Проблемы отечественной истории. Сборник научных трудов

Среди наиболее передовых педагогов следует назвать декана химфака Ленинградского политехнического института В.А. Кин­ да, декана химфака Ленинградского технологического института А.А. Яковкина, группу профессоров Менделеевского института и, в частности, М.П. Дукельского, замечательных профессоров Московского Университета академика И.А. Каблукова, Я. Прже­ боровского и ряда других, последовательно и настойчиво боров­ шихся за перестройку высшей школы.

Этого, однако, не понимали некоторые консервативно на­ строенные работники высшей школы. Некоторые из них откры­ то выступали в Комитете по химизации против введения в курс обучения социально-экономических дисциплин. Другие ут­ верждали, что за пять лет нельзя подготовить грамотного хими­ ка [11: с. 126]. Третьи доказывали, что надо снизить как уровень требований к поступающим, так и качество подготовки будущих специалистов, ибо «нужно выпускать зауряд-врачей и зауряд-

инженеров» [11. с. 131–140].

Летом 1929 г. Комитет по химизации провел вторую Всесо­ юзную конференцию работников высшей химической школы, на которой были приняты более четкие и ясные решения. Срок об­ учения в вузах был ограничен четырьмя годами, для ряда специ­ альностей отменялись дипломные работы и разрешался выпуск специалистов через три года. Особое внимание было уделено производственной практике и мерам по ликвидации так называ­ емых «пробок», т.е. скоплений большого количество студентов на последнем курсе. Отдельно стоял вопрос о техникумах, стро­ ительстве новых учебных заведений и о материальном обеспече­ нии учащихся.

Такой сдвиг в сторону конкретного решения важнейших про­ блем химического образования был связан с еще более возрос­ шим темпом индустриализации народного хозяйства, в котором химия оставалась одним из самых узких мест.

111

Инженерно-технический персонал химической промышленности ВСНХ СССР на 1 октября 1929 г. [8: с. 332].

Всего в народном хозяйстве СССР (на 1 августа 1929 г.) было занято 5318 специалистов с высшим и средним химическим об­ разованием. Из них в химической промышленности союзного значения работало 3600 чел., в том числе 1746 с высшим образо­ ванием, 939 со средним и 915 практиков [27: с.126].

Еще более показательными являются материалы анкет, про­ веденных среди 52 руководителей трестов и 106 директоров наи­ более крупных предприятий Всехимпрома.

Руководящие кадры Всехимпрома [8: с.333].

112

Во главе основных отраслей химической промышленности и подавляющего большинства предприятий, как видно из приве­ денных данных, стояли люди политически проверенные и доста­ точно опытные, но, как правило, не имевшие специального обра­ зования и в технологии производства разбиравшиеся слабо.

Нехватка инженеров-химиков затрудняла также деятельность заграничных торговых представительств, на долю которых выпа­ ла трудная и ответственная работа по закупке импортного обору­ дования и химикатов.

1928–1929 гг. не внесли коренного перелома в подготовку пролетарских кадров для химической промышленности. Несмо­ тря на отдельные достижения, высшая химическая школа крайне медленно осуществляла перестройку своей системы. Отсутствие нужного количества специалистов-химиков срывало работу про­ ектных организаций, тормозило ход строительства, мешало осу­ ществлению технического прогресса какна химических предпри­ ятиях, так и в других отраслях промышленности.

Сложившееся положение вещей вызвало законную тревогу советской общественности.

В постановлении ЦК ВКП (б) «О деятельности Северного хи­ мического треста», принятом в августе 1929 г., одно из централь­ ных мест занял раздел, посвященный кадрам.

Отметив острую нехватку химиков в народном хозяйстве, ЦК ВКП (б) констатировал, «что ВСНХ, партийные и профессио­ нальные органы вопросу создания и подбора кадров химической промышленности до настоящего времени не уделяли должного внимания». Особо подчеркнув роль химии в деле социалистиче­ ского переустройства экономики страны, а также важность уско­ ренного строительства химической индустрии в СССР, ЦК пар­ тии указал: «Вопрос подбора административно-технических и партийно-хозяйственных кадров в строительстве химической промышленности играет решающую роль…» [2: с.115].

Предлагалось уже в 1929–1930 г. укрепить материально-тех­ ническую базу химических вузов, расширить прием учащихся, улучшить их социальный состав, построить новые институты

113

и техникумы, увеличить контингент химиков в Промакадемиях, расширить сеть курсов по подготовке и переподготовке специ­ алистов. Решено было усилить командный состав химической промышленности путем перевода в нее ряда инженеров и хозяй­ ственников из других отраслей народного хозяйства.

Рубеж 1929–1930 гг. ознаменовался существенными перемена­ ми в жизни химических вузов. В институтах Свердловска, Перми, Саратова, на Дальнем Востоке были открыты химические факуль­ теты или отделения. Химические отделения университетов были преобразованы в самостоятельные химические факультеты. В МГУ срок обучения был сокращен до четырех лет; вместо 20 предметов, изучавшихся на первых трех курсах, по новой программе было со­ хранено лишь восемь основных дисциплин. Освобождение студен­ тов от многопредметности и излишней перегрузки позволило резко ускорить выпуск специалистов, причем упор делался не на подго­ товку химика вообще, а на обучение химика определенной отрасли. Было положено начало и подготовке исследователей для промыш­ ленности синтетического каучука и искусственного волокна [12].

В1929 г. специальность «Каучук» была также введена в Мос­ ковском и Ленинградском химико-технологических институтах. Такого же профиля техникумы были открыты в Москве и Ленин­ граде, а в 1930 г. и в Ярославле. На Рубежанском химическом за­ воденачалифункционироватьхимико-технологическийинститут, техникум, школы ФЗУ и семилетки, дневной и вечерний рабфаки. Институт, на трех факультетах которого обучалось 248 студентов, из ведения Наркомпроса был передан в систему Всехимпрома.

Втрехгодичном техникуме училось 266 человек [26: с.103].

ВМоскве Комитет по химизации высказался за создание еди­ ного химического вуза столицы на базе существовавших в горо­ де химических институтов. Мыслилась постройка своеобразного студенческого городка с отлично оборудованными учебными кор­ пусами и лабораториями. Аналогичное решение было принято Ленинградским обкомом партии.

Одновременно с процессом количественного увеличения числа студентов-химиков шла борьба за улучшение их качественного со­

става, за усиление среди них пролетарской и партийной прослойки.

114

Это было тем более необходимо, что общий процент рабочих и кре­ стьян,коммунистовикомсомольцевсредихимиковбылсравнитель­ но мал. В МГУ среди 20 аспирантов-химиков не было ни одного рабочего, ни одного члена партии или ВЛКСМ. В то же время 75% из них были выходцами из буржуазных и помещичьих семей [16].

Решительному улучшению подготовки новых специалистов ме­ шали и недоставки, связанные с тем, что среди профессорско-пре­ подавательского состава было крайне мало коммунистов. Напри­ мер, в химическом институте, созданном на базе химфака 2-го МГУ, из 40 профессоров и доцентов лишь три были членами партии, а из 81 ассистента и преподавателя только шесть, причем ни один из 9 перечисленных членов ВКП (б) химические курсы не вел [6: с.58].

Говоря о трудностях, связанных с подготовкой кадров для хи­ мической промышленности, следует помнить, что руководство Всехимпрома в течение длительного времени не уделяло реше­ нию этой проблемы должного внимания. Химические институ­ ты, переведенные во Всехимпром, постоянно испытывали нужду в средствах, оборудовании и т.д.

Подобно Всехимпрому, ЦК профсоюза рабочих-химиков так­ же мало внимания уделял проблеме кадров. Достаточно сказать, что центральное бюро инженерно-технических секций химиков подготовкой специалистов не интересовались и в 1929–1930 гг. вообще бездействовало. Из 11 членов президиума повседневной работой занимались только три человека. Четыре раза делалась слабая попытка обсудить вопрос о кадрах, но каждый раз без­ результатно. Аналогичное явление имело место и в Ленинграде, и на Украине, и на Урале. Всесоюзное межсекционное бюро ин­ женеров и техников вынуждено было принять решение о роспу­ ске бюро химиков и созыве внеочередного съезда инженерно-тех­ нических работников химической промышленности [5].

Это решение немедленно получило одобрение Комитета по химизации. Тогда же Комитет по химизации выступил против правления Всехимпрома, считавшего, что подчиненные ему вузы должны выпускать специалистов только для нужд Всехимпро­ ма. Такое узковедомственное отношение к подготовке инжене­ ров приводило к тому, что Всехимпром не интересовался судь­

115

бой многих химических отделений и кафедр, выпускники кото­ рых должны были работать в других отраслях промышленности,

всистеме­ просвещения, здравоохранения, сельского хозяйства. Если учесть, что в ведении Всехимпрома в 1930 г. находилось 17 вузов и что в них сосредоточилось большинство студентов-хи­ миков страны, то станет достаточно ясным вред подобного под­ хода к обеспечению народного хозяйства кадрами химиков.

Наиболееважныеуспехивработевысшейхимическойшколы были достигнуты в 1930–1932 гг. Благодаря настойчивости Коми­ тета по химизации, неоднократно обращавшегося за поддержкой

вСовет Народных Комиссаров и ЦК ВКП (б), благодаря высокой активности пролетарской общественности и, в частности, самого студенчества, в 1930 г. начался ускоренный выпуск инженеровхимиков, на старших курсах были ликвидированы так называе­ мые «пробки» — скопления студентов, в силу различных причин, не сдавших все зачеты, лабораторные работы и т.п.

Чтобы восполнить нехватку специалистов, Всехимпром со­ вместно с ЦК профсоюза химиков принял смелое решение: выде­ лить1000квалифицированныхрабочих-ударниковдлябыстрейшего обучениянакурсахбезотрываотпроизводствастем,чтобыпередви­ нуть на должности техников. Одновременно 300 лучших техников были направлены на специальные курсы при вузах, где они должны были подготовиться к работе в качестве инженеров. Соответствую­ щее количество рабочих предстояло обучить для замены ушедших.

Перестройка вузовской системы привела к созданию в Москве единого химико-технологического института на базе химфаков 1-го

и2-гоМГУ,Менделеевскогоинститутаирядадругих.Аналогичный вуз был сформирован и в Ленинграде. Открылся ряд новых химиче­ ских институтов, отделений и факультетов во многих городах стра­ ны, усилилось внимание к вечернему и заочному обучению.

В1930–1931 гг. высшая химическая школа добилась не только количественного роста, но и заметного улучшения качественного состава студентов. В январе 1931 г. в институты Всехимпрома было принято3713чел.(вместо3080поплану);попредварительнымдан­ ным78,3%изнихсоставлялирабочиеилиихдети;выходцевизкре­

116

стьян было 11,5%. Партийно-комсомольская прослойка превысила 80%,втомчислечленовВКП(б)—54,4%[7:с.107].Качественный состав выпускников резко отличался от январского приема 1931 г. Среди них преобладало беспартийное студенчество — 64,6%, ком­ мунистов было 16,2%, комсомольцев — 19,2%; социальный состав оканчивающих характеризовался следующими данными: рабочих было 37,7, крестьян — 8,2, служащих и прочих — около 55%.

«За зиму 1931–1932 гг., — вспоминал знаменитый строитель Березниковского комбината М.А. Ардуанов, — тысячи строителей упорно овладевали специальностями по химическому производству на многочисленных курсах и в вечерних школах. Почти все члены моей бригады также учились новым профессиям» [1: с. 129–130].

Сравнение приведенных данных свидетельствует о том, что высшая школа правильно восприняла указания ЦК ВКП (б) и раз­ вернула борьбу за подготовку пролетарских специалистов. В нача­ ле 1932 г. рабочая прослойка в вузах Всехимпрома составила 62%,

втехникумахонаподнималасьдо67%ирабфакахдо83%.Достиже­ нию таких результатов способствовало создание подготовительных группнапредприятиях,предоставлениеразличныхльготстудентам, расширение вечернего и заочного образования [8: с. 312–346].

Выпуск инженеров-технологов во второй пятилетке значи­ тельно возрос; однако по некоторым специальностям инженеровхимиков недоставало, вследствие чего прием на химические фа­ культеты политехнических и индустриальных институтов и в хи­ мико-технологические институты неуклонно возрастал.

Реорганизация химико-технического образования, осущест­ вленная в первой пятилетке, организация новых специальностей дали большие результаты. Рост числа специалистов к началу вто­ рой пятилетки, по сравнению с первой, значительно возрос. Так,

в1930 г. в химической промышленности было занято 4812 ру­ ководящих работников и специалистов, а к 1 ноября 1933 г. их было уже 15 520 человек; в числе последних было 3613 человек с высшим и 3319 — со средним образованием [20: с 22–31]. Не­ обходимо отметить, что в 1931 г. в химической промышленности работало менее 100 иностранных специалистов, что составляло

117

не более 1,5–2% от числа всех специалистов, работавших на хи­ мических заводах и в проектных организациях [9: с. 387].

Литература

1.Говорят строители социализма. – М.: Госполитиздат, 1959. –

416c.

2.Директивы КПСС и Советского правительства по хозяй­ ственным вопросам. – М.: Госполитиздат, 1957. – Т. 2. – 888 с.

3.Журнал химической промышленности. – 1928. – № 5–6.

4.Журнал химической промышленности. – 1928. – № 9–10.

5.За индустриализацию. – 1930, 1 февраля.

6.За промышленные кадры. – 1930. – № 2–3.

7.За промышленные кадры. – 1931. – № 4.

8.Лельчук В.С. Создание химической промышленности

СССР. – М.: Наукa, 1964. – 130 с.

9.Лукьянов П.М. Краткая история химической промышлен­ ности СССР. – М.: АН СССР, 1959. – 464 с.

10.Научный работник. – 1928. – № 12.

11.Первый университет. – 1929, 22 июня. 12.Первый университет. – 1929, 5 декабря. 13.Первый университет. – 1930, 19 января. 14.Первый университет. – 1930, 9 марта.

15.Первые шаги индустриализации СССР. 1926–1927 гг. – М.: Госполитиздат, 1959. – 532 с.

16.Пути индустриализации. – 1928. – № 5–6.

17.Пути индустриализации. – 1929. – № 15.

18.Рабочий химик. – 1928. – № 2.

19.Собрание законов и распоряжений рабоче-крестьянского правительства СССР. – М., 1928. – № 46.

20.Состав руководящих работников и специалистов СССР. – М., Госполитиздат, 1936. – 457 с.

21.Торгово-промышленная газета. – 1928. – 28 апреля.

22.Торгово-промышленная газета. – 1928, 1 июля; 4 октября. 23.Уральский рабочий. – 1929, 13 сентября.

24.Химия и социалистическое хозяйство. – 1931. – № 2.

25.Химия и хозяйство. – 1929. – № 5.

118

А.А. Мозгунов

РОЛЬ К.К. РОКОСОВСКОГО В ПОБЕДЕ НА КУРСКОЙ ДУГЕ ЛЕТОМ 1943 ГОДА

Константин Константинович Рокоссовский командовал Цен­ тральным фронтом с февраля 1943 года. Центральному фронту была поставлена задача во взаимодействии с Западным и Брян­ ским фронтами окружить и уничтожить орловскую вражескую группировку. Центральный фронт должен был развернуться меж­ ду Брянским и Воронежским фронтами. В это время войска Воро­ нежского и Брянского фронтов продолжали наступать на харьков­ ском и курском направлениях. Войска Центрального фронта под командованием К.К. Рокоссовского, взаимодействуя с войсками Брянского фронта, должны были нанести глубоко охватывающий удар во фланг и тыл орловской группировки противника.

Для начала этой красивой по замыслу операции необходимо было сосредоточить войска, но основная масса войск находилась под Сталинградом. Дата начала этой операции была назначена на 15 февраля, но из-за трудностей передислокации войск, а в особен­ ности тыловых подразделений, срок был перенесён на 25 февраля.

Наступление Центрального фронта началось 26 февраля и по­ терпело неудачу. По приказу Ставки, Рокоссовскому пришлось перекидывать целую армию на юг, так как обстановка там была тяжёлая. Центральный фронт не мог закрепить свой успех из-за нехватки сил.

План по окружению орловской группировки противника не удался. Из-за усиливавшейся опасности на левом крыле нашего фронта было отдано распоряжение приостановить продвижение на запад и во второй половине марта это распоряжение было вы­ полнено. Центральный фронт перешёл к обороне. «Но войскам Центрального фронта под руководством Рокоссовского удалось обеспечить устойчивость обороны и не допустить его глубоких прорывов » [1: с. 230].

21-ая армия была передана в распоряжение Воронежского фронта, который потерпел поражение под Харьковым. «Причины

119

неудач соседей Рокоссовский видел в следующем: «Изучая обста­ новку противника и предугадывая характер предстоящих сраже­ ний, я невольно задумывался над причинами многих поражений советских войск за прошедший период, в частности в операции, связанной с потерей Белгорода и Харькова. На мой взгляд, проис­ ходило это потому, что нашим Верховным Главнокомандовани­ ем при провидении наступательной и оборонительной операции не уделялось должного внимания своевременному созданию не­ обходимых резервов, при наступлении расходовались все силы до предела, фронт вытягивался в нитку, отрываясь от своих баз. Не учитывались возможности противника и состояние своих войск. Желание превалировало над возможностями. Совершенно неудов­ летворительной оказалась наша глубокая оперативная да и страте­ гическая разведка». Немецкие войска при отходе имели возмож­ ность создать крупные группировки своих сил «и наносить нам неожиданно контрудары, парировать которые было нечем.

Отсутствие в глубине нашей обороны оперативных резервов позволяло противнику после прорыва фронта на узких участ­ ках безнаказанно идти на глубокое окружение советских войск, а окружив, беспрепятственно уничтожить их» [4: с. 252].

«При оценке возможных действий противника летом 1943 года и выработке плана действий наших войск Рокоссов­ ский, как и Жуков, Василевский, придерживался необходимости перейти к жёсткой стратегической обороне, отразить наступле­ ние немецко-фашистских войск и затем переходить в контрнасту­ пление» [1: с. 228 ]. К.К. Рокоссовский предполагал, что наиболее вероятным направлением удара фашистской группировки будет Курская дуга. Константин Константинович также предполагал, что именно там противник развернёт свою летнюю наступатель­ ную кампанию. Именно там, на Курской дуге войска фашистской Германии попытаются сделать то, что им не удалось зимой. К.К. Рокоссовский подчёркивал, что конфигурация линий фронта, да и продолжающаяся переброска войск в район Орла способство­ вали началу боевых действий именно в этом районе. К.К. Рокос­ совский предложил Верховному Главнокомандованию создать на

120