Защита жертв преступлений

рьезного вреда жизни людей (причинение биологических, телесных повреждений, физическое подавление, имущественный ущерб, психическое, духовное травмирование) или материальным условиям их существования.116 По своей сущности насилие является видом поведения отдельных лиц или определенной части общества, нарушающего социальные нормы (правовые, нравственные и др.), посягающего на важнейшие социальные ценности и обладающего свойствами общественной опасности, которая выражается в ущербе от насилия – моральном, физическом

иимущественном. Рост насильственных преступлений

– яркий показатель кризисного состояния общества, проявление его социальных пороков.117 Всякое насилие – это, как правило, активный поведенческий акт. Однако в последние годы довольно часто стала обсуждаться проблема насилия с помощью такого способа воздействия человека, как внушение.

Что касается стимулов насилия, можно сказать, что оно является одним из видов разрешения конфликтного отношения, противоречия. Противоречия или конфликты, разрешаемые насилием, подразделяются на противоречия внутренние и внешние, главные и второстепенные, общие

испецифические, возможные и действительные, объективные и субъективные и т. д. О.А. Баев, исследуя проблему конфликта в следственной практике, отмечает, что противоречие приобретает форму конфликта лишь тогда, когда оно состоит в несовместимости целей (интересов) или способов их достижения.118

Понимание причин социальных конфликтов открывает путь к поиску оптимальных средств профилактики преступлений, включая акты терроризма.

Анализ статистических данных показывает неуклонную тенденцию к росту террористических актов в мире. В на-

116См.: Максимов С.В., Ревин В.П. Насильственные преступления в сфере семейно-бытовых отношений и проблемы их профилактики. – М., 1993. – С. 42.

117См.: Шестаков Д.А. Криминология. Преступность как свойство общества. – СПб., 2001. – С. 168.

118См.: Баев О.А. Тактика следственных действий. – Воронеж, 1992.

–С. 37.

121

шей стране больше всего террористических актов происходит на Северном Кавказе. При этом страдают и сотрудники правоохранительных органов, и мирные граждане, представители иностранных государств, журналисты.

Самым масштабным террористическим актом в мировой практике считается захват 12 сентября 2001 г. четырех гражданских лайнеров и таран башен Всемирного торгового центра в Нью-Йорке и здания Пентагона в Вашингтоне. При этом погибло около 5 000 человек, экипажи и пассажиры самолетов, служащие, полицейские, пожарные и спасатели.

Для координации усилий по противодействию терроризму Указом Президента Российской Федерации от 15 февраля 2006 г. № 116 созданы Национальный антитеррористический комитет и Федеральный оперативный штаб из представителей силовых структур и правоохранительных органов во главе с Директором ФСБ. В субъектах Российской Федерации образованы антитеррористические комиссии и оперативные штабы. Несмотря на то что борьба с проявлениями терроризма является по преимуществу прерогативой ФСБ, большая роль в ее проведении принадлежит и органам внутренних дел. Это обусловлено тем, что именно в дежурные части территориальных ОВД, как правило, поступают первичные сведения о совершенных террористических акциях либо об угрозе их осуществления, в силу чего сотрудникам милиции до прибытия специальных подразделений все первоначальные действия по их пресечению в реальной обстановке приходится проводить самостоятельно119.

Признание государством ценности человеческой личности вызывает необходимость создания эффективно действующих механизмов, обеспечивающих каждому человеку и гражданину возможность добиваться защиты и восстановления его прав и свобод от любых незаконных ограничений и нарушений.

119 Костылев А.О. Организация охраны и обороны особо важных объектов и пресечения их захвата: Методическая разработка для проведения практического занятия по специальной тактике. – М.: МосУ МВД России, 2005.

122

§ 2. О причинах террористической угрозы и мерах профилактики терроризма

Питательной почвой терроризма как идеологии и террористических актов являются конфликтные ситуации, возникающие на почве национальных, этнических и религиозных разногласий; рост националистических, экстремистских и корыстных проявлений; кризисные явления в экономике, участившиеся «разборки» по разделу сфер влияния с применением оружия и взрывных устройств и т.п. Международный опыт борьбы с терроризмом подтверждает эти общие суждения, отмечая значение таких факторов, как углубление социальной дифференциации населения; слабая эффективность деятельности институтов государственной власти; обострение борьбы за власть политических партий и движений; снижение уровня духовности в обществе; рост тенденций к разрешению возникающих противоречий в корпоративных интересах силовым путем; усиление криминализации общества; рост влияния исламского фундаментализма в отдельных регионах мира и России.120 Человечество при переходе в новое тысячелетие столкнулось с таким комплексом негативных явлений, преодоление которых едва ли возможно в ближайшей перспективе. Умеренно оптимистические прогнозы связаны с поиском адекватных средств профилактики терроризма как идеологии и насильственных террористических актов доступными средствами правоохранительной деятельности.

Выступая на расширенном заседании коллегии Федеральной службы безопасности в конце января 2009 г., Президент Российской Федерации Д.А. Медведев отметил, что в целом количество террористических проявлений не снизилось. Поэтому установление причин террористической угрозы и террористических актов в России является необходимым условием для разработки и осуществления мер по предупреждению терроризма не только в России, но и в мире. Невозможно предупредить негативное явле-

120 См.: Международный терроризм: борьба за геополитическое господство. М., 2005. С. 19 – 20.

123

ние, не зная его истоков и способствующих его развитию факторов.

Терроризм как вид организованной преступности существенно отличается от обычной преступности: в основе террора лежит идея. В криминологической литературе почти не развито учение о влиянии идеи на развитие терроризма. Исключением являются работы Н.Д. Литвинова, исследовавшего роль идеи в развитии антигосударственного терроризма и характере экстремистских идей, способствовавших развитию терроризма на Кавказе121. Автор делит экстремистские идеи по месту рождения на две категории: местные и зарубежные. «Местные – это идеи, родившиеся среди определенных слоев населения для «внутреннего» употребления и получившие хождение среди «родившего» их населения. Как правило, такие идеи, – считает автор,

– более отвечают потребностям аборигенов, ибо авторы, «генераторы» идеи, лучше знают надежды и чаяния населения».122 Другой вид идеи – зарубежные, или внедряемые; это «те, что родились за пределами территории, в сознание населения которой они затем внедряются».123

Знание места зарождения экстремистской идеи позволяет сделать вывод об объективном либо субъективном появлении их на определенной социально-этнической территории. Местные идеи более понятны населению и более востребованы. Совсем иная картина наблюдается с зарубежными идеями: они родились для «внутренних» потребностей иных народов либо специально разработаны для внедрения их в сознание других народов.

Если исходить из места рождения так называемых исламистских идей, то следует признать, что они родились за пределами Кавказа: «ислам» занесен на Кавказ с Ближнего Востока, идеи панисламизма зародились на территории Турции и Персии, идеи социализма и анархизма пришли

121Литвинов Н.Д. Роль идеи в развитии антигосударственного терроризма. Воронеж, 1999г.; Литвинов Н.Д., Нурадинов Ш.М. Кавказский террор в Российской империи. М., 1999.

122Литвинов Н.Д. Роль идеи в развитии антигосударственного терроризма. Воронеж, 1999. С. 35.

123Там же. С. 36.

124

на Кавказ из Западной Европы. На Кавказе столкнулись два мощных идеологических течения: «исламское» с юга и «христианское», «православное», с севера. Борьба конфессий порождала и религиозный фанатизм, и борцов за веру, не останавливавшихся перед силовыми приёмами, ведущими к терроризму. Преодоление межрелигиозной вражды, достижение межконфессионального мира, устранение неблагоприятных социально-экономических условий является наиболее действенными способами профилактики терроризма, устранения причин, порождающих терроризм.

После трагических событий 11 сентября 2001 года в США для любой страны мира проблема обеспечения национальной безопасности приобрела невиданную до сей поры остроту. И первое, что в этой связи продемонстрировали США, до сих пор считавшиеся оплотом либеральных ценностей, – это резкое ограничение прав и свобод и агрессивную внешнеполитическую реакцию в отношении любого государства, которое стало подозреваться в пособничестве мировому терроризму. Причем поводом для таких подозрений послужили исключительно данные спецслужб. О какой-либо судебной процедуре в данном случае речь не шла. Насколько это правильно, покажет история, но то, что ситуации возникновения угроз безопасности, на которые не рассчитана существующая система, повлекли за собой применение особых, неординарных мер в масштабах мощнейшего в мире либерального государства, заставляет по-новому взглянуть на проблему обеспечения безопасности в любой стране.

Для России, до сих пор переживающей изменения в концептуальных подходах к системе институтов обеспечения безопасности, все это крайне актуально. Понятно, что прошлая советская система тоталитарного господства базировалась на силовых структурах, которые воплотились в универсальную систему государственной безопасности. Именно она с начала девяностых годов в условиях демократического развития страны стала первоочередным объектом массовых и частых реорганизаций, приведших к невиданному в истории российского государства снижению уровня безопасности. Именно тогда возникла тенденция к криминализации всех структур общества, да и самого го-

125

сударства. Именно в это время иностранные спецслужбы и представители бизнеса получили невиданные возможности для подрывной деятельности на территории России.

Международный «исламский» терроризм более всего проявил себя на южных рубежах нашей страны и в конце концов выкристаллизовался в незатухающем чеченском конфликте, унесшем и продолжающем уносить десятки тысяч человеческих жизней, причиняя грандиозный ущерб экономике страны.

В ходе реорганизации российской системы безопасности под натиском возникших в этой сфере угроз государство в последние годы нашло в себе силы обратить на это самое серьезное внимание. В результате сформировалась более или менее внятная система обеспечения безопасности, получившая правовое и структурное оформление в виде базового Закона Российской Федерации «О безопасности»,124 законах об отдельных видах и органах безопасности, наконец, Концепции национальной безопасности России.125 Вопрос лишь в том, насколько все это отвечает современным угрозам безопасности и потребностям практики их преодоления.

На территории Российской Федерации к концу ХХ века участились случаи нападения на объекты органов внутренних дел и других правоохранительных органов. Все нападения отличались особой дерзостью, повышенной общественной опасностью и тяжкими последствиями. Они причинили материальный, физический и моральный ущерб обществу, серьезно подорвали авторитет государственной власти, в том числе правоохранительных органов.

Трагедия Беслана заставляла особенно серьезно подойти к планам охраны и обороны образовательных учреждений. Предотвращенная накануне 23 февраля 2007 г. органами ФСБ попытка диверсии в Москве в отношении важных объектов, среди которых значился и Московский университет МВД России, наглядно демонстрирует, что война с террором проходит и по нашей улице.

Вместе с тем, несмотря на принимаемые меры и некоторые позитивные изменения, оперативная обстановка

124Ведомости СНД и ВС РФ. 1992. № 15. Ст. 769.

125СЗ РФ. 2000. № 2. Ст. 170.

126

в стране остается сложной. Не получил своевременного и адекватного отпора рост протестной активности молодежных радикальных организаций, через которые предпринимаются попытки распространить идеологию фашизма

инационализма в среде социально не защищенных подростков. Число преступлений экстремистской направленности в 2007 г. возросло на 76%, количество нераскрытых преступлений данной категории увеличилось на 60%. Отмечается рост числа экстремистских акций, совершенных национал-шовинистическими группами в Центральном и Северо-Западном федеральных округах.

Для пресечения возможности отстаивания террористами собственных интересов в ст. 16. п. 2 закона № 35-ФЗ «О противодействии терроризму» установлено, что при ведении переговоров с террористами не должны рассматриваться выдвигаемые ими политические требования.126

Конституционный Суд РФ в Определении от 19 февраля 2009 г. № 137-О– «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан Э.Д. Бзаровой, Э.Л. Кесаевой, В.А. Назарова и Э.Л. Тагаевой на нарушение их конституционных прав положением пункта 2 статьи 14 Федерального закона «О борьбе с терроризмом» дает толкование части 2 ст. 16 Федерального закона «О противодействии терроризму»:

запрет ведения с террористами переговоров о выполнении их политических требований, как посягающих на базовые конституционные ценности, по своему содержанию является гарантией этих ценностей.

Данные положения не предполагают отказ от защиты прав и свобод человека, а равно пренебрежение жизнью

издоровьем граждан при пресечении террористического акта. Иное противоречило бы как Конституции Российской Федерации, так и статье 2 Федерального закона «О противодействии терроризму», определяющей в числе основных принципов противодействия терроризму обеспечение и защиту основных прав и свобод человека и гражданина и приоритет защиты прав и законных интересов лиц, подвергающихся террористической опасности.

126 См.: Федеральный закон от 06 марта 2006 г. № 35-ФЗ «О противодействии терроризму» // СЗ РФ, 2006, № 11, ст. 1146.

127

Законодательное установление недопустимости рассматривать при ведении переговоров с террористами выдвигаемые ими политические требования, будучи адресовано во многом и субъектам этих преступлений, носит превентивный характер и является мерой предупреждения террористических актов, преследующих политические цели, делая их достижение невозможным, а совершение террористического акта – бессмысленным.

Стратегия проведения в конкретной ситуации переговоров с террористами для сохранения жизни и здоровья людей должна выбираться с учетом того, что обсуждение вопроса о выполнении политических требований террористов и, тем более, какие-либо уступки им в этой части не способствуют минимизации последствий терроризма, а наоборот, могут усугубить террористическую угрозу, усилить агитационно-пропагандистский эффект террористического акта, стимулировать совершение новых актов терроризма и в конечном счете – способствовать их превращению в механизм политического управления государством, что несовместимо с самими принципами существования демократического правового государства127.

Меры противодействия террористической угрозе могут рассматриваться как деятельность государства и общества по трем основным направлениям: профилактика терроризма, предупреждение, устранение причин и условий, порождающих терроризм и борьба с терроризмом. При этом наличие превентивных норм, в отсутствие поощрительных, изначально переводит переговоры с террористами из правовой плоскости во внеправовую.

Однако есть угрозы, которые в обычном порядке преодолеть невозможно. В этом случае Конституцией Российской Федерации и законодательством предусмотрено применение специальных мер, к которым прежде всего относятся режимы чрезвычайного и военного положения, позволяющие в целях безопасности временно ограничи-

127См.: Определение Конституционного Суда РФ от 19 февраля 2009 г.

№137-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан Э.Д. Бзаровой, Э.Л. Кесаевой, В.А. Назарова и Э.Л. Тагаевой на нарушение их конституционных прав положением пункта 2 статьи 14 Федерального закона «О борьбе с терроризмом»// СПС Консультантплюс // 15.11.2010 г.

128

вать некоторые права и свободы на отдельных территориях, применяя при этом специальные меры подавления угроз безопасности. Их перечень содержит Федеральный конституционный закон «О чрезвычайном положении».128 Режим чрезвычайного положения – мера временная и неординарная. Его введение сопровождается сложными процедурами и далеко не всегда поддерживается Советом Федерации. Тем не менее то, что предусматривает этот режим, прямо свидетельствует о возможности подобных мер

для преодоления угроз безопасности.

Непростительно медленное осознание опасностей организованной преступности в России является одним из доказательств хронического отставания уголовно-правово- го контроля от криминальных реалий. Аналогичные процессы происходили и в других странах, но их законодатели и разработчики были более реалистичными и мобильными. В Италии, где опасность организованной преступности давно адекватно осознана, среди криминологов бытует выражение: «Подобно тому как мафия или является ассоциацией, или ее нет вообще, так и борьба с мафией – это или борьба с ее ассоциативной структурой, или борьбы нет»129. Но эта простая истина оказалась трудной для многих отечественных учёных и практиков.

Ученые и полицейские западных стран, объективно, а не мифологически представляющие демократию и не по газетам знающие организованную преступность в своих странах, не разделяют позицию либерального отношения к организованной преступности и прямо писали, что в России нет необходимого законодательства для борьбы с этим явлением.130

Профилактика террористических актов всегда оказывается эффективнее, проще и дешевле, чем устранение их последствий. Поэтому первостепенное значение имеют

128СЗ РФ. 2001. № 23. Ст. 2277.

129Уголовная юстиция: проблемы международного сотрудничества. Международный научно-исследовательский проект. – М., 1995. С. 61.

130Handelman Stephen, guoted in Seymour M. Hersh, «The wild East» // The Atlantic Monthly. Vol. 273. No 6 (June 1994). P. 79; Serio Joseph, «Organized Crime in the former Soviet Union: only the name is new» // CJ International. Vol. 9. No. 4 (July–Aug. 1-993). P. 11.

129

предупредительные меры. Необходимы совместные усилия правоохранительных органов, других государственных и негосударственных органов, трудовых коллективов и населения, средств массовой информации, без которых эта работа будет малоэффективной131.

Отдельным в этом списке являются усилия законодательных органов.

Исполнители теракта совмещают в себе правовой статус жертвы и террориста, нередко действующего по принуждению. Глава 8 УК РФ выделяет обстоятельства, исключающие преступность деяния. В соответствии со ст. 40 УК РФ не является преступлением причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам в результате физического принуждения, если вследствие такого принуждения лицо не могло руководить своими действиями (бездействием).

Учитывая двойственное правовое положение исполнителей террористических актов ст. 205 УК РФ предусматривает в примечании, что лицо, участвовавшее в подготовке террористического акта, освобождается от уголовной ответственности, если оно своевременным предупреждением органов власти или иным способом способствовало предотвращению осуществления террористического акта и если в действиях этого лица не содержится иного состава преступления.

Однако состав ст. 205 УК РФ одновременно подразумевает привлечение лиц по ст. 208 и, или 209 УК РФ. Кроме того, освобождение лица от уголовной ответственности не исключает возможности привлечения его к иным видам юридической ответственности (гражданской, административной и т.д.). Таким образом, поощрительная мера, предусмотренная ст. 205 УК РФ, в действующей редакции не в полной мере выражает цель законодателя о предотвращении террористического акта.

Для обеспечения поощрительного эффекта и минимизации тяжких последствий преступления было бы целесообразно изложить примечание к ст. 205 УК РФ в следующей редакции: «Лицо, совершившее преступление, предусмо-

131 См.: Шалыгин Б.И. Предупреждение терроризма на транспорте мерами административно-правового воздействия // «Административное право», 2009, № 2, с. 36.

130