Модальность как категория текста. На материале произведений Ю. Полякова. Монография

в значении «не почувствовал опасности»: Увы, Валера размяк и не сумел по достоинству оценить опасности, связанной с роковым приходом БМП («Апофегей»).

Среди несобственно модальных лексем выделяются глаголы, занимающие относительно периферийное положение в микрополе возможности: удаваться, успевать.

Однако в прозе Ю. Полякова конструкции «удаваться + инфинитив» и «успевать +

инфинитив» по частотности употребления лишь немногим уступают ядерным экспликаторам - личным формам глагола мочь. Глагол удаваться в исследуемой прозе составляет 28 %, а глагол успевать (успеть) - 31 %. Таким образом, можно констатировать, что модификаторы удаваться и успевать (успеть) входят в число ядерных, центральных средств реализации мо дальности возможности в текстах Ю.

Полякова. Модальное значение возможности может быть представлено в сочетаниях

(не)удаваться + инфинитив не в «чистом» виде, а с имплицитным присутствием мо-

дального значения желательности, которое можно обозначить «хотеть + (не)смочь».

«Удаваться, удаться - сделаться, статься, случиться по желанию» [Даль 1998: 367],

наблюдается очевидное совмещение двух значений возможности и желательности с семантикой «хотели сделать и смогли». Семантика контекста следующего предложения ориентирует на желательность действия двух друзей, Башмакова и Слабинзона, которые

«хотели отвести душу и смогли»: Только порой, наедине, им удавалось отвести душу

(«Замыслил я побег»). На трудность осуществления действия может указывать семантика как отдельных лексем контекста, так и всего словесного окружения в целом. Дед Бори Слабинзона, Борис Исаакович, изредка с благоговением заходил в комнату своей покойной супруги, туда кроме него, никто больше входить права не имел. Модальность возможности в данном примере тесно взаимодействует с оттенком «преодоление трудностей»: Как Слабинзону удалось уговорить деда освободить помещение от вещей и пустить туда квартирантку - неведомо и непостижимо! («Замыслил я побег»).

Таким образом, столь высокая частотность глагола удаваться в прозе Ю. Полякова объясняется емкостью модального значения удаваться, позволяющей в сжатой,

семантически насыщенной форме дать комплексную информацию (удаваться = хотеть +

смочь).

В текстах Ю. Полякова большим числом употреблений в модальной функции зафиксирован модификатор успеть. В модальной функции выступает как «иметь время,

иметь возможность» [Срезневский т. II: 711]. В примере с оборотом успеть + инфинитив присутствует лексическое окружение с временным значением (еле успевали добраться и набрасывались), что подчеркивает в модификаторе успеть наличие оттенка возможности,

связанного с выполнением действия в сжатый срок: Мы еле успевали добраться до моей

51

квартиры и набрасывались друг на друга «Небо падших». Следующий пример также демонстрирует семантику возможности с оттенком действия, выполненного в сжатый срок: Словом, через неделю я стал приходить в школу за чет верть часа до занятий,

успевал поболтать с коллегами и встречал опоздавших учеников так, словно впервые сталкиваюсь с таким качеством человеческой натуры, как непунктуальность («Работа над ошибками»).

В романах и повестях Ю. Полякова модальные глаголы совершенного вида,

относящиеся к плану прошлого, эксплицируют оттенок реализованной возможности, «что близко к модальному значению действительности» [ТФГ 1990: 129]: Сам он, правда, уже

успел дважды бестолково изменить Кате («Замыслил я побег») (успел изменить =

изменил). Она к тому времени успела выйти за главного режиссера, сверстника Сергея Образцова, но сохранила теплые воспоминания о Башмакове и их недолгом романе

(«Замыслил я побег») (успела выйти = вышла). Глагольная форма не успел + инфинитив выступает со значением «не быть в состоянии выполнить действие из-за отсутствия вре-

мени». Бывший председатель Народного фронта Верстакович и его «боевые соратники» в

борьбе за демократию во время путча Джедай и Башмаков встретились, когда Верстакович находился уже в другом качестве - он стал совладельцем закрытого акционерного общества «Альдебаран». Идеи демократии и справедливости перестали интересовать Верстаковича, а мнение, которое отличалось от его собственного,

воспринималось им крайне негативно. Глагол не успел + инфинитив напомнить в

предложении эксплицирует оттенок нереализованной возможности: Но ничего

напомнить Джедай не успел - в кабинет уже входили «шкафандры», и на их тупых лицах было написано угрюмое торжество ресторанных вышибал, дождавшихся наконец своего вожделенного скандалиста... («Замыслил я побег»). Оставались лишь группки тех,

кто не успел доспорить: - ...Руцкой? Да что же вы такое говорите! Руцкой такой же мерзавец... Это он расколол коммунистов! («Замыслил я побег»).

В сложном предложении часты случаи употребления конструкции не успел как +

инфинитив. Неразложимость фразеологического сочетания «не успел как» отмечалась исследователями давно [Пешковский 1956; Смирнов 1966; Салмина 1988 и др.]. В этом случае актуализируется значение «быстрая смена событий»: Но не успели мы подойти к стоянке такси - понятное дело, пустынной, - как откуда-то из зло вещей темноты выскочила черная «Волга» и, завизжав тормозами, остановилась возле нас «Козленок в молоке». Не успел я среагировать, как он повесил трубку, не дожидаясь ответа, потому что вопрос был, собственно, риторический («Козленок в молоке»).

52

В текстах Ю. Полякова значительное место занимает несобственно модальный модификатор приходиться, который в безличных предложениях может выражать модальное значение необходимости, выступая в значении «стать необходимым,

неизбежным в связи с какимилибо обстоятельствами условиями» [ЛЭС 2002: 147]. Слово

приходиться специализируется в большей степени на экспликации значения вы-

нужденности. В произведениях Ю. Полякова частотность употребления этого глагола довольно высока, составляет 45 % от общего числа реализаций значения необходимости.

Следующие примеры демонстрируют значение вынужденности действия персонажа романа, который предоставлял свою квартиру «вышестоящим коллегам по поэтическому цеху», решавшим свои амурные дела. В обмен на это влиятельные «друзья» повествователя романа («Козленок в молоке») в одночасье делают его популярным и,

малоизвестный ранее, поэт начинает активно печататься: С появившейся перспективой издания книги график посещения моей несчастной квартиры стал настолько жестким,

что мне иной раз приходилось снимать койку у старушки в доме напротив, потому что спать на вокзальных лавках жестко, и к тому же я стал простужаться от сквозняков

(«Козленок в молоке»). Пришлось составить жесткий график, передружиться со всеми бомжами и постовыми милиционерами Ярославского вокзала, но зато мои стихи периодически появлялись в печати, звучали по радио, а однажды я даже возник на телеэкране в передаче «Рабочий полдень», где среди станков читал свои произведения рабочим завода «Электролит», тосковавшим об испорченном обеденном перерыве

(«Козленок в молоке»). Введение в высказывание показателей вынужденности выполняет функцию усложнения семантики: к диктумной информации добавляются такие модусные характеристики, как сопряженность с ситуацией вынуждения, каузированность вынужденного действия, обусловленность совершения вынужденного действия обстоятельствами или чужой волей [Лесонен 2008: 16]. Модификатор приходится

актуализирует в зависимости от контекста и другие грани модальности - неизбежность:

Разрешение ему, учитывая оборонную, засекреченную специальность, конечно, не дали, а

с кафедры, разумеется, пришлось уйти («Замыслил я побег») (=неизбежен уход). За все

приходится платить («Козленок в молоке») (=неизбежно, что за все придется платить);

обязанность: Шумилин вскоре после этого перешел на другое место, и работать

новоиспеченному инструктору пришлось уже под началом нового первого («Замыслил я побег»). Она в детстве пережила пожар, случившийся из-за оставленного утюга, и с тех пор маниакально боялась бытовых возгораний. Теперь же вот приходилось следить

самому («Гипсовый трубач»); необходимость: Дома снесли, а людей расселили по всей Москве, но, несмотря на это, Коля и Каля не потерялись, а поженились сразу после

53

школы, даже разрешение в райисполкоме пришлось получать («Замыслил я побег»).

Зинаида Ивановна буйно помешалась на огородничестве. Когда однажды, приехав в субботу на участок, она обнаружила, что огуречная рассада, заботливо преданная земле накануне, уничтожена необъявленными заморозками, ей сделалось плохо, и пришлось

срочно вызывать врача, огородничавшего по соседству («Замыслил я побег»).

Немаловажной особенностью стиля Ю. Полякова является, по нашему мнению то, что конструкции пришлось + инфинитив несовершенного вида в количественном отношении значительно превосходят конструкции с инфинитивом совершенного вида. Это позволяет констатировать частотность в прозе данного автора глаголов с семантикой необходимости, осложненной длительностью действия, обусловленностью совершения вынужденного действия обстоятельствами или чужой волей, а также присутствием негативной оценки выполняемого действия.

В прозе Ю. Полякова несобственно модальный глагол следует составляет 25 % от общего числа всех средств выражения модального значения необходимости. Следует

обычно выражает значение собственно необходимости, а также «указывает на наличие целевых норм» [Осетров 1984: 95]. Словарь В.И. Даля трактует следует как «должно,

нужно, надо, надлежит, прилично, необходимо» [Даль 1998: 403]. Семантика следует

несет в себе высокую степень облигаторности, акцент ставится на предписании, глагол выражает значение необходимости в наиболее «чистом» виде и одновременно наиболее категорично: «необходимо», «нужно», «должно», «надлежать», так и средства, ослож-

нённые оттенками, выражающими отношение менее категорично: «причитаться», «полагаться», «предназначаться» [Крючков 1986: 67]: Вовторых, слет нужно провести по большому счету! И уж нашу просьбу как следует выполнить! «ЧП районного масштаба». Конечно, в институте оставалось достаточно студентов, знавших, что такое воспитание и обучение, только по конспектам своих аккуратных однокурсников, и,

конечно, не следует преувеличивать роль личности Шумилина в истории советской педагогики, но он работал, а это уже немало! («ЧП районного масштаба»). В примере замполит Агариков рекомендовал офицерам во избежании несчастных случаев среди солдат из-за несчастной любви проверять фотокарточки девушек, ждущих солдат из армии, чтобы на глаз определять потенциальных изменщиц. Здесь также глагол выражает отношение, не определяющееся правилами, нормами, а вызванное внутренними потребностями субъекта, в данном случае офицеров: Первым делом, конечно, следует изу-

чить глаза далекой подруги, запечатленной на снимке, ибо у ненадежных барышень взгляд всегда с охоткой! («Грибной царь»).

54

Семантический оттенок глагола стоит, осложняющий значение необходимости, в

словарях определён как «иметь смысл», «требовать», «составлять труд», «быть выгодным» [Частотный словарь 1977: 453], в прозе Ю.Полякова данный глагол реализуется в процентном отношении - 27 % от общего числа глаголов, реализующих значение необходимости. Это значение, выраженное в глаголе стоит, осложняется дополнительным семантическим оттенком сопоставления действия персонажа Чистякова с физическими и психическими затратами, которые он готов понести, лишь бы искупить ошибки прошлого. В молодости Чистякова и Надю Печерникову связывало настоящее чувство, но ошибки, неумение прощать и бескомпромиссность помешали им быть вместе:

Что ж, за это Надино «спасибо» и за эти слезы благодарности стоит заплатить своей дурацкой судьбой, разбить ее об пол, точно свинью-копилку («Апофегей»). Глагол стоит

имеет оценочно-рекомендательный характер, к тому же в предложении могут употреблять ся указатели меры затраченных усилий. В первом примере богатый виноторговец,

оценивая свои действия, использует частицу только и указывает на небольшую степень усилий, необходимых ему для их выполнения: «Послушай, мудрец, у меня нет умных мыслей, но у меня есть золото, у меня нет знаний, но у меня есть красивые рабыни, у

меня нет красноречия, но у меня есть сладкое красное вино, - и стоит мне только крикнуть, как все твои ученики перебегут ко мне!» («Работа над ошибками»). В прозе Ю.

Полякова вместе с явным отрицанием стоит в сочетании с частицей ли используется в риторических вопросах, в которых заключено экспрессивно окрашенное утверждение: -

Но ведь первая книга - это всего лишь повод подумать, стоит ли писать дальше?

«Козленок в молоке». - А стоит ли серьёзно разбираться в досадной нелепости? -

пожал я плечами («Работа над ошибками»). Часто данный глагол в повестях и романах Ю.

Полякова указывает на целесообразность оцениваемого действия: - Стоило изза такой ерунды напиваться!» («Апофегей») (=не надо было). Глаголу (не) стоит в прозе Ю.

Полякова синонимичны обороты имеет смысл (нет смысла), есть резон (нет резона) «Может быть, и вправду не стоит лезть во всю эту свару?» - рассуждал я, сидя в полковом клубе и созерцая законный воскресный кинофильм, как всегда, про войну («Сто дней до приказа»): - Андрей Михайлович, - после долгого задумчивого молчания заговорил Ивченко, - а может быть, в самом деле не стоит ребятам рассказывать про макулатуру? («Работа над ошибками») (нет смысла, имеет смысл, нет резона).

Глагол хотеть (хочется) в текстах Ю. Полякова выражает значение желательности, причем эта функция для него является основной. Глагол хотеть является доминантой поля желательности (24% от количества всех представленных глаголов,

выражающих семантику желательности). Обладая емкостью и прозрачностью модальной

55

семантики, этот глагол способен как представлять инвариантное значение желательности,

так и эксплицировать различные частные значения желательности, характеризуясь при этом стилистической нейтральностью. Глагол хотеть обнаруживает различные оттенки модального значения желательности: «желать, волить, иметь охоту, стремиться, побуж-

даться к чему, намереваться, собираться» [Даль 1 998: 567], «иметь намерение» [МАС

1981-1984]: Надя поначалу хотела просто купить свадебное платье в комиссионке, но мамулек обозвала ее дурой и собственноручно отвела в ателье (желать, намереваться купить) «Апофегей». - После отчета на бюро горкома Бусыгин тебя уберет, - спокойно,

как что-то само собой разумеющееся, сообщил Убивец. - Наш не хотел тебя отдавать,

но ты же понимаешь! («Апофегей») (не желал, не намеревался). В глаголе хотеть может актуализироваться рациональный, осознанный характер формирования намерения,

например, сроки осуществления желаемого действия, о чем сигнализируют лексемы с темпоральным значением. Так, в следующем примере актуализируется рациональный,

осознанный характер намерения Бусыгина, первого секретаря Краснопролетарского РК КПСС, который хочет «от имени и по поручению ширнармасс» раскритиковать работу горкома, несмотря на то, что этот человек полон высокомерного отношения к бытовым и социальным проблемам простых людей и только изображает видимость деятельности: -

Долг платежом... - отозвался Убивец и осторожненько спросил: - Дошло до нас, БМП вместо отчета хочет по горкому долбануть ?! «Апофегей».

Инвариантным и наиболее частотным несобственно модальным глаголом,

выражающим семантику желательности в прозе Ю.Полякова, является модификатор

решить, чаще актуализирующий в сочетании с инфинитивом значение окончательно сформулированного намерения. Этот глагол в процентном отношении по частоте употребления превышает в два с лишним раза доминанту поля желательности (59 %) -

глагол хотеть. Шумилин, студент педагогического института, увлекся педагогикой,

поняв, что способен перевоспитать трудного подростка. Подросток Саленков и процесс перевоспитания составляли для Шумилина желаемый предмет для деятельности, на это сориентирована система ценностей самого Шумилина, «что в значительной степени оп-

ределяется законами общественного устройства, типом социума и т. д.» [Алтабаева 2004:

2-3]: А на третьем курсе, уже почувствовав себя незаурядным воспитателем, взялся за индивидуальное шефство - выражаясь проще, решил исправить некоего Геннадия Саленкова, который в свои четырнадцать лет был хорошо известен инспекции по делам несовершеннолетних, школой квалифицировался как трудный подросток, а семьей - как

«раздолбай» («ЧП районного масштаба»). В примере солдат-«дембель», желая обновить гардероб за счет новобранцев, ворует у молодого солдата новую шапку, значение глагола

56

решил определяет действие как нечто положительное, это акцентируется семантикой инфинитива полюбоваться, «желаемое оценивается не иначе, как позитивное для субъекта с его точки зрения» [там же: 4]: Со словами: «Носи, сынок!» - он нахлобучил молодому свою замурзанную ушанку, выбежал на волю, отмахал метров триста и под первым же фонарем решил полюбоваться приобретением. Взглянул и обледенел: шапка - цигейковая -

офицерская! («Сто дней до приказа»). Из множества объектов реальной действительности субъект произвольно выбирает некий объект, который осмысливает как предмет своего желания, для солдат второго года службы таким предметом желания является плов,

который они втайне от всех решили приготовить в подвале, в подобном случае «именно потенциальность, а не ирреальность желания выделяется как ведущий концептуальный признак» [там же: 5]: Среди тех, кто собрался возле блиндажа, есть и малознакомые парни из батареи управления. Оказывается, они залезли в подвал и в честь ста дней решили приготовить в походном котелке настоящий узбекский плов («Сто дней до приказа»).

Вслед за Е.В. Алтабаевой, которая одним из параметров в концептуальной иерархии «желания» выделяет параметр адресованности [там же: 3], мы полагаем, что осознанное и осмысленное желание обычно либо сообщается адресату, либо фиксируется в памяти субъекта, либо выражается вербально. Глагол решил с семантикой сформулированного намерения и личное местоимение сигнализируют о самоадресации желания: Поднимаюсь в свой номер, после мучительных колебаний я решил поскрестись в дверь Аллы («Парижская любовь Кости Гуманкова»). Я, кстати, потом решил все-таки закончить институт («Небо падших»). Семантика намерения глагола решил в прозе Ю.

Полякова может конкретизироваться оттенками значения инфинитива и лексического окружения глагола. Так, в примере лексическое окружение глагола сообщает о неуверенности персонажа в положительном результате действия - отыскать Витька в Мытищах. Глагол решил в составе устойчивого оборота решил попытать счастья

вербализирует желание с семантикой неизвестного для персонажа исхода: Сойдя с электрички и оглядевшись, я понял, что, не зная Витькиного адреса, на худой конец хотя бы фамилии, отыскать его здесь будет невозможно. Но я все-таки решил попытать счастья и, выбрав в толпе мужика с рожей полиловее, расспросил его о дислокации мытищинских пивных ларьков («Козленок в молоке»).

Таким образом, собственно модальная и субъективно-модальная семантика в произведениях Ю. Полякова представлена ядерными и периферийными глагольными средствами мочь, уметь, суметь, удаваться, успевать, приходиться, следует, стоит,

хотеть, решить, способными передавать весь спектр модальной семантики ситуации воз-

57

можности, необходимости и желательности, характеризующимися значительным объемом

общих и частных значений.

2.2.2 Слова категории состояния как средства выражения собственно

модальных и субъективно - модальных значений в прозе Ю.Полякова

Доминантное положение среди экспликаторов модального значения возможности в произведениях Ю. Полякова занимает предикатив можно, обладающий емкой модальной семантикой, стилистически нейтральный. Среди предикативных модификаторов возможности можно, невозможно, нельзя данный модификатор представлен частотнос-

тью в 69 % от общего количества.

Модальность возможности в текстах Ю. Полякова связана с выражением объективного значения «(не)иметь право для выполнения действия», это так называемая деонтическая возможность, обусловленная служебными, юридическими, социально-

нравственными нормами общества, которые распространяются на сферу субъекта в силу его принадлежности к определенному социуму [ТФГ 1990: 127]. В примере Слабинзон сообщает другу Башмакову о том, что социальные и юридические законы американского общества не позволяют ему говорить плохо о неграх, эта возможность осуществима только в России: - А в Америке как? - Негров много. Редкие твари! Но говорить об этом

можно только здесь. Там нельзя: политкорректность долбаная! («Грибной царь»). В

примере Михаил Дмитриевич пытается объяснить Свете, что слова в песне еще не являются показателями правильного положения вещей, обобщенный субъект «имеет право для выполнения действия», «ему разрешается», лексема что угодно подчеркивает неограниченность возможности субъекта: Младший лейтенант, мальчик молодой. Все хотят по-тан-це-вать с тобой.- Петь можно все, что угодно («Грибной царь»).

В предложении объективная возможность представляет собой такую потенциальную связь между субъектом и признаком, существование которой обусловлено факторами, находящимися вне самого субъекта, Валера Чистяков говорит о внешних обстоятельствах постоянного характера, об определенных социальных законах,

установленных людьми, когда ситуация возможности может быть реализована: Это были беспроблемные времена, когда можно было позвонить, пошутить - и бесследно исчезали протоколы дорожно-транспортных происшествий, свидетели брали свои слова назад, а «Жигуль», отремонтированный в каком-то спецавтохозяйстве, через день стоял в гараже новенький, сияющий, без единой царапины («Апофегей»).

Модификатор можно чаще всего выступает в безличных предложениях, где наблюдается вербальная невыраженность субъекта предметной ситуации и действие

58

изображено как независимое от деятеля. Так, в примере Свирельников, подвергая сомнениям правильность нынешнего жизнеустройства, недоумевает, почему с приходом демократии в стране кругом появилась охрана, вооруженная до зубов. Между субъектом модальной ситуации Свирельниковым и действием, направленным на реализацию значения объективной возможности, происходит ослабление связи, в этом случае действие относится к неопределенному числу лиц - «многие могут считать так, как Свирельников»: И вообще: можно ли считать нынешнее жизнеустройство правильным,

если его приходится так истошно охранять! («Замыслил я побег»). Смысловой акцент в конструкциях без «дательного субъекта» делается не на деятеля, а на самом действии, на

возможности его осуществления независимо от того, кто имеет такую возможность.

«Деятель отстранен» [Федорова 1997: 19], «помещен за кадром» [Малюткина 1970;

Аскоченская 1971], поэтому значение возможности в безличном предложении дается в обобщенном виде: Кругом валялись несчетные пустые бутылки, грубо вспоротые консервные банки, обертки и огрызки, из чего можно было заключить, что в трудные минуты в этом шалаше отлеживается пол-Мытищ («Козленок в молоке») (действие может относиться к кому угодно).

Для ситуации объективной возможности характерна сочетаемость модальных модификаторов с инфинитивом как совершенного, так и несовершенного вида. В примере инфинитив несовершенного вида бриться означает ситуацию возможности, не ограниченную пределом и имеющую регулярный, повторяющийся характер, солдат Купряшин утверждает, что после процедур, которые он совершил, ситуация возможности действия может иметь постоянный характер: В другой фланельке - пряжка, которую при помощи наждачной бумаги, специальной пасты и швейной иголки я довел до такого совершенства, что, глядя в отполированную поверхность, можно бриться («Сто дней до приказа»). Инфинитив совершенного вида представляет в следующем примере ситуацию возможности как единичную. Персонаж Миша по молодости лет не догадывался, что возможность достижения результата в отношениях с девушкой - это настойчивость.

Ситуация возможности, выражаемая инфинитивами глаголов рассмешить и разозлить,

обусловлена этим качеством субъекта, что является конкретным проявлением общего положения дел: Он тогда еще не догадывался, что настойчивостью избранницу можно

рассмешить и даже разозлить, но обидеть - никогда («Грибной царь»).

Ситуация объективной возможности чаще всего связана с качественной

59

подчеркивающим уникальную характеристику унитаза, который мог бы явиться средством борьбы с нерадивыми работниками: Особенно удалась концовка: «Как жаль,

что до сих пор нет огромного унитаза, куда можно было бы ссыпать всех этих сантехнических жуликов, нажать рычажок смыва и жить спокойно!» («Грибной царь»).

В предложении потенциальная отрицательная возможность обозначает, как в романе Ю. Полякова отразилась нравственная атмосфера эпохи, когда миражи (Виктор Акашин,

его несуществующий роман «В чашу») заняли место реального и истинного величия: - А

то и значит: можно вообще не написать ни строчки и быть знаменитым писателем!

(«Козленок в молоке»).

В предложении с семантикой объективной возможностью ответственные идеологические работники в области литературы, Николай Николаевич и Журавленко, не знали, как реагировать на выпад Чурменяева, который демонстрировал всем своим поведением непримиримый вызов советской действительности. Многозначительность на лицах литературных цензоров объяснялась так: неясная политическая ситуация в стране порождала осторожную мудрость в поведении идеологов, ошибка которых дорого бы стоила. В данном случае наблюдается вербальная выраженность субъектов, а

потенциальная ситуация возможности детерминирована высказыванием, находящимся в постпозиции, и связана с ним причинно-следственными отношениями: Николай Николаевич и идеолог Журавленко многозначительно переглянулись, на их лицах мелькнуло сложное чувство, его, несколько упрощая, можно выразить так: разрешат - убьем, а

пока живи, гаденыш! («Козленок в молоке»).

Из значений субъективной возможности предикатив можно способен реализовывать лишь одно - «быть в состоянии», причем такие примеры в прозе Ю. Полякова немногочисленны. В этих контекстах можно сочетается с инфинитивной формой глаголов психической деятельности, чаще ментальных глаголов. Михаила Дмитриевича неприятно удивил поступок матери, которая прямо с порога, когда сын при-

ехал в отпуск из Германии, отправила его в институт - разбираться по поводу провала в вуз младшего брата. Значение субъективной возможности выражается в том, что Михаил Дмитриевич тем не менее был в состоянии понять мать: Михаила Дмитриевича это задело: столько не виделись! Но и ее понять можно: Федька лежал на диване,

отвернувшись к стене, отказывался от еды и ни с кем не хотел разговаривать («Грибной царь»). Одуев, персонаж романа «Козленок в молоке», не осуждает свою бывшую подругу, а пытается её понять, поскольку на телевидении, как выяснилось, выбор мужчин небольшой: Раз ты такой мерзавец, ищи мне мужика на замену. Самой мне не когда и

60