Внешняя торговля России. Учебное пособие

многократно ускоряя его. В течение короткого времени век пара сменился веком электричества, на смену которому пришел век информатики.

Перманентная научно– техническая революция внесла кардинальные перемены во все сферы материального производства, включая транспорт и связь. Она обусловила ускоренные темпы научно– технического прогресса (НТП) и углубление международного разделения труда, в частности, международного разделения производственного процесса (МРПП) и международного кооперирования производства, привела к ускоренному развитию международной торговли и международной инвестиционной деятельности, повысила долю услуг в мировом валовом продукте.

Нарастание перечисленных экономических, социальных и

пространственной разобщенности в мире в результате широкого внедрения средств транспорта, связи и информационных технологий. Огромную роль в этом процессе принадлежит транснациональным компаниям (ТНК), численность которых к концу столетия составила около 60 тысяч. ТНК преодолевали национальные границы путем создания заграничных сетей дочерних компаний, которые строились или по технологической вертикали от добычи сырья до реализации готового продукта, или по горизонтали путем внешней экспансии однородных технологических комплексов, включая сферы услуг, торговли и т.п.

Глава 2. ВНУТРЕННИЕ ПОЛОЖЕНИЕ В РОССИИ

Советская Россия, с трудом выбравшись из-под обломков гражданской войны, бушевавшей до 1921 г., приступила к строительству социализма, первой стадии коммунистического общества. Экономика России была подорвана в ходе Первой мировой войны и окончательно разрушена в результате войны гражданской. Выпуск продукции сократился почти на порядок. Промышленность стояла или работала с перебоями, рабочие разбегались по деревням. Сельское хозяйство, применявшее стародедовскую технику и технологию, было не в состоянии прокормить город. Свирепствовал голод и болезни. Страна потеряла в гражданской войне около 8 миллионов человек, еще 2 миллиона отправились в эмиграцию. В этих отчаянных условиях Советская власть была вынуждена продлить режим «военного коммунизма», введенный в ходе гражданской войны, при котором работа еще действовавших национализированных промышленных предприятий находилась под жестким централизованным управлением. Потребление продовольствия строго нормировалось. Оставалась в силе так называемая продразверстка, по которой у крестьянства безвозмездно изымался в пользу города весь произведенный продукт кроме критически необходимого для продолжения крестьянского хозяйства. Были попытки внедрить в соответствии с теорией коммунизма прямой продуктообмен – продовольствие на промышленные товары, и отменить денежное обращение.

Во внешней торговле с 1918 г. действовал режим государственной монополии.

Народное хозяйство страны нуждалось в быстрейшем восстановлении. И как ни парадоксально, первым шагом на пути восстановления экономики и строительства социализма стала Новая экономическая политика (НЭП),

которая, отменив режим военного коммунизма, заменив продразверстку меньшими изъятиями через продналог, разрешила частную собственность, свободную торговлю и прочие проявления рыночного капитализма. НЭП действовал с 1921 г., но к середине 20-х годов был практически свернут, дав,

восстановилось сельское хозяйство. Одновременно с НЭПом осуществлялась первая индустриальная программа социалистического строительства, план электрификации России (ГОЭЛРО). Но восстановление народного хозяйства осуществлялось в основном на старой, дореволюционной технической базе и не могло далее дать необходимого экономического эффекта и, прежде всего, роста производительности труда.

Решением проблемы интенсификации промышленного производства стал курс на индустриализацию страны, провозглашенный в 1925 г. на фоне первых успехов страны в деле завоевания международного авторитета. Индустриализация была призвана создать крупное машинное производство, превратить Россию из страны аграрно-индустриальной в индустриальную, обеспечить приоритет социалистическим, плановым методам хозяйствования в промышленности, укрепить военную мощь страны.

В соответствии с планом индустриализации и ГОЭЛРО началось масштабное строительство электростанций, металлургических комбинатов, машиностроительных заводов, автомобильных и тракторных предприятий. Восстановленная, но все же технически отсталая промышленность не могла обеспечить страну современными машинами. Поэтому практически всё необходимое для индустриализации технологическое оборудование приобреталось за границей. Огромные валютные средства для закупок добывались всеми возможными и невозможными средствами — от экспорта леса, пушнины и дефицитного в стране зерна до продажи за границу бесценных художественных фондов, конфискованного церковного имущества, благо

господствовавшая в то время идеология строительства «нового мира» позволяла считать прежнюю культуру дореволюционным пережитком.

За годы индустриализации с 1929 по 1940 гг. было построено свыше 9 тысяч крупных промышленных предприятий, выпуск промышленной продукции вырос в 6,5 раз, а производство средств производства — в 10 раз. По объему промышленной продукции СССР занял второе место в мире после США.

Нельзя не отметить, что индустриализация, беспрецедентно высокие темпы роста промышленности давались путем неимоверной мобилизации всех материальных ресурсов, немыслимого напряжения человеческих сил и материальных лишений. При этом использовался не только действительный энтузиазм народа, верившего в светлое коммунистическое будущее. Использовался непосильный подневольный труд миллионов людей, подвергнутых необоснованным политическим репрессиям и загнанных в лагеря Гулага (Главного управления лагерей), где погибло в общей сложности около 11 миллионов граждан. За пределами колючей проволоки о существовании Гулага знали немногие.

Впечатляющие успехи Советской власти резко контрастировали с бедственным положением экономики в мире капитализма, который в это время сотрясали кризисы перепроизводства, депрессии, многомиллионная безработица. С одной стороны, такая ситуация облегчала задачи советской внешней торговли по закупке необходимого технологического оборудования в условиях достаточно враждебного идеологического окружения и попыток экономической блокады. С другой, как ни парадоксально, СССР объективно массовыми закупками оборудования в определенной мере помогал своим идейным противникам преодолевать экономические трудности, снижать социальную напряженность, что противоречило действительному вектору большевистской идеологии.

Индустриализация неизбежно породила ряд проблем, связанных с сельским хозяйством. Индустриальное строительство без средств современной

механизации потребовало отвлечения из деревни миллионов крестьян. Городскому населению, существенно пополненному вчерашними крестьянами, а также многочисленной армией, потребовались дополнительные продовольственные фонды. Однако экстенсивное, малопроизводительное сельское хозяйство страны, отличавшееся полунатуральным характером и низкой товарностью, было не в состоянии отвечать возросшим потребностям. Крестьянство, недовольное непосильными поборами, нередко выступало против советской власти с оружием в руках. Создавшаяся ситуация сделала необходимой реорганизацию сельского хозяйства, перевод его на интенсивный путь развития с внедрением современной сельхозтехники, химии, интенсивных технологий производства и с высокой товарностью, которые обеспечили бы страну в нужном объеме продовольствием и промышленным сырьем при меньшей численности крестьянства. Подобные задачи были по силам только крупным хозяйствам.

Укрупнение сельскохозяйственного производства, при этом в кратчайшие сроки, было осуществлено в период с 1929 г. по 1932 г. путем так называемой коллективизации сельского хозяйства. Коллективизация проводилась на основе экспроприации и высылки так называемого кулачества, т.е., на деле, зажиточной части крестьянства, которая ранее формировала фундамент сельскохозяйственного производства. Экспроприированное имущество кулаков, а также скот и орудия производства малоимущих крестьян поступали в коллективную, на самом деле, в бесхозяйную собственность сельхозартели, коллективного хозяйства, колхоза куда или убеждением, или под нажимом было определено остальное крестьянство. Другой организационной формой были совхозы, основанные на государственной собственности.

структурам проводить государственную политику в сельском хозяйстве, а по сути управлять им, позволила внедрить механизацию и передовые методы, интенсифицировать производство, поднять его товарность. Таким образом

проблема снабжения города и армии продовольствием была в определенной мере решена.

Однако со временем выяснился и негативный результат коллективизации. Коллективная собственность совершенно не отвечала менталитету крестьянина, столетиями привыкшему работать на себя с вычетом оброка и прочих поборов. Крестьянство потеряло стимул к работе тем более, что государство через налоги и натуральную оплату работы государственных машинотракторных станций, изымало почти весь произведенный продукт. В этих условиях сельское хозяйство могло существовать только при мощной финансовой поддержке государства. Но, несмотря на огромные субсидии, ежегодно выделяемые селу, производительность труда, урожайность оставались на низком уровне. Колхозники, получая мизерную оплату за свой труд, влачили нищенское существование и готовы были любыми путями бежать в город, но административными мерами удерживались на местах. Так называемое колхозное крестьянство превратилось в своего рода сословие крепостных. По сути дела, это был развал сельского хозяйства, который стал перманентной бедой страны и «черной дырой» для ее финансов. Последствия этого развала наложились на всю вторую половину столетия и на начало ХХI века.

С 1928 г. экономика страны была переведена на рельсы пятилетнего планирования, которое было временно прервано годами войны. Результатом выполнения трех неполных довоенных пятилеток был значительный рост индустриальной мощи страны, в том числе ее оборонного потенциала. Это позволило СССР вступить во Вторую мировую войну, опираясь на мощную промышленную базу, при этом значительно автаркизированную и ориентированную на военное производство.

В связи с военными поражениями в первые военные годы и временными территориальными потерями государственное руководство вынуждено было предпринять беспрецедентное перемещение на Восток производительных сил страны из оставляемых западных регионов. Всего было эвакуировано около

полутора тысяч крупных предприятий. Что не удавалось эвакуировать – уничтожалось.

Оккупация Германией западных регионов европейской части СССР

обострила проблему с продуктами питания. Страна отчаянно нуждалась в продовольствии для снабжения действующей армии и населения, которое было занято в основном производством для фронта вооружения, боеприпасов, амуниции и т.д. Было введено строгое и весьма урезанное рационирование продажи хлеба и других продуктов и промышленных товаров, дифференцированное по слоям населения. Положение несколько улучшилось в результате поставок в страну продовольствия (мясных консервов, яичного порошка, свиного жира) из США по закону о ленд– лизе.

После окончания войны перемещенные на Восток предприятия прижились на новом месте, положив там начало новым промышленным отраслям – машиностроению, автомобилестроению, самолетостроению и т.п., а на месте эвакуированных создавались новые.

Великая отечественная война 1941–45 годов нанесла экономике СССР

огромный урон вследствие потери части промышленного потенциала. Огромный ущерб был причинен сельскому хозяйству, произошли невосполнимые потери в людях. Война унесла свыше 26 миллионов жизней,— важнейшей составляющей производительных сил страны.

Послевоенное восстановление народного хозяйства на первых порах в значительной мере шло за счет репарационных поставок из потерпевших поражение стран. В дальнейшем, после перевода определенной части промышленности на выпуск невоенной продукции, для восстановления и развития народного хозяйства использовалась продукция отечественной промышленности и импортные поставки.

Освобождение Советской армией почти всей Восточной Европы позволило руководству СССР инициировать в этих странах установление дружественных режимов, возглавляемых коммунистическими и рабочими партиями. Опираясь на идейное единство, эти страны в ходе налаживания между собой

экономических связей сформировали ядро Мировой системы социалистического хозяйства (МССХ), к которой шаг за шагом присоединялись и другие страны — Китай, Монголия, Куба и др.

Экономические связи в поддержку политического союза формировались и укреплялись через созданный в 1949 г. Совет экономической взаимопомощи (СЭВ), в котором, помимо восточноевропейских стран, был представлен ряд азиатских стран, а также Куба. В статусе наблюдателей в СЭВе сотрудничали также африканские, латиноамериканские государства и страны ЮВА. Деятельность Совета была направлена на координирование экономики стран МССХ, в том числе и на координацию их внешнеторговых связей.

Создание СЭВ имело в своей основе прежде всего политические интересы руководивших странами коммунистических партий. Экономическое сотрудничество под эгидой СЭВ в ряде случаев носило искусственный характер и не всегда отвечало истинным экономическим интересам его членов.

Промышленность СССР по своему техническому уровню отставала от экономически развитых стран в силу пороков системы тотального планирования народного хозяйства, придававших ему повышенную инерционность и пониженную инициативность, что приводило к игнорированию возникавших в экономике так называемых «точек роста».

Однако лидирующее положение в СЭВе позволило СССР расширить свой машино– технический экспорт в страны– члены СЭВ, несмотря на то, что эта продукция по своему техническому уровню не всегда отвечала мировому и таким образом предопределяла техническое отставание остальных стран-членов СЭВ.

Верный утопической идее о неизбежном крахе капитализма и победе коммунизма в всем мире, Советский Союз под руководством КПСС продолжал идеологическую экспансию, привлекая к социалистическому лагерю страны «третьего мира», так называемый Юг, путем развития с ними дружественных отношений (против так называемого империалистического лагеря) и оказания им экономического содействия. С середины 50-х до середины 60-х годов в странах «третьего мира» при содействии СССР было построено около 6 тысяч

разнообразных объектов, в основном индустриального характера. Для возведения этих объектов естественным образом использовалось оборудование, производимое в СССР и поставляемое на условиях выгодного кредита. Таким образом, техническое содействие странам «третьего мира» привязывало их экономику к экономике СССР и, закрепляя их техническое отставание, в то же время позволяло СССР увеличивать в экспорте долю машин и технологического оборудования.

Помимо того, характерной чертой «машинотехнического» экспорта того времени был массовые поставки разнообразного оружия, предназначенного для поддержания национальноосвободительных движений. Оружие экспортировалось на условиях низкопроцентного целевого кредита, который в дальнейшем в силу различных обстоятельств в основной своей массе так и остался непогашенным.

Положение в сельском хозяйстве, несмотря на принимаемые постановления и меры и значительную финансовую поддержку, оставалось крайне неудовлетворительным. Хозяйничанье партийных органов, непосильные поборы в виде «добровольной» сдачи урожая в «закрома государства» по разорительным для колхозов ценам, «кукурузная кампания», инициированная Н.С.Хрущевым,— все это способствовало дальнейшему разрушению сельскохозяйственного производства.

Продолжавшийся развал сельского хозяйства наглядно демонстрировал нежизнеспособность идеи коллективной собственности, которая входила в противоречие с психологией среднего человека, готового работать на себя, но не на абстрактное общее благо. Коллективное имущество, признаваемое в народе ничьим, эксплуатировалось неэффективно: ломалось, растаскивалось, разворовывалось и пропивалось. Несмотря на внедрение в оборот минеральных удобрений, механизацию и т.п., урожайность в растениеводстве оставалась низкой и не шла ни в какое сравнение с урожайностью в странах Запада. Животноводство было не в состоянии обеспечивать населению даже минимальный уровень потребления. Не решило проблемы и освоение

целинных и залежных земель на Востоке. В результате страна, которая до Первой мировой войны снабжала зерном всю Европу и экспортировала его даже в годы довоенных пятилеток, с середины 60-х годов встала перед необходимостью наращивать импорт зерна, в том числе кормового, и довела его до объемов, порой сопоставимых с собственным производством. Начались регулярные закупки мяса (говядина, свинина, куры), растительного и сливочного масла. Экономика плотно подсела на продовольственный импорт, средства для которого до поры до времени находились за счет продажи нефти по высоким ценам, а также за счет расходования золотого запаса, который к концу 80-годов свелся к критическому минимуму.

Положение в промышленности с середины 60-х годов, т.е. с приходом к власти команды Л.И.Брежнева, также стало ухудшаться. К перманентному техническому отставанию от Запада, которое ставило СССР в унизительное положение постоянно догоняющего, добавилось непосильное бремя гонки вооружений. Промышленность, в значительной мере ориентированная на производство оружия — ракет, ядерных зарядов, средств ПВО, танков, военной авиации и т.п., т.е. на работу впустую — была не в состоянии воспроизводиться на должном техническом уровне. Экономические показатели в промышленности начали снижаться вместо роста, стал явным процесс стагнации, получивший впоследствии название «застоя». Правда, это не касалось военных отраслей, которые находились под неусыпным контролем партийных органов и пользовались всесторонними привилегиями.

Если в сельском хозяйстве не срабатывала идея коллективной собственности, то в промышленности точно так же буксовала идея государственной, общенародной собственности. Повседневной демонстрацией этого стала психология «несунов», когда с «родного» предприятия рабочие тащили все, что можно было унести на продажу или для личного потребления. Повседневными стали приписки выполнения государственных планов. Последние пятилетки из 12, реализованных за годы советской власти, нередко «выполнялись» путем корректировки Советом министров СССР плановых