История России с древнейших времен до 1917 года. Учебное пособие для СПО

7.5. Русские земли в конце XVI века

ду, что смерть Дмитрия произошла в результате трагической случайности, а не чьих-либо преднамеренных действий, поскольку никто в гибели царевича не был заинтересован. И все же она породила многочисленные слухи и домыслы. Через некоторое время они улеглись, и о погибшем отроке, казалось, все забыли. Однако через тринадцать лет после скорбного происшествия имя Дмитрия вновь оказалось на слуху. Этому способствовала начавшаяся в стране Смута, сопровождаемая таким порочным явлением, как самозванство. Оно представляло собой аферу, фальсификацию, выражавшуюся использованием чужого имени для реализации незаконных претензий на власть.

Правительство Федора Ивановича тратило немалые усилия для укрепления обороноспособности страны. Заботясь о боевых качествах дворянского войска, царь и его окружение пытались создать условия для стабильной жизнедеятельности дворянских хозяйств. С этой целью указом от 24 ноября 1597 года вводились «урочные лета». Так назывался пятилетний срок, в течение которого владельцы поместий могли возбудить иск о сыске и возвращении им тех крестьян, которые уходили на новое местожительство, не рассчитавшись по долгам или не выплатив «пожилое» — специальный денежный сбор, выплачиваемый крестьянами при уходе из поместий в Юрьев день. Введение «урочных лет» отнюдь не означало лишения крестьян свободы передвижения. Оно объяснялось стремлением правительства упорядочить отношения дворян с поместными крестьянами для того, чтобы, во-первых, предотвратить запустение центральных уездов вследствие колонизации и оттока населения на восток страны, во-вторых, поддержать боеспособность дворянского войска.

Среди факторов, заставлявших заботиться об укреплении русской армии, выделялась нараставшая агрессивность со стороны Речи Посполитой, в составе которой удерживалась немалая часть исконных русских земель. В 1596 году иезуиты и поль-

151

Глава 7. Эпоха Ивана Грозного

ский король навязали православным Западной и Южной Руси Брестскую унию, с помощью которой паписты хотели заставить русичей отказаться от «схизмы» и «принять милость» римского понтифика. Народ ясно ощущал фальшь униатства, насаждавшегося с применением грубого насилия. У православной церкви отнимались храмы и монастыри. Православное богослужение запрещалось. Жители Западной и Южной Руси должны были либо смириться перед католической агрессией, либо встать на путь борьбы.

Одно за другим вспыхивали многочисленные восстания, некоторые из которых принимали широкий размах, охватывая значительную часть Малой и Белой Руси. В 1591–1593 годах восставшие крестьяне и казаки под главенством Кристофа Косинского захватили несколько городов в Малороссии и осадили Киев. В 1594–1596 годах восстание, поднятое казацким атаманом Северином Наливайко, распространилось от Запорожской Сечи до Могилева и от российской границы до Луцка. Папа римский требовал от польского короля расправы над православными: «Пусть проклят будет тот, кто удержит меч свой от крови! Пусть ересь чувствует, что ей нет пощады!» [6, с. 181].

Православие в Западной Руси держалось верой простого народа. Польско-католическое угнетение усиливало стремление белорусов и украинцев к объединению с единокровной и единоверной Россией. Они, образно говоря, «телом» были в Речи Посполитой, а «душой» — в России. На умонастроения западнорусского населения существенное влияние оказало и учреждение в 1589 году патриаршества в Москве.

Пока для православных Речи Посполитой существовал «московский тыл», паны не могли быть уверенными в окончательном успехе своих замыслов по ополячиванию Западной и Южной Руси. В Варшаве приходили к мысли, что едва ли удастся полностью покорить эти земли, если не продолжить экспансию на Восток для установления контроля над Московией. Эта

152

Библиографические ссылки

мысль оставалась несбыточной, пока Россия сохраняла державную мощь под скипетром династии Рюриковичей. Но вот в январе 1598 года царь Федор умер бездетным, и прямых законных наследников престола не осталось. Пресечение династии Рюриковичей создало предпосылки для внутренних неурядиц в России. Увидев, что древняя русская династия пресеклась, паны и кардиналы расценили это как шанс на осуществление амбициозных замыслов, касавшихся установления польского контроля над Россией.

Библиографические ссылки

1.Российское законодательство X–XX веков : В 9 т. / под ред.

О.И. Чистякова. М. : Юридич. лит-ра, 1985. Т. 2.

2.Иван IV Грозный. Сочинения. СПб. : Азбука, 2000.

3.Курбский А. История о великом князе Московском // Хрестоматия по истории России с древнейших времен до наших дней / сост. А. С. Орлов и др. М. : Проспект, 2000

4.Штаден Г. О Москве Ивана Грозного. М. : Изд-во Сабашниковых, 1925.

5.Повесть о честном житии царя и великого князя всея Руси Федора Ивановича // Полное собрание русских летописей. СПб. : Археографич. комиссия, 1910. Т. 14, ч. 1.

6.Чигринов П. Г. Очерки истории Беларуси. Минск : Вышэйшая школа, 2000.

153

Глава 8. РОССИЯ В XVII ВЕКЕ

8.1.Смута

Вначале XVII века Россия оказалась в тяжелом кризисе, охватившем государственные структуры, социально-хо-

зяйственную сферу, общественную мораль. Кризис, названный Смутой, отразил события 1598–1612 годов, когда соединение множества неблагоприятных для России факторов привело ее на грань гибели.

Понятие «Смута» пришло в историографию из народного лексикона, означая лихолетье, анархию, безвременье, хаотизацию и крайнюю неустроенность общественной жизни. Ключевой проблемой Смуты явилось состояние верховной власти. Эта проблема обострялась польским вмешательством в дела России

исословным эгоизмом некоторых боярских альянсов, противопоставивших свои амбиции общенациональным интересам.

Всобытиях Смутного времени выделились три этапа. Первый этап был связан с борьбой боярских группировок за власть

иполитическое влияние. На втором этапе Смуты в стране разгорелась гражданская война между разными социальными группами. Третий этап представлял собой польскую интервенцию

иборьбу против нее со стороны русского ополчения.

Толчком к Смуте послужило пресечение правящей династии Рюриковичей, в которых массовое сознание привыкло видеть «природных государей». Династический кризис вызвал смяте-

154

8.1. Смута

ние и тревогу среди простонародья, а в верхних слоях знати возбудил местнические склоки. Успокоить волнение в умах была призвана инициатива патриарха Иова, оперативно организовавшего созыв Земского собора с целью избрания нового царя. Делегаты Земского собора избрали на царство пользовавшегося определенным авторитетом в обществе Бориса Годунова.

Начало нового царствования давало людям благие надежды. Годунов старался проводить взвешенную политику, базирующуюся на балансе общественных интересов. Он уклонялся от внешних конфликтов, намереваясь тратить средства в первую очередь на решение внутренних задач.

При этом Годунову пришлось с первых же дней царствования столкнуться с боярской оппозицией: потомки знатных родов, представители боковых ветвей Рюриковичей и Гедиминовичей считали Годунова плебеем и «черной костью», а себя чувствовали незаслуженно обойденными. Интриги бояр против Годунова вносили в систему управления элементы разлада. Трудным испытанием для правительства Годунова стал неурожай 1601–1602 годов и последовавший за ним масштабный голод, охвативший центральную часть страны и унесший тысячи человеческих жизней.

Внутренними проблемами России воспользовались верхи Речи Посполитой. Для установления контроля над ней они использовали такой инструмент, как самозванство. В 1604 году в Польше объявился первый Лжедмитрий — бывший монах Чудова монастыря в Москве Григорий Отрепьев. Он назвался «чудесно спасшимся царевичем Дмитрием», и польский король Сигизмунд поспешил признать авантюриста.

Папа римский Климент VIII и его преемник Павел V охотно поддержали авантюру Лжедмитрия. Отрепьев тайно принял католичество, и папский нунций Рангони благословил его поход на Москву. Русский летописец описал, как самозванец, «сатанинский угодник, окаянный законопреступник, отпавший от христианской веры» [1, с. 36], был принят польским королем,

155

Глава 8. Россия в XVII веке

который, «найдя его велеречивым, признал в нем настоящего царевича и обещал ему помогать. А он, зломысленный, обещал отдать королю российский город Смоленск и города Северской страны даже и до Можайска, да и быть с ним в одной и той же вере. А король за это велел созывать вольных людей ему на помощь» [1, с. 36].

Лжедмитрий получил от магнатов деньги и оружие, а сандомирский воевода Юрий Мнишек сосватал ему в невесты свою дочь Марину. В октябре 1604 года польский отряд во главе с Отрепьевым пересек российскую границу. В столкновениях с поляками правительственное войско имело преимущество, однако нанести им решающее поражение не успело. Весной 1605 году Годунов неожиданно умер, и бояре открыли перед самозванцем ворота в Кремль. Едва ли Лжедмитрий посмел бы посягнуть на российский престол без открытой или тайной поддержки части боярства.

Лжецарь властвовал в течение года. За это время казна была опустошена. Пришедшие с Отрепьевым поляки занимались грабежами, оскверняли православные святыни. Как описывал келарь Троице-Сергиевой лавры Авраамий Палицын, они «во святых божиих церквах скот свой затворяху и псов в алтарях питаху, чин иноческий и священнический не вскоре смерти предааху, но прежде зло мучаща всячески» [2, с. 121]. Поляки подвергли пыткам архиепископов Твери и Суздаля, а коломенского епископа, привязав к пушке, возили для устрашения непокорных. Произвол чужеземцев вызвал у русского населения сильное негодование.

После венчания самозванца с Мариной Мнишек, проведенного по католическому обряду, москвичи подняли восстание, в ходе которого перебили поляков и расправились с Отрепьевым. После этого при поддержке некоторых московских группировок царем был провозглашен Василий Шуйский. Тогдашний публицист Иван Тимофеев отмечал, что Шуйский был выбран «без совета всей земли». Спеша утвердиться у власти, он уклонился

156

8.1. Смута

от созыва Земского собора, «заскочил на царство самовольно и бесстыдно». Сомнительная легитимность делала его власть неустойчивой, «и море житейское неукротимо волновалось» [3, с. 262]. Началось брожение, переросшее в силовое междоусобие.

Вскоре на исторической сцене появился новый самозванец, прозванный Тушинским вором, поскольку его военный лагерь располагался в селе Тушино под Москвой. Как и Лжедмитрий I, Тушинский вор опирался на поддержку поляков, снабжавших его деньгами и оружием. В «наследство» от Отрепьева ему досталась и «царица»: побывав под венцом с одним проходимцем, Марина Мнишек после его смерти освоилась в шатре другого. Перед наивными людьми разыгрывался большой и фальшивый спектакль, сбивавший их с толку, заставлявший верить самопровозглашенным «царям».

Лжедмитрий II двинулся на Москву, а из Польши к нему потянулись отряды шляхты, мечтавшей о богатой добыче. Среди пришельцев было немало уголовников. Немудрено, что русские города и села, оказавшиеся на их пути, подвергались безудержным грабежам. Тушинский вор обещал полякам, что в случае взятия Москвы расплатится с ними золотом, но после неудачи под Троицким монастырем ему пришлось спасаться от них бегством.

Защитники Троице-Сергиевой лавры, вдохновляемые патриархом Гермогеном, призывавшим дать решительный отпор чужеземцам, выдерживали осаду в течение 16 месяцев, показав стране пример самоотверженности. Под монастырские стены пришло пятнадцать тысяч поляков, тогда как число защитников монастыря не превышало двух с половиной тысяч. Монахи, стрельцы, крестьяне переживали голод, холод, нехватку всего самого необходимого, но бились стойко и героически. Взятие «сонмищем сатанинским» лавры, духовного центра Руси, подорвало бы духовные силы русского народа, нанесло бы ему тяжкий моральный урон. Поляки хотели во что бы то ни стало покорить лавру, а «если не покорится, то рассыпать ее прахом» [2, с. 131].

157

Глава 8. Россия в XVII веке

Осаду Троицы снял молодой полководец Михаил СкопинШуйский, который привел из Новгородской земли три тысячи ратников и разбил тушинцев. В марте 1610 года он вступил

вМоскву. Это дало стране проблеск надежды. Но вскоре Ско- пина-Шуйского предательски отравили его завистники. После этого бояре-изменники силой постригли в монахи царя Василия Шуйского, а поляки увезли его в плен. В августе 1610 года выдвиженцы семи боярских кланов инспирировали в Кремле присягу польскому королевичу Владиславу, а затем впустили

вМоскву польский гарнизон, дав Варшаве повод для прямой интервенции. После этого король Сигизмунд осадил Смоленск.

Поляки «всем державством Московским начали править и везде своих воевод и судей ставить. Гетман Желковский начал казну царскую грабить: ово себе, ово королю под Смоленск посылая. По всей Русской земле стали брать дани великие и оброки, повсюду ратным обычаем насилуя. И кто ту беду изглаголет, каковы были правежи православным христианам?» [2, с. 210]. Разорению подверглась русская столица: «Поляцы же, неистово дыхая на пролитие крови и на восхищение великого сокровища, на великий царствующий град Москву нападают, богатство грабят, и пламень великий возжигают, и людей мечом погубляют, всех смерти предают и разсуждения возраста не имеют» [4, с. 136].

Патриарх Гермоген рассылал в разные города грамоты, призывая народ «идти к Москве на литовских людей» [2, с. 211]. Бо- яре-изменники заточили Гермогена в темнице, уморив голодом, однако его призывы находили отклик: на проходивших повсюду народных сходах принимались постановления о том, чтобы «неослабно стоять за православную веру и за Московское государство, очищать его от польских и литовских людей» [2, с. 212].

Врезультате низовой инициативы и вопреки политическим маневрам боярской знати было собрано первое народное ополчение. Рязанский воевода Прокопий Ляпунов «начал ссылаться

158

8.1. Смута

со всеми городами, чтоб им стать за одно и помочь Московскому государству». Люди откликались, «соединяясь единой мыслью, чтобы всем стоять за православную веру» [5, с. 105].

Ляпунов был убит, но идея народного ополчения пустила прочные корни. В Нижнем Новгороде местный староста Кузьма Минин убеждал земляков не искать личных выгод, а отдать все для спасения Отечества. На зов Минина откликнулось Поволжье, где вместе с русскими в ополчение шли татары, мордва, чуваши. Отозвались города Русского Севера, Урала, Сибири. В Нижний Новгород пришли оставшиеся в живых защитники Смоленска. Было собрано новое боеспособное ополчение, во главе которого встал опытный военачальник суздальский князь Дмитрий Пожарский. В августе 1612 года ополчение двинулось к Москве. Два месяца шли ожесточенные бои, в которых основные силы интервентов были разбиты. 22 октября (4 ноября по новому стилю) Китай-город был взят приступом, «много в нем литвы и немец побили, оставшихся же в Кремль вогнали» [2, с. 216]. В этот день всем стало ясно: победу русские уже не отдадут.

Она им досталась дорогой ценой. Перед лицом катастрофы народ собрался с силами и воссоздал разрушенное государство, доказав, что Россия — не чья-то частная вотчина, а предмет заботы всех и каждого. Решающую роль в борьбе против интервентов и в прекращении Смуты сыграло демократическое, соборное начало. По словам историка И. Е. Забелина, народ обнаружил «такое богатство нравственных сил и такую прочность своих исторических и гражданских устоев, каких в нем предполагать было невозможно» [6, с. 268].

21 февраля 1613 года государственная власть в стране была восстановлена: Земский собор избрал царем Михаила Романова. Теперь народ в лице всех сословий должен был планомерно и настойчиво вести восстановительную работу, постепенно поднимая из руин разрушенную страну.

159

Глава 8. Россия в XVII веке

8.2. Государственное и общественное развитие после Смуты

После восстановления государственной власти в 1613 году страна оказалась перед необходимостью стабилизировать общественные связи, преодолеть хозяйственное разорение и запустение многих районов, усовершенствовать формы управления. Атмосфера, установившаяся в обществе, способствовала решению этих задач. Население после всех потрясений тянулось к упорядоченной, спокойной жизни. Взяв курс на стабилизацию положения в стране, правительство опиралось именно на настроения большинства. В государстве, подорванном Смутой, юный и малоопытный царь Михаил мог удержаться на престоле только благодаря общественной поддержке.

Внутреннее и внешнее положение государства в начале царствования Михаила было тяжелым. Разоренная страна с трудом восстанавливала нормальную жизнь. Внутренний порядок

испокойствие нарушались бандами польских авантюристов

иместных уголовников, продолжавших в первое время после Смуты терроризировать население грабежами и убийствами. Ликвидация воровских отрядов стоила царским воеводам больших усилий. «В наследство» от Смуты правительству достались

ивнешнеполитические проблемы: приходилось отбивать атаки шведов, поляков, крымских татар. Решение сложных внутренних и внешних задач требовало предельной концентрации государственных и общественных сил.

Названные факторы и определили пути формирования государственного управления. Для скорейшей ликвидации негативных последствий Смуты усиливалась его централизация. Нужно было преодолеть развал налоговой системы, снижение обороноспособности, упадок хозяйства, разгул грабежей и разбоев. В руках царя сосредоточивалась вся верховная, законодательная,

160