Защита жертв преступлений

ководствоваться положениями ст. ст. 151, 1099, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми при определении размера компенсации морального вреда необходимо учитывать характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, степень вины подсудимого, его материальное положение и другие конкретные обстоятельства дела, влияющие на решение суда по предъявленному иску. Во всех случаях при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования справедливости и соразмерности».182

Недостатком судебной практики в этой части является нередкое необоснованное оставление судом гражданского иска без рассмотрения под предлогом необходимости дополнительного обоснования размера исковых требований. Между тем, устранение этого недостатка вполне можно было обеспечить и при подготовке дела к слушанию (например, запросить справки о стоимости похищенных или испорченных вещей), и в ходе судебного разбирательства. Передача дела в части гражданского иска на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства обрекает гражданского истца (потерпевшего) на новое прохождение долгой судебной процедуры с повторным рассмотрением тех же вопросов и несение дополнительных расходов. В этой связи было бы целесообразно в случае необходимости отложения рассмотрения гражданского иска вменить в обязанность тому же суду вернуться к его отдельному от уголовного дела рассмотрению. Соответственно этому приемлемым вариантом ст. 309 ч. 2 УПК могла бы быть следующая формула: «При необходимости произвести дополнительные расчеты, связанные с гражданским иском, или при наличии иных оснований, требующих отложения рассмотрения иска, суд осуществляет его рассмотрение отдельно от уголовного дела в порядке гражданского судопроизводства».

182 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 апреля 1996 г. N 1 «О судебном приговоре» (в ред. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 06.02.2007 N 7)

201

§ 5. Потерпевший и его представитель

вконтрольных стадиях уголовного процесса

Кконтрольным стадиям в уголовном судопроизводстве относится деятельность судебных инстанций, в которых осуществляется проверка законности, обоснованности и справедливости приговоров и иных судебных решений. Поводом для рассмотрения дела в контрольных стадиях являются жалобы и представления определенного круга участников процесса, в число которых входят потерпевший и его представитель. Судебные решения, не вступившие в законную силу, могут быть обжалованы сторонами

вапелляционном или кассационном порядке. Надзорные

инстанции рассматривают жалобы и представления на вступившие в законную силу приговоры, определения, постановления суда. В апелляционном порядке по апелляционным жалобам и представлениям проверяется законность, обоснованность и справедливость приговора и постановления мирового судьи. В кассации и надзоре проверяются любые решения судов первой инстанции, а также приговоры и постановления суда апелляционной инстанции.

В сущности, новый УПК РФ не внес каких-либо заметных изменений в организационный порядок пересмотра судебных решений, действовавший до его принятия, если не считать появления апелляционного производства с введением системы мировой юстиции. Можно отметить также уточнение, касающееся участия потерпевшего и его представителя в надзорной инстанции. Если прежний УПК допускал к участию в надзорной инстанции потерпевшего и его представителя по усмотрению суда, то теперь за ними право присутствовать и давать объяснения признавалось законом.

Принципиальные изменения коснулись оснований пересмотра приговоров. Они подверглись существенным ограничениям соответственно тем концепциям, которые были реализованы в новом УПК РФ. Причём ограничения, прежде всего, отрицательно сказались на условиях защиты прав и законных интересов потерпевшего. Так, из числа оснований отмены или изменения судебного решения в кассационном и надзорном порядке была исключена вы-

202

явленная односторонность или неполнота дознания, предварительного или судебного следствия (см. ст. 379 и 409 УПК РФ в сравнении со ст. 342 ч.1 УПК РСФСР).

Это изменение соответствовало исключению из принципов процесса требований установления истины путем

полного, всестороннего и объективного исследования обстоятельств дела. УПК освободил органы уголовного преследования и суд от установления всех эпизодов преступления, совершенных обвиняемым, и, следовательно, от выявления всех пострадавших от преступления, а также и от определения реального ущерба, причиненного жертве. Вводилось «приблизительное правосудие», без полноты и объективности. Это позволило ввести и особый (упрощенный) порядок производства по отдельным категориям уголовных дел без исследования доказательств (раздел Х УПК РФ). Были введены и процессуальные льготы «для отдельных категорий лиц» (раздел XVII УПК РФ), явившиеся индульгенцией для большого числа коррумпированных чиновников. И это не могло не сказаться на основаниях обжалования и отмены приговоров. Потерпевший во многих случаях лишался возможности защищать свои интересы на предварительном расследовании и в суде первой инстанции. Не мог он рассчитывать и на помощь контрольных судебных инстанций.

Недостатки нового УПК РФ, связанные с его концептуальной ущербностью, находят проявление и в непоследовательности судебной практики в оценке оснований отмены приговоров. Так, Верховный суд РФ в определении от 29.03.2005 N 6-073/03, которым был им отменен приговор с направлением уголовного дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции, в качестве одного из оснований отмены указал на неполноту и одно-

сторонность судебного следствия.

Особенно нетерпимыми, попирающими здравый смысл и чувство справедливости оказались ограничения прав потерпевшего на обжалование приговоров, вступивших в законную силу, под предлогом требования «недопустимости поворота к худшему». Статья 405 УПК РФ установила: «Пересмотр в порядке надзора обвинительного приговора, а также определения и постановления суда в связи с не-

203

обходимостью применения уголовного закона о более тяжком преступлении, ввиду мягкости наказания или по иным основаниям, влекущим за собой ухудшение положения осужденного, а также пересмотр оправдательного приговора либо определения или постановления суда о прекращении уголовного дела не допускаются.»

Заметим, что прежний УПК РСФСР не препятствовал обжалованию и опротестованию в порядке надзора приговоров по указанным основаниям (а также определения или постановления суда о прекращении дела), ограничивая лишь срок пересмотра одним годом (ст. 373 УПК РСФСР).

Под давлением юридической общественности и жертв преступлений Конституционный Суд РФ, а затем и законодатель внесут коррективы в статью 405 УПК. Однако мы считаем необходимым подробно остановиться на этой скандальной истории, убедительно отразившей односторонние установки авторов УПК РФ, ориентированные на игнорирование интересов потерпевшего в угоду преступнику. Эта история довольно подробно описана в публикациях члена Научно-консультативного совета Верховного суда РФ проф. Бойкова А.Д., из которых мы воспроизведём здесь наиболее существенные соображения183.

Автор сообщает, что к началу 2005 г. в Конституционном Суде РФ накопилось немало заявлений граждан по поводу нарушения их прав при применении ст. 405 УПК. Ситуации, описываемые заявителями, различны, но во всех приводимых случаях препятствием для отмены неправосудных судебных решений является ст. 405 УПК, абсолютизировавшая принцип недопустимости поворота к худшему путем очевидного ущемления гарантированных Конституцией прав жертв преступных посягательств.

Особенно вопиющими являются случаи, когда судьба обвинения решается кассационной инстанцией путём отмены обвинительного приговора с прекращением дела производством. Такое определение в интересах потерпев-

183 См., в частности, – Бойков А.Д. – Жертвы преступлений нуждаются в защите. В книге Адвокатура и адвокаты. М., Юрлитинформ 2010 г., стр. 237-241.

204

шего вообще не может быть подвергнуто ни судебному, ни прокурорскому контролю. Убедительно иллюстрировала эту ситуацию жалоба Иванова В.А. – отца убитого Иванова А.И.

По этому делу в убийстве сына потерпевшего Иванова был признан виновным и осужден по ст. 105 ч. 1 УК РФ к 8,5 годам лишения свободы гр. Марченко И.В. приговором Советского районного суда г. Новосибирска от 4 марта 2002 г. Определением СК по уголовным делам Новосибирского областного суда от 5 мая 2002 г. обвинительный приговор был отменен по кассационной жалобе осужденного и дело прекращено производством за отсутствием в действиях Марченко состава преступления. Несмотря на убедительные доводы о незаконности определения, надзорные инстанции (Президиум Новосибирского облсуда и Верховный суд РФ) и протест прокурора, жалобы потерпевшего отклонили по формальным основаниям ст. 405 УПК, не входя в обсуждение существа дела.

Гр. Башкирова Л.И. , признанная потерпевшей по делу об изнасиловании и убийстве её дочери, не может добиться проверки обоснованности оправдательного приговора Верховного Суда Республики Татарстан от 26 августа 2003 г. ни в кассационном, ни в надзорном порядке, несмотря на весьма убедительные доводы. Её кассационная жалоба

ипротест прокурора были отклонены в связи с тем, что процессуальные нарушения для отмены оправдательного вердикта суда присяжных признаны недостаточными (ст. 385 ч. 2 УПК). Проверке же дела в порядке надзора препятствует ст. 405 УПК РФ.

Жалобы Иванова, Башкировой и ряда других потерпевших обсуждались членами НКС Конституционного Суда РФ в начале 2005 г. с точки зрения соответствия ст. 405 УПК конституционным положениям о правах личности, а также с учетом правового содержания принципа состязательности. Учитывались и прежние решения КС РФ по вопросам, связанным с судебной защитой прав личности,

иположения международных пактов по правам человека. Так, в Постановлении КС РФ № 13-П от 17 июля 2002 г.

отмечалось: «Правосудие по самой своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает

205

требованиям справедливости и обеспечивает эффективное восстановление в правах.

Надзорное производство по уголовным делам... призвано обеспечить исправление судебных ошибок путём пересмотра вступивших в законную силу приговоров, определений и постановлений, с тем, чтобы – исходя из принципов справедливости, соразмерности и правовой безопасности

– гарантировать эффективную защиту конституционных ценностей, прежде всего, прав и свобод человека и гражданина.

Признать не противоречащими Конституции Российской Федерации… ст. 373, части 3 ст. 380 и ч. второй ст. 382 УПК РСФСР – в части, наделяющей надзорную инстанцию правомочием в течение года после вступления в законную силу обвинительного приговора отменить его … и передать дело на новое рассмотрение…»

Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод (4 ноября 1950 г.) в ст 13 устанавливает: «Каждый человек, чьи права и свободы по настоящей Конвенции нарушены, имеет право на эффективное восстановление в правах и свободах национальным государственным органом даже в том случае, если такое нарушение совершено лицами при исполнении ими служебных обязанностей».

В этих положениях, вполне отвечающих здравому смыслу и чувству справедливости, следовало искать ответ на вопросы о приемлемости ограничений прав потерпевшего статьёй 405 УПК РФ.

Постановлением Конституционного суда РФ от 11 мая 2005 г. рассматриваемое положение ст. 405 УПК было признано противоречащим Конституции РФ.184 КС РФ отмечал: «Статья 405 в той мере, в какой она в системе действующего уголовно-процессуального регулирования пересмотра вступивших в законную силу приговоров, определений и постановлений суда, не допуская поворот к худшему при пересмотре судебного решения в порядке надзора по жалобе потерпевшего (его представителя) или по представлению

184См. Постановление Конституционного Суда РФ от 11 мая 2005 г.

№5-П,

206

прокурора, не позволяет тем самым устранить допущенные в предшествующем разбирательстве существенные (фундаментальные) нарушения, повлиявшие на исход дела, признана не соответствующей Конституции РФ, во взаимосвязи со статьей 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и пунктом 2 статьи 4 Протокола № 7 к ней (в редакции Протокола № 11) (Постановление Конституционного Суда РФ от 11.05.2005 № 5-П).

В соответствии с частью 3 статьи 79 Федерального конституционного закона от 21.07.1994 № 1-ФКЗ акты или их отдельные положения, признанные неконституционными, утрачивают силу.

Впредь до внесения соответствующих изменений и дополнений в уголовно-процессуальное законодательство пересмотр в порядке надзора по жалобе потерпевшего, его представителя и по представлению прокурора обвинительного приговора, а также определения и постановления суда в связи с необходимостью применения уголовного закона о более тяжком преступлении, ввиду мягкости наказания или по иным основаниям, влекущим за собой ухудшение положения осужденного, а также оправдательного приговора либо определения или постановления суда о прекращении уголовного дела, допускается лишь в течение года по вступлении их в законную силу».

Изменения в статью 405 УПК РФ были внесены законодателем спустя четыре года. В новой редакции Федерального закона от 14.03.2009 N 39-ФЗ она выглядит следующим образом.

«1. Пересмотр в порядке надзора обвинительного приговора либо определения или постановления суда в связи с необходимостью применения уголовного закона о более тяжком преступлении, ввиду мягкости наказания или по иным основаниям, влекущим за собой ухудшение положения осужденного, а также пересмотр оправдательного приговора либо определения или постановления суда о прекращении уголовного дела не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных частью второй настоящей статьи.

2. Пересмотр в порядке надзора обвинительного приговора и последующих судебных решений, вынесенных в

207

связи с его обжалованием, по основаниям, влекущим за собой ухудшение положения осужденного, а также пересмотр оправдательного приговора либо определения или постановления суда о прекращении уголовного дела допу-

скаются в срок, не превышающий одного года со дня вступления их в законную силу, если в ходе судебного разбирательства были допущены фундаментальные нарушения уголовно-процессуального закона, повлиявшие на законность приговора, определения или постановления суда.

3. К фундаментальным нарушениям относятся нарушения уголовно-процессуального закона, которые повлекли за собой постановление приговора незаконным составом суда или вынесение вердикта незаконным составом коллегии присяжных заседателей, а равно лишили участников уголовного судопроизводства возможности осуществления прав, гарантированных настоящим Кодексом, на справедливое судебное разбирательство на основе принципа состязательности и равноправия сторон либо существенно ограничили эти права, если такие лишения или ограничения повлияли на законность приговора, определения или постановления суда».

Таким образом, главный порок ст. 405 УПК, исключавший право потерпевшего на защиту в надзорных инстанциях, был устранен. Но не устраненными остались ограничения оснований обжалования, касающихся не только формальных нарушений уголовно-процессуального закона, а существа приговора. Его несправедливость может и не быть связана с «фундаментальными нарушениями» УПК. Внутреннее убеждение суда, лежащее в основе оценки доказательств, уходит от внешнего контроля с отказом от всестороннего, полного и объективного рассмотрения обстоятельств дела. Остаётся актуальным требование дополнения оснований отмены или изменения приговора указанием на односторонность и неполноту дознания, предварительного или судебного следствия. Без этого дополнения невозможна обоснованная оценка несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела. В общей части УПК РФ следует восстановить этот процессуальный принцип в формулировке ч. 1 ст. 20 УПК РСФСР.

208

Глава шестая

Возмещения вреда потерпевшему

впорядке гражданского иска

всудопроизводстве РФ

§ 1. Соотношение средств защиты исковых интересов потерпевшего в уголовном

игражданском судопроизводстве

Впредшествующей главе мы затронули общие проблемы, связанные с предъявлением гражданского иска в уголовном судопроизводстве в качестве одной из прерогатив потерпевшего и средства защиты его имущественных интересов. Однако возникает необходимость рассмотрения общих проблем исковой формы защиты интересов жертв преступлений с учетом возможностей, предоставляемых различными процессуальными отраслями видов судопроизводства – уголовного и гражданского.

Для жертв преступлений, независимо от факта признания их потерпевшими, основным, а чаще всего и единственным способом возмещения ущерба является исковая форма, гарантированная Конституцией РФ как право судебной защиты. В случаях, когда ущерб, обусловленный совершенным преступлением, и виновный установлен, право на его возмещение реализуется путем предъявления гражданского иска в уголовном деле либо в общеисковом порядке гражданского судопроизводства. Лицо, понесшее в результате преступления вред, становится гражданским истцом в уголовном деле не автоматически, а лишь после подачи искового заявления и признания его таковым соответствующим решением. Время подачи гражданского иска в уголовном процессе определяется самим лицом, пострадавшим от преступления. Никто, однако, не лишает права потерпевшего по уголовному делу заявить свои требования в гражданском, а не в уголовном процессе на общих основаниях в соответствии ст. 22 ГПК. Здесь проявляются диспозитивные начала в реализации процессуальных прав,

209

хотя в целом в уголовно-процессуальном праве действует начало публичности, социально-правовое значение которого заключается в том, что интересы государства обязывают принимать меры по охране прав и свобод человека и гражданина.

Альтернативой предъявления гражданского иска в уголовном процессе, как видим, является право отказаться от предъявления иска в уголовном деле и воспользоваться защитой своих интересов средствами гражданского процесса. Такой способ защиты имущественных интересов жертвы преступления может быть вынужденным в случаях, когда отказано в возбуждении уголовного дела по нереабилитирующим основаниям либо при невыполнении обвиняемым принятых на себя обязательств по возмещению ущерба в ходе производства по уголовному делу. Возможен и случай непредъявления потерпевшим гражданского иска в уголовном деле по причинам субъективного характера либо длительной волокиты расследования и рассмотрения дела. В соответствии с правилами гражданского судопроизводства «заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов» (из ст. 3 ГПК РФ). При обращении в суд с иском в порядке гражданского судопроизводства потерпевшему приходится доказывать факт причинения вреда ответчиком. Если же обращение с иском имеет место после рассмотрения уголовного дела, истец (потерпевший) имеет возможность сослаться на обстоятельства, уже установленные приговором как бесспорные, что прямо предусмотрено ст. 61 ГПК РФ: «Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица. …Вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом».

210