Актуальные проблемы гражданского права и процесса. Материалы всероссийской научно-практической конференции (Омск, 29 апреля 2016 г.)

следует свою выгоду: получение доходов от совершения данных коммерческих актов, с другой стороны, общество получает выгоду в виде товаров, работ и услуг, которые предоставляются коммерсантами.

Таким образом, на основании всего вышеизложенного мы можем сделать вывод о том, что коммерческая деятельность отличается от других видов экономической деятельности не внешними признаками, которыми в основном оперирует законодательство России, но гораздо более серьезными внутренними признаками: совершением коммерческих актов или сделок, которые совершаются с двойной целью: с одной стороны, удовлетворить потребности общества в товарах, работах и услугах, а с другой стороны, принести лицу определенную прибыль.

Вместе с тем думается, что при определении предпринимательской деятельности в России необходимо дать перечень предпринимательских сделок или актов, наличие которых будет однозначно свидетельствовать о том, что лицо, их совершающее, занимается предпринимательской деятельностью, что позволит выработать некие общие подходы к квалификации предпринимательской деятельности и исключить вероятность ошибочного отнесения того или иного вида деятельности к предпринимательской. И в этом российскому законодательству неоценимую помощь может оказать опыт французского законодательства.

Лица, обязанные возместить вред жизни и здоровью (надлежащие ответчики)

Д. Н. Поляков –

преподаватель кафедры гражданского права Омской юридической академии

Официальная статистика дорожно-транспортных происшествий свидетельствует о том, что движение на дорогах создает большую опасность для жизни и здоровья граждан. В результате гибели людей многие семьи лишаются кормильцев и, соответственно, средств к существованию, а в результате повреждения

91

здоровья многие становятся инвалидами, утрачивают полностью или частично трудоспособность, а также нуждаются в медицинской помощи и реабилитации. Действующая система социальных мер(пенсиивсвязиспотерейкормильцаипоинвалидности,пособия) не обеспечивает полностью материальные потери, связанные со смертью или утратой трудоспособности, а также затраты на лечение и реабилитацию потерпевших.

Из всех видов ответственности, которые принято различать

внауке права и которые не исключают, а дополняют друг друга1, толькогражданско-правоваяответственностьпризванаобеспечить защиту интересов граждан. В статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) закреплен основополагающий принцип гражданской ответственности: вред, причиненный личности гражданина, возмещается в полном объеме. С учетом опасности и вредоносности использования транспортных средств

врамках гражданского законодательства разработаны определенные гарантии возмещения такого вреда. Прежде всего, речь идет о введении обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств2.

Однакостраховыевыплатыневсегдаполностью компенсируют причиненныйвред,посколькуврамкахобязательногострахования этого вида гарантируется возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью потерпевших, только в установленных законом пределах. Кроме того, обязанность по страхованию гражданской ответственности распространяется не на всех владельцев транспортных средств, в ряде случаев возникновение ответственности за причинение вреда при использовании транспортного средства не относится к страховому риску по обязательному страхованию. Во всех таких случаях возмещение вреда полностью либо частично (сверх страховой суммы) производится в соответствии с гражданским законодательством.

1  Красавчиков О. А. Возмещение вреда, причиненного источником повышенной опасности. М., 1966. С. 129.

2  Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств : федер. закон от 25 апр. 2002 г. № 40-ФЗ. Доступ из СПС «Гарант».

92

Защиту интересов потерпевших и реализацию принципа полного возмещения вреда гарантируют нормы главы 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» ГК РФ (деликтные обязательства). Одной из особенностей соответствующих норм является их императивность. Закрепленные общие правила деликтной ответственности могут быть изменены только в случаях, когда: 1) вред возмещается причинителем вреда, однако законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда; 2) вред возмещается в полном объеме, однако законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда либо лица, на которого законом возложена ответственность за причинение вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда; 3) вред возмещается при наличии вины причинителя, вина которого презюмируется, и, следовательно, он сам должен доказывать отсутствие своей вины, однако законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя. Как видно, все указанные диспозитивные привязки внесены исключительно в интересах потерпевших. Именно поэтому деликтные обязательства считаются «охранительными».

Названные отступления от общих правил использованы при регулировании ответственности за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (являющейся источником повышенной опасности). В числе видов такой деятельности в первую очередь названо использование транспортных средств (п. 1 ст. 1079 ГК РФ). Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, возлагается, в отличие от общих правил, не на причинителя вреда (лицо, непосредственно управляющее транспортным средством), а на владельца соответствующего транспортного средства, в качестве которого могут выступать юридическое лицо или гражданин, владеющие источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании. Среди иных возможных законных оснований владения названы договор аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче ему источника

93

повышенной опасности. Приведенный перечень не исчерпывающий и допускает возможность существования и других оснований законного владения.

Поскольку возложение обязанности по возмещению вреда на владельца источника повышенной опасности продиктовано цельюобеспечитьнадлежащеетехническоесостояниесоответствующихобъектов(втомчислетранспортныхсредств)и,соответственно, безопасность дорожного движения, с одной стороны, а также реально гарантировать материальную возможность возмещения причиненного вреда – с другой, определение фигуры владельца имеет первостепенное значение. Вместе с тем судебная практика, используя возможность по своему усмотрению определять законность основания владения источником повышенной опасности, допускает необоснованное расширение таких оснований.

В качестве примера можно привести позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в ответе на вопрос, кто является надлежащим ответчиком по делам о возмещении вреда, причиненного источником повышенной опасности (транспортным средством) в результате ДТП, в том случае, если управление им в присутствии законного владельца автомобиля осуществляло лицо, имеющее водительское удостоверение, но без доверенности, оформленной в установленной законом письменной форме. Со ссылкой на то, что ст. 1079 ГК РФ не содержит исчерпывающего перечня законных оснований, было указано: «Лицо, управляющее автомобилем без письменной доверенности при наличии водительского удостоверения в присутствии собственника автомобиля или иного законного владельца, использует данное транспортное средство на законных основаниях. В таком случае надлежащим ответчиком по делам о возмещении вреда, причиненного транспортным средством, является лицо, управляющее автомобилем в момент ДТП, а не собственник или иной законный владелец источника повышенной опасности»1.

Приведенная позиция предопределила направление судебной практики, хотя ее правомерность вызвала серьезные возражения. Дело в том, что в Правилах дорожного движения Российской Фе-

1  Бюллетень Верхов. Суда Рос. Федерации. 2006. № 5. С. 30.

94

дерации1 доверенность на право управления рассматривалась некакоснованиезаконностипередачититулавладения,акакдокумент, подтверждающий законность участия в дорожном движении

вотсутствие владельца транспортного средства. Водитель, который не имел доверенности на право управления, не мог рассмат­ риваться как владелец источника повышенной опасности только на том основании, что он управлял автомобилем в присутствии законного владельца. Отсутствие письменной доверенности исключает ответственность водителя вне зависимости от того, в присутствии или в отсутствие владельца он управляет транспортным средством. Управление транспортным средством без доверенностинаправоуправлениявприсутствиивладельцаисключаетлишь привлечение водителя к административной ответственности за нарушение Правил дорожного движения, но не является основанием для возникновения у него титула владения автотранспортным средством.

Ситуация, о которой идет речь, имела место до внесения изменений в Правила дорожного движения. В настоящее время доверенностьнаправоуправления,какидругиедокументы,подтверждающие право владения, или пользования, или распоряжения транспортным средством, исключены из перечня документов, которые участники дорожного движения обязаны иметь при себе и предъявлять по требованию сотрудников ГИБДД2. Это еще раз подтверждает ошибочность допущенного широкого понимания законности оснований перехода права владения транспортными средствами.

Во избежание подобных ошибок и для установления едино­ образия в правоприменительной практике целесообразно было бы

вст. 1079 ГК РФ привести исчерпывающий (закрытый) перечень оснований владения транспортными средствами и предоставить право устанавливать иные основания только законодателю.

1  Правила дорожного движения Рос. Федерации : утв. постановлением Правительства Рос. Федерации от 23 окт. 1993 г. № 1090. Доступ из СПС «КонсультантПлюс».

2  ОвнесенииизмененийвнекоторыеактыПравительстваРоссийскойФедерации : постановление Правительства Рос. Федерации от 12 нояб. 2012 г. № 1156 // Рос. газ. 2012. 16 нояб.

95

Закрепление в действующем законодательстве в числе оснований перехода титула владельца доверенности на право управления (ст. 1079 ГК РФ) и одновременно упрощение ее формы (отказ от обязательного нотариального удостоверения) имело два последствия. Во-первых, совершенно определенно можно было утверждать, что такая доверенность легально имеет двоякое значение: для административного права с точки зрения соблюдения Правил дорожного движения она служила подтверждением законности участия водителей в дорожном движении, а с точки зрения граж- данско-правовой ответственности она подтверждала переход титула владельца к лицу, на имя которого выдана доверенность, и тем самым возникновение у него обязанности по возмещению причиненного врезультате ДТП вреда. Во-вторых, замена нотариальной формыдоверенностинапростуюписьменнуюпривелакзначительному расширению сферы ее использования. Выдачей таких доверенностей оформлялись не только отношения по передаче транспортного средства во временное пользование, но и трудовые отношения, а также гражданско-правовые договоры на оказание водительских услуг. В практике дифференциация доверенностей зачастую не принималась во внимание и обязанность по возмещению вреда, причиненного потерпевшему в результате ДТП, во всех случаях возлагалась на водителя, управлявшего автомобилем на основании доверенности. Сложившаяся практика возложения ответственности за причиненный вред на лиц, оказывающих водительские услуги, не соответствует ни закону, ни интересам потерпевших, поскольку не обеспечивает возможность реального возмещения вреда.

На ошибочность такого подхода было обращено внимание вопределении Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации еще в 2002 г. при рассмотрении конкретного дела овозмещении вреда,причиненноговрезультатеДТП.Отмениввсевынесенныеподелу судебные акты и отправив дело на новое рассмотрение, Судебная коллегия среди прочего обратила внимание на то, что «доверенность науправление автомобилем в интересах собственника на постоянной основе с выплатой денежного вознаграждения за выполненную работу является формой организации трудовых отношений»1.

1  Бюллетень Верхов. Суда Рос. Федерации. 2002. № 4. С. 15–16.

96

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерацииот26января2010г.№1«Оприменениисудамигражданскогозаконодательства,регулирующегоотношенияпообязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»1 по этому вопросу содержится более предметное и определенное разъяснение. Подчеркнуто, что лицо, в отношении которого оформлена доверенность на управление транспортным средством, признается его законным владельцем, если транспортное средство передано ему и он пользуется им по своему усмотрению. Если же в обязанности такого лица входит лишь управление транспортным средством по заданию и в интересах лица, выдавшего доверенность, за выполнение которых он получает вознаграждение (водительские услуги), такая доверенность может являться одним из доказательств, подтверждающих наличие трудовых или граж- данско-правовых отношений. Такое лицо не может считаться владельцем источника повышенной опасности (п. 20).

Также несомненный интерес представляют широко обсуждавшиеся в научной литературе на базе ранее действовавшего законодательства предложения о привлечении к ответственности за причиненный источником повышенной опасности вред наряду с владельцами иных лиц, виновными действиями которых была создана обстановка, способствующая причинению вреда. Среди таких лиц фигурируют почти все те, действия которых и в настоящее время, по статистике ГИБДД, являются причиной ДТП. Это пешеходы, грубо нарушающие Правила дорожного движения; организации и службы, не обеспечивающие надлежащее состояние дорог; органы, отвечающие за работу средств автоматической регулировкидорожногодвижения,ит.п.Приэтомвспоренебыло единого мнения по поводу правовой природы таких обязательств, их места в общей системе обязательств, правовых оснований для возложения ответственности за причиненный вред на третьих лиц, формы совместной ответственности владельца и третьих лиц, источников их регулирования. Высказывались серьезные сомнения в том числе по поводу возможности возложения ответственности за причиненный источником повышенной опасности вред

1  Доступ из СПС «КонсультантПлюс».

97

на третьих лиц в рамках действующего ранее гражданского законодательства1.

Таким образом, в настоящее время имеется не только возможность, но и необходимость в целях повышения уровня защиты потерпевших и реального обеспечения полного возмещения им вреда, причиненного в результате ДТП, ввести в рамках деликтных обязательств специальную норму, устанавливающую ответственность любых лиц, виновных в создании повышенной вероятности причинения вреда при использовании транспортных средств.

Принцип быстроты разрешения судами общей юрисдикции трудовых споров

Т. М. Пономарёва –

доцент кафедры гражданско-правовых дисциплин Сибирского института бизнеса и информационных технологий (г. Омск)

Каждому гражданину Российской Федерации гарантируется судебная защита его прав и свобод, в том числе и трудовых прав

исвобод (ст. 46 Конституции Российской Федерации). Нормы Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) закрепляют общие положения рассмотрения

иразрешения трудовых споров, а особенности закрепляет Трудовой кодекс Российской Федерации (далее – ТК РФ) в главе 60 и отчасти в главах 58, 61. Приоритет отдается нормам ТК РФ в случае их противоречия нормам ГПК РФ.

Всоответствии с ч. 1 ст. 381 Трудового кодекса Российской Федерации индивидуальным трудовым спором признаются неурегулированные разногласия между работодателем и работником по вопросам применения трудового законодательства и иных

нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового

1  Жуковская О. Л. Возмещение вреда, причиненного источником повышенной опасности. Киев, 1994. С. 102.

98

права, коллективного договора, соглашения, локального нормативного правового акта, трудового договора, о которых заявлено в орган по рассмотрению индивидуальных трудовых споров. Содержание ст. 381 Трудового кодекса Российской Федерации позволяет сделать вывод о том, что рассмотрение и разрешение индивидуальных трудовых споров могут иметь место лишь в исковом производстве.

Иск предъявляется в суд по месту жительства ответчика, иск к организации – в суд по месту нахождения организации (ст. 28 ГПК РФ). В соответствии со ст. 29 ГПК РФ иск к организации, вытекающий из деятельности ее филиала или представительства, может быть предъявлен также в суд по месту нахождения ее филиала или представительства. Иски о восстановлении трудовых прав могут предъявляться также в суд по месту жительства истца. Выбор между несколькими судами, которым подсудно дело, принадлежит истцу.

Всоответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Таким образом, при обращении в суд с исковым заявлением работник для восстановления своих нарушенных трудовых прав будет обязан представить доказательства, подтверждающие юридически значимые обстоятельства, включенные

впредмет доказывания по делу по его инициативе. Следовательно, выбирая такой способ защиты, как обращение в суд в порядке искового производства, работник может рассчитывать на положительный результат лишь при условии представления относимых, допустимых, достоверных доказательств, которые в своей совокупности будут достаточными для превращения обстоятельств, имеющих значение для дела, в юридические факты.

Проанализируем некоторые особенности судебной защиты, предусмотренные гл. 60 ТК РФ.

Всоответствии со ст. 392 ТК РФ срок обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора составляет по общему правилу три месяца со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права, по спорам об увольнении –

99

месяц­ со дня вручения работнику копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

С октября 2016 г. за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и другихвыплат,причитающихсяработнику,онимеетправообратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении1. Последние изменения обусловлены сравнительно частым нарушением прав работников на справедливую и своевременную оплату труда2.

Такие короткие сроки для обращения в суд обусловлены требованиямиМеждународнойорганизациитруда(МОТ)обыстротезащиты трудовых прав3. Там же презюмируется бесплатность и быстрота разрешения трудовых споров. При рассмотрении трудовых споров закон устанавливает сжатые сроки. Так, индивидуальный спор должен быть рассмотрен в течение десяти дней после подачи заявления в КТС и одного месяца после подачи заявления в суд.

Но, к сожалению, практика судов относительно применения данной нормы порой абсурдна. Обратимся к относительно недавнему апелляционному определению Московского городского суда от 20 января 2015 г. по делу № 33-1146/20154.

Сутьдела:К.былапереведенавотделдистанционныхработников на должность регионального директора по продажам. Вскоре уволена по инициативе работодателя в связи с нецелесообразностью дальнейшего сотрудничества, а также в соответствии с про-

1  ОвнесенииизмененийвотдельныезаконодательныеактыРоссийскойФедерации по вопросам повышения ответственности работодателей за нарушения законодательства в части, касающейся оплаты труда : федер. закон от 3 июля 2016 г. № 272-ФЗ. Доступ из СПС «Гарант».

2  Пономарева Т. М., Калюга Э. А. Право человека на справедливую заработную плату: социологический срез // Вестник Омской юридической академии. 2012. № 1 (18). С. 91–93.

3  О рассмотрении жалоб на предприятии с целью их разрешения : рекомендация МОТ от 29 июня 1967 г. № 130. URL: http://www.conventions.ru/view_base. php?id=565

4  Апелляц. определение Моск. гор. суда от 20 янв. 2015 г. по делу № 33­ -1146/2015. Доступ из СПС «Гарант».

100