История России с древнейших времен до 1917 года. Учебное пособие для СПО

Глава 13. РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ В НАЧАЛЕ ХХ ВЕКА

13.1. Появление политических партий на рубеже XIX–ХХ веков

Начало ХХ века было отмечено симптомами обществен- но-политического кризиса в России. Их внешним про-

явлением явилась активизация противников правительства. Поначалу она не выливалась в прямую угрозу государственному строю, поскольку происходила на фоне лояльности к деятельности правительства со стороны основной массы народа. Однако постепенно противодействие властям принимало все более организованные формы. Двигателем этого противодействия была та часть российской интеллигенции, которая своей ментальностью была тесно связана с Западной Европой. Это крыло интеллигенции отличалось критическим настроем к традиционной русской культуре, пропагандировало западный образ жизни и, утвердившиеся на Западе, политические стандарты, базировавшиеся на идеях парламентаризма и неприятия монархической системы управления.

Наиболее воинственные противники царской администрации, стремясь изменить ситуацию в свою пользу и привлечь к себе как можно больше сторонников, стали создавать политические партии. Первые российские партии — социал-де- мократическая партия и партия социалистов-революционе-

301

Глава 13. Российская империя в начале ХХ века

ров — были левыми, революционными. Они формировались и проводили свои организационные мероприятия за границей,

вРоссии их деятельность, носившая антиправительственный характер, была подпольной и законспирированной. Ядро этих партий составляли молодые люди, считавшие себя представителями «передовой», «авангардной» интеллигенции. Их объединяла увлеченность теоретическими трудами западно-европейских философов и социологов, имевших революционные взгляды на ход истории. Российская левая интеллигенция идеализировала эти взгляды, отождествляя их с универсальными законами исторического процесса.

Партийная молодежь была уверена в собственном «авангардном» статусе. Но ее претензии на такой статус чаще всего не подкреплялись ни жизненным опытом, ни знанием реалий народной жизни. Принимаемые левой интеллигенцией партийные программы отражали догматизированные теоретические схемы, а не подлинные интересы народа.

В1898 году на базе прежде разрозненных кружков, изучавших марксизм, возникла Российская социал-демократическая рабочая партия, которая изначально связала свои стратегические приоритеты с международной пролетарской революцией, позиционируя себя как «один из отрядов всемирной армии пролетариата» [1, с. 429]. Согласно марксистским постулатам международная пролетарская революция должна была открыть путь к созданию коммунистической модели общественного устройства, которая

втеории характеризовалась полным и всеобщим социальным равенством, обусловленным ликвидацией государственного аппарата и товарно-денежных отношений, на смену которым должны были придти ничем не ограниченное общественное самоуправление и уравнительное распределение материальных благ.

Своей ближайшей, непосредственной задачей социал-демо- краты называли участие в буржуазно-демократической революции, призванной свергнуть самодержавие, объявленное ими

302

13.1. Появление политических партий на рубеже XIX–ХХ веков

«самым значительным пережитком и оплотом варварства, враждебным всякому общественному движению» [1, с. 432.]

С момента появления Российской социал-демократической рабочей партии внутри нее шли непрестанные теоретические споры. В 1902 году на своем втором съезде она разделилась на два крыла — большевиков и меньшевиков. При наличии общей стратегии, нацеленной на достижение планетарного коммунистического строя, эти два крыла разошлись в тактике движения

кэтой стратегической цели. Большевики во главе с В. И. Лениным призывали к форсированной подготовке революционного переворота в России, который, по их мнению, должен был подать пример марксистам в других странах и подтолкнуть их

кактивным революционным действиям и захвату власти в свои руки. Предстоящая в России буржуазно-демократическая революция, согласно большевистским воззрениям, должна была перерасти в коммунистическую революцию. Готовясь к революционным битвам, Ленин стремился построить жестко централизованную, «авангардную» партию, представлявшую собою организацию военизированного образца, способную в борьбе за власть использовать любые методы, в том числе и силовые.

Меньшевики, возглавляемые Г. В. Плехановым и Ю. О. Мартовым, были уверены, что коммунистическая революция начнется в западных странах, обгонявших Россию по уровню индустриального развития и, стало быть, располагавших рабочим классом, более зрелым в социальном отношении, более передовым, чем российский рабочий класс. Лозунг перерастания буржуазнодемократической революции в России в коммунистическую революцию меньшевики считали утопическим, оторванным от реальности. Они говорили, что Россия должна «дорасти» до социализма и коммунизма в процессе постепенных и многослойных социальных реформ. Плеханов возражал против милитаризации партийного строительства, усматривая в ней «сектантский дух исключительности» и «утопизм централизма». В полемике

303

Глава 13. Российская империя в начале ХХ века

сЛениным он настаивал на том, что нужна дисциплина сознательности и «доброй воли», а не дисциплина принуждения и повиновения, не «дисциплина, царствующая в казарме» [2, с. 7–8].

Теоретические споры между большевиками и меньшевиками отразились в принятой на втором съезде РСДРП партийной программе. В ней говорится о том, что задачей партии после буржу- азно-демократической революции должно стать установление «диктатуры пролетариата, которая позволит подавить всякое сопротивление эксплуататоров» [1, с. 431]. Одновременно с этим в программу включено положение о необходимости после «низвержения самодержавия» созвать учредительное собрание, «свободно избранное всем народом» [1, с. 436]. Разные по идейному смыслу лозунги «диктатуры пролетариата» и созыва «свободно избранного» учредительного собрания делали программу соци- ал-демократов внутренне противоречивой.

В1901 году несколько народнических группировок слились в партию социалистов-революционеров. Своей стратегической целью эсеры провозглашали социализм, понимаемый ими как «обобществление труда, собственности и хозяйства, уничтожение вместе с частной собственностью самого деления общества на классы, уничтожение принудительно-репрессивного характера общественных отношений при сохранении и развитии их нормальных культурных функций». Эсеры не связывали социализм

суничтожением государства, считая, что оно должно сохраниться для «планомерной организации всеобщего труда на всеобщую пользу» [1, с. 439]. Они не отрицали классовую природу борьбы за социализм, но, в отличие от большевиков, не абсолютизировали классовые антагонизмы, заявляя о том, что можно и нужно добиваться внедрения отдельных элементов социализма — кооперативного движения, страхования от безработицы, прогрессивного налога на наследство и т. п. — в существующий строй.

Общество эсеры разделяли на тех, кто живет на заработанные своим трудом средства, и тех, кто пользуется нетрудовы-

304

13.1. Появление политических партий на рубеже XIX–ХХ веков

ми доходами. Если марксисты включали в понятие «рабочий класс» только промышленных рабочих, то эсеры объединяли этим понятием всех наемных работников, крестьянство, интеллигенцию. Главным социальным противоречием, по мнению эсеров, являлось расхождение интересов крестьянской массы и крупных землевладельцев, поэтому особый упор в эсеровской программе делался на аграрный вопрос. Эсеры требовали «социализации» земли, подразумевая под этим термином ликвидацию частной собственности на землю и передачу земли «бессословным сельским и городским общинам» с учетом «трудовых воззрений, традиций и форм жизни русского крестьянства» [1, с. 442]. В основу пользования землей, полагали эсеры, должен был лечь уравнительно-трудовой принцип.

Главным политическим противоречием времени эсеры считали конфликт между самодержавной формой правления и демократическими устремлениями общества, провозглашая, что он может быть разрешен только революционным способом. Ускорить приход революции они рассчитывали с помощью массовой агитации. Однако радикальный настрой эсеров не позволял им ограничиваться только агитацией. На практике он выливался в систематический и жестокий террор, для проведения которого была создана боевая организация, фактически находившаяся вне контроля центрального комитета партии. Она имела собственную кассу, собственное оружие, явочные квартиры.

Особая склонность эсеров к террору объяснялась тем, что они были политическими наследниками народников, которые рассматривали террор как форму революционной агитации: «Мы надеемся террором пробудить в массах интерес к внутренней политике» [3, с. 99]. Этой причудливой логикой руководствовалась и эсеровская партия, рассматривавшая себя продолжательницей дела народовольцев. Она стала единственной из российских партий, которая включила террористическую тактику в программу действий.

305

Глава 13. Российская империя в начале ХХ века

Среди лидеров эсеровской партии выделялись В. М. Чернов, Н. Д. Авксентьев, А. Р. Гоц, В. М. Зензинов, М. В. Спиридоно-

но это не помешало эсеровским боевикам осуществить несколько наделавших громких терактов: в апреле 1902 года они убили министра внутренних дел Д. С. Сипягина, в июне 1904 года — его преемника В. К. Плеве, в феврале 1905 года — великого князя Сергея Александровича.

Крайний левый фланг политического спектра был представлен анархистами. Их стратегические воззрения связывались с коммунизмом как обществом тотального равенства, но в отличие от большевиков они не признавали никаких переходных стадий, нацеливаясь на немедленный слом всех государственных структур. Анархисты отрицали любые формы государственной организации, проповедовали ничем не ограниченную свободу каждой отдельной личности. В тактике они, как и эсеры, не отгораживались от ведения пропаганды, но основной упор делали на экстремистские способы противостояния властям, в том числе и на террор.

Нарастание активности общественных сил, оппозиционных правительству, имело не только левореволюционную, но и либеральную окрашенность. После неудачного выступления Николая II перед депутацией земства в 1895 году либеральные умонастроения стали распространяться среди земского актива и значительной части городской интеллигенции. Программные установки либералов отражали западно-рационалистические, атеистические, республиканские образцы. В центр своих идейных построений тогдашние российские либералы ставили переход к конституционному строю, который мог бы гарантировать свободу слова, собраний, вероисповедания, передвижений. Под влиянием земства особое звучание среди либеральной оппозиции приобретала тема расширения и развития местного самоуправления. Часть либералов поддерживала республиканские

306

13.1. Появление политических партий на рубеже XIX–ХХ веков

идеи, часть готова была принять конституционную монархию. В начале ХХ века либералы объединялись вокруг журнала

«Освобождение», издававшегося Петром Струве за границей. В 1903 году либеральный актив на съезде в Швейцарии учредил «Союз освобождения». Среди участников съезда были такие известные представители российской интеллигенции, как Н. А. Бердяев, С. Н. Булгаков, В. И. Вернадский, Е. Д. Кускова, П. И. Новгородцев, П. Б. Струве, С. Л. Франк и другие. Главной целью созданной организации провозглашались конституцион- но-парламентский строй с равным и всеобщим избирательным правом, закрепление гражданских свобод, значительное расширение земского самоуправления, принудительное отчуждение частновладельческих земель в пользу земских сообществ. «Союз освобождения» выступил за предоставление народностям Российской империи права на самоопределение.

Тактика «освобожденцев» базировалась на проведении публичных мероприятий, которым они старались придать резонансный и массовый характер. «Союз» уделял внимание также работе по формированию профсоюзов, считая их одной из наиболее удобных форм массового протестного движения.

Когда революционные процессы в России были уже запущены, основная часть «Союза освобождения» проголосовала за его преобразование в конституционно-демократическую партию. Она имела и второе название — партия народной свободы. Лидером партии стал профессор истории П. Н. Милюков. Кадеты контролировали обширную прессу, обслуживаемую довольно квалифицированными журналистами. Почти вся либеральная интеллигенция считала кадетскую партию своей, при этом доступ к ней был открыт для всех желающих. Прием в партию был свободным и предельно упрощенным, что вело к размытости и ее состава, и ее организационной структуры.

Кадеты находились на левоцентристских позициях, а правоцентристскую «нишу» тогдашней политической сцены за-

307

Глава 13. Российская империя в начале ХХ века

нял «Союз 17 октября». Октябристы выступали за утверждение либеральных прав и свобод, за принятие конституции. При этом идеалом государственно-политического устройства для них была конституционная монархия. Октябристы призывали к проведению законодательных реформ, отвергали революционное насилие.

Руководителями «Союза 17 октября» были крупный московский промышленник А. И. Гучков и влиятельный екатеринославский землевладелец М. В. Родзянко. Партию поддерживали крупные собственники, банкиры, помещики, купцы, чиновники высокого ранга. При этом в ее рядах было немало преподавателей, врачей, священников, крестьян, а в Петербурге, Сормове

инекоторых других городах были созданы рабочие организации «Союза 17 октября». Выступая за совмещение свободы предпринимательства и правительственного протекционизма в отношении местных производителей, октябристы не обходили вниманием ни аграрный, ни рабочий вопросы. Они высказывались за увеличение гражданских прав крестьянства, за ликвидацию общинной круговой поруки, признавали право рабочих на стачки и на организацию профсоюзов. Национальный вопрос октябристы сводили к лозунгу неделимого государства.

Кроме кадетов и октябристов, либеральные программы имели «прогрессисты», партия мирного обновления, партия демократических реформ, некоторые другие организации, но широким влиянием они не пользовались.

На фоне нарастания активности левых и либералов в стороне от партийно-идеологической консолидации не могли остаться

ипредставители традиционалистских, консервативных взглядов. Из монархических организаций наибольшим влиянием пользовался Союз русского народа. Основные программные требования СРН включали в себя такие пункты, как национальное согласие, единство империи, неограниченная монархия, удаление с государственной службы противников монархиче-

308

13.1. Появление политических партий на рубеже XIX–ХХ веков

ского строя. Программа Союза русского народа допускала проведение реформ, но с оговоркой о том, что они не будут противоречить государственным интересам. В аграрном вопросе СРН поддерживал курс на повышение самостоятельности отдельных крестьянских хозяйств. Уделялось внимание и рабочему вопросу: признавались права работников на сокращение рабочего дня, на государственное страхование, на улучшение условий труда. СРН призывал к ограничению крупной собственности и смягчению эксплуатации наемного труда, что связывалось с идеей национальной консолидации.

Кроме Союза русского народа к монархическим организациям относились Союз истинно русских людей, Палата Михаила Архангела, партия националистов. В стране выходило немалое количество монархических газет, критиковавших бюрократию, финансовую буржуазию и либеральную интеллигенцию. Все монархические партии сотрудничали с Православной Церковью, подчеркивали свою лояльность к ней.

Для Церкви начало ХХ века было не лучшим временем. Внешне она по-прежнему выглядела внушительной силой: в стране действовало свыше 48 тысяч православных храмов, а численность духовенства превышала 123 тысячи человек. Однако авторитет Церкви, в течение всего синодального периода находившейся под плотным бюрократическим контролем, постепенно ослабевал. Во многих местах церковная проповедь была официозно-формальной или вялой, безынтересной, оторванной от жизненных реалий. Живое религиозное чувство в обществе постепенно затухало. Единение верующих было не столько действительным, сколько желаемым. Многие священники осознавали необходимость внести исправления в церковную жизнь, призывая к отказу от синодальной системы и восстановлению патриаршества. Были среди иереев и те, кто готов был пойти еще дальше, выступая с идеей церковного обновления, предполагавшей пересмотр устоявшихся за века канонов и традиций.

309

Глава 13. Российская империя в начале ХХ века

Духовенство по своему социально-имущественному положению было неоднородным. В крупных городах клир являлся довольно обеспеченным, а сельские священники были чаще всего небогаты и вели образ жизни, близкий к крестьянскому. Находились среди рядовых священников и такие, которые сотрудничали с левыми партиями и с симпатиями говорили о социалистических, антибуржуазных идеях.

Партийные активисты, среди которых было немало прямых противников Церкви, стремились воспользоваться ослаблением ее позиций в российском обществе и занять ее место в общественной жизни. Поскольку идеологические приоритеты разных партий были разными, а одни стороны общественного бытия выпячивались в ущерб другим, то это создавало почву для утраты мировоззренческой цельности, присущей народному сознанию. Соборные ценности, в прежние времена общие для всех, подменялись различными идеологическими фетишами. В течение веков эти ценности соединяли идеи социальной справедливости с принципами сильного и единого государства.

Процесс разделения общества по партийным предпочтениям, хотя и отражал возрастание уровня гражданской активности подданных российской короны, имел и негативные последствия. Умы людей инфицировались вирусами недоверия, противостояния, конкурентной борьбы. Общественное сознание подверглось фрагментации, в глазах людей общество расслаивалось на «своих» и «чужих». Усилились трения в отношениях между верхами и низами, элитой и простонародьем. Закрепление партийной психологии усложняло условия для сотрудничества власти и общества. Революционеры и либеральная оппозиция своими нападками на правительство подрывали его репутацию и этим мешали ему сосредоточить усилия на выработке и реализации сбалансированных и целенаправленных реформаторских программ.

310