Индивидуально-авторские концепты Германа Гессе. Учебное пособие

Министерство образования и науки Российской Федерации Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение « Волгоградский государственный социальнопедагогический университет»

Научно-исследовательская лаборатория « Аксиологическая лингвистика»

Институт иностранных языков

Н.А. КРАСАВСКИЙ

ИНДИВИДУАЛЬНО-АВТОРСКИЕ КОНЦЕПТЫ ГЕРМАНА ГЕССЕ

Учебное пособие

Волгоград « Парадигма»

2015

УДК 81

ББК 81.03 К 214

Рецензенты:

С.Г. Воркачёв, доктор филологических наук, профессор, профессор кафедры научно-технического перевода Кубанского государственного технологического университета (г. Краснодар); Н.Л. Шамне, доктор филологических наук, профессор,

профессор кафедры немецкой филологии Волгоградского государственного университета (г. Волгоград).

Издано при финансовой поддержке Минобрнауки России в рамках базовой части государственного задания №2014/411 (код проекта: 1417).

Красавский Н.А. Индивидуально-авторские концепты К 214 Германа Гессе: учеб. пособие. – Волгоград: « Парадигма»,

2015. – 140 с.

ISBN 978-5-903601-89-9

На материале произведений известного немецкоязычного писателя Германа Гессе раскрывается содержание ряда ключевых для его творчества концептов – мудрость, щедрость, самоотречение, настойчивость, целеустремленность, терпение, невозмутимость, искренность, любовь, дух, душа, душевные страдания, одиночество, вина. Выявлены их перцептивно-образные и аксиологические признаки. Установлены основные языковые средства обозначения и выражения данных индивидуальноавторских концептов в романах писателя « Степной волк», « Нарцисс и Златоуст», в повестях « Сиддхартха. Индийская поэма» и « Петер Каменцинд».

Адресуется студентам-филологам, обучающимся по направлению 050100 « Педагогическое образование».

УДК 81

ББК 81.03

ISBN 978-5-903601-89-9

© Н.А. Красавский, 2015.

2

3

Введение

В самом конце 80-х годов прошлого века в отечественной лингвистике наметилась тенденция антропоцентрического подхода к изучению языка [Караулов, 1987; Крысин, 1989; Серебренников, 1988], окончательно оформившаяся в 90-е годы в качестве таких максимально пересекающихся друг с другом направлений, как лингвокультурология, лингвоконцептология и аксиологическая лингвистика [Арутюнова, 1999; Карасик, 1992; Маслова, 1997; Постовалова, 1999, с. 25-33;

Степанов, 1997 и др.]. Этот период в истории отечественной лингвистики характеризуется четко выраженным отказом филологов от имманентной, замкнутой на себе языковой парадигмы и активным расширением объекта филологических притязаний до уровня известной триады « язык – сознание – культура». Лингвокультурология, обязанная своим происхождением антропологически ориентированной лингвистике, интенсивно развивающаяся со второй половины 90-х годов XX века в самостоятельную лингвогуманитарную парадигму, имеет своим исследовательским объектом две знаковых системы – язык и культуру, представляющие собой неразрывно связанные друг с другом социальные феномены. Ее основной исследовательской целью является анализ культурно-языковой компетенции членов того/иного социума, изучение их менталитета, системы ценностей, иерархии их приоритетов. Этим обстоятельством объясняется стремление современных ученых к изучению культурной семантики языка [Арутюнова, 1999; Воркачев, 2014; Воробьев, 1997; Карасик, 2002; Карасик, 2014, с 4-7; Леонтович, 2013, с. 50-60; Маслова, 1997; Слышкин, 2004; Урысон, 2000, с. 243-252; Шамне, 1999; Шаховский, 2008; Шмелев, 1991, с. 55-58 и др.].

Сам процесс становления в 90-е годы лингвокультурологии как комплексной дисциплины, изучающей язык во взаимосвязи с культурой, поставил ученых перед необходимостью поиска базисного термина,

4

обозначающего ключевое понятие данного научного направления. Учеными предлагались такие термины, как

концепт, лингвокультурема, мифологема, логоэпистема.

В качестве базисного термина был избран концепт, понимаемый как « многомерное смысловое образование, в котором выделяются ценностная, образная и понятийная стороны» [ Карасик, 2002, с. 129]. Данный термин оказался

понятием лингвокультурологии и лингвоконцептологии.

В лингвоконцептологии можно наблюдать дифференциацию двух основных направлений к изучению концепта – лингвокогнитивного и лингвокультурологического. Данные подходы к исследованию концептов не являются, по мнению ряда ученых, взаимоисключающими. В.И. Карасик отмечает, что эти подходы различаются лишь векторами по отношению к индивиду: лингвокогнитивный концепт – это направление от индивидуального сознания к культуре, а лингвокультурный концепт – это направление от культуры к индивидуальному сознанию» [ Карасик, 2002, с. 139].

Сторонники лингвокогнитивного подхода [Бабушкин, 1996; Кубрякова, 1996, с. 90-93; Попова, Стернин, 2005]

понятие концепт используют как обозначение моделируемой языковыми средствами единицы национального когнитивного сознания, для моделирования и описания национальной концептосферы (см. подробнее: [Попова, Стернин, 2005, с. 10]). В « Кратком словаре когнитивных терминов» дается следующая характеристика концепту: « Концепт – термин, служащий объяснению единиц ментальных или психических ресурсов нашего сознания и той информационной структуры, которая отражает знание и опыт человека; оперативная содержательная единица памяти, ментального лексикона, концептуальной системы и языка мозга (lingua mentalis), всей картины мира, отраженной в человеческой психике» [Кубрякова, 1996, с. 90]. Таким образом, концептом признается определенная мыслительная единица, в

5

которой фиксируются знания человека и при помощи которой в то же время совершается само познание мира.

Лингвокогнитивисты характеризуют особую структуру концепта, которая не является жесткой, но является необходимым условием существования концепта. Сторонники этого подхода считают наиболее перспективным путь исследования « от семантики единиц языка к концепту», так как анализ языковых средств позволяет наиболее простым и надежным способом выявить признаки концептов и моделировать концепт. Таким образом, алгоритм исследования следующий: 1) выявить максимально полно состав языковых средств, репрезентирующих исследуемый концепт; 2) описать максимально полно семантику этих единиц, применяя методику когнитивной интерпретации результатов лингвистического исследования; 3) моделировать содержание концепта как глобальной ментальной (мыслительной) единицы в ее национальном (возможно, в социальном, возрастном, гендерном, территориальном) своеобразии; 4) определить место концепта в национальной концептосфере [Попова, Стернин, 2005, с. 10].

Лингвокогнитивный подход включает в число концептов лексемы, значения которых составляют содержание национального языкового сознания и формируют наивную картину мира носителей языка. Совокупность концептов, концентрирующих в себе всю культуру нации, образует концептосферу данного языка. Концептами, согласно такому подходу, могут быть любые лексические единицы, в значении которых просматривается способ (форма) семантического представления.

В отличие от когнитивистов лингвокультурологи в концепте доминантной признают его ценностную составляющую [Бабаева, 2004; Воркачев, 2007; Карасик, 1996, с. 3-16; Красавский, 2001]. Как справедливо замечает В.И. Карасик, « разработка ценностных доминант в языке представляется важной для лингвистики, поскольку эта исследовательская задача позволяет интегрировать достижения в области культурологического языкознания (от

6

В. фон Гумбольдта до новейших лингвострановедческих работ), прагматической и социальной лингвистики»

[Карасик, 1996, с. 6].

Концепт есть единица мышления. Мышление не сводится, как известно, к исключительно логическим операциям, проводимым человеком: оно включает в себя ценностно-образные и оценочные характеристики, формирование которых обусловлено классификационноквалифицирующей деятельностью самого субъекта познания. Концепт, в нашем понимании, в отличие от понятия есть более широкая когнитивная единица, отягощённая средой своего существования – культурой. Лингвокультурный концепт представляет собой структурированную когнитивную единицу. Его архитектонику формируют само понятие, а также образная

иценностная составляющие. Классическим стало

определение концепта, предложенное В.И. Карасиком: « Концепт – это многомерное смысловое образование, в котором выделяются ценностная, образная и понятийная стороны» [ Карасик, 2002, с. 129]. Совокупность концептов есть концептосфера.

Само по себе понятие представляет собой наши мысли о том или ином предмете, явлении. В понятии зафиксированы наиболее релевантные признаки определенного предмета или явления. Но понятие, сопряженное с эмоцией, непременно обладает рядом ассоциативных и оценочных признаков. Эмоциональное понятие можно определить как человеческую мысль, фиксирующую признаки, свойства ментальных, эмоционально насыщенных с точки зрения их квалификатора явлений, отличающихся от противоположных им рационально оцениваемых человеком явлений. Эмоциональное понятие основано на перцептивных образах реального мира; оно есть представление человека об определенном предмете, явлении и т.п. Представление как форма зарождения понятия рефлексируется человеческим сознанием, что приводит к появлению самого понятия. Предметы мира могут мыслиться эмоционально. Более того, некоторые из

7

них в силу своих природных свойств не могут эмоционально не мыслиться. В основе эмоциональных понятий лежит оценка. Ее можно считать онтологическим свойством человека, который не может в своей познавательной деятельности не квалифицировать окружающий его мир. Человеческое сознание изначально при освоении действительности, ее систематизации пытается определить конкретный предмет, его признаки, всякое явление с точки зрения ряда общечеловеческих универсальных категорий (утилитарных, эстетических, моральных и т.п.). Человек квалифицирует фрагменты мира как полезные и бесполезные, хорошие и плохие, красивые и безобразные и т.д.

Понятие немыслимо вне культурного пространства социума. Ассоциативные и различного рода эмоциональнооценочные признаки концепта коррелируют с системой ценностей социума и, в частности, индивида. Ценности, как известно, являются важнейшей характеристикой любой культуры, цивилизации. В ценностях эксплицирована система приоритетов общества, чем и объясняется традиционно повышенный интерес к их изучению в самых разных науках, в частности, в лингвокультурологии, концептологии, философской антропологии [Евсюкова, 2002, с. 56–64; Майленова, 2010, с. 102-112; Олянич, 2014;

Тер-Минасова, 2000].

Заметим, что процесс оязыковления культурных ценностей по своему характеру избирателен: чем культурно более значим тот или иной феномен для социума, тем более детально он семиотически оформлен. Семиотический фактор развития культуры и соответственно ее концептов признается в качестве базисного [Кассирер, 1996, с. 202–209; Кафанья, 1997, с. 91–114; Малиновский, 1997, с. 681–702]. Культура и составляющие ее концепты могут существовать, генерироваться и развиваться только как определенным образом выстроенная семиотическая (вербальная и невербальная) система. Генерирование смыслов, освоение мира, накопление и передача опыта практической деятельности человека – все это немыслимо вне нашего

8

языка, стимулирующего рождение идей, распредмечивающего им же поименованную действительность, аккумулирующего ранее добытое предками знание и трансформирующего его потомкам. Э. Кассирер в своей « Философии символических форм» определял культуру как « врожденную способность человека к символизации», а самого ее носителя – как человека – “animal symbolicum”» [ Кассирер, 1996, с. 203] (курсив наш. – Н.К.). Культурантрополог Б. Малиновский считал важнейшим аспектом символизма вербальный: «<…> неотъемлемой частью эмпирического материала, собираемого <…> исследователем, является обширное параллельное толкование фактов, не обязательно содержащееся в самом поведении человека» [Малиновский, 1997, с. 686]. Вербальная (т.е. собственно языковая) знаковость концептов – самый надежный, достоверный материал для всякого культурологического исследования, поскольку наиболее важные фрагменты духовной культуры принципиально оказываются облаченными в форму слова. Известно, что символизируются наиболее значимые для человека факты культуры [Вебер, 1990, с. 374–375; Карасик, 2013]. При этом, естественно, следует помнить, что оязыковление отдельных сегментов духовного мира может быть и ярко выраженным индивидуально-авторским.

Характеризуя состояние современной лингвоконцептологии, укажем, что круг неизученных концептов становится все уже и уже. Сегодня ученые все чаще привлекают к лингвокультурологическому анализу диады концептов, напр., лицемерия и искренности [Храмова, 2010], зависти и ревности [Несветайлова, 2010], максимально коррелирующие друг с другом в лингвосемиотическом пространстве культуры, вербальные репрезентации которых обнаруживают разноплановые сходства как в их фило-, так и в онтогенезе. Имеют место исследовательские попытки описания концептуального поля в разных лингвокультурах, напр., концептуального поля « терпение» [ Долгова, 2006]. Подобного рода новации принадлежат прежде всего лингвоконцептологам, в отличие

9

от когнитивистов четко ставящих демаркационную границу между концептом и понятием, не относящих любое понятие, понятийную структуру к категории концептов. Уместно в этой связи указать на разработанную учеными в рамках лингвоконцептологии критериальную базу вычленения концепта из понятийной системы [Воркачев, 2007; Карасик, 1996, с. 3-16; Слышкин, 2004; Степанов, 1997]. Так, С.Г. Воркачев, опираясь на свой исследовательский опыт и работы своих коллег, обобщает эти критерии (признаки). К их числу относятся: 1) внутренняя расчлененность лингвоконцепта как следствие многомерности его семантического состава (в качестве

духовную жизнь человека более интенсивной, меняя ее ритм при попадании в фокус мысли); 3) семантическая плотность, т.е. репрезентация синонимами, тематическими рядами и полями, фольклором, синонимизированными

Обзор специальной научной литературы позволяет констатировать, что сегодня в лингвоконцептологии в фокусе исследовательского внимания ученых все чаще оказываются индивидуально-авторские концепты

[Ашихманова, 2009; Бобрышева, 2013; Выстропова, 2013, с. 38–40; Кадырова, 2013; Кривошапко, 2010; Макарова, 2013,

с. 104–106; Маслова, 2004; Шаюк, 2009]. Под индивидуально-авторским концептом понимается, согласно В.И. Карасику, « представление или мысленный образ в авторском индивидуальном сознании, перешедший в результате особенностей концептуализации писателем фрагментов бытия в разряд ключевого, то есть получивший

10