Вопросы правовой теории и практики. Выпуск 8. Сборник научных трудов

ст. 115 УИК РФ предусмотрены довольно суровые меры взыскания, вплоть до определения таких лиц в единые помещения камерного типа на срок до одного года для мужчин и до трех месяцев для женщин. Таким образом, нарушители получают соответствующую дозу репрессии за допущенные проступки, но согласно регламенту Закона они продолжают получать репрессию, по сути дела, за то же самое после освобождения от наказания. Получается, что за одно нарушение лицу назначаются несколько репрессивных мер. Статья 117 УИК РФ, запрещающая за однонарушениеналагатьнесколько взысканий, исключает такого рода усиление репрессии, однако анализируемый Закон допускает нарушение известного принципа любого законодательства: non bis in idem (дважды за одноне отвечают).

Второй – совершение лицом, имеющим непогашенную или неснятую судимость, административного правонарушения в той или иной последовательности. Однако за административное правонарушение следует административноенаказание, целью которогост. 3.1КоАПРФ выделяетпредупреждение новых правонарушений. После отбытия административного наказания лицо вновь подвергается репрессивным мерам в соответствии с нормами данногоЗакона. Не совсем понятно, за чтов данном случае устанавливается административный надзор: за ранее совершенное преступление либо за административное правонарушение в период до снятия или погашения судимости. Представляется, что административный надзор в данном случае устанавливаетсязасовершениеадминистративногоправонарушения,которое свидетельствует, по смыслу Закона, о криминальной опасности лица, имеющего непогашенную или неснятую судимость. В таком случае вновь происходит грубое нарушение принципа non bis in idem.

В качестве административных ограничений, устанавливаемых при административном надзоре, Закон называет запрещение: пребывания в определенных местах; посещения мест проведения массовых и иных мероприятий и участия в указанных мероприятиях; пребывания вне жилого или иного помещения, являющегося местом жительства либо пребывания поднадзорного лица, в определенное время суток; выезда за определенные судом пределы территории; а также обязательную явку от одного до четырех раз в месяц в орган внутренних дел по местужительства или пребывания для регистрации. Перечисленные в Законе ограничения полностью соответствуют ограничениям, установленным для уголовного наказания в виде ограничения свободы (ч. 1ст. 53УК РФ). Строгоговоря, устанавливая ограниченияв рамкахадминистративногонадзора, судназначает наказаниев видеограничения свободы, предусмотренное за совершение преступления. Данное обстоятельство противоречит ч. 1 ст. 50 Конституции РФ, согласно которой никто не может быть повторно осужден за одно и то же преступление.

71

Но в части назначения, по сути, наказания за совершенное преступление проявлена еще одна непоследовательность и некорректность. В Законе речь идет о надзоре за лицами, совершившими преступление. Меры административного ограничения – суть «калька» наказания в виде ограничения свободы, однакорассмотрение дела об административномнадзоре возложено на гражданское судопроизводство. В статье 261.7 ГПК РФ закреплено, что дело об административном надзоре рассматривает судья единолично, а согласно ст. 261.8 ГПК РФ суд в рамках гражданского судопроизводства на основании ст. 4 Закона устанавливает административные ограничения, т. е. назначаетнаказаниев видеограничения свободы. Подобногородазаконодательные решения неприемлемы, во-первых, потому, что установление и выбор мер административного надзора не является задачей гражданского судопроизводства, что уже нарушает положение ст. 2 ГПК РФ, во-вторых, потому, что вопросы, относящиеся к уголовно-правовой материи, должны разрешаться на уровне уголовного судопроизводства.

Встатье 5 Закона говорится, чтолицам, имеющим неснятую или непогашенную судимость за совершение умышленных преступлений в отношении несовершеннолетнего, половых преступлений против несовершеннолетнего, а также за совершение преступлений при опасном или особо опасном рецидиве, административный надзорустанавливается насрок, соответствующийсрокупогашения илиснятиясудимостиза подобныедеяния. Большинство таких преступлений относится к категории тяжких или особо тяжких, срок погашения судимости которых, согласност. 86 УК РФ, составляет соответственношестьи восемь лет. Обоснованноприравнивая административный надзор к ограничению свободы (от двух месяцев до четырех лет), видим: последнеегораздо меньше, чем срок ограничений в рамках административного надзора. В итоге получается, что повторное наказание за одно преступление, идентичноеограничению свободы в виде административных ограничений при административном надзоре, – более репрессивная мера, чем наказаниев видеограничения свободыв рамках УК РФ. Такое решение законодателянеподдается объяснению, темболеечтоонопротиворечитст. 2 Конституции РФ, где принцип гуманизма воплощен в признании человека, егоправ и свобод высшейценностью, и ст. 7УК РФ, ч. 2 которойустанавливает:«Наказаниеи иные меры уголовно-правового характера, применяемые

клицу, совершившемупреступление, не могут иметь своей целью причинение физических страданий или унижение человеческого достоинства».

ВЗаконе указано, что административный надзор устанавливается за лицами, освобожденными из мест лишения свободы. К таким лицам относятся, в частности, субъекты, условно-досрочно освобожденные от отбывания наказания. В части 1 ст. 79 УК РФ в качестве обязательного условия условно-досрочного освобождения названа убежденность суда в том, что

72

лицо для своего исправления не нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания. Своим отношением к режиму отбывания наказания, поведением субъект должен доказать, что нужды в дальнейшем карательном воздействии на негонет. Нов такомслучаезачем устанавливать надзор, если субъект уже доказал уровень своей социализации? Назначение наказания в таком случае, во-первых, дискредитирует решение суда об условнодосрочном освобождении, во-вторых, явно противоречит законодательно закрепленному принципу гуманизма.

Кроме того, в ч. 2 ст. 79 УК РФ указано, что суд может возложить на условно-досрочноосвобожденногообязанности, предусмотренныеч. 5ст. 73 УК РФ, круг которых не определен. Установленные условно-досрочно освобожденному обязанности могут дублировать и чаще всего дублируют его обязанности при административном надзоре, что грубо нарушает принцип «дважды за одно». В свою очередь, п. «а» ч. 7 ст. 79 УК РФ содержит положение, согласно которому суд в случае совершения освобожденным административногоправонарушения или уклонения от исполнения возложенных судом обязанностей может принять решение об отмене условно-досрочного освобождения и исполнении оставшейся, неотбытой части наказания. Но если суд принимает решениеоб исполнении неотбытой части наказания при условии ограниченийв рамках административного надзора, которыеполностью соответствуют карательным свойствам наказания в виде ограничения свободы, то в таком случае совершается «беспрерывное» наказание, непрекращающееся после исполнения неотбытой части основного вида наказания в виде лишения свободы. Представляется, что такое положение очевидно нарушает принцип гуманизма, закрепленный как в Конституции РФ, так и в различных законодательных актах.

Административный надзор залицами, освобожденнымиот наказанияв виде лишения свободы, нужен, но он не должен дублировать наказание и не может быть более репрессивным, чем принудительные репрессии санкции. Всовременномвидезаконобадминистративномнадзоренеприемлеминуждается в скорейшей модификации.

Т. Б. Басова

ПРЕСТУПНАЯХАЛАТНОСТЬ: НЕРЕШЕННЫЕВОПРОСЫ

ПРАВОТВОРЧЕСТВАИ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ

Теория должностных преступлений всегда привлекала внимание ученых. Поэтому в период разработки Уголовного кодекса Российской Федерации было внесено много новых предложений по реформированию ответственности за должностные преступления. Вместе с тем законодатель на

73

этомнеостановился ипродолжает постоянноактивносовершенствовать УК РФ. Учитывая, что вопросы уголовно-правового противодействия преступности должностных лиц в последние годы заметно актуализировались, не обошел своим вниманием законодатель и состав преступления, предусмотренного ст. 293 УК «Халатность».

Впериоддействия УКРФ абсолютноечислорегистрируемых пост. 293 фактов халатности составило: в 1997 г. – 1522, в 1998 г. – 1971, в 1999 г. – 2139, в 2000 г. – 2368, в 2001 г. – 2199, в 2002 г. – 2581, в 2003 г. – 2250,

в2004 г. –1213, в2005 г. –1044, в 2006 г. –1274, в2007 г. – 1210, в2008 г. – 1304, в 2009 г. – 1551, в 2010 г. – 1818, в 2011 г. – 16401. Динамика зарегис-

трированных фактов преступной халатности в указанный период показывает неустойчивую тенденцию. С 1997 г. – момента принятия нового УК РФ – до 2003 г. идет рост зарегистрированных фактов халатности, затем в 2004 г. происходит резкое их снижение (в 2004 г. по сравнению с 2003 г. фактов халатности было зарегистрировано на 45,3% меньше, а в 2005 г. по сравнению с 2003 г. их стало еще меньше: на 53,6%, или в 2,2 раза). К 2008 г. положение выровнялось, показатели зарегистрированных фактов халатности несколько возросли, но говорить об устойчивости такой тенденции нельзя:

в2007 и 2011 гг. темпы прироста к абсолютным показателям предыдущего периода отрицательные. Объяснение такому положению дел следует давать нетолькосучетомсоциально-экономическойиполитическойситуациивстра- не. На «неровности» в динамике зарегистрированных фактов преступной халатностивлияет ипроцессзаконодательноймодификации преступления, предусмотренногост. 293УК РФ. Запериод действия УКРФ законодатель дваждыреконструировал даннуюстатью:в2003и2008 гг. вчасти описаниятакого обязательного признака халатности, как общественно опасные последствия.

До 2003 г. в ч. 1 ст. 293 УК РФ рассматриваемое преступление определялось как «халатность, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе, если это повлекло существенное нарушениеправи законныхинтересов гражданили организацийлибоохраняемых законом интересов общества или государства», а ч. 2 данной статьи УКРФ имелаформулу:«Тожедеяние, повлекшеепонеосторожностисмерть человека или иные тяжкие последствия».

При описании общественно опасных последствий в качестве конструктивноголибоквалифицирующегопризнакахалатностизаконодательиспользо-

1Власть: криминологические и правовые проблемы. М., 2000. С. 368 ; Преступность начала ХХI века и реагирование на нее. М., 2004. С. 105 ; Оптимизация научного обеспечения и криминологической культуры борьбы с преступностью. М., 2011. С. 362.

74

вал оценочные категории. Однако, по-видимому, он решил следовать применительно к этому преступлению курсом на сокращение использования оценочных понятий и предпринял определенные шаги в данном направлении.

ВсоответствиисФедеральнымзакономот8 декабря 2003 г. № 162-ФЗст. 293 УК РФ была реконструирована: вместодвух частей в ней три части и примечание. Два оценочных понятия, использованные в прежней редакции закона дляописанияобщественно опасных последствийхалатности, были заменены наформальноопределенныепризнаки. При квалификациихалатности теперь надлежало устанавливать последствия в виде: «крупного ущерба» (для простого состава) и «тяжкого вредаздоровью», «смерти человека», «смерти двух или более лиц» (для квалифицированного и особо квалифицированного составов). Крупный ущерб был определен в новом примечании к ст. 293 УК: таковым признавался ущерб, сумма которого превышает сто тысяч рублей.

Нововведениевст. 293 УК РФ, принятоеФедеральным закономот8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ, касающееся регламентирования последствий халатности в видетолько формально определенной категории, нам представилось недостаточно юридически проработанным и было подвергнуто критике в однойиз публикаций тех лет2. Законодатель безвсякого на тооснования сузил круг общественно опасных последствий в составе халатности до их причинения в виде реального материального вреда. Между тем при совершении указанного деяния потерпевшему нередко причиняется серьезный ущерб нематериального характера (и это подтверждалось данными судеб- но-следственнойпрактики), которыйтакжедолжен подлежатьуголовно-пра- вовой оценке и компенсации. Половинчатость в решении преобразовать общественно опасные последствия как конструктивный признак халатности привелактому, чтов2004–2005 гг. имеломесторезкоеснижениепоказателей зарегистрированных фактов халатности. И только Федеральным законом от 8 апреля 2008 г. № 43-ФЗ законодатель внес изменения в ч. 1 ст. 293 УК РФ.

Врезультате халатность определяется теперь как «неисполнение или ненадлежащееисполнениедолжностным лицомсвоихобязанностейвследствиенедобросовестного или небрежного отношения к службе, если это повлекло причинение крупного ущерба или существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства». Был уточнен в примечании к ст. 293 УК РФ и крупный ущерб – как ущерб, сумма которого превышает сто тысяч рублей.

Таким образом, с объективной стороны в действующей редакции уголовного закона преступная халатность характеризуется: а) деянием в форме бездействия должностного лица или ненадлежащим (т. е. неподобающим,

2 Басова Т. Новации в законодательном установлении уголовной ответственности за халатность // Уголовное право. 2004. № 4. С. 10–12.

75

некачественным, несоответствующим) его действием вопреки интересам службы (неисполнение или ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей); б) общественно опасным последствием из числа предусмотренных чч. 1–3 ст. 293 УК РФ; в) причинной связью между ненадлежащим поведением должностного лица и наступившими последствиями.

Поэтому при привлечении должностного лица к уголовной ответственности обозначенные признаки объективной стороны должны быть непременно установлены. В правоприменительной практике такие признаки состава преступной халатности понимаются разноречиво.

На протяжении многих лет теоретики обращают внимание правоприменителей на то, что «для обвинения в преступной халатности требуется, преждевсего, определить, какие конкретно действия послужбе требовалось совершить должностному лицу, какие на нем лежали обязанности и что из этого им не сделано или сделано ненадлежаще, в частности, несвоевременно»3. Однако и в современной судебно-следственной практике можновстретить случаи, когда, вменяя лицупреступнуюхалатность, правоприменители неправильно расценивают обязанности должностного лица, образующие признак общественно опасного деяния в составе преступной халатности. В рамках данного состава, как правильно отмечает П. С. Яни, «можно не исполнить или ненадлежаще исполнить только те обязанности, благодаря наличию которых определяется статус должностного лица как представителя власти либокак лица, выполняющегоорганизационно-распорядитель- ные, административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях и т. д.»4. Примером этомуможет служитьследующееуголовное дело.

П., было предъявлено обвинение в том, что он, проходя службу в УМБПСОВБ, заведомо зная о превышении Л. и Г. своих должностных полномочий и совершении ими преступления коррупционной направленности, связанного с незаконным оформлением процессуальных документов, необходимых для возбуждения уголовного дела в отношении невиновного N, и о том, что материалы проверки в отношении N переданы в орган дознания УВД для возбуждения уголовного дела. Вопреки интересам службы, осознавая общественную опасность и противоправный характер своего бездействия, предвидя возможность и неизбежность наступления общественно опасных последствий и желая их наступления, П. не исполнил свои обязан-

3Волженкин Б. В. Квалификация должностных преступлений (злоупотребление служебным положением, халатность, взяточничество) : пособие для следователей. Л., 1973. С. 63.

4Яни П. С. Сложностиквалификации халатности // Законность. 2011. № 8. С. 15.

76

ности вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе, аименно –неуведомил начальникаУМБПСОВБ, органы прокуратурылибо другие государственные органы о совершении Л. и Г. преступления коррупционной направленности, хотя имел реальные возможности для этого. Это повлекло существенное нарушение конституционных прав и законных интересов гражданина N, прав на свободуи личную неприкосновенность, свободное передвижение, на выбор места пребывания и жительства, что выразилось в незаконном возбуждении в отношении N уголовного дела по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 175 УК РФ, осуществлении в отношении него уголовного преследования и избрании меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Кроме того, в результате тех же действий П. существенно нарушены интересы общества и государства, охраняемые федеральным законом и подзаконными нормативными актами: Законом РФ «О милиции», Положением о прохождении службы в органах внутренних дел Российской Федерации, выразившиеся в причинении ущерба престижуправоохранительных органов, в частности Управления милиции поборьбе с правонарушениями в сфереоборота водных биоресурсов, непосредственно подчиненного УВД. Это привело к умалению их значения, принижению авторитета государственной власти и формированию негативного общественного мнения и отношения к правоохранительномуорганугосударственнойвласти –Управлениюмилициипоборь- бесправонарушениямивсфереоборотаводныхбиоресурсов,непосредственно подчиненному УВД. Данные действия П. органами предварительного следствия были квалифицированы по ч. 1 ст. 293 УК РФ как халатность.

Суд неусмотрел в действиях П. признаков состава преступления, описанного ч. 1 ст. 293 УК РФ, оправдал его, отразив в приговоре, что «П., являясь слушателем Центра профессиональной подготовки, на момент рассматриваемых событий имел звание рядового, по своему статусу не имел права вмешательства в оперативную работу лиц, старших его по званию, должности, имеющих гораздо больший стаж работы, причем непосредственно являющихся оперативными работниками. Совершение Л. и Г. преступлений в отношении N не было очевидным для П. в силусубъективных причин, как, например, очевидным для него могло быть убийство или изнасилование… Должностных обязанностей как милиционер-водитель он не нарушал, должностных обязанностей как у слушателя Центра профессиональной подготовки у него не было, никаких последствий в виде существенного причинения ущерба от бездействия П. конкретно для потерпевшего N не наступило»5.

5 Архив Трусовского районного суда г. Астрахани. Дело № 1-129/2011. URL: http:// trusovsky.ast.sudrf.ru/ (дата обращения: 18.02.2012).

77

Таким образом, органы следствия неправильно истолковали статус П. как должностного лица: он небыл наделен правом проведения либо контроля за проведением оперативных мероприятий. Обвиняемый П. постатусуне обладал обязанностями, неисполнениеили ненадлежащее исполнение которых позволяло бы рассматривать его в качестве субъекта халатности.

Другим объективным признаком преступной халатности, с трудностями в уголовно-правовой оценке которого сталкиваются правоприменительные органы, – это общественно опасные последствия. Неточности в его понимании приводят к тому, что суды усматривают халатность даже в случае, когда общественно опасные последствия содеянного отсутствуют.

Так, П. был признан виновным и осужден за то, что, работая в должности главного врача МУЗ «М-ская центральная районная больница», в период с 1 января по 31 марта 2010 г. не принял мер по обеспечению лечебнопрофилактических учреждений района запасом антирабической вакцины и антирабическимиммуноглобулином,в связисчемпоставил подугрозужизнь

издоровье двух граждан, а также увеличил угрозураспространения бешенства среди населения района. Данные действия П. органами следствия и судом были квалифицированы по ч. 1 ст. 293 УК РФ как халатность.

Судебнаяколлегия поуголовнымделамсуда Ямало-Ненецкогоавтоном- ного округа отменила приговор Шурышкарского районного суда ЯмалоНенецкого автономного округа в отношении П., производствопо делув связи сотсутствием в его деянии признаков состава преступления прекратила6. Доводы Судебной коллегии по отмене обвинительного приговора и прекращению дела сводились к следующему: суд первой инстанции пришел к правильному выводу – главный врач больницы ненадлежащим образом исполнил свои служебные обязанности по организации работы лечебно-профи- лактических учреждений района, однако он необоснованно усмотрел в действиях подсудимого П. признаки преступной халатности, поскольку общественно опасные последствия в виде существенного нарушения прав и законных интересов граждан либо охраняемых законом интересов общества

игосударства, обязательные для квалификации в данном случае, не наступили. В результате действий П. была несвоевременно оказана медицинская помощь двум лицам: одному потерпевшему она была оказана на следующий день после обращения, вторая потерпевшая от помощи отказалась. Сведения об ухудшении их здоровья в связи с укусами собак в деле отсутствовали.

Недостатки подобного рода часто встречаются при применении ст. 293 УК РФ: общие утверждения о «существенном нарушении прав и законных

6 Архив суда Ямало-Ненецкого автономного округа. Дело № 22-1552/2010 : Кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам. URL: http:// oblsud.ynao.sudrf.ru/ (дата обращения: 18.02.2012).

78

интересов граждан либо охраняемых законом интересов общества и государства» без детализации того, в чем конкретно выразилось «нарушение» и почемуоно«существенное».Фактынеправильногоопределенияпоследствий в составе халатности были распространены и в постсоветскоевремя, на что указывал Пленум ВерховногоСуда в преамбулек постановлению от 30 марта 1990 г. «О судебной практике по делам о злоупотреблении властью или служебным положением, превышении власти или служебных полномочий, халатности и должностном подлоге»7, которое в настоящее время утратило силу.

И последний из обязательных признаков объективной стороны состава халатности – причинная связь между деянием должностного лица и общественноопасными последствиями,предусмотреннымизаконом, –такжетрак- туется правоприменителями неоднозначно. В судебно-следственной практике иногда не берется во внимание то обстоятельство, что данный конструктивный признак состава халатности наличествует лишь тогда, когда надлежащее выполнение должностным лицом своих обязанностей исключило бы наступление описанных в законе вредных последствий8.

Не всегда устанавливается и исследуется круг служебных полномочий должностного лица, а непринятие мер, которые невходили в круг обязанностей должностного лица, нельзя вменить ему в вину. Ответственность возможна лишь при условии, что на должностное лицо были возложены обязанности, невыполнение или ненадлежащее выполнение которых привело к наступлению общественно вредных последствий. Актуальной и сегодня остается позицияПленума ВерховногоСуда, изложеннаяв утратившемсилу постановлении от 30 марта 1990 г., о том, что по делам о халатности следует проверять, имел ли подсудимый реальную возможность выполнить эти обязанности.

Правильный подход к уголовно-правовой оценке причинной связи как обязательного признака состава халатности изложен в одном из приговоров. Так, органы следствия обвинили О-ко в том, что она, будучи главой Екатеринославскогосельсовета, ненадлежащеисполнила своидолжностные обязанности по выполнению противопожарных мероприятий в границах населенного пункта, что способствовало распространению пала сухой травы со стороны Верблюжьей пади, расположенной в западной части, и привелок возникновениючрезвычайной ситуации – возгоранию, уничтожению и частичномуповреждению имущества граждан, в том числе жилых домов, квартир и надворных построек, повлекшему причинение крупного ущерба.

7Сборник постановлений Пленумов Верховного Суда Российской Федерации (СССР, РСФСР) по уголовным делам. М., 2000. С. 300.

8Волженкин Б. В. Служебные преступления. М., 2000. С. 186.

79

Кроме того, в результате бездействия О-ко существенно нарушены права граждан, а также охраняемые законном интересы общества и государства.

Суд, проанализировав и оценив совокупность исследованных доказательств, уголовное преследование в отношении О-ко прекратил за отсутствием в ее действиях признаков состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УКРФ. Решениебыло мотивированотем, чтоорганизация и контроль за выполнением мероприятий по созданию защитной противопожарной полосы и уборкесухой растительности попериметрупоселения, на расстоянии от линии границы до жилых домов и прилегающих к ним участков, не входили в обязанности главы сельсовета О-ко. Кроме того, не входили в обязанности подсудимой выполнение мероприятий по уборке и очистке от горючих отходов, мусора, тары, опавших листьев, сухой травы с территорий, прилегающих к жилым домам и хозяйственным постройкам, а также проявление должного внимания указанным мерам, созданию условий для организации добровольной пожарной дружины, введению особого противопожарногорежима, созданию вцелях пожаротушения условийдля забора воды из источников наружного водоснабжения, оборудованию водонапорных башен приспособлениями для отбора воды и созданию подъездов к водоисточникам. По причине неосторожного обращения с огнем неустановленных лиц в условиях теплой, сухой погоды, на расстоянии двух километров от западной границы поселения в Верблюжьей пади возник огненный пал сухой растительности, ипод влиянием сильногопорывистоговетраюгозападного направления он распространился в сторону села Екатеринославка. Произошел переброс огня на жилой сектор, что повлекло возгорание, уничтожение и частичное повреждение имущества граждан, жилых домов, квартир в жилых домах, надворных построек при жилых домах9.

Суд пришел к правильному выводу о том, что: а) наличие неубранной сухой растительности на отдельных приусадебных участках жителей, пустырей и несанкционированных свалок в западной стороне села, отсутствие добровольной пожарной дружины на территории села, отсутствие подъездов с площадками (пирсами) к водоисточникам и т. д., как по отдельности, так и в совокупности не являлись необходимым, закономерным условием наступленияпоследствий; б)причинениеобщественноопасныхпоследствий в виде уничтожения огнем жилых домов, квартир в жилых домах, надворных построек и иного имущества наступило по не зависящим от подсудимой О-ко обстоятельствам.

Таким образом, несмотря на то что законодателем реконструирована ст. 293УКРФ, устанавливающаяответственностьза преступнуюхалатность,

9 Архив ОктябрьскогорайонногосудаАмурскойобластиза2011 г.Дело№ 1-262011. URL: http://oktyabrsiy.amr.sudrf.ru/ (дата обращения: 18.02.2012).

80