Возвращение уголовного дела прокурору. Учебное пособие

Министерство внутренних дел Российской Федерации Омская академия

В. В. Кальницкий, Т. В. Куряхова

Возвращение уголовного дела прокурору

Учебное пособие

Омск ОмА МВД России

2021

УДК 343.1(075) ББК 67.629.376я73

К17

Рецензенты:

кандидат юридических наук, доцент Л. В. Черепанова (Барнаульский юридический институт МВД России); кандидат юридических наук, доцент А. Б. Судницын (Сибирский юридический институт МВД России, г. Красноярск)

Кальницкий, В. В.

К17 Возвращение уголовного дела прокурору : учеб. пособие / В. В. Кальницкий, Т. В. Куряхова. — Омск : Омская академия МВД России, 2021. — 132 с.

ISBN 978-5-88651-760-6

В пособии в адаптированной для обучающихся форме интерпретируются сущность, основания, порядок принятия и реализации судебного решения о возвращении уголовного дела прокурору в соответствии со ст. 237 УПК РФ. Рассматриваются предпосылки возникновения института возвращения уголовного дела прокурору, его соотношение с ранее действовавшим институтом возвращения судом уголовного дела для дополнительного расследования, толкование нового института Конституционным Судом РФ, практика возвращения дела прокурору судами общей юрисдикции, порядок устранения выявленных судом препятствий для рассмотрения и разрешения уголовного дела, доктринальные оценки положений закона и правоприменения.

Адресовано курсантам, слушателям образовательных организаций МВД России.

УДК 343.1(075) ББК 67.629.376я73

ВВЕДЕНИЕ

Настоящее пособие посвящено институту, основанному на ст. 237 «Возвращение уголовного дела прокурору» УПК РФ. Вряд ли найдется другой аспект уголовно-процессуального регулирования, который оказался бы сопоставим с указанным институтом по количеству обращений в Конституционный Суд РФ и, соответственно, принятых решений, многочисленности и существенности изменений, внесенных в статью, наконец, по отсутствию консолидированных воззрений среди юристов. Основная причина такого положения заключается, на наш взгляд, в предпосылках возникновения института, а точнее, в отсутствии всяких реальных предпосылок: не настолько был предопределен логикой судопроизводства именно такой институт, насколько составители нового в то время Кодекса хотели отречься от института возвращения уголовного дела для дополнительного расследования, подыскав ему, по их мнению, адекватную замену. На самом же деле проявила себя идеологическая зашоренность, свойственная, кстати, многим иным ключевым положениям закона. Составителям УПК РФ суд виделся лишенным всякой активности, поскольку иное противоречило бы принципу состязательности и равноправия сторон. Отсюда, на взгляд разработчиков, абсолютная недопустимость возвращения уголовного дела на стадию предварительного расследования, поскольку это содействует обвинению, а суд переходит на данную сторону. Так родилась идея возвращения уголовного дела прокурору, который был бы вправе на стадии реализации своих полномочий устранить исключительно формальные нарушения закона, не требующие привлечения органов расследования. Насколько значительным при таком подходе оказался отрыв от фактических потребностей правоприменения, диктуемых интересами всех заинтересованных участников процесса и правосудия в целом, быстро показали и складывающаяся практика, и правовые позиции Конституционного Суда РФ. Недоработанность нового института в части судебной компетенции по возвращению дела, почти полная пробельность закона применительно к полномочиям про-

3

курора, получившего дело из суда, а также органов расследования в случаях, когда прокурор передавал им дело, привели к стихийному правоприменению с ничем не ограниченным усмотрением. Это рельефно продемонстрировали первые обзоры практики *.

Прокуроры стали передавать поступившие к ним из суда уголовные дела органам расследования, которые вынужденно проводили не предусмотренные и даже запрещенные законом следственные действия, направленные на устранение выявленных судом препятствий для рассмотрения

иразрешения уголовного дела по существу. Стали раздаваться голоса, что институт дополнительного расследования фактически возрожден. Подобное понимание усилилось, когда Конституционный Суд РФ принял одно за другим ряд решений, расширяющих основания возвращения уголовного дела прокурору и компетенцию органов расследования по их устранению. Причем, что характерно, чем выразительнее Конституционный Суд РФ заявляет об отсутствии в создаваемых им новых возможностях для устранения препятствий к рассмотрению дела судом признаков дополнительного расследования, тем громче значительная часть юристов провозглашает возвращение к старому порядку и, соответственно, ограничение или даже крушение начала состязательности.

На самом деле происходит не крушение состязательности, а понимание, что модель абсолютно пассивного суда, не способного провести в итоговом решении свое внутреннее убеждение по поводу фактической составляющей исследуемого события и его юридической квалификации, навязана отечественному уголовному судопроизводству, поскольку исторически ему не свойственна. Состязательное построение уголовного судопроизводства не должно препятствовать свободному формированию

ивыражению внутреннего убеждения суда. В смешанном уголовном процессе, где имеются досудебное и судебное производства, невозможно полностью отказаться от возвратного движения уголовного дела из суда прокурору и органам расследования.

Внастоящее время институт возвращения уголовного дела прокурору принципиально отличается от своей первоначальной версии: усилиями Конституционного Суда РФ и законодателя институт был изменен — из символического он превратился в рабочий механизм, пригодный для использования. Вместе с тем расширение оснований возвращения уголовного дела прокурору не означает, что восстанавливается институт дополнительного расследования с его неограниченными воз-

*  Обзор деятельности федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей в 2004 г. URL: http//www.cdep.ru (дата обращения: 25.07.2020).

4

можностями по собиранию новых доказательств, привлечению к ответственности новых лиц, усилению обвинения. Повторное расследование в рамках ст. 237 УПК РФ ограничено выявленными судом нарушениями закона, направлено на устранение данных нарушений и не предполагает изменения пределов производства по уголовному делу ни по событиям преступлений, ни по кругу преследуемых лиц. Институту возвращения уголовного дела прокурору при правильном его понимании не присущи негативные «побочные последствия» в виде произвольного возвращения дела из суда в целях уклонения от разрешения дела, которые, к сожалению, сопровождали институт дополнительного расследования. Поэтому наше резко негативное отношение к исходным положениям ст. 237 УПК РФ сменилось на их принципиальную доктринальную поддержку.

Возникает закономерный вопрос: нельзя ли было усовершенствовать прежний институт дополнительного расследования для того, чтобы получить оптимальный механизм возвратного движения уголовного дела из суда, отвечающий принципу состязательности? Полагаем, что именно так и следовало поступить. Конституционный Суд РФ много сделал для изменения ст. 232 «Возвращение дела для дополнительного расследования» УПК РСФСР в направлении освобождения суда от обвинительной функции. Оставалось лишь исключить целенаправленное возвращение уголовного дела для восполнения неполноты доказательственной базы, которое не отвечает роли суда. Законодатель пошел по другому пути, как оказалось, не до конца продуманному, слишком сложному и продолжительному по времени. Образно говоря, к необходимой цели мы пошли окружным путем, из идеологических соображений и под влиянием эмоций отказавшись от начавшейся оптимизации уже апробированных процедур. Избранный новый путь еще далеко не пройден. Правовой хаос, возникший вокруг ст. 237 УПК РФ, вызвал определенную усталость у исследователей и законодателя, которые, потонув в противоречиях, снизили активность по ее совершенствованию. Между тем дальнейшая доктринальная и нормативно-правовая поддержка института весьма востребована. Возможно, следует пойти на корректировку условия о пределах судебного разбирательства, предоставив сторонам и суду бóльшую свободу в реализации позиций по делу.

Разобраться во всем изобилии дополняющих Кодекс законов, правовых позиций по результатам проверки их конституционности, доктринальных взглядов, правоприменительных подходов обучающимся весьма непросто. Научная литература доступна, но она, как это видно из кратко-

5

го обзора проведенных исследований, требует хорошей предварительной подготовки к чтению, понимания многих сопутствующих вопросов уголовного процесса, умения видеть различие в смыслах, часто выражаемых исследователями одинаковыми терминами. Поэтому в методических целях возникло предложение подготовить издание, в котором будут сочетаться авторские доктринальные выводы и исходный материал по теме, знакомящий читателя с этапами развития законодательства, правовыми позициями Конституционного Суда РФ, правоприменительной практикой как в судебном, так и в досудебном производстве. Базовый материал авторы сознательно сопровождают лишь краткими комментариями, позволяя обучающимся самостоятельно определиться в происходящих нормотворческих и правоприменительных процессах.

Начать чтение пособия можно с любого параграфа. Каждый параграф, несмотря на общую взаимосвязанность, относительно автономен. Искатели фактических сведений могут начать познавать тему с развития законодательства, правоприменительной практики, желающие заглянуть «в ответ», возможно, сначала прочитают обзорный интерпретационный материал. Каждый параграф завершается обобщающими положениями, которые кратко передают основной смысл. Ознакомление с пособием можно начать с прочтения всей совокупности заключительных тезисов. Главное — выработать собственное начальное представление о предмете изучения.

6

§ 1. Понятие возвращения уголовного дела прокурору

Выражение «возвращение уголовного дела прокурору» используется в качестве заглавия ст. 237 УПК РФ. В таком виде оно употребляется в действующем законодательстве впервые. Специфический смысл выражения заключается в последнем слове — «прокурору». Новизна не в словах «возвращение уголовного дела», поскольку, так скажем, возвратное движение уголовного дела регламентировалось ранее и регламентируется в настоящее время, но всегда имелись в виду другие субъекты и иные характеристики (цели, содержание деятельности и т. д.) такого движения. Здесь говорится о ситуации, когда дело возвращается судом. Естественное движение уголовного дела — от органа расследования к прокурору, от прокурора в суд. Значит, согласно ст. 237 УПК РФ дело возвращается судом из судебного производства на этап, в котором реализуется компетенция прокурора (глава 31 УПК РФ). Основываясь на буквальном толковании закона, логично предположить, что возвращенное уголовное дело не должно идти дальше этого этапа, т. е. возвращение в досудебное производство ограничено. Возникает вопрос: для достижения какой цели сделано такое ограничение? Для того чтобы избежать дополнительного расследования — свободной деятельности органов расследования по уточнению круга преследуемых лиц, объема обвинения, формированию доказательственной базы. Такая свободная дополнительная деятельность органов расследования в настоящее время возможна только при возвращении уголовного дела в границах досудебного производства, например, при принятии данного решения руководителем следственного органа или прокурором. Если же дело перешло в судебное производство, то по логике новой ст. 237 УПК РФ органы предварительного расследования либо вообще не должны привлекаться к устранению образовавшегося препятствия к рассмотрению судом дела по существу (как правило, препятствие выражалось в допущенном нарушении закона), либо должны участвовать в этом предельно минимально и точечно. Как порой выражаются отдельные юристы, второго шанса на формирование обвинения органы уголовного преследования не должны получать. Уголовное дело,

7

единожды направленное в суд, должно быть в любом случае окончательно разрешено судом 1. Допустимо только формальное, строго ограниченное повторное участие прокурора, обусловленное допущенными очевидными отступлениями от закона. Конечная цель всего рассмотренного нормативного новшества состоит в дистанцировании суда от деятельности органов преследования, поскольку при возвращении уголовного дела из суда отблеск повторных расследовательских действий падает и на суд.

В дальнейшем будет показано, что, ограничив возвратное движение уголовного дела применительно к суду, законодатель не сделал этого более или менее конкретно относительно прокурора. И вообще, ограниченное движение дела назад не было просчитано до конца, а заменено эмоциональным суждением, что суд обязан принимать решение исходя из фактического состояния обвинения и имеющейся доказательственной базы, т. е. прекращать уголовное преследование или оправдывать подсудимого во всех случаях, когда в силу допущенных нарушений продолжить рассмотрение дела не представляется возможным. При таком подходе с точки зрения процедуры тупик не возникает, выход из ситуации был предложен. Однако все оказалось не так просто, о чем пойдет речь в следующих параграфах пособия.

Сейчас же для формирования понятийного аппарата отметим, что УПК РФ применительно к суду отказался от выражения «возвращение уголовного дела судом для дополнительного расследования», заменив его формулировкой — «возвращение уголовного дела прокурору». Возвращение уголовного дела прокурору часто именуют институтом. Более точным, по нашему мнению, является уже использованный нами, почерпнутый из актов Конституционного Суда РФ речевой оборот — «институт, основанный на статье 237 УПК РФ». Помимо указанной статьи к институту относятся другие нормы, закрепляющие порядок возвращения уголовного дела прокурору, содержащиеся, например, в ст. ст. 256, 38920, 38922, 40115, 41211 УПК РФ.

Чтобы быть правильно понятыми читателями, считаем нужным пояснить, почему в данном пособии одновременно содержится негативное отношение к нормативному новшеству в виде ст. 237 УПК РФ и в конечном итоге выражается доктринальная поддержка данного института в настоящее время и на перспективу. Дело в том, что формально один и тот

1  Обязаны оговориться, что именно в таком виде — поступившее в суд дело должно быть разрешено только судом — цель отказа от дополнительного расследования и перехода к нормам ст. 237 УПК РФ законодатель не сформулировал. В этом состояла очевидная непоследовательность законотворчества, позволившая правоприменителям толковать новое регулирование таким образом, каким им поступать оказалось привычнее.

8

же институт в начальный период развития и спустя годы представляет собой две разные сущности. Статья 237 УПК РФ настолько изменилась под влиянием решений Конституционного Суда РФ, что в подобных расхождениях в оценках нет ничего противоречивого. Напротив, этим подчеркивается принципиальная модификация института, существенное развитие его первоначального содержания.

Подводя итог изложенному и формулируя понятие интерпретируемого нами правового явления, можно констатировать, что в аспекте нормативного регулирования возвращение уголовного дела прокурору представляет собой относительно обособленную группу правовых норм — уголовно-процессуальный институт. Данный институт возник с принятием действующего Кодекса как противопоставление институту возвращения уголовного дела судом для производства дополнительного расследования. Сопоставление институтов дополнительного расследования и возвращения дела прокурору будет проводиться (это неизбежно в силу их исторической и функциональной взаимосвязи) во всех параграфах настоящего пособия. В основе института лежит ст. 237 УПК РФ, которая под влиянием правовых позиций Конституционного Суда РФ претерпела колоссальные изменения. Изменения коснулись и других аспектов института, в частности стадий судопроизводства, с которых возможно возвращение уголовного дела прокурору, обжалования принятого судом решения, сроков устранения нарушений, препятствующих судебному рассмотрению и разрешению дела.

Понятие «возвращение уголовного дела прокурору» может быть рассмотрено также с позиций элементов уголовно-процессуальной деятельности. В данном смысле возвращение уголовного дела прокурору представляет собой одно из промежуточных решений суда первой, апелляционной, кассационной или надзорной инстанций, принятых на предварительном слушании или в судебном заседании. Приводя столь широкий список инстанций (контрольных стадий уголовного процесса), нужно помнить, что изначально возвращение уголовного дела прокурору предполагалось осуществлять исключительно на стадии назначения и подготовки судебного разбирательства, т. е. в момент первичного исследования материалов поступившего в суд уголовного дела. Это подтверждается тем, что ст. 237 расположена в главе 34 «Предварительное слушание» УПК РФ. Предварительное слушание — одна из форм стадии назначения и подготовки судебного разбирательства. На данном этапе не производится непосредственное исследование доказательств и обстоятельств дела, суд не рассматривает обвинение по существу. В задачу

9

первой судебной стадии не входит оценка достаточности доказательств обвинения, полноты расследования. Контроль суда за качеством досудебного производства на данном этапе осуществляется исключительно

вцелях выявления процессуальных препятствий для рассмотрения дела судом на стадии судебного разбирательства.

Можно сказать, что задачи первой судебной стадии и логика института возвращения уголовного дела прокурору друг другу соответствуют. Разработчики закона исходили из того, что в ходе назначения и подготовки судебного разбирательства будут сняты вопросы, связанные с формальной неготовностью уголовного дела для рассмотрения по существу. Минимум оснований возвращения уголовного дела (в первоначальной редакции статьи) и место решения в системе уголовного судопроизводства (суд еще не приступил к непосредственному исследованию материалов) должны были указывать на непричастность суда к обвинительной функции органов преследования. В дальнейшем формальные и неформальные упущения в расследовании (при их выявлении) должны, по мнению разработчиков закона, восприниматься как сомнения, которые, как известно, толкуются в пользу подсудимого. В литературе обсуждался вопрос о допустимости принятия решения о возвращении уголовного дела прокурору на стадии судебного разбирательства, поскольку в начале действия Кодекса уверенности в наличии такой возможности не было. Не в силу прямого дозволения, а по косвенным признакам, путем системного толкования закона, юристы приходили к положительному ответу. Лишь позже

входе эволюции института возвращения уголовного дела прокурору такая возможность прямо регламентирована в законе и разъяснена в постановлениях Пленума Верховного Суда РФ. Возвращение уголовного дела прокурору из стадии судебного разбирательства осуществляется без отмены принятого в предварительном слушании решения о назначении судебного разбирательства, а в стадиях апелляционного, кассационного (надзорного) производства — с отменой такого решения.

Решение о возвращении уголовного дела прокурору принимается судом по его собственной инициативе либо по ходатайству стороны. Надо заметить, что в части инициатора решения институт тоже эволюционировал. Первая редакция допускала инициативу суда по всем предусмотренным законом основаниям возвращения уголовного дела прокурору. Позже в связи с появлением новых оснований для такого решения отдельные из них стали возможны только по инициативе сторон.

Решение о возвращении уголовного дела прокурору не следует рассматривать в качестве сугубо формального судебного акта. По нашему мнению,

10