Комментарий к Федеральному закону от 2 августа 1995 г. № 122-ФЗ «О социальном обслуживании граждан пожилого возраста и инвалидов»

исполнительной власти на федеральном уровне. Такие нормативные акты не должны противоречить федеральным законам, законам федерации по вопросам социальной защиты, но они дополняют их и регламентируют, как правило, сам процесс (форму) получения того или иного вида социальной помощи (обеспечения). В настоящее время можно выделять два вида таких нормативных правовых актов именно в области социальной защиты:

9принятые органом исполнительной власти именно в отношении своих сотрудников (такой акт устанавливает для работающих служащих органа исполнительной власти какие-либо социальные гарантии, обеспечивает их материально);

9принятые именно во исполнение (для практической реализации) законодательных актов в области социальной защиты определенных категорий граждан.

Нормативные правовые акты (подзаконные) второго типа принимаются в основном федеральным исполнительным органом власти, на котором лежит обязанность по проведению государственной политики в области социальной защиты населения РФ. Применительно к рассматриваемым правоотношениям можно выделить следующие нормативные правовые акты подзаконного характера, которые дополняют и развивают отдельные положения комментируемого закона:

9 Номенклатура учреждений (отделений) социального обслуживания граждан пожилого возраста и инвалидов, направлена письмом Минтруда РФ от 5 января

2003 г. № 30-ГК;

9 Методические рекомендации по организации деятельности государственного (муниципального) учреждения «Комплексный центр социального обслуживания населения», утверждены постановлением Минтруда РФ от 27 июля 1999 г. № 32;

9 Методические рекомендации по организации деятельности социальнооздоровительных центров граждан пожилого возраста и инвалидов, утверждены постановлением Минтруда РФ от 27 июля 1999 г. № 29;

9Примерный устав государственного (муниципального) стационарного учреждения социального обслуживания системы социальной защиты населения, утвержден приказом Минтруда РФ от 4 ноября 1997 г. № 283;

9Рекомендации по подготовке уставов государственных (муниципальных) учреждений социального обслуживания;

9Рекомендации по обеспечению учреждений социального обслуживания граждан пожилого возраста и инвалидов техническими средствами и оборудованием, утверждены постановлением Минтруда РФ от 12 февраля 2001 г. № 18;

9Правила предоставления бюджетам субъектов Российской Федерации субсидий для возмещения расходов в связи с предоставлением льгот по оплате жилищнокоммунальных услуг отдельным категориям граждан, работающим и проживающим в сельской местности, утверждены постановлением Правительства РФ от 27 июня 2003 г. № 377;

9О порядке обеспечения специальной одеждой, обувью и инвентарем социальных работников государственных и муниципальных учреждений социального обслуживания постановление Правительства РФ от 4 декабря 1995 г. № 1187;

9О внеочередном обслуживании социальных работников предприятиями связи — указание Минсвязи РФ от 16 августа 1995 г. № 156-у;

11

9 Методические рекомендации по организации деятельности государственных и муниципальных учреждений социального обслуживания «Дом-интернат малой вместимости для граждан пожилого возраста и инвалидов», утвержденные постановлением Минтруда РФ от 12 мая 2003 г. № 25;

9Национальный стандарт РФ ГОСТ Р 52143-2003 «Социальное обслуживание населения. Основные виды социальных услуг», принятый постановлением Госстандарта РФ от 24 ноября 2003 г. №327-ст;

9Национальный стандарт РФ ГОСТ Р 52142-2003 «Социальное обслуживание населения. Качество социальных услуг. Общие положения», принятый постановлением Госстандарта РФ от 24 ноября 2003 г. №326-ст.

Посмотрите: данные нормативные правовые акты приняты либо постановлениями Правительства РФ, либо письмами, постановлениями и указаниями Министерства труда и социального развития Российской Федерации, которое ранее сформировалось из двух ведомств (Министерства труда и Министерства социального развития). Именно Министерство труда и социального развития Российской Федерации, является тем федеральным органом исполнительной власти, который уполномочен регулировать вопросы социального обеспечения отдельных категорий граждан, нуждающихся в социальной помощи. Данный орган исполнительной власти принимает подзаконные нормативные правовые акты не только по вопросам социальной защиты инвалидов и пожилых граждан, но и всех прочих категорий граждан, в отношении государство проводит политику по их социальной поддержке, обеспечению.

2. В абз. 1 комментируемой статьи говорится о законодательном регулировании вопросов социального обеспечения и защиты инвалидов и пожилых граждан не только на уровне Российской Федерации, но и на уровне субъектов РФ. Получается так называемое

двухуровневое правовое регулирование. Как уже отмечалось в общем комментарии к рассматриваемой главе, такое возможно в силу того, что Конституция РФ отнесла к совместному ведению вопросы социальной защиты и обеспеченности граждан на территории РФ. Такое положение законодательства вовсе не приводит к противоречиям или конфликтам правовых норм. Все те акты, которые приняты на уровне федерального центра, должны действовать на всей территории РФ, их реализация гарантируется федеральными органами государственной власти и федеральным бюджетом. Если в каком-либо субъекте РФ приняли свой законодательный акт или иной нормативно-правовой акт, то он может устанавливать только дополнительные виды социального обеспечения. Дополнительно регламентировать правоотношения, которые уже урегулированы федеральным законодательством нельзя. Такой акт сразу будет признан незаконным, поскольку принят с нарушением компетенции органа государственной власти субъекта РФ. Рассмотрим некоторые законодательные акты субъектов РФ, которые устанавливают дополнительные меры по социальной поддержке инвалидов и пожилых граждан.

В законодательстве Ленинградской области можно привести в качестве примера два нормативных акта - это Постановление Правительства Ленинградской области от 28 марта 2005 г. №77 «Об утверждении положения о порядке и условиях предоставления социального обслуживания гражданам пожилого возраста, инвалидам, гражданам, находящимся в трудной жизненной ситуации, государственными полустационарными учреждениями социального обслуживания Ленинградской области» и закон Ленинградской области от

12

29.11.2004 г. №97-оз «О социальном обслуживании населения в Ленинградской области». Социальное обслуживание по законодательству Ленинградской области представляет собой деятельность социальных служб по социальной поддержке, оказанию социальнобытовых, социально-медицинских, социально-психологических, социально-педагогических, социально-экономических, социально-правовых услуг и материальной помощи, проведению социальной адаптации и реабилитации граждан, находящихся в трудной жизненной ситуации.

3. Абзац 2 комментируемой статьи говорит о действии норм международного права, которые отчасти или непосредственно устанавливают свое правовое регулирование по социальной поддержке.

Статья 25 Всеобщей декларации прав человека гласит, что «каждый человек имеет право на такой жизненный уровень, включая пищу, одежду, жилище, медицинский уход и необходимое социальное обслуживание, который необходим для поддержания здоровья и благосостояния его самого и его семьи, и право на обеспечение на случай безработицы, болезни, инвалидности, вдовства, наступления старости или иного случая утраты средств к существованию по не зависящим от него обстоятельствам». Существует Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах 1966 г. Согласно ст. 26 Декларации прав и свобод человека и гражданина принятой Постановлением Верховного Совета РСФСР от 22.11.1991 г. №1920 — 1, каждому гарантируется право на социальное обеспечение по возрасту, в случае утраты трудоспособности, потери кормильца и в иных, установленных законом случаях. Пенсии, пособия и другие виды социальной помощи должны обеспечивать уровень жизни не ниже установленного законом прожиточного минимума.

Все страны мира, включая Россию, должны соблюдать все общепринятые права и свободы человека и гражданина, закрепленные в международных соглашениях. Не допускается какое - либо ограничение или умаление общепризнанных принципов и норм международного права, касающихся прав человека, под тем предлогом, что они не перечислены в Конституции страны. Кроме того, когда международные документы фиксируют их более высокий уровень, приоритет должен признаваться за общепризнанными принципами и нормами международного права.

Законы, принимаемые в Российской Федерации, не должны отменять или умалять права и свободы человека и гражданина, закрепленные как в Конституции страны, так и в международных соглашениях. Положение второй главы Конституции «Права и свободы человека и гражданина » незыблемы, они не могут быть пересмотренными Федеральным Собранием. В соответствии с ч. 2 ст. 135 если предложение о пересмотре этой главы будет поддержано тремя пятыми голосов от общего числа членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы, то в соответствии с федеральным конституционном законом созывается Конституционное Собрание. Это собрание либо подтверждает неизменность Конституции, либо разрабатывает проект новой Конституции, который принимается Конституционным Собранием двумя третями от общего числа его членов или выносится на всенародное голосование (ч. 3 ст. 135 Конституции РФ).

Такие положения Конституции РФ создают условия, исключающие произвольные изменения основных прав и свобод человека и гражданина, а также издание законов, отменяющих или умоляющих их права. При этом следует иметь в виду, что Россия признает

13

игарантирует права и свободы человека и гражданина в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права, которые являются составной частью ее правовой системы. Более того, Конституция России признает приоритет международного права над внутренним. Это означает, что ни один российский закон не должен противоречить Всеобщей декларации прав человека, Пактом о правах человека и другим международным соглашениям в этой области. Отмена или умаление прав и свобод человека

игражданина будет означать нарушение не только Конституции страны, но и взятых на себя России международных обязательств.

Заметим, что нигде в комментируемой статье законодатель не говорит о судебной практике, как об одном из правовых источников формирующих законодательство по вопросам социального обслуживания инвалидов и пожилых граждан. В российской правовой системе судебные решения по спорным вопросам, которые формируют толкование (раскрывают свое содержание правовых) норм не признается источником права, это все акты правоприменительного характера, а не законотворческого процесса. Такое положение вполне понятно. Однако судебные решения в ряде случаев изменяют правовую систему (или систему права) в стране, поскольку создать новых правовых норм, при соблюдении законотворческого процесса они не могут, но могут предложить свое содержание установленных в законном порядке правовых норм или отменить их, признать незаконными. Приведем ряд примеров того, как судами системы общей юрисдикции и Конституционным Судом РФ формировались свои правовые позиции, оказывалось прямое влияние на правовую систему в области социальной защиты.

Для начала обратимся к наиболее простому примеру. Есть акт Верховного Суда РФ – суд системы общей юрисдикции – и в приводимом примере судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила ранее действовавший нормативный правовой акт, в части содержания одной его правовой нормы, т.е. фактически изменила правовое регулирование, хотя новой нормы права и не создало.

Перейдем к содержанию определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 23.11.2005 г. №1—г05—27. Постановлением главы администрации Архангельской области от 30 марта 2005 г. №58 «Об утверждении порядка и условий государственного социального обслуживания на территории Архангельской области» утвержден Порядок и условия стационарного социального обслуживания, в п. 2.9 которого установлено, что стационарное обслуживание граждан пожилого возраста и инвалидов в стационарных учреждениях социального обслуживания и детей в детских домахинтернатах, находящихся на полном государственном обеспечении, производится на основании договора о стационарном обслуживании, заключенного между указанными гражданами (их законными представителями) и стационарными учреждениями социального обслуживания. За стационарное обслуживание граждане пожилого возраста и инвалиды ежемесячно перечисляют 75% установленных им пенсий и денежных выплат, предоставляемых в качестве мер социальной поддержки, на лицевые счета органов федерального казначейства Министерства финансов Российской Федерации.

Исполняющий обязанности прокурора Архангельской области обратился в суд с заявлением о признании противоречащим федеральному законодательству и недействующим п. 2.9 Порядка и условий стационарного обслуживания в части слов «установленных им пенсий и денежных выплат, предоставляемых в качестве мер

14

социальной поддержки», ссылаясь на то, что ранее действующим Постановлением Правительства РФ от 17.04.2002 № 244 был установлен размер ежемесячной платы за стационарное обслуживание, не превышающий 75% установленного размера пенсии, т.е. одной пенсии без других видов выплат. Решением суда от 30 августа 2005 года в удовлетворении заявления прокурору отказано. Как определила судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ, суд первой инстанции (т.е. в данном случае это был областной суд Архангельской области) не учел, что граждане пожилого возраста и инвалиды, пользовавшиеся в Архангельской области таким видом социальной услуги, как стационарное обслуживание, до принятия оспариваемого Порядка уплачивали за него до 75% пенсии, в полном объеме сохраняя при этом право на получение всех иных предусмотренных законом видов социальных выплат и льгот, предоставлявшихся в натуральной форме. В связи с этим, установление оспариваемыми нормами платы в размере 75% и от денежных выплат, предоставляемых в качестве мер социальной поддержки, то есть тех же социальных выплат и компенсаций, заменивших натуральные льготы, не может расцениваться иначе, как снижение уровня социальных гарантий и нарушение условий, предусмотренных федеральным законом.

В актах Верховного Суда РФ не могут формироваться по сути новые правовые нормы, может только отменяться ранее действующее положение. А вот в актах Конституционного Суда РФ могут сформироваться и новые нормы. Происходит это потому, что Конституционный Суд РФ наделен особым полномочием по толкованию Конституции РФ, потому сформулированные Конституционным Судом свои особые правовые позиции по ряду законов, основаны на толковании норм Конституции РФ и приобретают особую значимость, высшею юридическую силу, изменить или пересмотреть их как-либо уже нельзя. В комментарии к ст. 3 настоящего закона будет более подробно освещено содержание и конкретные примеры актов Конституционного Суда РФ по вопросам социального обеспечения с примерами судебной практики.

Статья 3. Основные принципы деятельности в сфере социального обслуживания граждан пожилого возраста и инвалидов

Деятельность в сфере социального обслуживания граждан пожилого возраста и инвалидов строится на принципах:

соблюдения прав человека и гражданина; предоставления государственных гарантий в сфере социального обслуживания;

обеспечения равных возможностей в получении социальных услуг и их доступности для граждан пожилого возраста и инвалидов;

преемственности всех видов социального обслуживания; ориентация социального обслуживания на индивидуальные потребности граждан пожилого

возраста и инвалидов; приоритета мер по социальной адаптации граждан пожилого возраста и инвалидов;

ответственности органов государственной власти и учреждений, а также должностных лиц за обеспечение прав граждан пожилого возраста и инвалидов в сфере социального обслуживания.

15

Комментарий к ст. 3

1. Законодатель в рассматриваемой статье говорит о правовых принципах, в соответствии с которыми и должно строиться все правовое регулирование правоотношений комментируемого закона. Прежде чем рассматривать содержание каждого правового принципа, изложенного в рассматриваемой статье, необходимо определиться с содержанием правовых принципов. Не только в комментируемом законе, но и в любой области общественных отношений, которая получила правое регулирование, есть свои определенные принципы, на которых основывается (строится все правовое регулирование). Принципы права отражают как бы часть «законов» правотворческого процесса. Содержание правового регулирования постоянно меняется, однако данные изменения всегда происходят при соблюдении каких-то общих условий. Правовые принципы выражают политику (отношение государства к определенному положению дел, обстоятельствам). Посредством установления правовых принципов все изменения, которые происходят в законодательном акте,

продолжают отражать определенное направление в отношении государственной администрации к управляемым объектам и субъектам. Например, возьмем рассматриваемую область правоотношений — социальную защиту определенных категорий граждан. Ранее в рассматриваемом законе содержались статьи 26-29, в которых предусматривались органы управления (деление на федеральном уровне, субъектов федерации и местном), и где закон относил все виды социальных учреждений к федеральной собственности или собственности субъектов федерации, местного самоуправления. Однако потом законодатель отменил содержание данных норм и указал на то, что все виды социальных учреждений являются юридическими лицами, их имущество приватизировать нельзя, и перепрофилировать виды их деятельности так же нельзя. Значит ли это то, что законодатель, изменив содержание закона, в таком случае отошел от соблюдения принципа ответственности органов государственной власти и учреждений за обеспечение прав граждан пожилого возраста и инвалидов на социальное обслуживание по настоящему закону?

Конечно нет, законодатель наоборот рядом нормативных актов подзаконного характера еще более жестко регламентировал всю деятельность таких учреждений. Однако изменилось само правовое регулирование, содержание правовых норм, но произошло это при полном соответствии таких изменений действующим правовым принципам в области социальной защиты инвалидов и пожилых граждан.

Правовые принципы отражают основные начала, отношение государства, в них может заключаться и метод правового регулирования правоотношений. Правовые принципы, так же как и нормы права могут быть различного уровня по иерархии своей юридической силы. Например, есть общепризнанные принципы международного права, которые имеют верховенство надо всеми остальными принципами права, есть такие правовые принципы, содержание которых следует из Конституции РФ. Но еще более сложный вопрос представляют собой определенные правовые позиции, изложенные в актах Конституционного Суда РФ. В них так же часто появляются в правовой форме определенные правовые принципы, которые формулирует Конституционный Суд РФ из содержания ряда статей Конституции, хотя напрямую они там не сформулированы. Конституционный Суд РФ дает свое толкование норм Конституции РФ и довольно часто такое толкование относится сразу к ряду правоотношений. Например, мы говорили о содержании ст. 7 и 39 Конституции

16

РФ, но в них не разделяется конкретно все виды социальной защиты населения. Поэтому сразу в ряде случаев при толковании одной правовой нормы Конституции РФ можно применить ее положения потом в ряде отраслей законодательства пусть даже между собой и не связанных. Но в комментарии к настоящей статье мы более подробно рассмотрим содержание именно тех актов Конституционного Суда РФ, которые сформировали свои правовые принципы в области социальной защиты населения в РФ.

К примеру, есть Определение Конституционного Суда РФ от 01.12.2005 г. №462 — О «Об отказе в принятии к рассмотрению запроса Сахалинской областной Думы о проверке конституционности частей первой и второй статьи 16 Закона Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий». В определении суда есть абзац следующего содержания:

«…Кроме того, в силу принципа единства бюджетной системы, который основывается на взаимодействии бюджетов всех уровней через использование регулирующих доходных источников, создание целевых и региональных бюджетных фондов, их частичное перераспределение с целью финансового обеспечения выполнения задач и функций государства и местного самоуправления, в случае невозможности установления на необходимом уровне мер социальной поддержки за счет средств субъекта Российской Федерации не исключаются и иные формы взаимодействия бюджетов всех уровней, с тем чтобы было обеспечено соблюдение требования о недопустимости снижения при переходе к новому правовому регулированию достигнутого уровня гарантий прав жертв политических репрессий, их социальной защищенности, признанного государством объема возмещения причиненного им вреда.»

Фактически Конституционный Суд РФ сформулировал позицию, принцип которой заключается в следующем. Во всех любых случаях, когда законодатель меняет в корне правовое регулирование по каким-либо вопросам социального обеспечения, социальной защиты, любых других социальных гарантий абсолютно любым категориям граждан нельзя снижать, иным образом как-то уменьшать уже достигнутый уровень социальной защищенности, можно менять их формы, но не уровень достигнутого. Такая правовая позиция Конституционного Суда РФ сформулирована на основе принципов справедливости правового регулирования и ответственности государства за ранее взятые на себя обязательства. И применение, следование такого принципа в самых различных отраслях законодательства и направлениях (видах) социальной защиты граждан видно и в других актах Конституционного Суда РФ. Для этого можно привести и следующий пример.

Есть Определение Конституционного Суда РФ от 7 октября 2005г. №385-О «По запросам Свердловского районного суда города Костромы и Переволоцкого районного суда Оренбургской области о проверке конституционности положения пункта 2 постановления Верховного Совета Российской Федерации «О распространении действия Закона Российской Федерации «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» на граждан из подразделений особого риска» в редакции статьи 9 Федерального закона от 22 августа 2004 г. №122-ФЗ «О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием федеральных законов «О внесении изменений и дополнений в

17

Федеральный закон «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» и «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» и статьи 9 Федерального закона от 22 августа 2004 года №122-ФЗ, а также по жалобам граждан А.М. Василенко, В.П. Вертянова, Л.А. Воробьева, И.В. Гузовского, В.Т. Лаврова и М.Т. Танеевой на нарушение их конституционных прав теми же нормативными положениями».

Определение Конституционного Суда РФ предусматривает:

«…В рамках правовой регламентации этих конституционно-правовых отношений государство обязано защищать права и свободы человека и гражданина, что требует от федерального законодателя создания и использования эффективного правового механизма возмещения вреда здоровью граждан. Федеральный законодатель, в свою очередь, определяя порядок обеспечения функционирования данного механизма, может избирать различные способы возмещения вреда, однако не вправе отменять или уменьшать уже признанный государством объем возмещения вреда, - такой объем должен безусловно соблюдаться; иное означало бы нарушение принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, который предполагает разумную стабильность правового регулирования и недопустимость внесения произвольных изменений в действующую систему правовых норм (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 1 декабря 1997 года №18-П и от 24 мая 2001 г. №8-П по делу о проверке конституционности положений части первой статьи 1 и статьи 2 Федерального закона «О жилищных субсидиях гражданам, выезжающим из районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей»).

По смыслу Конституции Российской Федерации, общим для всех отраслей права правилом является принцип, согласно которому закон, ухудшающий положение граждан, обратной силы не имеет (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 24 октября 1996 года №17-П по делу о проверке конституционности части первой статьи 2 Федерального закона «О внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об акцизах»).

Из этого же исходил законодатель, закрепляя в преамбуле Федерального закона от 22 августа 2004 года №122-ФЗ, что при переходе к системе социальной защиты граждан, основанной на положениях данного Федерального закона, должно обеспечиваться сохранение и возможное повышение достигнутого уровня социальной защиты граждан, а также реализовываться принцип поддержания доверия граждан к закону и действиям государства путем сохранения стабильности правового регулирования...»

Данный пример определения Конституционного Суда РФ так же подчеркивает принцип недопустимости уменьшения социальных гарантий, которые в силу закона ранее предоставлялись гражданам, сформирован так же и принцип ответственности государства за ранее взятые на себя обязательства, принцип справедливости правого регулирования, все три названных правовых начала можно сформулировать в единую правовую позицию о том, что государство должно соблюдать гарантированные ранее права человеку, в том числе и право на определенный уровень социального обеспечения. Такие правовые положения, которые вполне можно назвать конституционными принципами, на которых строится правовое регулирование не только социального обеспечения, но и других отраслей законодательства РФ вытекают из содержания ст. 55, 18 и 19 Конституции РФ. Это конституционные

18

положения (принципы правового регулирования), которые нашли свое отражение и в комментируемом законе. Так, одним из первых принципов комментируемая статья называет

принцип соблюдения прав человека и гражданина, это именно конституционный принцип.

Два следующих принципа правового регулирования правоотношений по социальной защите инвалидов и пожилых граждан также непосредственно связаны с ним и с Конституцией РФ. Это принципы предоставления государственных гарантий в сфере социального обслуживания и обеспечения равных возможностей в получении социальных услуг и их доступности для граждан пожилого возраста и инвалидов. Приведем аналогичные положения Конституции РФ, которые так же закрепляют данные принципы.

Статья 18 и 19 Конституции РФ исходят из равенства прав и свобод человека и гражданина. Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием. Государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств. Запрещаются любые формы ограничения прав граждан по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности.

Рассмотрим подробнее взаимосвязь и содержание первых трех принципов приведенных в комментируемой статье.

В Конституции РФ перечислены основные права и свободы человека и гражданина, часть из которых относится к социальным и экономическим правам. Большинство из правовых гарантий, обязательств государства, которые установлены в Конституции РФ, закреплены и в международных документах. И это не случайно. В настоящее время международный договор и международный обычай стали непосредственными источниками внутригосударственного права, в отличие от всего предыдущего законодательства страны (имеется в виду советский и досоветский периоды). На их основе многие страны мира разрабатывают положения своих конституций и различных законов. Особенно показательными в этом отношении являются Всеобщая декларация прав человека и Пакты о правах человека. Ряд статей Конституции нашей страны воспроизводят их положения. В тоже время в Конституции не зафиксированы права каждого на достаточный жизненный уровень, включающей достаточное питание, одежду и жилье, и на непрерывное улучшение условий жизни, закреплены в статье 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах. Это, однако, не означает, что Конституция России отрицает право каждого российского гражданина на достаточный уровень жизни. Такое право вытекает как из других статей Конституции (право на вознаграждения за труд не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, право на защиту от безработицы, право на жилье и др.), так и из отраслевого законодательства. При этом надо иметь в виду, что перечень основных прав и свобод, зафиксированный во внутреннем законодательстве государств и в международных

19

соглашениях, не является тождественным. В международных документах зафиксированы лишь те основные права и свободы, по которым государства смогли достигнуть согласия1.

Выраженный в комментируемой статье принцип соблюдения прав и свобод человека и гражданина имеет свое конституционное значение, которое сводится к тому, что Российская Федерация обязана выполнять взятые на себя международные обязательства по соблюдению прав и свобод человека и гражданина, отраженные в международных документах (конвенциях, протоколах, пактах и соглашениях). Вместе с тем применительно к комментируемому закону принцип соблюдения прав и свобод человека и гражданина имеет

исвое отличное от конституционного содержание. Однако оно основано опять-таки на конституционном закреплении данного принципа. Соблюдение прав человека выражается как в равенстве прав всех граждан, на получение социальной помощи от государства, так и в свободе выбора получения такой помощи. Ряд последующих статей комментируемого закона построены как раз в соблюдение данного принципа. Например, ст. 7 комментируемого закона говорит о праве граждан на выбор учреждения и форму социального обслуживания в том порядке, который устанавливается органами социальной защиты субъектов РФ. Соблюдению прав человека служит и норма ст. 8 рассматриваемого закона в той части, в которой закрепляет право граждан на получение информации о видах и формах социального обслуживания. Все 11 видов прав граждан, предусмотренных ст. 12 ч. 1 комментируемого закона так же можно отнести к реализации принципа соблюдения (верховенства) прав человека в области социального обеспечения.

2.Следующий принцип предоставления государственных гарантий в сфере социального обслуживания не закреплен напрямую в Конституции РФ, но он следует из ярда положений Конституции. Конституция РФ объявила Россию социальным государством

изакрепила принцип ответственности государства за взятые на себя обязательства по социальному обслуживанию граждан, такое содержание принципа так же рассматривалось нами и исходя из определений (судебных актов) Конституционного Суда РФ, которые мы приводили в качестве примеров в комментарии к настоящей статье. Государство не может отказаться в одностороннем порядке от исполнения своих обязательств перед гражданами, в том числе по их социальному обслуживанию, которые оно гарантировало им ранее. Принцип предоставления государственных гарантий по социальному обслуживанию держится на том, что Конституция РФ и стоящий «на страже» Конституционный Суд РФ не позволяют отдельным органам государственной власти как-либо умалять права граждан на социальное обслуживание с одной стороны и с другой стороны реализуется на бюджетных гарантиях государства. Органы государственной власти при формировании бюджета на каждый финансовый год обязаны закладывать в него необходимые прогнозируемые суммы расходной части бюджета для того, что бы исполнить в следующем финансовом году свои обязательства перед гражданами. Не так давно Президент РФ в своей пресс-конференции, отвечая на вопрос одного из журналистов о продолжении и надлежащем исполнении государством своих обязательств по закону о материнском целевом капитале после президентских выборов 2008 года отметил, что народ сам должен выбрать свою власть, но

власть должна быть ответственной перед народом и гарантировать своим гражданам

1Конституция Российской Федерации: Научно-практический комментарий./Под ред. Акад. Б.Н. Топорнина.

—М.: Юристъ, 1997. — 350с.

20