Конституционный вопрос в России в 60-х – начале 80-х годов XIX века. Учебное пособие

следующим образом: «Все эти предложения имеют целью, с одной стороны, удовлетворить действительно общему желанию, чтобы голос сословий прямо доходил до престола, а с другой стороны, устранить именно поводы и предлоги к дальнейшему повторению превратного предположения, будто в настоящее время правде прегражден путь к государю. В то же время эти меры — весьма либеральные по своей форме, должны успокоить многие, высказавшиеся в последнее время стремления, но в сущности в них нет ничего опасного, так как, во-первых, депутаты будут призваны не в состав Государственного совета…, но они будут состоять при Государственном совете в виде приуготовительных комиссий, во-вторых, председатели собраний будут назначаемы самим государем, в-третьих, в собрании будут присутствовать министры и, наконец, в-четвертых, при обсуждении дел голос собраний будет только совещательным»1.

Такой проект не предполагал конституции. Впрочем, Константин Николаевич и не скрывал, что относится к идее введения в России конституционного правления негативно. В одной из своих записок он заявил: «Для России теперь конституция была бы совершенно пагубна, потому что тут же обратится в олигархию»2.

Тем не менее разработка братом Александра II великим князем Константином Николаевичем проекта создания общегосударственного представительства при Государственном совете, пусть и в весьма ограниченных рамках, способствовала поддержанию в русском обществе иллюзии о том, что правительство готовит для него конституцию. 12 января 1867 года состоялось заседание Совета министров по проблемам земских учреждений, во время которого император заявил о том, что в городе распространяются толки «насчет его мнимых конституционных стремлений». При этом он отметил, что «сочинителями конституционного проекта называют вел. кн. ген.-адмирала (т. е. Константина Николаевича) и кн. Урусова»3.

* * *

Отрицательное отношение Александра II к планам создания в России общероссийского представительства в той или иной форме и введе-

1Цит. по: Дневник П. А. Валуева, министра внутренних дел. В двух томах. Том 2. 1865–1876 гг. М., 1861. С. 464.

дить две палаты и предоставить им голос решительный. Если же этого сразу сделать нельзя, то нужно, по крайней мере, положить такое основание, из которого впоследствии развилось бы настоящее представительное правление»1.

Сторонником конституционного правления был и министр внутренних дел в 1868–1877 годах Тимашев Александр Егорович (1818– 1893). В преддверии войны России с Турцией он не скрывал своих опасений относительно обстановки внутри России, а в разговоре со своим предшественником на министерском посту П. А. Валуевым, состоявшемся 11 октября 1876 года, выразил мнение, что «ввиду хода дел не мешало бы иметь наготове проект в конституционном духе»2. Приведя в своем дневнике это высказывание, Петр Александрович с удовлетворением отметил: «Тимашев! Nous avon fait du chemin (Мы проделали немалый путь)»3.

Благом для России считал переход к правлению на основе конституции Николай Карлович Гирс (1820–1895), занимавший с 1875 года пост товарища (заместителя) министра иностранных дел4. По свидетельству чиновника этого ведомства Г. А. де Волана, в 1877 году Гирс сказал, что России «необходима конституция, которая оживит нас, а то мы гнием»5.

12 апреля 1877 года Александр II объявил своим манифестом о том, что повелел российским войскам войти в пределы Турции с целью защиты угнетенного турками христианского населения Балканского полуострова6. Это решение императора было безоговорочно одобрено русским обществом, считавшим вступление России в войну за освобождение балканских славян от турецкого ига выполнением священного долга. Турция обладала мощной армией и пользовалась поддержкой Великобритании. Для успешного ведения войны с таким противником требовалась мобилизация огромных людских и материальных ресурсов. Царское правительство могло выполнить дан-

1Дневник Е. А. Перетца, государственного секретаря (1880–1883). Л., 1927. С. 53.

2Дневник П. А. Валуева, министра внутренних дел. В двух томах. Т. 2. 1866–1876 гг. М., 1961. С. 392.

3Там же. Здесь и далее в скобках дается перевод редактора издания книги «Дневник П. А. Валуева, министра внутренних дел».

4С 1882 г. и до самой своей смерти в 1895 г. Н. К. Гирс будет министром иностранных дел Российской империи.

5Волан Г. А. де. Очерки прошлого // Голос минувшего. 1914. № 2. С. 186.

6См.: 2-ПСЗРИ. Том 52. № 57155. С. 371.

убит жандармский капитан Гейкинг. 4 августа в Петербурге убит шеф жандармов генерал Мезенцев… Революционные прокламации призывали к восстанию. Сверх того, в разных местах был ряд уличных демонстраций. Либеральные элементы общества неоднократно участвовали в них, а оправдание Веры Засулич, при рукоплескании публики, само по себе составляло демонстрацию, которая, по агитирующему значению, превышала всякие выходки революционеров»1. Подобные факты свидетельствовали о дошедшем до крайности расколе общества, а также о том, что немалая часть общества воспринимала правительство в качестве злейшего врага, подлежащего уничтожению.

В этих условиях создание общероссийского представительства и введение конституционного правления стало рассматриваться многими либерально мыслившими сановниками в качестве единственного способа ослабления революционных настроений и преодоления раскола между правительством и обществом.

2 апреля 1879 года во время прогулки Александра II на площади Гвардейского штаба на него было совершено покушение: молодой революционер А. К. Соловьев пытался убить государя выстрелами из револьвера, но промахнулся. На следствии преступник заявил, что мысль покуситься на жизнь его величества зародилась у него под влиянием социально-революционных учений; что он принадлежит к русской социально-революционной партии, признающей крайнею несправедливостью положение, при котором большинство народа трудится, а меньшинство пользуется результатами народного труда и всеми благами цивилизации, недоступными для большинства. 28 мая 1879 года А. К. Соловьев был казнен.

Неделю спустя — 4 июня — Александр II принял в своей резиденции в Царском Селе П. А. Валуева. В своем дневнике Петр Александрович сделал следующую запись об этой встрече: «Впечатление довольно благоприятное. Государь, по-видимому, сознает, что нельзя ничего не делать для будущего или в будущем, и, кажется, мне доверяет. Он опять сам заговорил о конституционных толках. Я воспользовался случаем, чтобы обрисовать в должном свете и виде нынешний Государственный совет и забросить два слова о моих предположениях 1863 года. Государь ничего не сказал, но в тот же вечер прислал мне, для прочтения и доклада, полученное им от кн. Горчакова открытое письмо (imprimé comme manuscript)2 неизвестного „sujet et loyal

1Тихомиров Л. А. Конституционалисты в эпоху 1881 года. М., 1895. С. 29–30.

2Напечатанное как рукопись. — В. Т.

gentilhomme“1, в котором проводится мысль о необходимости и неизбежности конституции. Экземпляры этого письма присланы нескольким лицам, в том числе военному министру, внутренних дел и мне. Автор, очевидно, поляк, мало знающий Россию»2.

19 ноября 1879 года было совершено новое покушение на Александра II: террористы взорвали участок железной дороги при прохождении по нему поезда, который они считали царским. На самом деле это был состав с царской прислугой, который во изменение принятого порядка пустили не впереди царского поезда, а позади. Данное покушение заставило Его Величество задуматься о возможности допущения представителей общества к участию в осуществлении государственной власти.

10 декабря 1879 года к Александру II пришел с докладом П. А. Валуев. Пользуясь случаем, Петр Александрович высказал ему все, что он думает о сложившемся в стране положении и предложил вновь вернуться к рассмотрению составленного им в 1863 году проекта реформы Государственного совета, предполагавшего допуск общественных представителей к участию в его деятельности. Император разрешил ему вновь представить этот документ3.

На следующий день П. А. Валуев присутствовал на обеде у Александра II. Перед тем как садиться за стол, к нему подошел главноуправляющий Вторым отделением Собственной Его Императорского Величества канцелярии и председатель департамента законов Правительствующего Сената князь С. Н. Урусов и сказал, что думает о его прежних идеях4. Сергей Николаевич имел в виду мысли, выраженные Валуевым в 1863 году.

17 декабря 1879 года Петр Александрович был на докладе у государя и передал ему текст проекта реформы Государственного совета, о котором шла речь неделей раньше.

25 декабря Александр II назначил П. А. Валуева на должность председателя Комитета министров.

9 января 1880 года Его Величество снова пригласил Валуева к себе для обсуждения вопроса о реформе Государственного совета. Прочитав ему записку великого князя Константина Николаевича, составленную в конце 1866 года, государь сказал, что готов провести специаль-

ное совещание по обоим проектам с участием Министра внутренних дел, шефа жандармов и других сановников. Во время данного разговора присутствовал цесаревич (будущий император Александр III. — В. Т.). Хорошо осведомленный об истинном отношении Александра Александровича к проектам создания общероссийского представительства и введения конституционного правления, Петр Александрович в своей дневниковой записи об этом событии счел необходимым отметить, что цесаревич «явно недоброжелателен всякому органическому изменению status quo и всякий „конституционализм“ считает гибельным. Явно также, что он весьма неверно осведомлен о настроениях в империи, считая конституционные стремления исключительно столичными бреднями». Учитывая отрицательное отношение великого князя и многих сановников к идее конституции, П. А. Валуев в записке, поданной государю в 1879 году, предложил не употреблять и даже не произносить слова «конституция». Но, как оказалось, Александр Александрович, которому император передал на рассмотрение указанные проекты, ничего не знал об этом предложении. Валуев ничего не стал объяснять его высочеству. «Все-таки дело пошевельнулось. Увидим, что будет далее»1, — записал он в свой дневник.

17 января состоялся разговор П. А. Валуева с великим князем Константином Николаевич о представленных ими проектах реформы Государственного совета. Его высочество желал договориться с Валуевым действовать совместно, но тот уклонился от этого предложения, сказав, что необходимо дождаться указаний государя и предстоящего у него совещания. При этом Петр Александрович заявил, что считает важными «следующие три условия: чтобы дело было не мелкое; чтобы совещательное участие в законодательстве было предоставлено лицам, выбранным для того из губерний; и чтобы не было племенных исключений или ограничений»2.

21 января 1880 года в кабинете Александра II проходило совещание по проектам великого князя Константина Николаевича и П. А. Валуева. Помимо названных лиц на нем присутствовал цесаревич Александр Александрович, князь С. Н. Урусов, шеф Отдельного корпуса жандармов А. Р. Дрентельн и министр внутренних дел Л. С. Маков. В самом начале совещания Константин Николаевич зачитал свою записку о преобразовании Государственного совета, дополняя ее чтение рассуждениями «о бессословности, и о реформах, и о чисто русских, а

не заграничных началах, и об английской конституции, и о земстве»1. Князь С. Н. Урусов, А. Р. Дрентельн и Л. С. Маков в кратких репликах выразили свое неодобрение плану, предложенному великим князем. П. А. Валуев не стал зачитывать свой проект, сказав лишь, что необходимо «положить предел пассивности добронамеренного большинства, а самому правительству дать возможность высказываться и вести речь против ежедневно и везде проповедуемых революционных начал»2. Цесаревич же заявил, что «ничего делать не следует, потому что признанные представители сословий будут неудобные крикуны, адвокаты и т. п.»3. На этом совещание завершилось. Его участники договорились собраться вновь у государя для обсуждения проектов еще раз — через день.

Утром 23 января П. А. Валуев сообщил великому князю Константину Николаевичу, что отказывается от дальнейшего обсуждения своего проекта, поскольку из-за отсутствия необходимого в таких делах единомыслия считает его неосуществимым. Новое совещание по проекту великого князя, состоявшееся 25 января с участием тех же самых лиц, также ограничилось одними разговорами.

Записи в дневнике П. А. Валуева показывают, что такой ход дела не слишком его огорчал: Петр Александрович хорошо сознавал, что решиться на осуществление его проекта реформы Государственного совета и, следовательно, на создание общероссийского представительства император Александр II может лишь под воздействием реальной обстановки. «Судьбы сбываются. Быть может, для перехода к другому порядку мыслей и дел нужно, чтобы под нами почва еще более заколебалась» (курсив мой. — В. Т.). Такую запись сделал председатель Комитета министров в своем дневнике 22 января 1880 года. Эти слова оказались пророческими.

122Глава 5-я. Конституционный вопрос в последний год правления Александра II

ГЛ А В А П Я Т А Я

Конституционный вопрос в России в последний год правления Александра II.

Проекты М. Т. Лорис-Меликова

§ 1. Верховная распорядительная комиссия по охранению государственного порядка и общественного спокойствия.

Записка С. А. Муромцева о политическом состоянии России (март 1880 г.)

5 февраля 1880 года, в тот момент, когда Александр II и его домочадцы направлялись в столовую, раздался мощный взрыв. Взорвалась взрывчатка, заложенная под столовой Степаном Халтуриным. Царская семья избежала гибели только потому, что обед был отложен по случаю ожидавшегося приезда принца Гессенского. Погибло одиннадцать солдат, несших службу поблизости от столовой. Все они были героями недавней войны с Турцией и были зачислены на службу в Зимний дворец в качестве награды за свой героизм.

Через три дня — 8 февраля – состоялось совещание высших должностных лиц империи с участием государя и великого князя Александра Александровича. В ходе его цесаревич предложил учредить «верховную следственную комиссию с диктаторскими, на всю Россию распространенными компетенциями»1, но Александр II отклонил это предложение. Однако на следующий день сановники вновь были позваны на совещание к государю и здесь узнали, что взгляды его величества переменились: было принято решение об учреждении комиссии, предлагавшейся днем ранее цесаревичем. Вряд ли кто-нибудь

1Валуев П. А. Дневник 1877–1884. Пг., 1919. С. 59.