐÔ. 2003. ¹ 2. Ñ. 2—6.

2 Ñì.: ÁÂÑ ÑÑÑÐ. 1974. ¹ 6. Ñ. 16.

3 См.: Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1991. ¹ 8. С. 12

82

Фактические проявления тайности изъятия имущества могут иметь место в различных ситуациях, но в любой из них похищение происходит незаметно, без ведома и согласия потерпевшего1.

Таким образом, во всех перечисленных случаях тайность выступает объективным, реально существующим в действительности признаком события. Однако для установления тайного способа решающее значение имеет субъективный признак, т.е. оценка события преступления самим виновным.

Разграничение покушения на кражу и оконченной кражи, определяется возможностью распоряжаться изъятым имуществом как своим собственным или, иными словами, моментом установления собственного господства над изъятым имуществом. Однако точное определение момента окончания кражи в каждом конкретном слу- чае зависит от характера имущества, обстановки, в которой совершается данное преступление, реальной возможности использовать его по собственному усмотрению виновного.

На практике возможны и такие ситуации, когда лицо, пытавшееся совершить хищение тайно, оказывается застигнутым на месте преступления, не успев осуществить все действия по изъятию имущества. Причинами этого могут быть неожиданное появление в месте изъятия имущества посторонних, неожиданное появление хозяев, которые возвратились за чем-то забытым, а обнаружили в квартире вора, и т.д. Как квалифицировать содеянное в таком слу- чае, ведь определение оконченного преступления, которое дает большинство ученых, не всегда пригодно для практического решения вопроса о моменте окончания преступления, поскольку зависит от конструкции состава преступления в норме закона2. В теории уголовного права подобные случаи предлагают квалифицировать, оценивая дальнейшее развитие событий, которые могут разворачи- ваться по нескольким сценариям3.

Первый. Действия преступника, который, осознав, что он обнаружен, прекращает хищение и пытается скрыться, бросив имущество, образуют покушение на кражу.

Второй. Преступник, будучи замеченным в процессе неокон- ченного хищения, несмотря на это, продолжает действия по изъя-

1 См.: Владимиров В.А. Квалификация преступлений против личной собственности. М., 1968. С. 62.

2 См.: Демидов Ю. Понятие оконченного преступления // Советская юстиция. М., 1966. ¹ 16. С. 21.

3 Назаренко Г.В., Ситникова А.И. Неоконченное преступление и его виды: Монография. М.: Ось-89, 2003. С. 34; Ситникова А.И. Оконченное и неоконченное хищение при трансформации умысла и видоизменения способа // Уголовное право: стратегия развития в ХХI веке: материалы Второй международной науч- но-практической конференции. М., 2005. С. 195.

83

тию имущества; похищение, начавшееся как тайное, перерастает в открытое, т.е. в грабеж (ч. 1 ст. 161 УК).

Третий. Виновный в хищении, столкнувшись с сопротивлением, применяет еще и насилие к лицу, пытавшемуся воспрепятствовать окончательному завладению имуществом или его удержанию непосредственно после изъятия, то его действия должны квалифицироваться в зависимости от характера примененного насилия как насильственный грабеж (ч. 2 ст. 161 УК) или разбой (ст. 162 УК).

Четвертый. Напротив, насильственные действия, совершенные по окончании кражи с целью скрыться или избежать задержания, не могут рассматриваться как грабеж или разбой и подлежат самостоятельной уголовно-правовой оценке по соответствующей статье УК в зависимости от характера этих действий и наступивших последствий1.

Объективная сторона включает в себя: тайное изъятие имущества без согласия владельца (в отличие от грабежа), противоправность и безвозмездность (изъятия), создание реальной возможности себе или третьим лицам распоряжения вещью по своему усмотрению, ущерб, причинную связь между изъятием, созданием возможности распоряжаться и ущербом.

Специально необходимо говорить, что хищение является тайным, если оно совершено: 1) в отсутствии кого бы то ни было; 2) в присутствии потерпевшего или посторонних лиц, но незаметно для них; 3) в присутствии указанных лиц, наблюдающих изъятие имущества, но не понимающих характера совершаемых действий и значения происходящего; 4) в присутствии каких-либо лиц, наблюдающих действия преступника, понимающих и правильно оценивающих их характер, но не обнаруживающих себя, благодаря чему преступник остается в убеждении, что он действует тайно; 5) в присутствии каких-либо лиц, наблюдающих действия преступника, понимающих и правильно оценивающих их характер и не скрывающих своего присутствия, но не являющихся для преступника посторонними в том смысле, который позволял бы говорить об открытости его действий2.

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом, охватывающим признаки объективной стороны и корыстной целью, т.е. целью присвоения имущества себе или третьему лицу, выходящая за признаки объективной стороны.

1 См.: Бойцов А.И. Преступления против собственности. С. 316—317; Севрюков А.П. Хищение имущества: криминологический и уголовно-правовой аспекты. С. 68—69; Семенов В.М. Тайность как способ хищения при совершении кражи // Российский следователь. М., 2005. ¹ 6. С. 24.

2 Бойцов А.И. Преступления против собственности. СПб.: ЮЦП, 2002.

84

Квалифицированные составы кражи представлены тремя группами.

Первая группа квалифицированных составов кражи регламентируется ч. 2 п. «а» — «г» ст. 158 УК РФ.

Пункт «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ образует квалифицированный состав, влекущий повышенную ответственность, и имеет место в том случае, когда в ней участвуют лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления. При квалификации действий виновных по данному признаку следует выяснить, имел ли место сговор до начала действий, направленных на совершение хищения, распределялись ли роли для осуществления преступного умысла, какие действия совершены каждым исполнителем и другими соуча- стниками. Верховный Суд РФ указал, что: а) организованная группа налицо, когда по предварительной договоренности непосредственное изъятие чужого имущества осуществляет одно лицо, а другие оказывают ему непосредственное содействие; б) напротив, действия лица, непосредственно не участвовавшего в хищении чужого имущества, следует квалифицировать, в зависимости от обстоятельств деяния, со ссылкой на ст. 33 как организатора, подстрекателя или пособника1.

Пункт «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ предусматривает совершение кражи с незаконным проникновением в помещение либо иное хранилище. Под незаконным проникновением в помещение либо иное хранилище, согласно позиции Верховного Суда РФ, понимается противоправное и тайное, в случае кражи, вторжение в них с целью совершения хищения чужого имущества либо извлечение похищаемых предметов без вхождения в помещение либо иное хранилище (п. 18 упомянутого постановления Пленума Верховного Суда РФ)2. Под помещением, согласно примечанию 3 к ст. 158 УК, понимаются строения и сооружения независимо от их форм собственности, предназначенные для временного нахождения людей или размещения материальных ценностей в производственных или иных служебных целях.

Под хранилищем, в свою очередь, в статьях 21 главы УК РФ понимаются хозяйственные помещения, обособленные от жилых построек, участки территории, магистральные трубопроводы, иные сооружения также независимо от форм собственности, которые оборудованы ограждением либо техническими средствами или обеспечены иной охраной и предназначены для постоянного или временного хранения материальных ценностей.

1 Ñì.: ÂÂÑ ÐÔ. 2003. ¹ 2. Ñ. 7—8.

2 Ñì.: ÂÂÑ ÐÔ. 2003. ¹ 2. Ñ. 9.

85

Еще одним квалифицирующим признаком кражи является при- чинение значительного ущерба гражданину (пункт «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ), который, согласно примечанию 2 к ст. 158 УК РФ определяется с учетом его имущественного положения, но не может составлять менее 2500 руб. Первая часть данного примечания является оценочной и потому наиболее проблематичной для судебноследственной практики1, в ходе которой судом должны учитываться многочисленные обстоятельства, свидетельствующие о реальном причинении потерпевшему значительного для него материального ущерба.

Кража из одежды, сумки или другой ручной клади, находившихся при потерпевшем (пункт «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ), обычно именуемая карманной, по мнению законодателя, представляет повышенную общественную опасность в силу особой квалификации виновного. Объективная сторона этого состава кражи характеризуется местом, откуда изымается чужое имущество и, исходя из су- дебно-следственной практики, под ручной кладью, находящейся при (у) потерпевшем, следует считать выполненные из различных материалов пакеты, барсетки, косметички, саквояжи, портфели, кейсы, их разновидности и другие средства для хранения ценностей, документов, мелких, но необходимых в повседневной жизни предметов и т.п. Обычно объективная сторона данной кражи еще и связана с применением изощренных способов изъятия чужого имущества. Помимо этого, рассматриваемые преступления чаще всего относятся к профессиональной преступной деятельности, характеризующей субъекта как крайне негативную личность преступника.

Проведенные нами исследования показывают, что удельный вес такого рода хищений в общем объеме краж ежегодно составляет до 32—35%, а это достаточно высокий показатель. Данные виды краж чаще всего совершаются в больших городах (около 85%), в многолюдных общественных местах, связанных с интенсивной торговлей, ожиданием транспорта, передвижением транспорта, перевозящего пассажиров (49%), в гостиницах, ресторанах, иных пунктах питания людей (26%), в предпраздничные, праздничные и выходные дни (63%) и т.д.

Среди лиц, совершающих анализируемые кражи, преобладают лица мужского пола (около 85%). Женщины (до 15%) все чаще берут на себя не только пособническую и подстрекательскую роль, но и становятся как организаторами, так и исполнителями краж. Темп прироста за последние пять лет таких женщин-преступниц составил

1 См.: Обзор надзорной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ за 2000 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2001. ¹ 7. С. 17.

86

по нашим данным + 8,2%. Самой активной группой при совершении исследуемых краж являются лица в возрасте 18—30 лет и на них приходится около 58% всех совершенных краж. Динамика роста данной категории преступлений зафиксирована в возрастной категории 18—20%, что приводит к прогностическим выводам о продолжении тенденции анализируемых хищений (подробнее в приложении 2 настоящего исследования).

Вторая группа квалифицированных составов кражи более высокой степени общественной опасности предусмотрена ч. 3 ст. 158 УК РФ и включает в себя кражу, совершенную с незаконным проникновением в жилище, и кражу, совершенную в крупном размере.

Проникновение — это тайное, незаконное вторжение в жилище с целью совершения кражи. Поэтому не будут считаться кражей случаи, когда: 1) лицо находилось в жилище правомерно, а затем решило совершить и совершило кражу; 2) когда лицо оказалось в жилище по приглашению потерпевшего или лиц, под охраной которых было имущество в жилище, в силу родственных отношений, знакомства.

Если виновный совершил проникновение в жилище со взломом замков, решеток и иных препятствий, то содеянное им следует квалифицировать только по ч. 3 ст. 158 УК РФ без дополнительной квалификации по ст. 167 УК РФ, поскольку умышленное уничтожение имущества потерпевшего в этих случаях явилось способом совершения кражи при отягчающих обстоятельствах. Однако это положение не касается случаев уничтожения или повреждения имущества потерпевших, если оно не являлось предметом хищения.

Под жилищем, согласно примечанию к ст. 139 УК РФ, понимаются индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, жилое помещение независимо от формы собственности, входящее в жилищный фонд и пригодное для постоянного или временного проживания, а равно иное помещение или строение, не входящее в жилищный фонд, но предназначенное для временного проживания.

Крупным размером согласно примечанию 4 к ст. 158 УК РФ признается стоимость имущества, превышающая 250 тыс. руб.

Третью группу квалифицирующих составов кражи образуют кражи, совершенные организованной группой и в особо крупном размере. Они представляют наиболее высокую, в рамках ст. 158 УК РФ, общественную опасность.

Вклад в совершение преступления может быть любым, лишь бы он отвечал общим признакам соучастия. Применительно к совершению убийств Верховный Суд РФ посчитал, что организованная группа — это «группа из двух и более лиц, объединенных умыслом на совершение одного или нескольких убийств. Как правило, такая

87

группа тщательно планирует преступление, заранее подготавливает орудия убийства, распределяет роли между участниками группы». Из этого суд делает вывод: «при признании убийства, совершенного организованной группой, действия всех участников, независимо от их роли в преступлении, следует квалифицировать как исполнительство без ссылки на ст. 33 УК РФ»1.

Таким образом, по позиции Верховного Суда РФ, по существу, любой вклад означает соисполнительство. Но необходимость установления признаков организованности (организационных признаков) при этом остается.

Анализируя данный институт соучастия можно сделать вывод о том, что он указывает на три таких признака: а) должно существовать объединение, т.е., по меньшей мере, словесно выраженное или конклюдентное волеизъявление и основанное на нем соглашение об объединении в группу на неопределенный, но относительно продолжительный период; б) оно должно состояться заранее, т.е. до начала стадии выполнения объективной стороны; в) группа, как результат объединения, должна быть устойчивой, т.е. обеспечить возможность контактов ее участников, их взаимную поддержку, субъективно отражать готовность к совершению в последующем одного или более преступлений. Основной признак, отличающий организованную группу от группы лиц по предварительному сговору, — это устойчивость. Разумеется, повышенная опасность хищения, совершенного организованной группой, определяется и другими обстоятельствами, но эти признаки либо не являются постоянными, либо их не удается формализовать.

Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 25 апреля 1995 г. ¹ 5, раскрывая понятие организованной группы, дополнил законодательное определение следующим образом: «Такая группа характеризуется, как правило, высоким уровнем организованности, планированием и тщательной подготовкой преступления, распределением ролей между соучастниками и т.п.». Особенность организованной группы (в отличие от группы лиц с предварительным сговором) состоит в том, что некоторые ее члены могут не только выполнять элементы объективной стороны кражи, но и создавать условия для совершения хищения, например, подыскивать будущие жертвы, принимать и реализовывать похищенное, оказывать транспортные услуги или осуществлять иное обеспечение преступной деятельности группы. При наличии устойчивых связей с другими членами организованной группы действия ее участника квалифицируются по п. «а» ч. 3 ст. 158 без ссылки на ст. 33 УК, даже если

1 ÂÂÑ ÐÔ. 1999. ¹ 3. Ñ. 4.

88

эти действия по своим объективным признакам не выходят за рамки пособничества.

Особо крупным размером в статьях главы 21 признается стоимость имущества, превышающая один миллион рублей. На определение размера кражи не влияет полное или частичное возмещение вреда после совершения преступления. При совершении кражи группой лиц квалификация по размеру определяется общей стоимостью похищенного, а не долей того или иного участника, разумеется, если члены группы сознавали, что группа совершает хищение в особо крупном размере. При неконкретизированном умысле (относительно размера) содеянное квалифицируется в зависимости от стоимости фактически похищенного.

Следующая форма хищения — мошенничество, представляет собой сложное по объективной и субъективной сторонам посягательство на чужое имущество, могущее выступать в форме хищения и не являться им. Поэтому в судебно-следственной практике в первую очередь уяснению подлежат: а) конструкции основных составов мошенничества; б) понятия обмана, злоупотребления доверием, приобретения права на чужое имущество.

Мошеннические действия с течением времени меняют свой характер и распространяются буквально на все области экономики и социальных отношений в целом. Традиционно мошенничество выглядит в глазах общества в целом и профессионалов как посягательство на имущество физических лиц, использующее их легковерие, жадность, невнимательность. В последние годы, однако, уго- ловно-правовой запрет мошенничества превращается в наиболее часто применяемую норму, направленную на охрану различных видов собственности, связанных с применением различных — часто весьма сложных — экономических приемов. Так, в 2001—2003 гг. зарегистрировано этих видов общественно опасного деяния и выявлено лиц, их совершивших, соответственно: 79 296—23 934; 69 346— 19 679; 87 471—20 646. Однако уже в 2005 г. мошенничества было зарегистрировано 17 955 случаев, что на 42,4% больше, чем в 2004 г., из них было раскрыто лишь 101 041 преступление, т.е. всего 28,8%1.

Вместе с тем следует осторожно относиться к признанию в литературе различных видов хозяйственных сделок и операций мошенничеством. Предпринимательство и участие в экономической деятельности связаны с риском, пределы которого должны быть ограничены нормативно, но не простым усмотрением. Рыночному хозяйству имманентно стремление к прибыли, и вне прибыли оно

1 См.: Состояние преступности в России за 2005 год. М.: ГИЦ МВД РФ, 2006. С. 2—3.

89

не существует. Уголовная ответственность за мошенничество в экономических отношениях может наступать лишь в экстремальных случаях, требующих внимательной правовой оценки, в частности при разительном несоответствии полученного и возмещения за него, при нарушении обязанности защиты интересов партнера по обязательственным отношениям, при заведомом искажении содержания волеизъявления. Но во всех этих случаях, так или иначе, должны быть установлены все признаки состава уголовнонаказуемого мошенничества. Соблюдение экономических и иных интересов государства и общества требует применительно к мошенничеству внимательного разграничения уголовной и частноправовой, а также иной публичной ответственности.

Анализ ст. 159 УК РФ показывает, что она содержит два различных основных состава преступления и три группы квалифицирующих признаков, подразделенных по степени общественной опасности. Эти признаки, что бывает редко, относятся к каждому из двух основных составов.

Первый основной состав мошенничества представляет собой по прямому тексту закона хищение чужого имущества. Установление в действиях лица этого состава мошенничества требует выявления предусмотренных законом признаков хищения, предусмотренных (и проанализированных нами) ч. 1 ст. 158 УК РФ. Здесь, прежде всего, складывается ситуация, когда объектом посягательства являются вещи, но изъятие осуществляется путем добровольной передачи потерпевшим своего имущества субъекту деяния вследствие обмана или злоупотребления доверием.

Второй основной состав не является хищением. Он представляет собой посягательство на имущество в целом, т.е. это ситуация, когда потерпевший передает сам субъекту деяния не только вещи, но и имущественные права, также действуя под влиянием обмана или злоупотребления доверием.

Таким образом, основным разграничительным признаком между составами мошенничества является предмет посягательства. В первом случае он такой же, как и при любой форме хищения. Во втором — это имущество в целом.

Два основных состава мошенничества послужили спорам, возникающим в судебно-следственной практике при отграничении мошенничества от иных правонарушений, и суть которых заключа- ется в неодинаковой степени общественной опасности мошенниче- ства, представляющего собой, как мы отмечали выше, хищение чу- жого имущества, и мошенничества, выражающегося в приобретении права на чужое имущество.

С точки зрения уголовного права, указанные разновидности мошенничества характеризуются различием в моментах окончания

90