Актуальные вопросы теории и практики предъявления лиц для опознания. Монография

Именно в этом видели смысл криминалистической идентификации Р.С. Белкин1, В.С. Митричев2, А.И. Винберг3, В.П. Колмаков4, М.В. Салтевский5 и многие другие ученые-криминалисты. Думается, что и законодатель при конструировании ст. 193 УПК РФ исходил из того, что целью опознания является только установление тождества либо его отсутствия, так как в ч. 4 и 6 этой статьи закреплено, что лицо предъявляется для опознания вместе с другими лицами, по возможности внешне сходными с ним, общим количеством не менее трех, а предметы — соответственно в группе однородных. Совершенно прав, на наш взгляд, В.Я. Колдин, который пишет: «Лица и предметы, будучи, безусловно, индивидуальными, могут быть в то же время очень сходными, совпадать по ряду своих свойств с другими лицами и предметами. Судебной практике известны многочисленные случаи, казалось бы, полного внешнего сходства фактически различных лиц и вещей. Поэтому в процессе идентификации необходимо строго отличать сходство и тождество идентифицируемых объектов. Смешение сходства и тождества в практическом исследовании приводит к ошибочному отождествлению. Отсюда разграничение сходства и тождества сравниваемых объектов является принципом идентификации»6.

Предположительный вывод опознающего (по типу «Очень похож, но точно сказать не могу — может быть он, а может, и нет») является только косвенным доказательством, поскольку подобное заявление с равной степенью вероятности можно истолковать как в смысле того, что указанное лицо участвовало в совершении преступления, так и в смысле того, что оно не имеет к нему никакого отношения, а в соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 75 УПК РФ показания, основанные на предположении, относятся к недопустимым доказательствам. Значение такого предъявления для опознания будет заключаться, прежде всего, в том, что оно не разрушает цепи собранных по делу доказательств, не исключает предъявленное лицо из числа проверяемых.

1Белкин Р.С. Óêàç. ñî÷. Ñ. 430.

2Митричев В.С. Вопросы теории судебной идентификации // Тр. ЦНИИСЭ. М., 1970. Вып. 2. С. 111.

3Винберг А.И. Криминалистическая экспертиза в советском уголовном процессе. М., 1956. С. 36.

4Колмаков В.П. Криминалистическая идентификация как способ доказывания в уголовном и гражданском судопроизводстве // Криминалистика и судебная экспертиза. Киев, 1966. Вып. 3. С. 95.

5Салтевский М.В. Теоретические основы установления групповой принадлежности в судебной экспертизе: Автореф. дис. … д-ра юрид. наук. Харьков, 1969. С. 11.

6Колдин В.Я. Судебная идентификация. М., 2002. С. 25.

Таким образом, установление групповой принадлежности не должно рассматриваться в качестве цели предъявления лица для опознания, хотя на практике может быть его результатом, если опознающий не может выделить индивидуальную совокупность частных признаков, необходимую и достаточную для отождествления предъявляемого объекта.

Для обеспечения единообразного научно обоснованного понимания целей опознания, лежащих в основе рассматриваемого следственного действия, считаем целесообразным их закрепление в ч. 1 ст. 193 УПК РФ в следующей редакции: «Следователь с целью установления наличия или отсутствия тождества с ранее воспринимавшимся лицом или предметом может предъявить для опознания лицо или предмет свидетелю, потерпевшему, подозреваемому или обвиняемому. Для опознания может быть предъявлен и труп».

Поскольку сущность предъявления для опознания заключается в отождествлении предъявляемого объекта по его мысленному образу, т.е. в его опознании (узнавании), представляется важным также обратить внимание на принципиальные отличия в понятиях «опознание» и «предъявление для опознания».

Несмотря на созвучность, указанные термины не являются равнозначными по своему содержанию. Вместе с тем их смешение допускается не только в специальной литературе1, но и в самом Уго- ловно-процессуальном кодексе РФ. Так, ст. 193 УПК РФ «Предъявление для опознания» помещена в главе 26, именуемой «Допрос. Очная ставка. Опознание. Проверка показаний».

Во-первых, опознание как психический процесс, протекающий в сознании человека и не поддающийся непосредственному контро-

1 См., например: Гапанович Н.Н. Опознание в судопроизводстве (процессуальные и психологические проблемы). Минск, 1976. С. 57—98; Каменский Б.С. К вопросу о видах и способах опознания и его идентификационной сущности // Вопросы теории советского права. Новосибирск, 1966. С. 164—168; Коновалова В.Е. Идентификационная сущность опознания // Проблемы совершенствования следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий в аспекте ликвидации преступности в СССР. Алма-Ата, 1974. С. 58—66; Щерба С. Участие лиц с физическими недостатками в осмотрах и опознаниях // Соц. законность. 1974. ¹ 9. С. 65; Комиссаров В.И. Правомерность и обоснованность предъявления для опознания // Соц. законность. 1978. ¹ 2. С. 58—60; Курченко В. Опознание // Законность. 1997. ¹ 6.

Ñ.20—21; Исаева Л. Предъявление лиц для опознания // Законность. 2002. ¹ 10.

Ñ.17—21; Бецуков А. Опознание по «фейсменеджеру» и видеозаписи // Законность. 2000. ¹ 3. С. 29; Багаутдинов Ф. Опознание // Законность, 1999. ¹ 10.

Ñ.19—23; Удалова Л.Д. Тактико-психологические основы предъявления для опознания и достоверность его результатов: Дис. … канд. юрид. наук. Киев, 1992.

ëþ1, является хотя и главной, основной, но все-таки частью предъявления для опознания как следственного действия, которое включа- ет в себя целый ряд других действий, начиная от подбора схожих по внешности лиц и заканчивая фиксацией хода и результатов.

Во-вторых, субъектами опознания могут быть в соответствии с ч. 1 ст. 193 УПК РФ только свидетель, потерпевший, подозреваемый и обвиняемый, являющиеся носителями мысленного образа ранее воспринятого объекта. Субъектом же предъявления для опознания является следователь. Поэтому отождествление понятий «предъявление для опознания» и «опознание» приводит к смешению процессуальной деятельности должностного лица, осуществляющего расследование, с психической деятельностью других участников процесса.

В-третьих, предъявление для опознания и опознание (узнавание) имеют разные цели. Целью предъявления для опознания, как и любого следственного действия, является собирание и проверка доказательств2. Цель же опознания — идентификация (отождествление) объекта по мысленному образу. Поэтому мы не можем согласиться, например, с В. Курченко, который, не разграничивая рассматриваемых нами понятий, ошибочно, на наш взгляд, отмечает, что «цель опознания — получение доказательства, оправдывающего либо обвиняющего подозреваемое в совершении преступления лицо»3.

В свете сказанного представляется целесообразным изменение формулировки названия главы 26 УПК РФ и изложение ее в следующей редакции: «Допрос. Очная ставка. Предъявление для опознания (вместо «Опознание». — Ä.Á., Å.Å.). Проверка показаний».

1Ñì.: Раухерт М. Эмпирические исследования процесса опознания личности // Совершенствование форм и методов борьбы с преступностью. Рига, 1989. С. 96.

2См., например: Алексеев Н.С., Даев В.Г., Кокорев Л.Д. Очерк развития науки советского уголовного процесса. Воронеж, 1980; Шейфер С.А. Следственные действия. Система и процессуальная форма. М., 2001; Кальницкий В.В. Следственные действия // Уголовный процесс: Сборник учебных пособий. Особенная часть. Вып. 2. М., 2002. С. 112.

3Курченко В. Óêàç ñî÷. Ñ. 20.

ǫȓȈȊȈ2

ǺȈȒȚȐȟȍșȒȐȍ ȖșȕȖȊȣ ȗȘȍȌȢȧȊȓȍȕȐȧ Ȍȓȧ ȖȗȖȏȕȈȕȐȧ ȎȐȊȣȝ ȓȐȞ

2.1. ǶșȖȉȍȕȕȖșȚȐ ȗȖȌȋȖȚȖȊȒȐ ȗȘȍȌȢȧȊȓȍȕȐȧ Ȍȓȧ ȖȗȖȏȕȈȕȐȧ ȎȐȊȣȝ ȓȐȞ

Одной из специфических особенностей предъявления для опознания является то, что возможность его проведения, прежде всего, зависит от результатов допроса свидетеля, потерпевшего, подозреваемого или обвиняемого, которому предстоит выступать в качестве опознающего. Такое положение обусловлено тем, что в соответствии с ч. 2 ст. 193 УПК РФ «опознающие предварительно допрашиваются об обстоятельствах, при которых они видели предъявленное для опознания лицо, а также о приметах и особенностях, по которым они могут его опознать». Поэтому допрос потенциального опознающего следует рассматривать в качестве первого подготовительного к предъявлению для опознания действия, проведение которого, как показывает анализ специальной литературы1 и следственной практики, представляет определенную сложность.

Прежде всего, это связано с тем, что процесс формирования мысленного образа всегда носит субъективный, индивидуальный характер, поскольку обусловлен не только свойствами воспринимаемого человека, но и особенностями личности субъекта восприятия, а также ситуацией, в которой осуществляется отражение объекта2. Так, например, в результате проведенных Л.М. Поповой исследований установлено, что в 70% случаев ошибки, допущенные свидетелями и потерпевшими при опознании, «были обусловлены

1См., например: Сорокина Т.А. Тактико-психологические приемы получения, проверки и оценки показаний свидетелей и потерпевших: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. СПб., 2001. С. 14—15; Снетков В.А., Зинин А.М. Методы непосредственной актуализации мысленного образа очевидцев при их допросе о признаках внешности человека // Тактические приемы допроса и пределы их использования. М., 1980. С. 46—48.

2См., например: Панферов В.Н. Восприятие и интерпретация внешности людей (фотографических изображений человеческих лиц). С. 2; Бодалев А.А. Óêàç. ñî÷. Ñ. 118—119; Ганзен В.А. Проблема отображения целостных объектов человеком: Дис. … канд. психол. наук. Л., 1975. С. 22; и др.

индивидуальными особенностями опознающего, а также искажениями, обусловленными обстоятельствами восприятия и сохранения мысленного образа, процессами его сравнения с оригиналом, качеством отображения»1. Не случайно А.М. Зинин подчеркивает, что в конечном счете именно субъективные стороны природы мысленного образа определяют возможности его использования при установлении личности2.

Одной из форм восприятия, наиболее часто реализуемой при предъявлении лиц для опознания, является наблюдение, которое обычно определяют как активный познавательный процесс, в основе которого лежит работа органов чувств человека. Благодаря зрению человек получает около 80% информации3. В то же время, по данным психологов, при восприятии зрением чаще всего возникают ошибки, пробелы, искажения, различные по своей природе4, поскольку при прохождении информации через информационный канал ее объем не остается неизменным — количество информации уменьшается, она трансформируется и перекодируется из одной формы в другую.

Субъективная сущность восприятия определяется индивидуальностью процесса формирования мысленного образа. На восприятие человека человеком оказывает серьезное влияние половой диморфизм5. Полнота и адекватность мысленного образа зависят также от

1Попова Л.М. Теоретико-прикладные аспекты проблемы разработки и использования функционального портрета человека в криминалистике: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Минск, 1995. С. 9.

2Зинин А.М. Теоретические и практические проблемы криминалистического установления личности по признакам внешности. С. 27—28.

3Ñì.: Рубахин Б.Ф. Психологические основы переработки первичной информации. Л., 1974. С. 16.

4См., например: Корниенко А.Ф. Психофизическое исследование процессов формирования зрительных ощущений: Дис. … канд. психол. наук. М., 1982; Кравков С.В. Глаз и его работа. М., 1950. С. 84—86; Ломов Б.Ф. Человек и техника. Л., 1963. С. 179; Иванская Л.Н. Óêàç. ñî÷. Ñ. 68; Любимов В.А. Глазодвигательные аспекты зрительного восприятия движения: Дис. … канд. психол. наук. М., 1978. С. 117—122; Коренев А.И. Панорамное зрение: Дис. … канд. психол. наук. М., 1983. С. 32—33; Сорокина Т.А. Óêàç. ñî÷. Ñ. 9—10; è äð.

5См., например: Исаева К.А. Тактические особенности допроса женщин — подозреваемых и обвиняемых: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 1995. С. 16—17; Иванская Л.Н. Óêàç. ñî÷. Ñ. 232—233; Гаврилова Н.И. Влияние внушения на формирование свидетельских показаний: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 1975. С. 12.

состояния органов чувств1 и направленности внимания2. Нельзя забывать о таких явлениях, как дальтонизм, цветовая слепота, являющиеся врожденным дефектом зрения3.

Эмоциональное состояние человека в момент восприятия события может оказать существенное влияние не только на полноту мысленного образа, но и на его содержание. Эмоции страха, сильного испуга могут привести к тому, что у потерпевших, свидетелей возникает феномен «зрительной пустоты», когда они не могут построить целостный образ воспринятого человека4. Помимо фрагментарности, в ряде случаев наблюдается явление гиперболизации, приписывании нападавшему свойств и характеристик, в действительности ему не присущих.

Важное значение имеет наблюдательность, которая во многом зависит от навыков, опыта, профессии и других субъективных факторов5. Поэтому восприятие никогда не рассматривается в отрыве от мышления6. Человек, воспринимая криминалистически значи- мые события, не только фиксирует их в сознании, но и «трансформирует их в соответствии со своими личностными особенностями психики»7.

Человек, стремящийся запомнить внешние признаки наблюдаемого лица, делающий это преднамеренно, активно, планомерно и целенаправленно, при прочих равных условиях будет обладателем более полного, достоверного мысленного образа по сравнению с тем, чье восприятие происходило непреднамеренно.

Говоря о психологических особенностях восприятия, нельзя не отметить и такое чрезвычайно важное при предъявлении для опознания свойство, связанное с осмысленностью восприятия, как от-

1См., например: Зотов А.И. Взаимодействие зрительных ощущений в норме и патологии: Дис. … канд. психол. наук. Л., 1958; Парамей Г.В. Индивидуальные характеристики цветоразличения: Дис. … канд. психол. наук. М., 1983.

2См., например: Сныткин А.Г. Психологические особенности избирательности визуального восприятия в затруднительных условиях: Дис. … канд. психол. наук. Л., 1970. С. 24.

3См., например: Измайлов И.А. Восприятие цвета: Дис. … канд. психол. наук. М., 1985.

4Зинин А.М. Габитоскопия и портретная экспертиза. С. 42.

5Подробнее см., например: Куликов В.Г. Закономерности восприятия многомерных стимулов в зависимости от различимости опознавательных признаков и уровня тренировки: Дис. … канд. психол. наук. М., 1978.

6Смыслов В.И. Свидетель в советском уголовном процессе. М., 1973. С. 74; Бодалев А.А. Восприятие человека человеком. Л., 1965. С. 61.

7Сорокина Т.А. Óêàç. ñî÷. Ñ. 90.

ным (преднамеренным) и непроизвольным1. Качество восприятия, запоминания и воспроизведения во многом обусловлено и типом памяти (наглядно-образной, словесно-логической, двигательной, зрительной или слуховой), влияющим на скорость, точность, длительность запоминания и готовность к воспроизведению.

Следующий фактор, влияющий на процесс запоминания, — внимание, которое, с одной стороны, ограничивает способность человека следить за всем происходящим (даже когда это необходимо), а с другой — позволяет фиксировать в памяти интересующие его данные, выделяя их из всей лавины воспринимаемой им информации. Именно благодаря вниманию память может разделять информацию на существенную и несущественную.

На степень сохранения мысленного образа в его первоначальном виде значительное воздействие оказывает забывание, которое может происходить как в результате интерференции другого материала, так и в ходе постепенного стирания следов временем. При этом воображение может существенно изменить представление о запечатленном в памяти объекте2.

Следует упомянуть о влиянии на запоминание алкогольного и наркотического опьянения, которое, помимо прочего, может привести к отключению как долговременной, так и промежуточной памяти.

Таким образом, на этапе воспоминания приходится сталкиваться с некоторым пределом подробностей в извлекаемой информации3, обусловленным целым комплексом субъективных и объективных факторов. Эти факторы должны учитываться, когда происходит получение сведений о внешних признаках лица при воспоминании (извлечении из памяти образа запечатленного объекта) и их вербальном (словесном) воспроизведении.

1См., например: Шлычкова А.Н. Соотношение произвольной и непроизвольной памяти в зависимости от особенностей запоминания и актуализации запоминавшегося материала: Дис. … канд. психол. наук. М., 1978. С. 14—16; Снопик В.И. Исследование зависимости кратковременного запоминания от характера осуществляемого действия: Дис. … канд. психол. наук. М., 1972. С. 19; Москаленко И.В. Извлечение информации из кратковременной памяти: Дис. … канд. психол. наук. М., 1989. С. 91—92; Яковлева Е.Л. Помехоустойчивость узнавания и воспроизведения: Дис. … канд. психол. наук. М., 1974. С. 87—89.

2См., например: Демидова Е.В. Экспериментальное исследование трансформации зрительных представлений: Дис. … канд. психол. наук. М., 1982. С. 33.

3Ñì.: Розет И.М. Процесс припоминания и его место в явлениях памяти: Дис. … канд. психол. наук. М., 1963.

Важность этого положения объясняется двумя взаимосвязанными моментами. Первый — процессуальный — заключается в том, что в ч. 2 ст. 193 УПК РФ содержится императивное требование, согласно которому «опознающие предварительно допрашиваются об обстоятельствах, при которых они видели предъявленные для опознания лицо или предмет, а также о приметах и особенностях, по которым могут его опознать». Второй момент — психологический — состоит в том, что воспроизведение (в форме допроса) напрямую зависит от запоминания, так как «в последнем закладываются основы для воспроизведения»1.

Воспроизведение — следующий важный этап перевода информации из одной формы в другую. При получении сведений о признаках внешности лиц и внешних признаках предметов в ходе допроса потенциальных опознающих традиционно опираются на вербальное описание как форму отображения признаков. Необходимость в этом возникает потому, что «мысленный образ объекта, сохраняющийся в памяти свидетеля или потерпевшего и сравниваемый им с предъявляемым ему при опознании материальным объектом… недоступен для постороннего наблюдателя»2. Описание мысленного образа его носителем является основным наиболее эффективным способом «материализовать» его, сделать доступным и понятным для других. «Однако при этом далеко не всегда удается достаточно полно и достоверно представить внешний облик объекта описания. Это объясняется тем, что в ходе описания происходит многократное преобразование первоначальных представлений о внешности»3.

«Полнота и точность описания при речевом выражении источ- ником информации мысленного образа описываемого объекта, — отмечает Р.С. Белкин, — зависит уже не только от самих процессов запоминания и воспроизведения, но и от таких факторов, как глубина познания объекта, его назначение, признаки; степень речевой культуры субъекта, размеры и состав его словарного запаса, образность и точность речевых формулировок; дисциплинированность мышления субъекта, умения последовательно излагать воссозданное его памятью, способность отделить воспроизводимое в памяти от выводов из него»4. Каждый из этих факторов может оказаться ре-

1Идашкин Ю.В. К вопросу о воспроизведении латентно запечатленного материала: Дис. … канд. психол. наук. М., 1959. С. 32.

2Белкин Р.С. Óêàç. ñî÷. Ñ. 364.

3Снетков В.А., Зинин А.М. Методы непосредственной актуализации мысленного образа очевидцев при их допросе о признаках внешности человека. С. 47.

4Белкин Р.С. Óêàç. ñî÷. Ñ. 354.

шающим, когда речь идет о точности и полноте воспроизведения запечатленного образа объекта.

Полностью соглашаясь с замечанием Р.С. Белкина, нельзя не отметить и еще одну группу факторов, влияющих на качество воспроизведения. Дело в том, что при допросе опознающего происходит опосредованное описание, т.е. описание, осуществляемое следователем со слов лица, воспринимавшего описываемый объект, при котором неизбежны потери и искажения информации, зависящие и от особенностей ее восприятия допрашивающим (его опыт, подготовленность к ведению допроса, понимание сообщаемой информации, умение ее адекватно зафиксировать и т.д.).

Поскольку мысль и слово не тождественны, описание элементов зрительного образа с помощью языковых средств — процедура достаточно сложная1. «Мысленный образ, — пишут В.А. Снетков и А.М. Зинин, — практически невозможно достоверно воспроизвести в словах. По описанию трудно судить о степени индивидуальности удержанных в памяти очевидцев признаков внешности»2. Это происходит потому, что индивидуальность внешности человека, характеризующаяся, как правило, сочетанием признаков среднего значе- ния, словами трудно передать (исключение составляют лишь особые приметы). Такую ситуацию можно объяснить не только тем, что «люди по-разному понимают и описывают одни и те же признаки внешности»3, но и тем, что количество вариантов признаков внешности объективно намного больше, чем число их наименований, поэтому любое, даже самой точное описание является обобщающим, позволяющим лишь отнести описываемый вариант признака к их определенной группе, но, к сожалению, не отражает полностью индивидуальности признака. Более того, «наша память, — пишет Н.Н. Волков, — очень часто подравнивает различные, но близкие формы к некоторому стандарту»4, поскольку «восприятие индивидуальных различий формы редко составляет прямую задачу нашего восприятия»5.

1См., например: Ëåâè À.À. Актуальные проблемы предъявления для опознания // Вопросы совершенствования предварительного следствия: Сб. науч. тр. М., 1983. С. 69.

2Снетков В.А., Зинин А.М. Методы непосредственной актуализации мысленного образа очевидцев при их допросе о признаках внешности человека. С. 48.

3Зинин А.М. Субъективные отображения внешности человека // 50 лет НИИ криминалистики: Сб. науч. тр. М., 1995. С. 68.

4Волков Н.Н. Восприятие предмета и рисунка. М., 1950. С. 27.

5Òàì æå.