Мотив преступления и его уголовно-правовое значение. Монография

А.П. Музюкин

Мотив преступления

и его уголовно правовое

значение

Рекомендовано к изданию Учебно методическим центром «Профессиональный учебник» в качестве монографии.

Научная специальность «Уголовное право, криминология, уголовно исполнительное право»

Рекомендовано к изданию Научно исследовательским институтом образования и науки в качестве монографии.

Научная специальность «Уголовное право, криминология, уголовно исполнительное право»

Закон и право Москва 2023

Введение

Преступность в современном обществе представляет собой чрезвычайно сложное явление, оказывающее существенное влияние на все сферы общественной жизни. В последние годы получили значительное распространение тяжкие и особо тяжкие преступления насильственной и корыстной направленности, увеличилась доля организованной и экономической преступности. Анализ деятельности правоохранительных органов в сфере борьбы с преступностью, профилактики преступлений позволяет сделать вывод о том, что ее эффективность во многом зависит от постановки работы по изучению личности преступника, и прежде всего мотивов его противоправной деятельности. Установление мотивов преступления выступает одной из гарантий справедливости приговора в результате судебного рассмотрения дела.

Мотив преступления не всегда включается законодателем в признаки его состава, хотя мотивация любого поведения всегда присутствует. На уровне закона происходит деление мотивов на юридиче- ски значимые для квалификации преступления и иные мотивы, которые приобретают правовой смысл при дальнейшей реализации уголовного закона (назначение наказания, иных мер уголовноправового характера, освобождение от уголовной ответственности и наказания и др.).

Однако обобщение материалов следственной, судебной и прокурорской практики последних лет свидетельствует о том, что следствие и суд часто игнорируют требование ст. 73 Уголовно-про- цессуального кодекса РФ о том, что установление мотива преступления является обстоятельством, подлежащим доказыванию по каждому уголовному делу, независимо от его уголовно-правового зна- чения (особенно в тех случаях, когда мотив преступления влияет на квалификацию деяния, степень общественной опасности преступления и лица, его совершившего, на виды и сроки наказания). По результатам выборочного исследования, из общего числа отмененных и измененных приговоров судов, определений кассационных, а также надзорных судебных инстанций около 12% были отменены или изменены из-за неустановления или ошибочного установления факультативных признаков субъективной стороны преступления, в том числе его мотива. Это объясняется прежде всего тем, что целый ряд вопросов, связанных с содержанием и уголовно-правовым зна-

3

чением мотивов преступления, не были единообразно разрешены в доктрине уголовного права. Не получила однозначной трактовки и проблема классификации мотивов преступного поведения, в том числе на законодательном уровне.

Научные исследования мотивов и мотивации поведения в рамках теоретической и экспериментальной психологии проводились С.Л. Рубинштейном, К.К. Платоновым, В.И. Ковалевым, Г.С. Фельдштейном, Дж. Миллером и другими учеными-психологами.

Вопросы определения мотива преступления нашли отражение

Б.С. Утевского, И.Г. Филановского, В.А. Якушина и других авторов. К вопросам мотивации и мотивов преступного поведения обращались в своих работах Ю.М. Антонян, Б.С. Волков, А.Ф. Зелинский, У.С. Джекебаев, Е.И. Думанская, Н.Г. Иванов, Я.М. Кульберг, В.В. Лунеев, А.Г. Мустафазаде, Б.В. Сидоров, О.В. Стрилец, О.В. Соколова, С.А. Тарарухин, А.П. Тузов, А.А. Толкаченко и другие. Существенный вклад в разработку мотивов отдельных преступлений внесли работы С.Н. Абельцева, О.А. Борисова, С.В. Бородина, Б.А. Викторова, В.П. Власова, И.Н. Даньшина, Н.И. Загородникова, А.В. Наумова, О.С. Ивченко, О.С. Капинус, А.С. Михлина, Э.Ф. Побегайло, Н.А. Платошкина, А.Н. Попова и других

авторов.

В последние годы проблемам мотивов преступного поведения были посвящены некоторые кандидатские диссертации (Е.И. Думанская «Мотив преступления как итог мотивационного процесса: его значение при квалификации убийств», А.Г. Мустафазаде «Квалификация убийств по мотиву и цели»). Несмотря на то что эти работы внесли определенный вклад в развитие учения о мотиве преступления, они не смогли однозначно ответить на все поставленные вопросы и решить существующие проблемы.

В настоящее время на законодательном и правоприменительном уровнях допускается смешение мотива и цели преступления, на уровне теории права не решен до конца вопрос о соотношении понятий «мотив поведения» и «мотив преступления», нет четкой классификации функций преступных мотивов и их видов, не выработано критериев определения юридически значимых мотивов преступного деяния для квалификации преступления, для назна- чения наказания и иных мер уголовно-правового характера, освобождения от уголовной ответственности и дальнейшего отбывания

4

наказания. Не все мотивы получили соответствующую оценку в уголовном законе.

Кроме того, продолжающееся реформирование российского уголовного законодательства, связанное с периодическим внесением в его нормы изменений и дополнений, относящихся к предмету нашего исследования, развитие уголовного права и других наук криминального цикла позволяют по-новому взглянуть на многие дискуссионные, до конца не разрешенные вопросы, касающиеся определения уровней и видов мотивации преступного поведения человека.

Отмеченные обстоятельства обусловили необходимость углубленного монографического исследования мотива как признака субъективной стороны состава преступления.

5

Глава 1

Понятие и правовая природа

мотива преступления

1.1.Понятие и признаки мотива преступления

вроссийском уголовном праве

Уголовный закон указывает на то, что лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина (ст. 5 УК РФ). Вина составляет содержание субъективной стороны любого состава преступления. В свою очередь, правильное установление субъективной стороны преступления немыслимо без изучения и раскрытия мотива преступления, ибо без него невозможно составить представление о характере процесса, происходящего в сознании субъекта в момент совершения деяния.

Термин «мотив» происходит от латинского слова «moveo» — двигать и означает побудительную причину действий человека. Мотив поведения — категория психологическая. Вместе с тем она носит междисциплинарный характер, привлекая к себе внимание всех наук, которые исследуют личность. Это определяется тем, что в мотивах человек представлен наиболее полно и системно, они дают о нем такую информацию, о которой он сам может и не подозревать.

По этому поводу среди специалистов уголовного права разгорелась бурная дискуссия. Камнем преткновения стал вопрос о возможности разработки в науке уголовного права самостоятельного определения мотива преступления. По мнению ряда авторов, наука уголовного права не вправе использовать психологическое понятие мотива1. Так, И.Г. Филановский указывал: «Если в психологии мотив деятельности человека объясняет движущие силы поведения вообще, то в уголовном праве он должен открыть специфические движущие силы преступного поведения. Поэтому механическое пе-

1 См., напр.: Тарарухин С.А. Установление мотива и квалификация преступления. Киев, 1977.

6

ренесение в право того определения, которое дается в психологии, представляется нам неверным, так как психологи открывают истоки побуждений нормального поведения, а в праве нужно найти истоки побуждений для поведения, отклоняющегося от нормы»1.

Однако высказывались и диаметрально противоположные точки зрения. По мнению известного дореволюционного криминалиста М.П. Чубинского, при характеристике преступных действий необходимо использовать понятие мотива правомерного поведения в качестве мотива поведения противоправного, не изменяя при этом его качественного содержания2. Спустя полстолетия его позицию разделил Б.В. Харазишвили, который настаивал на том, что юриди- ческая наука должна пользоваться психологическим понятием мотива, а «введение уголовно-правового определения мотива является ненаучным». Он подчеркивал, что «мотив — всегда лишь психологическая проблема». В противном случае понятий мотива «может быть столько, сколько отраслей права»3.

На наш взгляд, при решении вопроса о возможности использования определения мотива, данного психологами, в уголовном праве не следует забывать, что мотив — это прежде всего категория психологическая и только затем перенесенная в область уголовноправовых отношений. Следует согласиться с мнением А.Г. Мустафазаде, что между психологическим и уголовно-правовым понятиями мотива нет никаких принципиальных различий, поскольку уголовно-правовая доктрина никогда не занималась созданием собственного, отличного от выработанного психологией понятия мотива4. «Диалектика взаимоотнощений психологического и уголовноправового понятий мотива, — пишет Б.С. Волков, — очень проста: она выражает соотношение общего и частного, рода и вида»5. В силу этого, как нам кажется, нет необходимости создавать принципиально отличное, самостоятельное уголовно-правовое понятие мотива преступления. Вместе с тем это ни в коей мере не освобождает нас от необходимости изучения мотива в рамках науки уголовного права.

1 Филановский И.Г. Субъективная сторона преступления и ее установление. Воронеж, 1974. С. 41.

2 См.: Чубинский М.П. Мотив преступной деятельности и его значение в уголовном праве. Ярославль, 1909. С. 23.

3 Харазишвили Б.В. Вопросы мотива поведения преступника в советском уголовном праве. Тбилиси, 1963. С. 27.

4 См.: Мустафазаде А.Г. Квалификация убийств по мотиву и цели: Дис. … канд. юрид. наук. М., 2005. С. 15.

5 Волков Б.С. Мотивы преступлений. Казань, 1982. С. 57.

7

Несмотря на то что мотивы преступления производны от мотивов правомерного поведения и являют собой некую форму трансформации мотива законопослушного в мотив преступного поведения, представляется, что, попадая под юрисдикцию уголовного права, они приобретают несколько иную значимость, которая обусловлена особой ролью мотива в установлении наличия состава преступления и процессе квалификации совершенного преступного деяния.

Бесспорно, что те закономерности мотивационной сферы че- ловека, которые вскрыты психологией и положены в основу определения мотива правомерного поведения, целесообразно использовать и при определении мотива общественно опасного деяния, так как идти вразрез с психологией и искажать психологическое значение этого термина недопустимо, даже если чисто уголовноправовое определение мотива преступного деяния в большей степени соответствует задачам уголовной политики государства на том или ином этапе его развития. Но учитывать особую роль, которую играет мотив деяния в уголовном праве, просто необходимо. При этом исследование мотива деятельности человека в уголовном праве должно быть направлено прежде всего на выявление такого аспекта его проявления, который обусловил совершение преступления.

Иными словами, необходимо, не отказываясь от общих психологических признаков, характеризующих мотив поведения человека в целом, более глубоко и полно раскрыть те из них, которые отражают специфику преступного поведения, поскольку именно они оказывают серьезное влияние на процесс уголовно-правовой квалификации содеянного. Однако даже в общей психологии, науке, в предмет которой непосредственно входит разработка понятия мотива поведения человека, до сих пор нет четкого и обоснованного подхода к освещению этого вопроса. Дело в том, что некоторые психологи вообще отрицают какую бы то ни было мотивацию поведения.

Например, X. Хекхаузен отмечает: «В действительности никаких мотивов не существует»1. Мотив и мотивация напрямую не наблюдаемы и тем самым не доступны непосредственному познанию. В этом смысле они не могут быть представлены как реальные факты действительности, поэтому являются условными, облегчающими понимание, вспомогательными (гипотетическими) конструктами нашего мышления. Гипотетический конструкт нельзя выдумать и

1 Хекхаузен Х. Мотивация и деятельность. М., 1986. Т. 1. С. 90.

8

произвольно поместить в мир, его познавательная ценность определяется не чем иным, как его местом. Промежуточное положение гипотетического конструкта между исходными условиями ситуации и индивидуальными особенностями субъекта, с одной стороны, и последующими наблюдаемыми явлениями в самом поведении — с другой, позволяет выявить схему объяснения действия. Значение мотива как гипотетического конструкта сводится к объединению связей, обнаруживаемых между исходными условиями ситуации и последующим действием, к фиксации устойчивых индивидуальных особенностей людей. Таким образом, мотив играет роль объяснительного понятия. Особенности наличной ситуации рассматриваются как мотивирующие поведение переменные, актуализирующие устойчивые мотивы человека1.

В результате этого складывается такая ситуация, при которой «современные понятия о мотиве деятельности описывают не одну, а несколько реальностей, не совпадающих друг с другом»2. Не удивительно, что исчезает сам предмет обсуждения, то есть мотив. Столь широкий диапазон мнений по этому вопросу вызывает объективную необходимость упорядочения и систематизации понятий, поскольку существующая обстановка значительно затрудняет рассмотрение мотива преступления через призму уголовного права, в силу чего требуются критическое осмысление и поиск новых подходов к ее решению.

До недавнего времени в психологической литературе, посвященной проблеме мотивации (а в юридической литературе и в настоящее время), под мотивом понималось побуждение к действию. И это не случайно, ведь основной функцией мотива является побуждение поведения. Между тем, по данным современной психологии, актуально переживаемый мотив как стремление к чему-либо непосредственно не побуждает поведения3. Функция побуждения поведения составляет сущность мотива, но лишь как потенция, как готовность к действию. Потенциальные мотивы становятся реально действующими при определенных условиях. По этому поводу Х. Хекхаузен писал: «Если на заре научных исследований, а в обыденной речи и сегодня, понятие мотива обозначало осознанное побуждение к действию, рефлексию его замысла, то позднее профессионалы от такого понимания отказались. Ведь действие оказывается мотивированным, в смысле его целенаправленности, даже не сопровождаясь сознательным намерением субъекта или даже когда

1 См.: Скляров С.В. Вина и мотивы преступного поведения как основание дифференциации и индивидуализации уголовной ответственности: Дис. … д-ра юрид. наук. М., 2005. С. 94.

2 Иванников В.А. Психологические механизмы волевой регуляции. М., 1998. С. 65. 3 Ñì.: Òàì æå. Ñ. 112.

9

вообще трудно себе представить какое-либо намерение. Должно существовать нечто, что позволяет выбрать между различными вариантами действия, «запускает» действие, направляет, регулирует и доводит его до конца, после чего начинается новая последовательность действий, в которой снова можно усмотреть уже другую целенаправленность»1.

Нередко в литературе мотивы ассоциируются с влечениями, желаниями, стремлениями, интересами2. Интересно, что около 45% опрошенных нами сотрудников правоохранительных органов и судов отождествляют мотив преступления именно с этими категориями. Но последние в современной трактовке означают фактически не вид мотива, а лишь этапы возникновения, становления и развития существующей мотивации. Действительно, влечения, интересы, желания, стремления — абсолютно самостоятельные психологиче- ские категории, и стать в результате какого-либо преобразования мотивами они не могут, ибо любая из этих категорий с возникновением другой существовать не перестает, а продолжает наличествовать наряду с ней.

Неправильно, на наш взгляд, отождествлять мотив с эмоциями3. Эмоции, являясь непосредственными переживаниями, сопровождающими отдельные жизненно важные ситуации, имеют кратковременное действие. Они выражают оценочное отношение к отражаемым явлениям и оказывают определенное влияние на степень выраженности мотива, но содержательная сторона мотива не меняется под их воздействием4.

В качестве мотивов не могут выступать и чувства5, поскольку последние представляют собой одну из основных форм переживания человеком своего отношения к предметам и явлениям действительности. В отличие от ситуативных эмоций чувства обладают относительной устойчивостью и являются субъективной формой существования потребностей. Чувства в отличие от мотивов не побуждают сами по себе к действиям, они являются лишь определенной формой существования последних. Мотивы реально побуждают поведение, только став предметом устойчивых чувств.

1 Хекхаузен Х. Указ. соч. С. 36.

2 См.: Лунеев В.В. Мотивация преступного поведения. М., 1991. С. 48; Станкевич Л.П. Проблемы целостности личности. М., 1987. С. 47.

3 См.: Тарарухин С.А. Указ. соч. С. 10; Харазишвили Б.В. Указ. соч. С. 44.

4 См.: Зелинский А.Ф. Осознаваемое и неосознаваемое в преступном поведении. Харьков, 1986. С. 54.

5 См.: Наумов А.В. Мотивы убийства. Волгоград, 1969. С. 83—89.

10