Индивидуально-авторские концепты Германа Гессе. Учебное пособие

Liebe seiner Mutter, und auch die Liebe seines Freundes, Govindas, nicht immer und für alle Zeit ihn beglück en, ihn stillen, ihn sättigen… ». Средством персонификации любви выступают многозначные глаголы stillen (напоить,

умиротворить, успокоить) и sättigen ( насытить).

Использование этих глаголов в данном отрывке текста вызывает у читателя богатый ассоциативный ряд в силу их семантики. Так, глагол stillen, согласно лексикографическим источникам [Duden, 1989, с. 1470], имеет три лексикосемантических варианта (ЛСВ). Один из них – «einen Säugling an der Brust Muttermilch trinken lassen» (кормить младенца материнским грудным молоком). Употребление Г. Гессе этого глагола в данном контексте вызывает у читателя ассоциацию протагониста с младенческим возрастом человека, его витальной зависимостью от родителей (матери). Всевозрастающие духовные и познавательные потребности взрослеющего Сиддхартхи не смогут в скором времени удовлетворить ни отец, ни мать, ни друг Говинда. Употребление в приведенном выше фрагменте текста глагола sättigen , одним из ЛСВ которого выступает «soviel hinzufügen, dass die Grenze der Aufnahmefähigkeit erreicht ist» – (добавить столько, пока не будет достигнут предел вместимости) [Duden, 1989, с. 1293], показывает понимание Сиддхартхи границ его познания, которые не может расширить любовь к нему его близких.

Объектом персонификации в романе часто выступает река – один из излюбленных символов Германа Гессе. Способом ее персонификации выступает глагол говорения sprechen: « Gegen das Ende von Siddharthas Erzählung aber, als er von dem Baum am Flusse sprach, und von seinem tiefen Fall, vom heiligen Om, und wie er nach seinem Schlummer eine solche Liebe zu dem Flusse gefühlt hatte, da lausch te der Fährmann mit verdoppelter Aufmerksamkeit, ganz und völlig hingegeben, mit geschlossnem Auge. Als aber Siddhartha schwieg, und eine lange Stille gewesen war, da sagte Vasudeva: “Es ist so, wie ich dachte. Der Fluss hat zu dir gesprochen. Auch dir ist er Freund, auch zu dir spricht er. Das ist gut, das ist sehr gut. Bleibe bei mir, Siddhartha, mein

21

Freund”». В разговоре с мудрецом-перевозчиком Васудевой Сиддхартха рассказывает о том, как услышал голос могущественной реки, спасшей его несчастного и одинокого, близкого к суициду, спасшей его своим волшебным голосом, голосом любви и мудрости. Употребление лексем heilig (святой), Om (ом), die Liebe (любовь), der Freund (друг), обладающих положительной коннотацией, характеризует важнейший этап жизни протагониста романа – этап его просветления, познания сложности устройства человеческого бытия, с одной стороны, а с другой – его привязанность, любовь к мудрецу Васудеве. В данном случае актуализируются такие позитивно-оценочные концепты, как мудрость и любовь.

Реке приписывается и такое свойство человека, как умение видеть: « Zärtlich blickte er in das strömende Wasser, in das durchsichtige Grün, in die kristallenen Lini en seiner geheimnisreichen Zeichnung. Lichte Perlen sah er aus der Tiefe steigen, stille Luftblasen auf dem Spiegel schwimmen, Himmelsbläue darin abgebildet. Mit tausend Augen bl ickte der Fluss ihn an, mit grünen, mit weißen, mit kristalln en, mit himmelblauen. Wie liebte er dies Wasser, wie entzüc kte es ihn, wie war er ihm dankbar! Im Herzen hörte er die Stim me sprechen, die neu erwachte, und sie sagte ihm: Liebe dies Wasser! Bleibe bei ihm! Lerne von ihm! O ja, er wollte von ihm lernen, er wollte ihm zuhören. Wer dies Wasser und seine Geheimnisse verstünde, so schien ihm, der würde auc h viel anderes verstehen, viele Geheimnisse, alle Geheimnisse».

Приведем перевод этого отрывка Г.Б. Ноткина: « С

нежностью смотрел он на бегущую воду, всматривался в прозрачную зеленую глубь, в кристальные линии ее таинственного рисунка. Он видел, как светлые жемчужины поднимаются из глубины, как легкие порывы ветра пробегают по сверкающей водной глади, как отражается в ней голубизна неба. Тысячью глаз смотрела в него река: зелеными, белыми, хрустальными, небесно-голубыми. Как любил он эту воду, как она восхищала его, как он был ей благодарен! Он слышал в своем сердце оживший, вновь проснувшийся голос, и голос говорил ему: “Люби эту воду! Оставайся возле нее! Учись

22

у нее!” О да, он хотел у нее учиться, хотел слушать ее; ему казалось, что тот, кто поймет эту воду, поймет ее тайну, тот сможет понять и многое другое, многие тайны, все тайны» [ Гессе, 2003]. В приведенном отрывке из романа изображается перевоплощенный Сиддхартха, Сиддхартха, оставивший идею суицида, и решивший жить по ту сторону реки – в мире духовном. Данный фрагмент текста экспрессивен. Он изобилует положительнооценочной лексикой (в том числе и словами, выступающими в функции эпитетов) – zärtlich ( нежно), licht (светлый), lieben (любить), entzücken ( восхищать),

подчеркивающей прозрение протагониста, вернувшуюся к нему благодаря реке любовь к жизни. Взгляд реки пленит, покоряет Сиддхартху, заряжает его жизненной энергией

(mit tausend Augen blickte der Fluss ihn an). Стержневым здесь выступает концепт « любовь».

Концепт « искренность» в немецком языке обозначается словами die Aufrichtigkeit и die Ehrlichkeit, являющимися производными от aufrichtig и соответственно ehrlich. Им синонимичны слова wahrhaftig, offen, offenherzig, freimütig, unverblümt [НРСС, 2002, с. 55; Рахманов, 1983, с. 56;]. В

словаре этим лексемам предлагаются следующие дефиниции. «Die Aufrichtigkeit – das Aufrichtigsein; etwas aufrichtig Wirkendes» [Duden, 1989, с. 162]. «Aufrichtig – dem innersten Gefühl, der eigenen Überzeugung ohne Vers tellung Ausdruck gebend» [Duden, 1989, с. 162]. «Die Ehrlichkeit – 1) ohne Verstellung; aufrichtig, offen aufgrund der gehörigen Achtung vor fremdem Eigentum[srecht] zuverlässig und ohne Täuschungsabsicht mit Geldoder Sachwerten umgehend; 2) (veraltend) anständig, ohne Schande» [Duden, 1989, с. 390]. «Ehrlich – das Ehrlichsein; Aufrichtigkeit, Wahrhaf tigkeit, das Ehrlichsein; Zuverlässigkeit, besonders im Hinblickauf Geldoder Sachwerte» [Duden, 1989, с. 390]. Семантические признаки рассматриваемых слов следующие: « глубокое внутреннее чувство», « собственное убеждение», « отсутствие намерения обмана, искажения фактов».

Лексема die Aufrichtigkeit только один раз употребляется в тексте произведения. Слова aufrichtig, ehrlich, offenherzig, freimütig, unverblümt в повести не употреблены. Индекс

23

частотности употребления лексемы offen равен 6 позициям и лексемы wahrhaftig соответственно 1 позиции.

Сиддхартха давно мечтал о встрече с Готамой, и наконец-то такая возможность ему представилась. В беседе с ним протагонист чувствует искренность собеседника. Эта искренность (wahrhaftig) выражена метафорически: искренен даже жест пальца Готамы: « Siddhartha gab nicht Antwort. Er war wenig neugierig auf die Lehre, er glaubte nicht, dass sie ihn Neues lehren werde, hatte er doch, ebenso wie Govinda, wieder und wieder den Inhalt dieser Buddhalehre vernommen, wenn schon aus Berichten von zweiter und dritter Hand. Aber er blickte aufmerksam auf Gotamas Haupt, auf seine Schultern, auf seine Füße, auf seine still herabhängende Hand, und ihm schien, jedes Gli ed an jedem Finger dieser Hand war Lehre, sprach, atmete, duftete, glänzte Wahrheit. Dieser Mann, dieser Buddha, war w ahrhaftig bis in die Gebärde seines letzten Fingers. Dieser M ann war heilig. Nie hatte Siddhartha einen Menschen so verehrt, nie hatte er einen Menschen so geliebt wie diesen».

Концепт « искренность» воплощается в повести чаще на уровне экспликации, чем обозначения, что, тем не менее, говорит о его релевантности для указанного произведения.

Искренность как важнейшая буддистская парамита проявляется в многочисленных фрагментах произведения, в особенности в общении Сиддхартхи с отцом, со своим верным товарищем Говиндой, с мудрым перевозчиком Васудевой, с самим Готамой. Так, приняв решение уйти из родительского дома, Сиддхартха честно, искренне говорит об этом отцу, называя истинные мотивы своего поступка: « Sprach Siddhartha: “Ein Samana zu werden ist mein Verlangen. Möge mein Vater dem nicht entgegen sein” ».

Примеры глубокой искренности Сиддхартхи мы видим в его отношении с Говиндой. Сиддхартха (как бы ему не было больно критиковать учение саманов, к которым столь привязан его товарищ) честно признается Говинде в причине своего решения об уходе от аскетов, подвергая при этом их теорию критике: « Mir will es nicht so erscheinen, mein Freund. Was ich bis zu diesem Tage bei den Samanas

24

gelernt habe, das, o Govinda, hätte ich schneller u nd einfacher lernen können».

Кульминационным моментом проявления искренности можно считать беседу Сиддхартхи с Готамой. Сиддхартха высказывает свое мнение о воззрении великого и мудрого Готамы, восхищается им, но при этом искреннее указывает Просветленному на уязвимое место его Учения – паломники, многочисленные верующие принимают Учение Великого на веру, не пройдя тех тернистых дорог, преодоление которые позволило ему, Готаме, понять тайну мироздания: « Nun aber ist, deiner selben Lehre nach, diese Einheit und Folgerichtigkeit aller Dinge dennoch an einer Stelle unterbrochen, durch eine kleine Lücke strömt in die se Welt der Einheit etwas Fremdes, etwas Neues, etwas, das vorher nicht war, und das nicht gezeigt und nicht bewiesen werden kann: das ist deine Lehre von der Überwindung der Welt, v on der Erlösung».

Концепт « искренность», как показывают его экспликации, ценностно ориентирован. В нем заключена ярко выраженная позитивная ценность, о чем свидетельствуют контексты употребления слов, его эксплицирующих. У ряда лексем, выражающих данный концепт, положительная коннотация – die Erlösung, das Lächeln, die Vollkommenheit . Улыбка выступает важным

обозначается словами die Selbstverleugnung и die Selbstentäußerung . Последнее слово имеет следующую дефиницию: «gänzliches Zurückstellen der eigenen Bedürfnisse, Wünsche o Ä. zugunsten eines bzw. eine r anderen oder einer Sache» [Duden, 1989, с. 1388]. Слово die Selbstverleugnung определяется через его синоним – die Selbstentäußerung [Duden, 1989, с. 1388]. Семантическими признаками названных выше слов являются: « полный отказ от собственных потребностей»; « отказ от собственных желаний во благо чему-либо или кому-либо».

В повести « Сиддхартха. Индийская поэма» этот концепт номинируется преимущественно основами слов opfer (22),

25

leid (44), schmerz (22), qual (8), selbst (10) и их производными – opfern, opfernd, die Opfergesänge, die Opferregel; leiden, leidend, das Leid, das Erleiden; der Schmerz, schmerzen, schmerzlich, schmerzvoll; die Qual, quälen , das Sichquälen ; das Selbst, die Entselbstung, entselbstet. Обращает на себя внимание отсутствие в тексте повести субстантивных номинантов die Selbstverleugnung, die Selbstentäußerung . Самоотречение, граничащее с жертвенностью, выражено, как можно видеть, лексическими единицами, обозначающими сам способ его осуществления. Самоотречение сопряжено со страданием, душевной и физической болью, с определенными психологическими усилиями человека, направленными на преодоление себя. Самоотречение как важнейший регулятор моральных поступков и интенций буддиста служит необходимым условием постижения им истины человеческого бытия. Без соблюдения этой парамиты, предполагающей испытания духа человека, нельзя понять человеческое мироздание. Самоотречение – это состояние души и духа человека. Свое самоотречение, психологическую подготовку к нему Сиддхартха описывает следующим образом: « Als Knabe habe ich nur mit Göttern und Opfern zu tun gehabt. Als Jüngling habe ich nur mit Askese, mit Denken und Versenkung zu tun gehabt, war auf der Suche nach Brahman, verehrte das Ewige im Atman. Als junger Mann aber zog ich den Büßern nach, lebte im Walde, litt Hitze und Frost, lernte hungern, lehrte meinen Leib absterben».

Данный концепт, как видим, выражается и непрямыми глагольными номинациями – hungern, absterben. Свой уход из родительского дома юный Сиддхартха объясняет самому себе стремлением самостоятельного поиска смысла жизни. Уже в молодые годы он интуитивно чувствует, что никто – даже ученые брахманы – не могут ему помочь в этом поиске. Их интерпретация человеческого мироздания – это понимание жизни чужое, не им пережитое. Сиддхартха изначально, на уровне догадки, в часы медитации понимает: только пройдя автономно очередной круг жизни, он сам разгадает ее главную загадку. Пытливый ум, большие природные способности вызывают

26

в нем страстное желание поиска смысла бытия,

предназначения человека: « Musste er nicht immer und immer wieder an heiligen Quellen, ein Durstender, trinken, am Opfer, an den Büchern, an der Wechselrede der Brahmanen?».

К истинам, открытым другими людьми, истинам и мудростям, прописанным в « Упанишадах», следует прийти самостоятельно, непременно пережить их: « Oft sprach er aus einem Chandogya-Upanishad sich die Worte vor: “Fürwahr, der Name des Brahman ist Satyam – wahrlich, wer sol ches weiß, der geht täglich ein in die himmlische Welt“. Oft schien sie nahe, die himmlische Welt, aber niemals hatte er sie ganz erreicht, nie den letzten Durst gelöscht». Жажда познания не дает покоя молодому Сиддхартхе. Будучи мальчиком, юношей, он наслаждается учением мудрецов, но при этом в нем созревает сомнение в том, что они сами, своим собственным путем, постигли истину (ее метафорическое / символическое выражение die himmlische Welt).

Уход из дома с группой аскетов меняет образ жизни Сиддхартхи. Он многому учится у них – с достоинством переносить лишения и тяготы жизни странника, обходиться подаяниями светских людей, скудно питаться, спать под открытым небом. Главный персонаж повести стремится избавиться от всяких мирских желаний, освободиться от мыслей, опустошить и духовно изжить свое « Я», поскольку только в этом случае, как ему представляется, в его душе вызреет новая субстанция, откроется большая тайна, раскроется некое таинство жизни (das große Geheimnis ): « Ein Ziel stand vor Siddhartha, ein einziges: leer werden, leer von Durst, leer von Wunsch, leer von Traum, leer von Freude und Leid. Von sich selbst wegsterben, nicht mehr Ich sein, entleerten Herzens Ruhe zu finden, im entselbsteten Denken dem Wunder offen zu stehen, das war sein Ziel. Wenn alles Ich überwunden und gestorben war <…>, dann musste das L etzte erwachen, das Innerste im Wesen, das nicht mehr Ich ist, das große Geheimnis» .

Самоотречение посредством умерщвления своего « Я» происходит через боль, страдания и медитацию – единственный способ превращения себя в иную субстанцию, переход в нее, в новое качество: « Er ging den

27

Weg der Entselbstung durch den Schmerz, durch das freiwillige Erleiden und Überwinden des Schmerzes, des Hungers, des Dursts, der Müdigkeit. Er ging den Weg der Entselbs tung durch Meditation». Самоотречение Сиддхартхи автору повести видится как стремление к совершенству человеческого духа, как одна из обязательных буддистских парамит в

концептосферы повести Г. Гессе « Сиддхартха. Индийская поэма». Он положительно-оценочен. Языковыми средствами, воплощающими данный концепт, часто служат такие слова, как die Entselbstung, das freiwillige Erleiden, das Überwinden des Schmerzes, das Überwinden des Hunger s, des Dursts, der Müdigkeit, die Meditation .

Концепт « щедрость» ( die Großzügigkeit ) в немецком языке обозначается такими словами, как die Großzügigkeit, großzügig, die Freigebigkeit, freigebig, die Großmu t, großmütig, weitherzig. Приведем их словарные определения: «Die Großzügigkeit – großzügiges Wesen, großzügige Beschaffenheit» [Wahrig, 1992, с. 588]. «Großzügig – sich über Kleinigkeiten hinwegsetzend, nachsichtig; freigebig, Kosten nicht scheuend; weittragend, großen Umfang habend (Hilfe, Pläne) Beschaffenheit» [Wahrig, 1992, с. 588]. «Freigebig – gern schenkend, großzügig, mit Geld, Lob usw. freig ebig sein» [Wahrig, 1992, с. 498]. «Die Freigebigkeit – freigebiges Wesen

1423]. Семантическими признаками слов, обозначающих

Названные признаки в полной мере реализуются в контекстах повести « Сиддхартха. Индийская поэма». Этот

28

концепт, однако, не обозначен указанными выше словами – die Großzügigkeit, großzügig, die Freigebigkeit, fr eigebig, die Großmut, großmütig, weitherzig . Но он вербализован иным способом – экспликациями. Рассмотрим ниже ряд примеров.

Приехав по поручению Камасвами на сделку в одну из близлежащих деревень, Сиддхартха узнав, что его опередили в закупках злаков, не отчаивается. Он остается на несколько дней в деревне, угощает крестьян, дарит их детям подарки, участвует в праздновании свадьбы:

«Dennoch blieb Siddhartha manche Tage in jenem Dorf, bewirtete die Bauern, schenkte ihren Kindern Kupfermünzen, feierte eine Hochzeit mit». Уместно вспомнить и случай,

когда Сиддхартха дарит свою дорогую одежду одному из бедняков-брахманов: « Siddhartha schenkte sein Gewand einem armen Brahmanen auf der Straße» . Горожане уважали и любили Сиддхартху за его готовность им помочь, за бескорыстную помощь, за щедрость. Концепт « щедрость» реализуется через лексемы bewirten, schenken.

Добродетели « щедрость» и « великодушие», однако, после нескольких лет проживания в городе постепенно уходят как ценностные ориентиры от изменившегося Сиддхартхи: «<…> verlor die Lust am Verschenken und Wegleihen des Geldes an Bittende». Протагонист повести становится со временем ленивым, нетерпеливым, скупым:

«Die Welt hatte ihn eingefangen, die Lust, die Begehrlichkeit, die Trägheit, und zuletzt auch noch jenes Laster, d as er als das törichteste stets am meisten verachtet und gehöhnt hatte: die Habgier». Эти добродетели, как можно видеть, трансформируются в свои противоположности – скупость, жадность.

Перцептивно-образные признаки концепта « щедрость» сводятся к следующим: медные монеты, одежда как подарки.

Концепт « щедрость» противопоставляется по своим ценностным характеристикам скупости и алчности. Этот концепт в анализируемом произведении отличается яркой положительной ценностной ориентированностью.

29

1.2.Концепты «терпение» и «невозмутимость»

Внемецком языке, согласно лексикографическим источникам, у слова die Geduld (терпение) есть синоним die Langmut [Рахманов, 1983, с. 195]. В словаре дается следующее определение ключевому слову die Geduld:

«Ausdauer im ruhigen, beherrschten, nachsichtigen E rtragen oder Abwarten von etwas» [Duden, 1989, с. 569]. Слово die Langmut определяется схожим образом: «durch ruhiges, beherrschtes, nachsichtiges Ertragen oder Abwarten von etwas; gekennzeichnete Verhaltensweise; große Geduld» [Duden, 1989, с. 926]. Семантические признаки этих слов следующие: « выдержка», « спокойное ожидание», « способ поведения». Частотность использования слова die Geduld равна в повести 8. Слово die Langmut не употреблено ни разу, но один раз употреблено его производное слово langmütig. Концепт « терпение», как показывает материал, вербализован следующими основами слов и их производными – wart (26), duld (10), harr (2).

Сиддхартха в полной мере обладает терпением, завидным терпением. Он, будучи уже зрелым, считает это качество человека необходимым условием выстраивания гармоничных отношений внутри общества. Терпение – это условие обладания мудростью, и в то же время оно и производная величина самой мудрости. Показателен факт неоднократного употребления в речи протагониста высказывания, ставшего его своеобразным девизом – « Ich kann denken. Ich kann warten. Ich kann fasten» (Я умею мыслить. Я умею ждать. Я умею поститься). Одним из своих совершенств он, таким образом, наряду с мудростью полагает и терпение, выдержку. Приведем два пассажа из повести. Купец Камасвами, прежде чем взять Сиддхартху на работу, решил проверить, умеет ли тот писать.

Последний взял лист бумаги и написал следующее: « Schreiben ist gut, Denken ist besser. Klugheit ist gut, Geduld ist besser». (Уметь писать – это хорошо, уметь мыслить

– еще лучше. Ум – это хорошо, терпение – еще лучше). В

этом эпизоде общения Сиддхартхи с купцом мы обнаруживаем четко оформленную систему ценностных

30