Модальность как категория текста. На материале произведений Ю. Полякова. Монография

контекст прозы исследуемого автора, составляют около 10% от числа всех модальных

слов:

1.Слова или фразеологические единства, означающие обобщение, (включение,

присоединяющие вывод или общую формулу: вообще, вообще говоря, словом, значит,

выходит, стало быть, следовательно, итак, так, таким образом и т. п.: Таким образом,

размолвка, случившаяся между ними в связи с вызовом Чистякова в партком, не была ни первой, ни последней («Апофегей»). И вообще, если он, этот горкомовский пельмень,

хоть что-нибудь вякнет, Спецкор такое напишет о нем, что строгач с занесением покажется товарищу Бурову самой большой его жизненной удачей! («Парижская любовь Кости Гуманкова»).

2.Сюда же примыкают слова и фразовые единства, выражающие выделение,

ограничение, количественную или качественную оценку отдельных мыслей из состава сообщения. В информации, вводимой с помощью этих модальных слов, различаются пласты, связывающие высказывания со знаниями, на фоне которых оценивается сообщаемое. Особенно актуальной является способность соотнесения высказывания, в

составе которого она находится, с широким социокультурным контекстом:

а) в особенности, главное, тем более: Врачи в один голос говорят:

трансплантация! А очередь на пересадку в Нефроцентре, который находится в Краснопролетарском районе, расписана на полтора года вперед и, главное, почти не движется из-за отсутствия донорских почек («Апофегей»);

б) в частности, между прочим, по крайней мере: Обрадованный Михаил Дмитриевич понял, что у него теперь есть по крайней мере неделя, чтобы вернуться в брачный секс излеченным («Грибной царь»);

в) самое большее, самое меньшее, самое лучшее, самое худшее и т. п.:

Вышвыривая Нину из мастерской, герой «бульдозерной выставки» кричал, что никогда она не избавится от своего чугуна и самое лучшее для нее - навсегда забыть об архитектуре и, учитывая ее архаическое отношение к сексу, близко н е подходить к людям искусства («Замыслил я побег»). Так я и говорю, - вернулся наконец к прерванной мысли Локтюков. - Самое худшее, если это какие-нибудь случайные ребята, приезжие,

например, - тогда труднее всего найти («ЧП районного масштаба»).

3. Слова, выражающие уточнение, пояснение тех или иных членов предложения, или целых предложений: то есть, именно, так, например: Поэтому

можно представить, из каких слов сейчас состоит внутренний монолог Уварова. И я тоже, чурка неотесанная: «Не знаю, товарищ майор». А что сделаешь? Есть заповедь -

101

не заклади! То есть - не заложи! Вот черт, такой день и так паршиво начался! («Сто дней до приказа»).

4. Слова и фразовые единства, выражающие присоединение или обособление отдельных частей сообщений:

а) вместе с тем, при том, при этом, кстати, мало того: За дармовую кружку пива балерун охотно крутил фуэте и кричал при этом дурным голосом: «Р-

риголетто-о-о!» Почему «Риголетто», а не, допустим, «Корсар» или «Щелкунчик», -

никто не знал («Парижская любовь Кости Гуманкова»).

б) кроме того, помимо того, сверх того: Это так же нелепо, как если бы она взялась вести занятия по строевой подготовке вместо нашего военрука Жилина,

который носит свою майорскую форму с той серьёзностью и значительностью, на которую способны только отставники. Мало того, Опрятина чуть не стала директором! («Работа над ошибками»). Помимо консервированных колбасок, чипсов и прочих съедобностей с истекающим сроком годности, в полиэтиленовых пакетах можно было обнаружить и кое-что непреходящее, например протестантское Евангелие в мягкой обложке, напечатанное на газетной бумаге («Грибной царь»).

Слова или фразовые единства, выражающие противопоставление или ограничительное допущение мыслей в рамках сообщения: наоборот, напротив, тем не менее, все же, все-таки, только и т. п. :После шестого урока я чувствовал себя так,

словно всю ночь продежурил в редакции, но в номере тем не менее прошла чудовищная ошибка («Работа над ошибками»). Даже неглупые женщины тратят годы, чтобы проникнуть в тайны загадочного немногословия. И ведает, как говорится, лишь бог седобородый, что эти сосредоточенные избранники мучительно размышляют, например,

о том, куда все-таки запропастился «лэйбл» от новой шмотки. Ведь ненароком простирнёшь, а можно, оказывается, только - в химчистку («Работа над ошибками»).

Промежуточное положение этих слов между союзами и модальными словами обнаруживается в том, что они сочетают функцию связывания членов предложения или предложений и функцию выражения оценки связываемого или присоединяемого, а иногда также функцию выражения отношения к сообщаемому со стороны говорящего.

Таким образом, модальные слова, являющиеся наиболее частотными в текстах художественных произведений Ю.Полякова, обладают индивидуальными лексическими значениями, сочетаемостными и функциональными возможностями. Преобладание модальных слов в прозе данного автора обусловлено семантико-прагматическим аспектом их функционирования, то есть способностью давать оценку совместимости содержания высказывания с действительностью. Использование модальных слов позволяет выявить

102

специфические черты личности, которые находят отражение в мировидении и в образе

мыслей Ю.Полякова - стремление к максимально правдивому изображению

действительности.

3.3 Модальная функция инфинитивных предложений в произведениях Ю. Полякова

Под инфинитивными предложениями в лингвистике понимаются одночленные предложения, имеющие в качестве конструктивного центра независимый инфинитив

[Тимофеев 1950; Шутун 2008 и др.].

Обладая максимальной функциональной емкостью и концентрацией специфических признаков категории, инфинитив может не только характеризовать действие (состояние) в отвлеченности от деятеля, но и участвовать в выражении отнесенности действия (состояния) к субъекту разной степени конкретизации: к

реальному или потенциальному, определенному или неопределенному, конкретному или обобщенному производителю действия, носителю состояния. Характерным, как с со-

временной, так и генетической точек зрения, модальным значением независимого предикативного инфинитива следует признать значение долженствования или необходимости, <.. .> что не исключает наличия и ряда других модальных оттенков,

составляющих специфику отдельных групп этих предложений [Тимофеев 1950: 265].

В системе инфинитивных предложений важное место занимают предложения со значением объективной предопределенности, в которых выявляется семантика неизбежности, долженствования, предстояния, вынужденности, возможности или невозможности, ненужности, отсутствия необходимости, недопустимости. В

предложениях этого типа нередко наличествуют частицы, наречия, например, безлично-

предикативное слово лучше при инфинитиве употребляется в значении пред-

почтительности, частица хоть - в значении вынужденности: Сначала вместе с Лигачевым он затеял антиалкогольную кампанию и даже выступил по этому поводу в «Правде» с

большой статьей под названием «Пить или жить?» («Замыслил я побег»). - Олешек,

знаешь, мне кажется, лучше все-таки ей сказать, а то как-то нечестно получается

(«Замыслил я побег»). И тогда он понял, что теперь с этим народом можно делать все,

хоть дустом посыпать, ибо уже в минуту зачатия будущий человек заражается страхом перед властью! («Апофегей»).

Основное значение инфинитива в сочетании с частицей бы дополняется оттенком желательности: - Может быть, таким образом она дает вам понять, что неплохо бы поскорее оформить ваши отношения? («Замыслил я побег»). И, все ускоряя шаги, чтобы поскорей удрать из этого горького, выморочного пространства, он взбегал

103

по ступенькам, взмахивал перед охранниками удостоверением, вскакивал в стеклянный стакан - и возвращался в ту страну, где все люди сыты и веселы и говорят о том, куда бы лучше вложить деньги и стоит ли в этом году снова ехать в Грецию или же попросту взять да и махнуть на Майорку. («Замыслил я побег»). - Что это такое? -

Это... понимаете... как бы вам объяснить... («Замыслил я побег»).

В предложениях со значением невозможности при инфинитиве обязательны отрицательные частицы не или ни-ни: Сквозь толпу активистов Чистяков продвигался медленно, многие знали его в лицо, бросались навстречу, тискали руку, он допускал, но любые попытки на ходу решить какой-нибудь горящий вопросик пресекал в корне: иначе до заветного стенда не добраться никогда («Апофегей»). Хорошенькое дельце: быть

единодушно избранным коллективом, победить в безмолвной схватке с космонавтом Войцеховским и не попасть в Париж из-за такси! Вот уж действительно страна вечнозеленых помидоров! («Парижская любовь Кости Гуманкова»).

Значительное место в прозе Ю. Полякова занимают предложения со значением субъективной предопределенности, выражающие воленаправленность - побуждение,

желание, субъективно осознаваемую целесообразность или своевременность:

1) Отсутствующий субъект может легко определяться обстановкой речи и контекстом в конкретной личной форме: Она, конечно, знала о существовании в жизни дочери Башмакова, даже один раз встретила их, шляющихся в переулках возле дома и не знающих, куда пристроить свое вырвавшееся на волю вожделение («Замыслил я побег»).

2). Субъект может являться в известной степени устраненным и определяться контекстом или обстановкой речи в неопределенной или обобщенно-личной форме: Но денег больше ни у кого не было, если не считать горстки сантимов, оставшихся у товарища Бурова в об щественно-представительской кассе («Парижская любовь Кости Гуманкова»).

3). В предложениях со значением субъективной необходимости и желаемости субъектный детерминант чаще всего присутствует даже при инфинитивном эллипсисе: -

Мне бы опять что-нибудь про любовь! - заискивающе пробормотал он («Сто дней до приказа»).

4)В предложениях со значением субъективно осознаваемой целесообразности

исвоевременности субъектный детерминант может быть, а может и отсутствовать: В этой связи планы у Нади такие: выдать мамулька замуж за образовавшегося поклонника, а уж потом и самой заарканить какого-нибудь потомственного доцента, вроде Желябьева, и

обеспечить себе человеческую жизнь в этом идиотском обществе, которое рождено,

чтоб Кафку сделать былью; подарить мужу наследника, а затем уже заняться

104

настоящей личной жизнью - изменять с каждым стройным, загорелым мужиком,

катающимся на горных лыжах или, на худой конец, играющим в большой теннис.

«Апофегей». - Морду ему набить! («Сто дней до приказа»).

Оттенок облигаторности в инфинитивных предложениях можно считать значением предначертанности, предопределенности. Действие представлено как предполагаемое в будущем, но всегда связанное с настоящим, это может выявляться и при значительном временном разрыве между моментом речи и временем предполагаемого события:- Экспе-

римент... А я, выходит, кролик?- Тебя это так смущает? - В общем, нет... В нашей собачьей жизни кроликом побыть - это даже неплохо («Козленок в молоке»). Но перед тем как сбежать, он посоветовал мне вложить деньги в акции АО ДДД(«Козленок в молоке»). В большинстве случаев действие представлено как нежелательное для субъекта,

то есть вынужденное, что не является строго обязательным. - Ладно, - смирился Арнольд, -

в конце концов, вы спорите, а не я. Вам и расхлебывать («Козленок в молоке»).

Значение необходимости совершения действия с указанием или без указания на определенное лицо выражено в тех предложениях, где субъект представлен и действие должно быть совершено именно им:- Ну, так чью койку мне завтра заправлять? -

спокойно спросил я членов высокого совета. Никто не ответил («Сто дней до приказа»).

В восклицательных предложениях часто присутствующая семантика целесообразности / нецелесообразности усиливается особой экспрессивной интонацией: -

Мне на них наплевать! Хотят в несколько раз больше, чем за отечественную программу,

вывалить - пусть вываливают («Замыслил я побег»). - Тебя за атомной войной посы-

лать! - заорал Зуб («Сто дней до приказа»). Чтоб ты, Арнольд, понял, получается эдакая двойная уха! - Как не понять! - закивал Арнольд («Козленок в молоке»). - А что

разбираться! быстро отозвалсяШарипов («Сто дней до приказа»).

Среди инфинитивных предложений, выражающих необходимость и долженствование, выделяются вопросительные предложения, которые в свою очередь делятся на два разряда - «прямо-вопросительные» и «обратно вопросительные» предложения» (по терминологии К.А. Тимофеева). Помимо семантики, присущей предложениям в прямом значении, - стремление уточнить направленность действия -

обратно-вопросительные предложения приобретают дополнительный оттенок не-

возможности действия, собственно вопросительная интонация при этом становится вопросительно-восклицательной. Для обратно-вопросительных инфинитивных предложений (по К.А. Тимофееву) некоторые ученые (например, Е.В. Шутун) использует термин «несобственно-вопросительные предложения». Позицию облигаторного члена в предложении занимают дейктические слова, десемантизированнные местоименные

105

компоненты (кто, что, к чему, зачем, где и т. д), участвующие в выражении эмоционального отрицания невозможности [Шутун Е.В. 2008: 13]. Этим предложениям присущи экспрессивность, способность совмещать значение отрицания и выражение живой реакции на происходящее или сказанное. Структурной особенностью их является несовпадение плана выражения (вопросительная структура) с планом содержания

(отрицательное сообщение): А вечером, натолкав в сумку учебники и конспекты, я побегу на Ходынку - сторожить авиационный музей под открытым небом. «А что там

сторожить?» - спросите вы («Небо падших»). Нередко предложения выражают нечто противоположное тому, что спрашивается: - Ну, конечно... Сейчас! Куда их девать-то,

часы ваши? Скоро магазин «Тик-так» тут откроем! - ответила она с той чисто бабьей сварливостью, после которой обычно следует согласие (в значении - некуда девать ваши часы) («Козленок в молоке»). - Вы что, ничего не понимаете?! Они всех записывают!

Всех! - А чего записывать? Господь, он и так всех новообращенных наперечет знает, -

простодушно оправдывалась бабушка Дуня (в значении - не стоит записывать, нет смысла записывать) («Замыслил я побег»).

Вопросительные наречия и наречные сочетания уточняют цель того действия,

которое должно совершиться, а субъектом выражается сомнение или отрицательное отношение к необходимости совершения цели этого действия: - А у тебя точно

«амораловки» больше нет? - Нет, конечно! Зачем мне тебя обманывать? - искренне ответил я, косясь на бутылку, где еще оставалось граммов восемьсот (в значении - Я

тебя не обманываю) («Козленок в молоке»). Данные предложения преимущественно употребляются в утвердительной форме, но фактическое значение их следует признать отрицательным: А зачем ей, собственно говоря, нанимать кого-нибудь? Она и сама это может прекрасно сделать (в значении - ей незачем кого-то нанимать) («Небо падших»).

Таким образом, необходимо отметить, что асимметрия плана выражения и плана содержания служит условием для создания экспрессивности предложений данного типа,

что позволяет передать значение эмоционального отрицания, в некоторых случаях это используется для привлечения внимания аудитории или для того, чтобы вызвать эмоци-

ональную реакцию собеседника.

Интересен тот факт, что предложения без вопросительных слов чаще употребляются в собственно вопросительном значении. В интонационном отношении эти предложения более экспрессивны, например, в данном предложении семантика интонации вопроса содержит оттенок угрозы: - Что ты не понял, гнида двубортная?! Ты что нам говорил тогда, у костра? Забыл?! Напомнить?! («Парижская любовь Кости Гуманкова»). Семантика необходимости может дополняется определенной степенью

106

сомнения субъекта в совершении намерения: Побежать сразу после нанесенной обиды к мебельному магазину и взять левака? («Замыслил я побег»). Модальность необходимости предложения иногда осложняется значением, заключенным в интонации вопроса,

поскольку в последующем примере субъект неожиданно меняет свое решение и намерен прервать процесс разборки дивана рабочими. Необходимо отметить, что основное значение этого предложения дополняется оттенками сомнения и нерешительности субъекта речи: - А долго его назад скручивать? - робко полюбопытствовал Башмаков. -

Раскручивать всегда легче! - философски заметил прапорщик. («Замыслил я побег»). В

семантике предложения может быть заключено значение сомнения, здесь на семантику необходимости накладывается желательность, что, однако, имеет лексическое выражение:

Может, организовать СП и заработать валюту? («Парижская любовь Кости Гуманкова»).

Можно констатировать: при выражении субъективного модального значения в инфинитивном предложении важную роль играют не только семантика инфинитива,

часто - семантика положительной или отрицательной оценки, - но частицы и интонация,

благодаря чему предложение приобретает эмоционально-экспрессивную окраску.

В исследованиях последних десятилетий в качестве переходных конструкций в отдельный разряд инфинитивных предложений выделяются безлично-инфинитивные,

совмещающие в себе признаки безличных и инфинитивных. В составе этих конструкций,

по мнению ученых, обязательно наличие трех компонентов: независимого инфинитива,

глагола-связки (в том числе и в нулевой форме) и отрицательного местоимения или наречия с префиксом - не. Глагол-связка передает объективное содержание предложения

(пропозицию), а инфинитив с зависящим от него членом (распространителем) -

субъективные (модальные или оценочные) значения [Лекант 1969; Шутун 2008].

Вслед за этими учеными мы считаем необходимым также выделить в отдельный разряд инфинитивных предложений безлично-инфинитивные, наличие местоимений/наречий с префиксом не- позволяет отнести данный тип предложений к собственно отрицательным. Необходимо заметить, что в произведениях Ю. Полякова данные конструкции имеют высокую частотность употребления, они способствуют по-

явлению предложений с семантикой «характеристика и оценка лица» и «субъективно-

оценочное восприятие действительности», формируют эмотивное пространство произведения в целом.

Семантика отрицательного местоименного компонента позволяет выделить несколько модально-семантических типов безлично-инфинитивных предложений:

107

1). Предложения, выражающие невозможность совершения действия из-за отсутствия места, куда оно направлено или где оно происходит: Джедай сказал, что ему

торопиться некуда, никто его не ждет и он, пожалуй, переночует у Бориса Исааковича

(«Замыслил я побег»). - Дети? - понимающе улыбнулся Чистяков и почувствовал внезапно горькую обиду, которую сам себе объяснил так: как кошки, понародят ораву на двадцати метрах, а потом решай им жилищный вопрос - «афганцев» селить некуда!

(«Апофегей»). - Мне некуда перезванивать. Лучше приезжайте ко мне как-нибудь в Цаплино. Поговорим. Почитаете стихи моим ученикам («Козленок в молоке»).

2)Предложения, выражающие невозможность осуществления действия из-за отсутствия времени: Валере было некогда заниматься на водительских курсах, права получила Лялька («Апофегей»).

3)Предложения, выражающие невозможность осуществления действия из-за отсутствия причины и цели: Не надо! Они все с желваками и все с проседью. Нечего из-за них напрягаться («Грибной царь»). Они постановили, что Чистяков превысил необходимые меры самообороны, зарекомендовал себя драчуном, а с такой репутацией о серьезной общественной работе и думать нечего («Апофегей»).

4)Предложения, обозначающие невозможность совершения действия из-за отсутствия объекта, на который оно направлено: Свирельникову показалось тогда забавным, что вся эта ураганная суета происходит для того, чтобы завтра утром он получил газету, в которой и читать-то, по совести, нечего («Грибной царь»). - Если ты не понимаешь таких простых вещей, то нам с тобой вообще не о чем говорить!

(«Замыслил я побег»).

5) Предложения, обозначающие невозможность совершения действия из-за отсутствия субъекта: Заступиться было некому: ни профкома, ни тем более парткома в

«Альдебаране» давно уже не было («Замыслил я побег»). - Пассионарность подорвана.

Даже на фонарях нас развесить некому! («Замыслил я побег»).

Выделенные модально-семантические разновидности демонстрируют своеобразие и самобытность безлично-инфинитивных предложений. В выражении основного модального значения в них наряду с грамматической формой глагола-связки важную роль играет семантика местоименного компонента, характер интонации, наличие вводных ком-

понентов и модальных частиц.

Восклицательная интонация предложения подчеркивает и констатирует отсутствие возможности совершения действия, утверждая невозможность и нежелательность этого действия: - Нон, я, наверное, женюсь! - сообщил Михаил Дмитриевич, целуя ее в шею. - Ну и правильно - нечего шляться! («Грибной царь»). Вводный компонент по правде

108

усиливает степень истинности и достоверности сказанного - сказать было почти нечего.

Автор речи подчеркивает, что молодые люди на самом деле говорили по телефону часами, «боясь отпустить друг друга в неведомую жизнь, таившую в себе угрозу для начинав-

шейся любви» [Поляков Ю.М. 2008: 166]. Но говорили они часами совсем не из-за того,

что им многое нужно было сказать друг другу. Сказать им тогда, по правде, было почти

нечего. Те, кому есть что сказать, предпочитают молчать, ибо чувство от слов беднеет и иссякает («Грибной царь»).

На семантику предложения со значением ненужности совершения действия может наслаиваиться значение модальной частицы уже с темпоральным оттенком,

подчеркивающей не только нежность и трогательность героини, но и сигнализирующей о степени отношений между влюбленными: На груди у меня полуголая однокурсница дремлет с той трогательной доверчивостью, какую может позволить себе только женщина, которой скрывать от тебя уже нечего («Гипсовый трубач»).

В следующем предложении автор речи с помощью облигаторного местоименного компонента некому не отрицает возможности совершения действия, названного в инфинитиве - прикрыть, тем не менее указывает на отсутствие условий, необходимых для его осуществления, поскольку речь в тексте идет о перестановках в аппарате управления,

а секретарь парткома, всегда защищавший Чистякова (автора речи), сам находился под прицелом критики: Ты - мой тыл, поэтому по тебе ударили. И время как удачно выбрали

- прикрыть теперь некому («Апофегей»).

Безлично-инфинитивным предложениям присуще значение нейтрального отрицания возможности/рациональности действия, констатации, а в некоторых случаях -

значение экспрессивного утверждения невозможности действия. Этот тип предложений,

по мнению Е.В. Шутун, способствует созданию атмосферы безысходности [Шутун 2008: 19]. Ю. Поляков - мастер социального гротеска, жёсткий сатирик, блестящий наблюдатель жизни. Поляков действительно дает социальный срез общества, используя конструкции с отрицанием возможности, таким образом, автор языковыми средствами выражает свой протест против нынешнего неустроенного разлагающегося общества, но отводит личную трагедию от каждого из своих героев, он одновременно смеется над героями и любит их, и

вконце концов указывает им путь к свету.

Вцелом, инфинитив играет важную роль в формировании субъективно-модальной перспективы высказывания, синтаксической и смысловой «связанности» текста, он отличается многофункциональностью, богатством экспрессивно-оценочных значений,

выступает в контексте средством передачи информативного содержания и воздействия на

читателя, авторского отношения к фактам и событиям. Высокая частотность употребления

109

инфинитивных предложений в прозе Ю. Полякова обусловлена актуализацией основных,

ключевых смыслов художественного произведения, что выражается в индивидуально-

авторской концепции мира.

Подытоживая сказанное выше, заметим: в ментальном пространстве произведений Ю. Полякова представлена ярко выраженная субъективная модальность, что, несомненно,

определяется художественным мировоззрением автора, его эстетическим кредо,

отношением к окружающей действительности, наполняет произведения автора полемической заостренностью, эмоциональным накалом и вместе с тем углубленным психологизмом.

110